Вестник Смерти: Стать смертным

— И что ты предлагаешь? – прыснул Шедоу, в своей обычной манере скрещивая руки на груди. Соник, недовольный тем, что его не хотят слушать, в который раз повторил, что хочет действовать по ситуации. СФЖ захотелось крепко взять его за мех, чтобы стало очень больно, и чтобы боль отрезвила его ум. Одна беда – мех на груди у него короткий, а не роскошный, как у него и Сильвера. Часть проблемы уже решали Тейлз и Руж: они выводили из строя системы управления роботами, чтобы те, если Эггман решит ими воспользоваться, только заискрились. Лисёнок предупредил сразу, что они могут и не успеть деактивировать всех, а потому следует быть готовым ко всему. Шедоу был готов. Своими силами, разумеется, таких механических чудищ было не победить, однако на такой случай у ежа был припасён туз в рукаве, о котором он никому не рассказывал, и рассказывать не собирался. Четверо долго спорили касательно того, что нужно сделать первым делом: обезвредить бомбы или роботов. В первом случае всем четверым, да и тем, кто остался снаружи здания, грозила бы верная смерть от роботов, при этом дух спасённых мобианцев был бы сломлен смертью всех членов единственного отряда сопротивления. Во втором же погибло бы много невинных, а они, воспользовавшись ситуацией, могли бы сбежать от подоспевших «бесполезных» машин, против которых не было ни единого шанса. Оба варианта никого не устраивали, но Шедоу и Тейлз, опиравшиеся на здравый смысл, а не на эмоции, после мозгового штурма приняли решение деактивировать роботов. Руж и Соник было возмутились, но лисёнок, подняв вверх указательный палец, начал объяснять: — Разумеется, это очень рискованно и не откидывает назад того факта, что жертв не будет. Однако владея всей информацией Эггмана, мы можем передать её нашим ребятам, чтобы они смогли эвакуировать мобианцев из мест, где заложены бомбы. Разумеется, никто, кроме нас, об этом знать не будет. Мы с Руж в это время деактивируем этих гигантов, а Соник и Шедоу займутся роботами-охранниками, как изначально и планировалось. Маршрут я вам обозначил. Вопросы? — А если наши не успеют всех эвакуировать? – хмуро протянул синий ёж, за что получил увесистую оплеуху от чёрно-красного собрата. Парень уже успел забыть о том, что у СФЖ тяжёлая рука. Вестник посмотрел на него с искренним непониманием. — Это война, Соник. На войне не бывает без жертв, - отрезал Шедоу, и взгляд его мигом помрачнел. Он знал это по недавнему печальному опыту. В конце концов, с Эггманом война идёт уже очень давно, и Роуз, умиравшая у него на руках, была первой жертвой.* «Без жертв не бывает», - повторил про себя герой Мобиуса, сжимая руки в кулаки. Верно. Он уже видел подобное, только куда более масштабное. Мог бы сказать, что война между Джеком и Люцифером стала причиной катастроф, произошедших несколько лет назад, но не стал. Опять же, кто поверит в это? Природа разбушевалась, надо беречь экологию. И всё тут. — Я не спрашиваю, как ты хочешь действовать, я хочу знать, что именно ты хочешь сделать, — рассерженно сказал Шедоу, глядя на то, как Соник теряется, пытаясь найти ответ на вопрос. – Так я и думал. Парни стояли посреди крыла с роботами. Каких там только не было: запасные охранники, повара, те, что патрулируют город и их замена, запасные детали и многое другое. Массивные полки доверху были забиты самыми разными машинами. Ежам предстояло всё это уничтожить. Видя, как вестник тянется в кармашек с кольцом, Шедоу схватил его за руку и нахмурился. — Прибереги, может ещё пригодится. Соник противиться не стал, лишь кивнул, понимая, что совершенный прав. Помещение то и дело освещали жёлтые вспышки отХаос Копий чёрно-красного ежа, с помощью спин деша проносился по полкам герой Мобиуса, уничтожая одного робота за другим. В комнате стоял страшный грохот, от которого сами ежи начинали уставать, но не останавливались: времени было критически мало и максимум того, что могли сделать, они делали. Вскоре работа была закончена, встал лишь вопрос того, куда деть весь металлолом, ведь если оставить его здесь, то в проделанной работе не будет смысла: Эггман просто сделает из всех деталей новых роботов, причём быстро. Шедоу тяжело вздохнул, осознавая, что один из своих секретов ему всё же придется раскрыть. Парень вытащил Изумруд Хаоса, и комната озарилась красным светом, что делало её жуткой и пугающей, особенно в воцарившейся тишине. — Ты… Ты?!.. – воскликнул Соник, чувствуя, как начинает задыхаться то ли от радости, то ли от возмущения. СФЖ тут же закрыл парню рот рукой, гневно на него смотря. В голове от недавнего грохота гудело, только криков синего ежа не хватало. Вестник, поняв это, мирно выставил вперёд руки, как бы говоря о том, что больше не будет так. Совершенный в своём репертуаре молча подошёл к сваленной в кучу груде металла и, не успел герой Мобиуса вставить и слова, исчез вместе с ней. Вернулся парень так же быстро, без единой эмоции убирая камень обратно. — И куда ты пристроил весь этот хлам? – недовольно протянул Соник, расстроенный тем, что собрат не взял его с собой. — На плавильню к одному моему знакомому. Расплавленным этот металл Эггману уже не пригодится. А Эггман, как оказалось, лёгок на помине. Рация разорвала тишину в коридоре, по которому шли ежи, своим шуршанием, после чего раздался голос Тейлза. — На карте показана движущаяся к базе точка! Эггман возвращается! — Помяни чёрта, - рыкнул Шедоу, отключая связь. — Дьявол хуже в несколько раз, - как бы случайно проронил Соник, вспомнив Люцифера. Парни переглянулись, и между ними воцарилось неловкое молчание, вызванное этой фразой. СФЖ опомнился первым и с помощью Хаос Контроля переместился к Тейлзу и Руж. Сделал он это вовремя: открылся главный вход с механическим жужжащим звуком, в комнату влетел Эггман. Зажёгшийся яркий белый свет ненадолго ослепил мобианцев, заставив щуриться. Злой гений такого визита явно не ожидал, а потому сначала был в лёгком шоке, но потом, поняв, какой шанс ему выпал, расплылся в своей обычной мерзкой улыбке и сложил руки в замок. — Что это тут у нас! Сильнейшие в сопротивлении! Маленький, но блестящий гений, прекрасная шпионка, мистер вечная сильная хмурость и кто бы мог подумать! Воскресшая легенда! Не думаю, что вы пришли ко мне договориться о сотрудничестве, так что я даю вам возможность выбирать: сидеть до конца своих дней в тюрьме, чтобы я каждое утро показывал несча-астныммобианцам, что будет, если сопротивляться мне. Или же умереть! — Мы не сдадимся, - холодно отрезал Соник, поднимая сверкающие от злости изумрудные глаза на своего давнего врага. — Лучше благородно умереть. Пусть и от твоей руки. Шедоу едва заметно улыбнулся уголком губ, впервые за день он с синим собратом был согласен. Эггман расхохотался и, встав в победную позу, важно нажал на одну из кнопок. Как поняли мобианцы, на ту, что должна была вызвать армаду секретных роботов. Но ничего не происходило. Не дрожала эпически земля, не жужжали устрашающе открывающиеся двери, не было слышно тяжёлых шагов огромных роботов. В очередной раз за день теперь уже на пятерых нещадно обрушилась неловкая тишина. Разбило её системное оповещение Эггмобиля, говорящее о том, что все роботы выведены из строя и нуждаются в ремонте. Эггман производил впечатление рассудительного, пусть и эмоционального мужчины. Но этот образ жестоко разрушился, стоило только мужчине осознать ситуацию: он весь покраснел до ушей, запыхтел, сжал руки в кулаки и недобро сверкнул очками. — Да как вы… - начал он, задыхаясь от гнева. – Да как вы посмели сделать такое с моими роботами! Крысы болотные! Насекомые! Никого не пощажу!! – кричал человек, судорожно нажимая на каждую кнопку своего пульта. Руж хотела было пошутить о том, что столь интеллигентная личность спустилась до уровня оскорблений, но опешила, когда Шедоу налетел на неё, отталкивая в сторону: на место, где она стояла, приземлилась ракета. Пол Эггману было, видимо, не жалко, потому что он нещадно пускал в мобианцев заряды. Но и они, в конце концов, закончились, а на чёрном от взрывов полу стояли все четверо, на вид невредимые (несколько ожогов ребята серьёзной травмой не считали). — А вы знаете… - начал на удивление противно тянуть злой гений, сильно нажимая на очередную кнопку. – Что сейчас дома, где мирно спят те, кого вы так яро защищаете, взрываются один за другим. По цепочке. Бум! Ах, наверняка знаете. Мужчина скрипуче рассмеялся, не отпуская кнопку. У всех в груди что-то кольнуло, в головах промелькнула мысль: «А всех ли успели эвакуировать?». — Тем не менее, вас это не остановит. Я взорвал жителей этого города, обратил это место в руины, мои роботы разрушены. Что же мне остаётся? – загадочно протянул доктор, потирая руки. У четверых внутри разом похолодело. Так не те роботы были козырем в рукаве? Человек плавно нажал на самую маленькую, нижнюю кнопку на пульте. — Бить тузом. Железный пол задрожал, всё внутри базы зловеще загудело и завыло. Открылся потолок, пол, на котором происходило начало битвы, оказался платформой, которая поднялась вверх. База злого гения трансформировалась огромного робота. Эггман, воспользовавшись замешательством мобианцев, хотел было выпустить в них последний снаряд, но вовремя очнувшийся Шедоу переместил всех несколько километров назад, чтобы оценить силы противника. Вставший робот оказался высотой с небоскрёб. Покрытый слоем прочной брони, он казался неприступным. «Такое даже кулакам Наклза не осилить», - тревожно подумал Тейлз, сглатывая вязкий ком в горле. Эггман же, как и всегда, засел в голове робота, и судя по тому, как он размахивал руками и запрокидывал голову назад – смеялся. Вернувшаяся с быстрой разведки Руж, облетевшая робота, сказала, что все лазейки, через которые она проникала внутрь, теперь закрыты. Шедоу и Соник, стоявшие друг рядом с другом, прекрасно понимали, что наступающий день всё решит. Соник осознавал, что мир после этой битвы уже не будет таким, как прежде. Шедоу искренне надеялся, что сумеет отбить положенную Эггманом карту своей козырной. Мобианцы принимали последний бой вместе с первыми лучами нового дня.