Первое впечатление бывает обманчиво.

Егор Смирнов Последний месяц разительно отличался от «нормальной жизни», во всяком случае, от привычного мне понимания этого термина. Я полностью ушел в попытки спровоцировать темноволосую стерву на проявления настоящих эмоций, но, как правило, все мои попытки заканчивались провалом. Миха на это лишь крутил пальцем у виска и говорил о моей одержимости призрачным образом, искренне не понимая, как можно заинтересоваться девушкой, имени которой ты не знаешь, и опыт общения с которой включает в себя лишь неполный танец. Для меня брюнетка являлась загадкой, которую мне непременно хотелось разгадать, и, учитывая мою природную упертость и азартность, приобретенную за последние пару лет, можно сделать вывод, что слова лучшего друга не могли заставить меня свернуть с выбранного ранее пути. К своему удивлению и радости отца, мое времяпрепровождение в клубах снизилось до минимума. Теперь отдых представлял собой еженедельные походы в бар с другом, где я пытался ему доказать, что ботаничка — это второй образ девушки из клуба, но за месяц мои убеждения не возымели никакого ответного отклика и воевать с Алисой все также приходилось в гордом одиночестве. В свою очередь девушка демонстрировала чудеса самоконтроля и совершенно не реагировала на изощренные оскорбления с моей стороны, а временами попросту пропадала в коридорах, увлеченно разговаривая с кем-то по телефону. Сегодняшнее утро никоим образом не отличалось от других, за исключением того факта, что я проспал, первый урок уже начался к моменту моего пробуждения, а после звонка другу, оказалось, что мы находимся в идентичных ситуациях. Недолго думая, наша компашка послала первый урок в задницу и приняла идеальное, для обоих, решение встретиться в курилке минут через двадцать. Сборы заняли не больше десяти минут, дорога примерно столько же, и вот я уже делаю первую затяжку, попутно обмениваясь новостями с лучшим другом. Тот, в свою очередь, заботливо предлагает мне вытравить надоедливых и явно беснующихся именно сейчас тараканов из башки и пойти с ним на завтрашнюю нелегальную гонку, где будет кататься старый друг его старшего брата. Спустя пятнадцать минут мне все же пришлось согласиться поучаствовать, ибо, как выразился уже знатно подгорающий снизу Михаил Юрьевич: «Ты, блять, совсем охуел, за месяц из нормального пацана превратился в тряпочку, которая плачет о несостоявшейся любви. Хотя, в твоем случае это, скорее, интерес к чему-то новому или, как пишет большинство психологов, так называемый эффект незавершенного действия. Трахни ты ее в тот вечер, и не было бы этих мучений». Сейчас я процитировал моего друга-придурка дословно, и эта фраза в его исполнении дополнялась ярой жестикуляцией и самым серьезным лицом, в попытке объяснить мне простую, для него, истину. Посмотрев на время, стало ясно, что пора бы уже топать в школу, иначе есть шанс опоздать на второй урок. Проходя по коридору, мы услышали приглушенный голос из приоткрытой двери кабинета физики. Я подошел ближе, и заглянув в замочную скважину, увидел Алису, расхаживающую по классу и нервно, безумно нервно теребящую в руках край своего свитера. Миху я тоже подозвал, и мы стали прислушиваться. Конечно, жаль, что нам удавалось услышать лишь реплики одной из сторон, но даже так картина складывалась интереснейшая: — … — Привет, родной. Что-то случилось? — настороженно, но в тоже время с нескрываемой нежностью, спрашивает девушка. — … — Нет, его ещё не было. А что должен приехать? У вас же пары. — говорит она, сжимая рукой край парты с такой силой, что костяшки пальцев белеют. —… — Они живые? — в голосе Алисы проскальзывают нотки страха. Мне стало интересно, за кого наша красавица настолько сильно волнуется, да так, что эмоции на ее личике сменяются со скоростью света. Я бы с удовольствием взял у этого человека пару уроков по выбиванию эмоций из очень гордых девочек, ибо за последний месяц я добился лишь удара и нескольких презрительных взглядов. — … — Что значит — «относительно»? — беспокойство и страх медленно уступают место ярости. Ответ собеседника явно не удовлетворил ее любопытство. — … — Сань, если вдруг он появится, я наберу. Мне на урок пора, — говорит девушка, тяжело вздыхая и, скинув звонок, направляется к выходу из класса. Нам с трудом удается ретироваться от двери, дабы остаться незамеченными. Звенит звонок, и Алиса практически бегом направляется в кабинет, мы же идем не торопясь, попутно обсуждая сложившуюся ситуацию. — А я тебе говорил, что это она! — победно восклицаю и торжествую я. — Гор, не ори на весь коридор, думаю, не все в курсе того, чем ты ебешь мой мозг последнее время, — устало говорит друг, но в его глазах зарождается огонек интереса, видимый даже, если не присматриваешься. — Что теперь скажешь? — я испытывающее посмотрел на друга. — Ну, что тут скажешь, — начал друг. — Ты, конечно, придурок, но как только что выяснилось, чертовски проницательный. Так и быть, помогу я тебе твою принцессу рассекретить, хотя и не понимаю, нахуй оно тебе нужно это мозгоебство, и без того дохуя в мире красивых телок. — Она другая. — в миллионый раз объясняюсь я, также не возымея на друга сильного эффекта, он закатывает глаза, и мы заходим в класс. Учительница тяжело вздыхает, но предпочитает промолчать, ибо уже устала отчитывать нас за каждое опоздание. Спустя пятнадцать минут нуднейшей болтовни со стороны Марии Александровны, которую мы упорно игнорировали, играя в гонки на телефонах, послышался стук в дверь. — Можете войти, — благосклонно разрешила физичка. Дверь медленно открылась, и в нее просунулся тот самый чувак, прервавший наш танец с девушкой из клуба, имени его я не вспомню, но память на лица у меня отменная, и с двухсот процентной уверенностью могу сказать, что это он. — Извините, что прервал вас, но не мог бы я забрать Алису? — извиняющимся тоном спросил парень, выискивая девочку глазами. — Молодой человек, и кем вы ей приходитесь? — Мария Александровна, обладая особой занудностью, предпочитала напористо допрашивать каждого, кто пытался съебнуть с уроков. — Я ее старший брат, — выдал брюнет, а наша тихоня покачнулась на стуле, видать такого поворота событий не ожидала даже она. — Алиса, а у вас есть брат? — спросила классная, я же впервые в жизни был благодарен ей за потрясающую дотошность, ибо мне было нужно знать ответ, искренне не ебу зачем, но нужно. — Да, просто последние два года он учился в Англии, а сейчас вернулся домой, не зная, что родители улетели в командировку во Францию. — проговорила Алиса с самым честным лицом, непоколебимой уверенностью во взгляде, голос ровный, ничего не выдает ее маленькую ложь. Она прокололась в одном: ведь месяц назад я видел их с этим парнем в клубе, а значит, в Англии он быть не мог, если только у него нет брата-близнеца. — Ну, что же, в таком случае можете идти. Остальных преподавателей я предупрежу, — вынесла вердикт физичка. Быстро собрав все вещи в сумку, Миронова направилась к выходу из класса, не забыв вежливо попрощаться с учительницей. Парень же галантно пропустил ее вперед, он закрывает дверь, я же усмехаюсь и ловлю на себе удивленный взгляд Алисы. После окончания урока бесцеремонно скидываю вещи в рюкзак в непонятную кашу и направляюсь к выходу из кабинета. Спустя несколько минут слышу голос догнавшего меня друга: — Дорогой, сейчас я предлагаю тебе покинуть сие учебное заведение как может резче и отправиться в какой-нибудь уютный бар, где ты опишешь мне свою реакцию на брата нашей тихони. — Да никакой он ей не брат, но твоё предложение я поддерживаю. — согласился я, переваривая всю вышеизложенную ситуацию. Здание остается позади, и на парковке мы рассаживаемся по машинам и направляемся в давно любимый бар с неприятным названием «Бруклин». Заняв привычный столик в углу помещения, заказываю бутылку коньяка и два бокала, и, кажется, нажираться в компании Михи уже стало устаканненной привычкой. Официант приносит заказ. Разлив алкоголь по бокалам, делаю первый глоток, друг сверлит меня испытующим взглядом, выражающим его заинтересованность и сосредоточенность. Моему терпению приходит конец, и я раздраженно восклицаю: — Может, хватит на меня так смотреть? — Может, уже расскажешь, что, черт возьми, с тобой происходит? — в тон парирует друг. Делаю ещё глоток, коньяк приятно обжигает горло. Повертев стакан в руках и полюбовавшись на янтарную жидкость, я говорю: — Ну, что же, слушай. Все началось еще тогда, в клубе, когда мы отмечали начало учебного года. Ты указал мне на брюнетку, а я залип, она двигалась слишком плавно, слишком красиво и выглядела нетипично для этого места, тогда, только заиграла медленная музыка, я пригласил ее на танец, но завершить его нам не дал чувак, который сегодня утащил Алису. После я пришел к вам в класс, и что-то в этой девочке показалось знакомым, в тот момент, когда она уложила меня на пол, глаза выдали ее полностью. Я уверен, что она меня узнала, а я впервые задумался, что Лиса — моя брюнетка. Скорее всего, после этих слов, ты решишь сдать меня в психушку, но я что-то к ней чувствую, это чувство сильнее интереса или азарта, возможно, симпатия, а, возможно, очередной мой бзик. Друг смотрел на меня несколько долгих минут, а после выдал то, чего я ожидал от него в последнюю очередь: — Попробуй поговорить с ней без провокаций, криков или упреков, расставь все точки над «i». И тебе станет легче, да и она сможет закончить учебный год без приключений.  — Знаешь, наверное, ты и прав, — поник я от осознания нелегкости будущего разговора. — Конечно знаю, — беззлобно усмехается друг. Остальной вечер проходит в разговорах на отвлеченные темы, ближе к одиннадцати вечера, вызвав такси, мы разъезжаемся по домам. До дома я добрался в рекордные сроки, и, быстро приведя себя в порядок, лег спать. Завтра будет трудный день, в этом я был уверен как никогда прежде, на все сто, сулящих трудности, процента…