Фыр фыр

      В офисе я был как надо. Не проспал, да и решил вообще вовремя приехать, как полагается к восьми утра. Все удивились, увидев шефа столь ранним утром. Это я просто свою вину за прогулы заглаживаю, на дежурство остаюсь, так сказать. Правильный начальник. СунИ как только я появился сообщила, что с ней господин Лу связывался, говорил что сегодня ненадолго заедет по делам, чтобы я не опаздывал. Дожили, мне уже чужие говорят не опаздывать. Всё, каждый день хожу к восьми.       Сижу в кабинете, передо мной лежит большущая папка с бумагами на подпись. Откуда они только берутся? Я на почте что ли работаю? Да ещё же всё и перечитать надо, убедиться в правильности, что меня не хотят развести, ну или ещё чего. Я же до вечера не закончу. А на папке СунИ написала, что сегодня последний срок моего решения. Эх, почему ж я вчера не пришел. Ну пусть проспал, но пришел бы. Задница ленивая.       Я и половины не проверил, как пришёл ЛуХань. Занудствовать сейчас будет.       Стук в дверь. Вежливый какой. Я думал сейчас с ноги откроет. После его прошлого визита, о нём только такие впечатления и складываются. — Здравствуй, ЧонИн, — сразу же с порога говорит он, затем идёт на диван. — Привет, задница, — я киваю ему. — Да ну. Мы же вроде помирились. Тогда почему задница? — он пыхтит, как ребенок, — обидно, между прочим. — Мне нравится тебя так называть, ничего личного, — я пожимаю плечами. Сейчас я на него не зол, мне и правда понравилась эта фразочка брошенная в порыве, — зачем на этот раз пришёл, — кажется, наше общение прошло атомную войну ещё в прошлый раз, и мне его уже не хочется придушить. — ВиМей попросил кое-что уточнить по поводу сделки, он выслал мне одну страничку по факсу, сказал, чтобы я сегодня же всё уточнил и обратно ему по факсу. Работа понимаешь ли. А еще мне Тао звонил, хочет с тобой познакомиться, — тараторит он. Как у него язык подвешен-то. Точно его работа. И я что-то не понял. Тао? Тот самый Хуан ЦзыТао? Его отец всё-таки сосватал меня ему, не получилась сынком заинтересовать, так он с другой стороны пошёл. Урод, блин. Не нужны мне малолетки всякие. — Сын ВиМея? — решаю я на всякий случай уточнить. Мало ли. — Да, он. Хуан ЦзыТао, — он спокойно кивает, — говорил что ему отец рассказал о каком-то Ким ЧонИне и он очень хочет познакомится с ним. А ещё говорил, что он в Корее через три дня будет, — он посмотрел на меня и улыбнулся, и в этой улыбке я не увидел того звериного оскала, какого-либо подвоха, она была чистая, я бы даже сказал искренняя. Он так умеет? — Я в няньки не нанимался, — цокнул я, — зачем мне нужен этот Тао, он же на пять лет младше меня, и ведёт себя точно, как ребенок. — Возражения не принимаются. Ты хочешь сохранить этот контракт? Думаю, что да, так что познакомься, прогуляйся, развлеки мальчика, — он откидывается на спинку дивана. Он явно здесь уже себя как дома чувствует, — а если что-то пойдёт не так, он может отцу нажаловаться, да приврёт с три короба, и твоя сделка с китайским бароном канет в лету. — Блять, задница, — я вздыхаю и закрываю руками лицо. — Что? — удивленно говорит он, а меня накрывает, я смеюсь как ненормальный. — Это я не тебе, — сквозь смех бурчу, не могу, аж слезы. А он походу не такой уж и зануда. Успокойте меня. Прошу его воды, он выходит в приемную беря её у секретарши и через минуту приносит мне полный стакан. — Ты чего заливаешься? — говорит он, когда я отставляю стакан. — Да так, — я махнул ему рукой, — давай номер своего ЦзыТао. Он протягивает мне свой смартфон, и я записываю, а пока он не видит листаю телефонную книгу и вижу "ЧонИн" и пару каких-то иероглифов. Блин, не понимаю, что он там написал, я только говорить на китайском немного умел, читать совсем нет. По любому что-то не очень хорошее. Затем отдаю ему телефон, предварительно выйдя из списка контактов, — спасибо я напишу ему.       Сидит смотрит на меня и не говорит ничего. Странный какой-то. Ну давай поязви, я так хочу услышать твои колкие фразочки.       Тут у меня телефон звонит. На дисплее "ЧонДэ". Беру трубку и слышу какой-то взволнованный голос. — ЧонИн, привет, — и молчание, я прислушиваюсь и слышу какие-то голоса. В клубе, наверное, — приезжай... — Ким ЧонДэ, я на работе и у меня важная встреча, я перевожу взгляд на Ханя и вижу, что он играет во что-то на своём телефоне. На его лице такие неподдельные эмоции, он то хмурится, то закусив губу улыбается. Ребёнок. Кладу трубку. — Мне кажется у него что-то серьезное, — говорит он не отрываясь от своего занятия. — А ты не подслушивай, уши развесил тут. Не твоё дело, — бубню, я не со злобой. Телефон снова звонит и снова друг. — Да? — я жду. — ЧонИн, приезжай ко мне, я в больнице, — говорит он и нервно смеётся. — Господи, что случилось? — я подскакиваю с кресла и китаец лениво поднимает на меня голову. — Тьфу, блин, проиграл, — цокает языком он. Мне одновременно и страшно за друга, и смеяться над юристом хочется. Оказывается, он такой ребёнок, а колючки показывал только на мою агрессию. — Я в аварию попал, приезжай все расскажу, — назвав больницу он кладёт трубку, я выбегаю из кабинета, резко останавливаюсь в коридоре, на пол пути к лифту, возвращаюсь, хватая за руку ошарашенного Хань и выхожу, говоря СунИ, что меня больше не будет сегодня. Заходим в лифт и только там я опомнившись отпускаю его руку. Я переволновался. Он смотрит на меня хлопая глазами.       Доезжаем до первого этажа и мой порыв останавливает ЛуХань. — Успокойся, ЧонИн, хочешь я с тобой поеду, — говорит он смотря мне в глаза, они у меня бегают, сердце бьётся как сумасшедшее. У меня ещё никогда такого не было. ЧонДэ — дурак, что случилось? — Ну он же сам звонил, значит всё в порядке, — я пожимаю плечами и усмехаюсь. У меня истерика. Не хватало ещё друга потерять.       Китаец молча ведет меня на стоянку, там сам ловит машину и усаживая меня на заднее сидение садится рядом. — ЧонИн, скажи куда ехать, — тормошит он меня. Я в каком-то полудреме бубню адрес, и машина срывается с места.       Водитель едет довольно быстро, но не всегда всё бывает на стороне великого Ким ЧонИна, мы встаём в пробку. Час пик. — А если что-то серьезное? А если он умрёт, а если... — мне прилетает пощечина и я резко замолкаю. — Ты же сам сказал, если он звонил, значит всё в порядке, — меня кажись ругают. Прихожу на минуту в себя, но потом снова волнение возвращается и меня начинает не слабо потряхивать, — м-да, я, наверное, первый человек, который видит Ким ЧонИна в таком состоянии, да я счастливчик, — смеётся парень. Водитель смотрит на нас изогнув бровь, ЛуХань обнимает меня за плечи.       Приехав наконец в больницу, я нахожу ЧонДэ в приёмном покое, с гипсом на руке и перебинтованной головой. Он сидит на скамье и чего-то ждёт. — ЧонДэ, — окликаю его, он поворачивается и видит меня, а рядом со мной кого-то незнакомого. Ну да, он же не знает Ханя. Подбегаю к нему. — Ты быстро, — он обнимает меня здоровой рукой. — Что случилось? — говорю, усаживая его на лавку, сажусь рядом, а рядом с нами юрист. — Я в аварию попал, — он отворачивается, — на твоём мотоцикле, — переходит на шепот. Я подскакиваю. На моем? Блять, Дэ, — меня подрезали и.... в общем когда я ещё был там ошметки твоего коня увозил эвакуатор на свалку, — он меня так и не смотрит. Я выдыхаю. Ладно, плевать, главное же, что он жив, да? — ЧонДэ, — скулю я. А с боку ржёт китаец. — Твой друг умора, — он аж загибается, а я смотрю на него и убить хочу. — А это кто? — говорит Дэ тыча на него пальцем. — Да тот зануда, помнишь, я рассказывал, — я киваю ему. Друг прищуривается, вспоминает. — А, из-за которого ты напился в овощ. — Да-да, он самый, — цокаю я. Ну ЧонДэ, язык без костей, всё как на духу выложит. —Ты что из-за меня? — резко замолкает Лу смотря на меня с удивлением. — Ничего, — говорю, скрипя зубами.       Мы все поднимаемся и идём на выход. Дэ сегодня у себя оставлю, дома ещё чего разнесёт. Садимся в машину и едём ко мне. То, что со мной китаец я и не замечаю, я сейчас погружен в свои мысли. Едём молча. Снова пробка. Водитель иногда кидает на нас заинтересованные взгляды, но молчит. И слава богу. Доехав расплачиваюсь и веду за руку друга, расстелется чего доброго без меня. По косточкам его собирать не хочется. Он теперь «йогой» заниматься долго не сможет. Заходим в квартиру, я разуваюсь и провожаю своего покалеченного друга в гостиную. — Вау, а у тебя красивая квартира, — слышу восторженный голос, но не предаю ему значения, сейчас у меня свои заботы, — так все дорого.       Пробегаю мимо него на кухню и тут же несусь обратно со стаканом чая.       Так пролетает день. Во мне проснулась мамочка. Я только слюни за Дэ не подтирал, а так всё ему делал. Я почувствовал себя отцом, отцом-одиночкой. Вечером на тумбочке нахожу записку, написанную коревым почерком «Напиши Тао, обязательно. Я ушёл. Как понадобишься, позвоню. Номер у меня твой есть, где взял не скажу :Р».