Острие судьбы

«Почему я был изгнан бродить в раскаленных песках?..» Этот вопрос Сет задавал себе уже не одну сотню лет. Он был еще совсем юн, когда его отец, Великий Ра, однажды сказал, что ему пора в путь. Тогда будущий бог Песчаных Бурь отправился навстречу своему главному и самому суровому учителю – Великой Сахаре. Когда Сэт впервые взглянул на царство песка, палящего солнца и бесплодной земли, в его душе что-то оборвалось. Он понял, насколько жесток и беспощаден мир, в котором он оказался… в который его отправил собственный отец. Сначала было недоумение. «Почему? Чем я провинился?!» Увы, эти вопросы оставались без ответа, как и те, что последовали после. «За что, отец?.. Неужели я заслужил подобное?!» Два сына одного отца. Две совершенно разные судьбы. Осирис остался в животворящей долине Нила. Каждый день он мог окунаться в прохладу его вод, любоваться всеми красками жизни, кипевшей вдоль берегов Великой Реки, спать на мягчайших подушках и наслаждаться каждой минутой, осененной ласковыми лучами солнца. Сет ненавидел каждую минуту своей жизни. В раскаленной пустыне солнце никогда не дарило ему ласки, а лишь мучило невыносимым зноем, от которого не было укрытия. Казалось, спасение было в ночи, но, увы, она не приносила с собой облегчения. Холод и жар пустыни, подобно действиям умелого кузнеца, закалявшего сталь, с годами закаляли и Сета. Совсем юношей оказавшись в царстве песков, но быстро возмужал. Ему пришлось. Иначе в этом мире не выжить. Он стал воином, сильным и могучим, ведь Великая Пустыня была пристанищем не только изгнанникам земель египетских, но и мира, сокрытого от глаз простых смертных. Твари, вырывавшиеся из недр Загробного царства, были редкими гостями на земле, но встреча с ними даже для бога могла закончиться гибелью. За долгие годы, проведенные в скитаниях, Сет не раз встречал этих монстров. Он помнил каждую битву, каждое свое ранение, каждую вспышку боли и то, как они перерождались в ярость, с которой свирепый бог вгрызался в своего противника. С тех пор как Сет впервые почувствовал жар раскаленного песка под ногами, когда маленькая ладья опустилась в самом сердце Великой Пустыни, жизнь юного бога превратилась в бесконечную череду битв за право вновь поприветствовать в небе того, кого Сет теперь считал самым беспощадным существом во всем мире – своего отца, обрекшего его на великие муки. Первое время, скитаясь по пустыне, Сет верил, что это все временно, что Ра вскоре вернет его назад, в долину Нила, где он когда-то был счастлив и любим. Но годы шли, срастаясь в десятилетия, а испытаниям все не было конца. Растерянность превратилась в гнев, любовь в ненависть, преданность в зависть. Смешиваясь, они становились отравой для сердца и постепенно превращали молодого воина в бога разрушения, хаоса и войны - в того, кем Сету и суждено было стать, чтобы пройти свое Испытание. Но Повелитель Песчаных бурь, сумевший покорить безжалостную стихию, об этом не знал. Проблеском света во тьме его жизни стал миг, когда Нефтида сказала ему «да». Бесстрашная богиня разделила с любимым тяготы жизни в Великой Пустыне. Но ниточка надежды оборвалась, когда Сет понял, что он так же бесплоден, как и раскаленные пески, пленником которых он стал. Дарить жизнь значило для него победить смерть, многие столетия преследовавшую его на каждом шагу. Мысль о том, что все закончится с его смертью, была подобна ножу, вонзенному в самое сердце. И даже Нефтида была не в силах унять эту боль. Время шло… Сету удалось отомстить Великой Пустыне за каждую каплю пролитой крови. Казалось, пламя ненависти утихло или затаилась где-то в потаенных глубинах души. Сет не простил отца и не смирился со своей участью, но как будто обрел подобие покоя в своем могуществе. Но какая бы мощная ни была крепость, построенная на песке, она рухнет от малейшего дуновение ветра. И однажды на крепость спокойствия Сета налетел вихрь. В тот день Повелитель Пустыни услышал шум крыльев задолго до того, как гость приземлился у входа в его Пирамиду. Золотые доспехи сияли в лучах полуденного солнца, когда бог-Сокол, совсем еще мальчик, подлетал к жилищу своего дяди. Улыбка дерзкого мальчишки, удравшего в пустыню, чтобы встретиться с воином, о котором он так много слышал, была робкой, но в глазах искрились задор и любопытство. В тот день каждое слово, каждый взгляд Гора, рассказывающего о себе и о том, как давно он мечтал познакомиться с Сетом, бередили старую рану, безжалостно вращая нож в сердце отверженного бога. Когда же очертания золотых крыльев скрылись за горизонтом, Великая Пустыня вздрогнула от оглушительного воя отчаяния. Время шло… Боль снова утихла, ведь помимо разрушительных ветров зависти, Гор приносил на своих крыльях и дуновения радости. Долгие годы Нефтида отчаянно молилась Ра. По ее щекам бежали слезы, когда она умоляла Верховного бога подарить ее мужу успокоение и погасить огонь ненависти в его душе. Но мольбы эти не были услышаны. Решение Осириса передать корону Египта своему сыну, минуя брата, стало последним ударом в кровоточащее сердце Повелителя Песчаных Бурь. И тогда Великая Буря накрыла собой весь Египет, сорвавшись с острия кинжала, которым Сет пронзил тело Осириса. Она обрушилась и с кончиков его пальцев, забрав глаза того, кто почитал Сета не меньше, чем собственного отца. И только крохотный проблеск света не дал свершиться еще одному убийству. Он сверкнул во мраке иссушенной души, принесенный однажды на золотых крыльях того, кто когда-то любил.