Fuck You My Life!

      Вечером Чонгук идёт по улице, болтая в руке пакет полный продуктов. Пришлось идти в магазин, так как в холодильнике остался только лёд и воздух. На улицах уже стемнело, кругом царит тишина, только изредка слышится вой машин и шелест листьев, которыми играет лёгкий прохладный ветер. Он смотрит на экран телефона: 20 пропущенных и столько же эсэмэс от Кима. И только за один вечер. Чонгук не общается с ним уже неделю, всячески старается избегать и скрываться от него, пока всё выходит достаточно успешно. А потом лето наступит, и можно будет уехать к родителям. Слова Тэхёна очень задели его, и как бы он не пытался простить, было больно и грустно. Пускай он сбежал от него и сейчас избегает, как девчонка, но он устал от того, что старший слишком многое скрывает от него, поэтому, если уж Чонгук действительно дорог ему, то пусть побегает за ним.       Утром Чона настигает простуда, от которой он надеялся избавиться по-быстрому, но разболелся только сильнее. Несмотря на своё состояние, собирается в школу, однако, когда уже готов к выходу, теряет равновесие из-за ужасной слабости во всём теле и прижимается спиной к стене в коридоре. Нехотя звонит старосте, предупреждая о том, что в ближайшие дни в школе не объявится, получив ответ с пожеланиями скорейшего выздоровления, без сил падает на кровать, так и не переодевшись, и почти сразу засыпает.

✧ ✧ ✧

      Тэхён винит себя за случившееся, если бы он мог вернуться назад, то ударил себя прежде, чем бы наговорил Чонгуку такого. Сказалось напряжение и нервы, которые слетели к чёрту из-за постоянных стычек и разборок с бандой. Страх, что они могут выйти на младшего и навредить ему, перевернул сознание, заставив неосознанно оттолкнуть от себя близкого и любимого человека. Он пытался поговорить с ним, подловить где-нибудь, но Гук успешно избегал с ним встречи и всячески отлынивал от разговора, вот и сегодня он был убеждён, что донсен не пришёл в школу из-за того, что не хочет пересекаться с ним. Это уже перебор. После уроков он случайно слышит разговор старосты с учителем и узнаёт, что младший заболел. Хочется прийти к нему, но Чон, скорее всего, его просто не впустит. Спустя три дня Ким рассказывает всё Паку, тот внимательно слушает, а после называет дураком.       — Но, Чимин-а, я..       — Тэ, вы оба друг друга стоите. Если ты действительно чувствуешь вину и хочешь извиниться, то сделай всё возможное, чтобы он выслушал тебя. Иначе так и будете вдали друг от друга, — произносит Пак, попивая успевший остыть кофе.       — Будто это так легко сделать. Если такой умный, сам и поговори, — фыркает Тэхён, недовольно, смотря на друга.       — Что ты как ребёнок? Ты старше, значит, должен быть умнее, но всё равно дуешься на него за то, что он избегает тебя, хотя сам в этом виноват.       — Да, знаю я. Ладно, я постараюсь с ним поговорить. Чимин желает ему удачи и просит рассказать потом, как всё произойдёт. Они расходятся у перекрёстка, и Тэхён с уверенностью направляется в сторону чонгукова дома.

✧ ✧ ✧

      Выйдя из аптеки, Чонгук звонит маме и говорит, что всё нужное купил, та обеспокоенно спрашивает, как сын чувствует себя, и стоит ли ей приехать, Чон просит не волноваться сильно, мальчик он уже большой и сам сможет справиться, и завершает вызов. В переулке, где он обычно срезает дорогу, его хватают за руку и прижимают к стене. Перед собой он видит запыхавшегося Тэхёна, который смотрит в самую глубину глаз.       — Отпусти меня, — негромко произносит Гук, у него нет сил сопротивляться, и желания говорить, тоже нет.       — Нет! Пока не выслушаешь меня!       — Не желаю тебя слушать! — рычит Чон, сведя брови к переносице, — Твои дела меня не касаются!       — Айщ… Я знаю, что наговорил лишнего! И я чувствую себя последней сволочью… Но ты избегал меня! Уходил от разговора, игнорировал мои звонки и сообщения, убегал раньше всех после уроков, а потом и в школу ходить перестал! Я волновался, мать твою! Неизвестно, что придёт в голову такому дурачку, как ты! Хоть он и кричал, Чонгук слышал интонацию его голоса, ему стыдно, и он действительно волновался. Тэ отпускает его и обнимает, а Гук вместо того, чтобы оттолкнуть, прижимается в ответ. Он так скучал по нему.       — Прости меня, Гукки. Я очень сожалею. И я люблю тебя.       — Мне было очень плохо без тебя, хён, — тихо произносит Чон, — Не говори больше, что твоя жизнь не касается меня. Я ведь люблю тебя, — шмыгая носом, произносит Гук, смотря хёну в глаза.       — Больше не буду, — улыбается Ким, нежно целуя, и вытирает ему слёзы.       — Заразишься ведь!       — Да похрен.

✧ ✧ ✧

      Конец учебного года — событие долгожданное всеми школьниками. Жизнь потихоньку вновь стала налаживаться, и отношения такие же нежные и тёплые, как и прежде. Благодаря брату и Гухёну, Тэхён может вздохнуть спокойно и не ждать, что на него или Чонгука кто-нибудь может напасть. Уже много совместных планов на лето, первым в списке стоит поездка в Пусан к родителям Чона, настояла мама Гука, потому что сына давно уже не видела, да и его друга тоже. Тэ сначала долго отнекивался, у него было ощущение, будто его ведут знакомиться с родителями своего парня, хотя он был уже с ними знаком, и мисс Чон любила Тэхёна, как второго сына. Вот только они не знают, что Ким соблазнил их сына, и они встречаются. И, казалось, что Чонгук задумал рассказать про их отношения. Велика вероятность не остаться в живых после встречи с отцом.       — Гукки, я ведь нужен тебе живым, не отдавай меня на растерзание своему отцу! — хнычет Ким, наблюдая, как младший собирает вещи. Чонгук в очередной раз вздыхает и закатывает глаза, после поднимая взгляд на хёна:       — Мои родители не изверги. Не веди себя, как маленький, Тэхённи-хён. Попытка провалена, в который раз.       Дата поездки назначена на субботу. Тэхён уже успокоился, решив, что с одной стороны рассказать родителям и вправду не помешало, ведь рано или поздно это всё равно станет известно. Они ведь желают Чонгуку лучшего, а если увидят, что их сын счастлив и с парнем, то, возможно, примут их отношения, пускай и не сразу. Тэ пакует свой чемодан и блаженно потягивается, после нескольких часов в одной позе тело ужасно свело. На мобильник приходит сообщение от брата, и он тут же поднимается со своего места, выходя из дома.

От «Братец»: «Нужно встретиться. Это срочно. Я внизу, машину Гухёна ты знаешь».

Ви редко указывал на срочность встречи, это было несвойственно ему, он просто говорил, что нужно увидеться, но чаще всего они разговаривали обо всём. Брат рассказывал о концертах, фотосессиях, нередко жаловался на загруженность графика и жуткой усталости из-за промоушена, Тэхёну особо нечего было рассказать, но Ви всегда расспрашивал о том, как обстоят дела у них с Чонгуком, и Тэ всё ещё было неловко рассказывать обо всём брату. Поэтому сейчас неприятное чувство зарождалось внутри, что такого могло произойти, от чего Ви сам приехал к нему? Тэхён нередко ездил с братом в его машине, видел его в разных образах, порой даже несвойственных ему, айдол всё-таки. Сегодня же он был одет как обычный подросток, цвет волос тоже совершенно обычный, чуть светлее, чем у самого Тэхёна, а на лице ни одного намёка на косметику, сейчас их действительно можно было назвать близнецами.       — У меня отпуск, и вообще мы с Гухёном собирались отправиться на Чеджу, уже почти выехали из Сеула, когда один из его подчинённых перехватил разговор дядюшки Саймона с отцом. Тут же он перенаправил звонок нам, и разговор у них был отнюдь неприятный, — вздохнул Ви, потирая виски, и прикусил губу — семейная привычка, — Мы стали следить за ним, когда тебе пришёл тот конверт. Он ведь даже связывался как-то с тобой. Так вот, попытки заслать тебя заграницу продолжаются. Я не знаю, что ему нужно от тебя, возможно, он рассчитывает на то, чтобы ты стал заводилой бизнеса или же унаследовал его агентство. Однако цели его непонятны: либо он хочет стравить нас с тобой, либо переманить меня в Штаты, рассчитывая на то, что если ты предложишь мне работать с тобой, то я пойду без вопросов. Но, Тэ, дело тут ведь не в этом, что делать с Чонгуком? Отец всё ещё отказывается отправлять тебя в такую даль, но дядя Саймон недолго будет держать язык за зубами и однажды выложит ему всё подчистую. Отец взбесится, будет думать, как оборвать вам все контакты, а заботливый дядюшка тут как тут. Скажет, отправить тебя к нему, под предлогом того, что найдёт тебе пассию, и ты забудешь о Чонгуке. Тэхённи, что же делать? — поднимает на брата полные отчаяния и грусти глаза. Тэхён не знает. Он задумывался о том, что когда-нибудь это произойдет, не думал, правда, что так скоро и неожиданно. Видя таким брата, тоже начинает теряться, а страх перед грядущим растёт. Если отцу в гневе взбредёт в голову заслать его, то Тэхён не сможет противостоять ему, и уговоры брата не помогут, и Гухён с его бандой тоже окажутся бесполезны. Что будет с Чонгуком? Больше всего Ким боится вновь его потерять. Неизвестно насколько он уедет заграницу, конечно, Тэ найдёт возможность вернуться, но будет ли к кому возвращаться? Что если за время его отсутствия, Чонгук найдёт себе кого-нибудь, а про Тэхёна забудет?       Вопросы одни за другими врезались в голову, с каждым из них Тэхён всё больше загонял себя, голова уже раскалывалась, но никакого выхода даже близко не было видно. Как Ким вернулся, не проронил и слова, и Чонгука очень беспокоило состояние хёна. Он никогда не умел выплёскивать свои эмоции и проблемы перед другими, ему было очень сложно впутывать кого-то во всё то, в чём тонул сам. Когда Гук опускается рядом на диван и кладёт руку поверх тэхёновой, старший вздрагивает, стеклянный взгляд, прикованный к телевизору, но не видящий происходящего, исчезает, и Тэ поднимает голову, смотря на Чонгука. Тот протягивает ему кружку только что приготовленного кофе и терпеливо ждёт, когда Ким оторвётся от напитка и скажет хоть что-нибудь, но этого не последовало.       — Хён, что произошло? Мне больно смотреть, как ты разрушаешься, а я в неведении происходящего, — негромко произносит младший, взяв Тэ за руку.       — Гукки.., — голос хрипит из-за долгой игры в молчанку, и Тэхён прокашливается.       — Что?       — Если я уеду, ты будешь ждать меня? — так потерянно и с глубокой надеждой смотрит на Чонгука, как маленький загнанный в угол котёнок, что у того сердце сжимается.       — Что такое, хён? — касается ладонью щеки, нежно поглаживая и отвлекая этим от миллиона мыслей в голове.       — Пока ничего. Только вот, когда мои родители узнают обо всём, они попытаются нас разлучить.       — Конечно, буду. Я ведь сказал, что больше не потеряю тебя, — Чонгук забирает у него кружку, ставя на журнальный столик, укладывает на диван и нежно целует, крепко прижимая к себе. Тэхён отдаётся ему, обвивая руками шею, и понимает, что Чон уже не маленький мальчик, коим видел его всё это время Тэ, он вырос и теперь, кажется, его очередь защищать Тэхёна от всего.

Тогда я не принял его слова всерьёз. Если бы я только знал, чем это обернётся.

Из записей Чонгука