Как сбылась моя мечта. Том II: Вторжение

22 Июля. 2016 год

За неделю Рукун крепко сдружился с Лирой и Бон-Бон. Они были великолепными слушателями и хорошими помощниками. Миша научил Лиру некоторым фокусам, которые мог сделать только человек: она его попросила, а он не смог отказать. Также Рукун устроился кондитером-помощником Бон-Бон. Пинки приняла эту новость не очень радушно, что и не смогла скрыть за своим вечным оптимизмом. Хоть Миша и жил у неё, общаться они стали очень мало, да и Михаил стал реже помогать ей. Сегодня Миша в очередной раз пошёл в гости к Лире и Бон-Бон. Чувства «легкой симпатии» к этой странной единорожке с её необычным увлечением у светловолосого росло с каждым днём. И сегодня он решил подарить Лире небольшой подарок, который он нашел случайно у себя в кармане. Рукун подошёл к двери и позвонил в звонок. Простояв пару секунд, он услышал приближающийся цокот копыт, и дверь открыла кремовая земнопони. — О! Добрый день, Миша. Рада видеть, проходи, — улыбнувшись, поприветствовала земнопони, пропуская человека в дом. — Привет, Бони,* — ответно поздоровался паренёк, проходя в дом. — Мда, с двумя людьми общаться не просто, но главное, что Лира осуществила свою мечту, — усмехнулась кондитерша. — Рад, что исполнил её мечту. К-к-кстати, а где она? — начав заикаться, спросил толстячок. — Она ушла на рынок за начинкой для карамели. Сегодня я покажу, как делать карамельки. Пинки мне передала, что у тебя хорошо получаются сладости, так что твоя помощь пригодится, — сказала Бон-Бон. — Всегда рад помочь. — А пока Лиры нету, я могу рассказать, как их делать. — Хорошо, я внимательно слушаю, — обрадовался Рукун и уселся поудобнее, а карамельная земнопони начала длинный рассказ о том, как делать карамельки. Казалось, что может быть проще, но у Бон-Бон была своя собственная методика, благодаря которой у неё и были самые вкусные конфеты в Эквестрии. Рукун с интересом слушал её и, как ни странно, понимал и запоминал весь процесс с первого раза. На Земле Миша был большим сладкоежкой, но он никогда не мог подумать, что делать сладости окажется таким приятным и простым процессом. Ну, тут, конечно, есть логичное объяснение: на Земле его этому никто не учил, да и конфеты сейчас делаются не ручным трудом, если не считать редких исключений, а конвейерами и механикой, поэтому паренёк не знал о своём таланте. Но Бон-Бон оказалось доброй, и, главное, терпеливой учительницей, рассказ о процессе готовки сладостей она произносила с таким увлечением, которого он даже от Твайлайт не слышал, хотя он её вообще видел пару раз всего, но не суть. Через двадцать минут пришла Лира с большим количеством сахара, фруктами, орехами и другими вариантами будущей начинки. — О, привет, Лира, а мы тут как раз о-о-обсуждаем, как делать карамельные ко-ко-конфеты. Бон-Бон столько всего мне рассказала, что просто не верится, — похвастался Миша единорожке. — Добрый день, Миша, рада за тебя. Надо будет тебя как-нибудь поучить на лире играть, — ответила единорожка, уходя зебринской походкой и опираясь на задние копыта на кухню, держа большое количество сахара в передних копытах. — Ладно, Бон-Бон, давай через полчасика на-на-начнём делать карамельки? — встал Рукун, посмотрев в сторону уходящей единорожки. — Эм-м-м, ну хорошо, я тогда как раз всё приготовлю, — согласилась Бон-Бон и пошла на кухню. Рукун сел на диван и ждал Лиру. Через пару минут единорожка пришла и, сев на диван, начала рассказывать, почему она так долго была на рынке. —… потом пошла домой и встретила известного музыканта, ты его не знаешь. Он сказал, что слышал мою музыку, похвалил игру и мой талант, а потом предложил сыграть на сцене в Балтимейре! Представляешь, я впервые выступлю на большой сцене, на публике!! — Ого, поздравляю. Ты ведь согласилась, да? — искренне радуясь такому успеху своей подруги, спросил он. — Конечно, через три дня отправляюсь и проведу там неделю. Кстати, тебе же нравится лира, и как я играю? Может, хочешь съездить со мной, составить компанию? — смущенно водя копытом по полу и опустив взгляд, спросила единорожка. — Очень нравится, ты и правда отлично играешь, да и сама очень красивая… музыка… хе-хе. Я бу-бу-буду рад составить тебе компанию, — так же смущенно ответил Рукун.  — Отлично, тогда поедем с тобой через три дня в Балтимэйр.  — Супер, спасибо. Кстати, я хотел тебе кое-что по-по-подарить, — Миша вытащил из кармана три монеты по десять рублей, — Это монетки по десять рублей из нашего мира. Здесь они ничего не стоят, но-но-но у нас на них можно было купить три конфеты или упаковку шоколадных шариков.  — Вау, красивые. Спасибо большое! Кстати, а у вас на Земле за сколько можно было купить, допустим… килограмм сахара? — явно жутко довольная от такого подарка, заинтересовалась Лира.  — Ну, везде по-разному, но в среднем где-то за сорок пять рублей,  — не до конца понимая, зачем ей это, ответил светловолосый.  — У нас сахар стоит шесть битов. Получается, один бит на ваши «рубли» это… семь с половиной рублей, — посчитала Лира.  — Ого, не так уж и сильно они отличаются. Я думал, что за один бит к-к-как минимум уйдёт рублей сто, — удивился Рукун. Так они и продолжили общаться на тему денег и так заговорились, что не заметили, как прошло полчаса. К нам подошла недовольная земнопони.  — Миша ты не забыл про карамельки? — суровым голосом спросила Бон-Бон.  — Ой, прости, Бони, мы заговорились, пошли скорее.  — Ну ты и зануда, Бон-Бон, — наигранно разозлилась Лира, но она понимала, что Мише полезно будет знать это, если он и дальше собирается оттачивать свой талант.  — Лира, ещё одно слово, и не будет п… э-ээ, платья, — заикнулась земная.  — Эм-м-м, платья, а для чего? — не понял Миша.  — Молодой человек, а ну быстро на кухню! — бросила карамельная и, указав копытом на кухню, осталась в зале с единорожкой, а через несколько минут присоединилась к нему.

***

На этот раз мне все же удалось встретиться во сне с Константой. — Привет, сестрёнка, я так рад тебя видеть. — Приветствую, братик мой. С тобой что-то произошло? Я неделю не могла попасть в твой сон или вообще найти его, — обеспокоенно спросила сестра. — Мда, насчёт этого… со мной случилось… что-то очень странное и непонятное. Не знаю, как это объяснить, я просто кратко тебе расскажу, что было неделю назад, когда я вырубился. Я встал поздно утром, сделал утренние дела, умылся, принял душ, потом ко мне пришла Селестия и сказала, что ей нужно куда-то отбыть на весь день, и будет она поздно вечером, после я пошёл в тронный зал, где дремала Луна… — я рассказал, как всё было, сестре, стараясь не сильно вдаваться в детали и не упоминая про Твайлайт.  — То есть Эпплджек крикнула тебе «обернись», и не успел ты это сделать, как потерял сознание? — переспросила Константа.  — Да, — коротко ответил я.  — Хм-м-м, ума не могу приложить, что могло произойти. Но как бы там ни было, ты не появлялся во снах неделю. Скорее всего, ты был в сознании, частично, может быть. Я тебе советую спросить у девочек об этом и о том, что они увидели, — предложила вариант Константа, — Прости, что не могу помочь, Майки, — огорченно опустила голову Константа.  — Ничего страшного, сестрёнка. Кстати, а можно ещё один вопрос?  — Конечно, что ты хочешь узнать, Майки? — мгновенно повеселев, спросила Константа.  — Немного неловко тебя спрашивать об этом.… В общем, обращённый аликорн может ведь… забеременеть от человека? — немного покраснев, спросил я. Константа сначала задумалась, потом удивилась, и только потом до неё дошёл второй смысл вопроса.  — Твайлайт беременна?!  — Ну, в общем… да. Но я не понимаю как. Мало того, что она аликорн, так, к тому же, я тогда был ещё человеком!  — И что? В этом-то и плюс, мой любимый братик. В тебе гены аликорна были изначально, не забывай, кем был наш папа. Если бы ты был обычным человеком, Луна бы не смогла превратить тебя в аликорна, даже имея нужное заклинание! Я так рада за тебя!! — чуть ли не светясь и прыгая на манер Пинки от радости, Константа кинулась меня обнимать.  — Сестра, я тут подумал… а кто у нас будет? Кентавр или аликорн? — заинтересованно и одновременно со страхом спросил я, впрочем, не спеша выпускать её из объятий.  — Ну, не кентавр, это точно, — засмеялась Константа, — Все наши биологи утверждали и доказали, что у аликорнов присутствует человеческий геном, а у человека - ген аликорна. Кентавр получился бы, если бы у тебя был только человеческий геном.  — Погоди, у Твайлайт же нет человеческого генома… — заметил я.  — Значит, велика вероятность, что родится аликорн, ведь и у тебя, и у неё часть генома аликорна присутствует, а вот остальные его части у вас различны, и маловероятно, что родится единорог или человек. Хотя все может быть.  — Понятно, спасибо, дорогая сестра, я тебе очень благодарен, — я посмотрел на гриву сестры и хитро улыбнулся, — Константа, а знаешь, что я делаю с поняшками, у которых взъерошенная грива?  — Эм-м-м… Я материализовал расчёску и начал расчёсывать гриву Константы. Правда, пришлось вставать на задние копыта, ведь она выше меня.  — А это очень… приятно… ох-х. Помню, как меня папа почти так же расчёсывал… кстати, он часто делал всем причёски, когда было свободное время, — вспоминала Константа.  — Ну, теперь ясно, в кого я пошёл, — улыбнулся я. Было приятно расчёсывать такую мягкую гриву, как у Кони, да и ей самой было приятно. Параллельно моим услугам парикмахера мы болтали с Константой о её детстве, оказывается, она хотела стать полевым хирургом: их корабли часто подвергались атакам космических пиратов, вследствие чего данная специальность была очень востребована. Через полчаса наших разговоров Константа начала прощаться:  — Ладно, братик, тебе уже пора просыпаться. Не пропадай больше так надолго.  — Обещаю, сестрёнка, — через минуту сон окончательно развеялся, и я проснулся в объятиях Луны, которая уже открывала глаза. Сегодня, мне не нужно было поднимать или опускать луну. Селестия, когда об этом узнала, сказала, что на это тратиться много магической силы и что такую магию нужно использовать в самых крайних случаях, иначе у меня будет магическое переутомление. Но странным мне казалось то, что мои магические запасы на таком же уровне, что и у Тии, но переутомляюсь я всё равно сильнее. Может, это из-за того, что она научилась как-то по-особому колдовать? Впрочем, мне пока что это было не столь важно, важнее будет разговор с Хранителями Элементов.  — Доброе утро, Майки! Как спалось?  — Великолепно! В твоей опочивальне, да и с тобой под копытом - это потрясающие ощущения! Правда, «там» как-то уж очень тепло.  — Ой, прости, это всё хвост, — я посмотрел с подозрением на Луну, — ему не прикажешь, — хихикнула Луна.  — Ну-у-у-у, ладно, — всё ещё с подозрением смотрел я на Луну, — я к Селестии, скажи, чтобы нам приготовили еду через десять минут.  — Слушаюсь, Ваше Величество, — сказала Луна и наигранно поклонилась. Я пошёл в покои Селестии, по пути встретил парочку охранников, которые мне поклонились и продолжили патрулирование. Через несколько минут и кучу лестничных переходов я дошёл до покоев дневной принцессы. Сколько раз мне говорила Селестия, что можно заходить без стука, всё равно стучусь то ли из уважения к ней, то ли это уже привычкой стало.  — Майкл, входи! — послышался приглушенный голос Тии. Я вошёл и сразу же заметил Селестию. Она лежала на кровати и что-то читала, сильно напоминая чем-то Твайлайт, когда та читает в кровати.  — Доброе утро, Тия. А почему ты не в тронном зале? — с небольшим удивлением спросил я.  — Порой даже принцессам следует отдыхать от своих обязанностей. Вот вы с Луной почти ничем не занимаетесь, а ваша любимая Тия летает по городам, встречается с мэрами, издаёт указы, налаживает отношения с другими королевствами, и это далеко не весь список обязанностей, которые я исполняю, — немного недовольным голосом пояснила Селестия, закрыв книжку и убрав на полку. Как-то на неё не похоже, причем очень. Раньше она не жаловалась, но и выходного у неё и правда давно не было. — Я могу тебе помочь, Тия, ты же знаешь, только попроси, да и Луна тебе помогает, — попытался утешить я Тию.  — Прости, Майкл, я и правда подустала. Видишь? Даже у аликорнов силы не бесконечны, как многие думают. Мы далёко не бессмертны, иногда я задумываюсь, почему судьба уготовила именно такую ношу для нас всех. Твайлайт же, бедная, не справиться с правлением в Эквестрии, к тому же, у неё скоро будут другие заботы, как и у тебя, Майкл. А Луна прожила большую часть жизни в изгнание и иногда принимает ошибочные решения из-за различия с теми законами, которые помнит она и теми, которые в силе сейчас, — грустно улыбнувшись, заверила принцесса.  — Я понимаю, Тия, мы с Твайлайт безнадёжны, но Луна может править. Когда ты была в коме, она столько всего делала, я даже хотел ей помочь, но она упорно и твёрдо стояла на своём мнении, прямо как ты сейчас. И законы она уже знает на отлично, — заступился я за любимую.  — Я надеюсь, то, что ты ведаешь, Майкл, правдиво, и Луна правда сможет мне помочь сейчас, когда я так нуждаюсь в помощи, — ответила Тия.  — Она не подведёт. Уверяю тебя. Пошли завтракать, тебе нужно набраться сил, — попытался я отвлечь Селестию от этой темы, вспомнив все-таки, зачем пришел изначально.  — От еды их много не прибавится. Силу мне дают совершенно другие источники, — заявила Селестия, отвернувшись к окну.  — Ну хотя бы составишь нам компанию и отвлечешься, — я чуток приблизился к Селестии, стараясь понять, насколько же у неё упало настроение.  — Ладно, Майкл… пошли, — сдавшись, повернулась ко мне Селестия, и мы вместе с ней пошли в столовую. Там нас уже ждала Луна на своём троне.  — Доброе утро, сестрёнка, что ты такая грустная? — спросила Луна, поменяв радостный взгляд на сочувствующий.  — Доброе, Луна. Всё в порядке… утомилась вчера, — ответила Селестия.  — Так давай я тебя подменю, Тия. Я с радостью разгружу свою любимую сестрёнку, — сходу предложила принцесса Ночи.  — Благодарю, сестра, но я справлюсь, — поблагодарила принцесса Солнца, немного неуверенная в правильности своего решения. Весь завтрак мы молчали, Тия даже ела через силу, Луна её пыталась подбадривать, но это не особо помогало. Закончив трапезу, Тия, взяв с собой пару каких-то бумажек, пошла в тронный зал, мы же с Луной остались в столовой.  — Майкл, что с Тией? Она ужасно выглядит, и как в таком состоянии она собралась работать? — взволнованно спросила Луна.  — Я сам ещё не особо понимаю, кажется, она думает, что судьба нас больше прокляла, чем просветила, — ответил я.  — Что ты имеешь в виду? — не поняла ночная пони.  — Она считает, что мы ещё не способны править, а одна она сильно устаёт. Даже несмотря на то, что она очень сильная во всех смыслах, — уточнил я.  — Опять Тия своё опекунство «включает», думает, что мы не сможем управлять страной... — буркнула принцесса, — Майкл, я с ней поговорю, ты не переживай. С ней нередко такое случается. Будь добр, навести девочек сам. Луна легко поцеловала меня и галопом побежала к Тие. Мне же ничего не оставалось, кроме как отправится к Хранительницам.

***

Карамельки получились великолепные, паренёк даже, пока Бон-Бон не видела, по-быстрому слопал одну, хотя земнопони категорически это запретила. Было слышно, что единорожка время тоже не теряла даром и практиковалась на своём любимом инструменте.  — Миша, у тебя отлично получилось. Похоже, ты и правда прирожденный кондитер, — похвалила Рукуна Бон-Бон.  — С-с-спасибо, Бони, рад тебя порадовать, — улыбнулся светловолосый  — Теперь можно и на продажу. Я на рынок, пока он ещё не закрылся. Ты можешь посидеть здесь с Лирой или пойти домой, на сегодня всё, — предложила карамельная.  — Думаю, погощу у вас ещё не-не-немного, — ответил тот.  — Хорошо, до встречи, Миша.  — Пока, Бони. Бон-Бон ушла, предварительно оставив пару карамелек Мише в награду. Лира репетировала, и он её не хотел отвлекать. Пока, можно сказать, «никого не было», он решил побродить по дому. С детства у Рукуна был странный интерес - изучать дома, чтобы знать, где его не найдут с ворованными со стола конфетами и печеньем. Когда его родители брали с собой в гости к их знакомым, Рукун сразу же начал изучать всё - от крыши до подполья, почему он это делал, он и сам объяснить не мог. Вот и сейчас он бродил по дому и изучал каждый уголок его подружек. Побродив так минуты две-три, Миша наткнулся на маленький чулан. Открыв его, он ничего не увидел, света там не было, как и выключателя. Но вдруг Рукун вспомнил, что у него остался брелок с фонариком в кармане (да, он вспомнил о нём только сейчас). Что у него ещё в кармане, интересно? Освятив им чулан? он увидел, что там в основном лежал всякий ненужный хлам: диваны, кресла, какие-то доски, бутылки, коробки. Но больше всего его привлекло внимание одна коробка ярко-зелёного цвета. Открыв коробку, Миша увидел там то, что никак не ожидал увидеть в доме Лиры и Бон-Бон — снаряжение русского военного, причем за ним явно ухаживали и периодически чистили.  — «Откуда у них это? — тут же в голове туман рассеялся, и он вспомнил момент своего бегства с земли. — Черт!!! Я же забыл про Сапронова!! Кристина, Валентина, вот де****!» — проклинал себя Рукун. Рассматривая вещи, он услышал цокот Лиры, которая спускалась со второго этажа на первый.  — Мишаня, ты где? Я хочу, чтобы ты послушал, тебе должно понравиться! — крикнула на весь дом Лира. Он быстро закрыл коробку и спустился на второй этаж. Лестница была слева от чулана, поэтому Миша быстро пошёл направо. Там оказалась, судя по всему, комната Бон-Бон. Ну уж лучше, чем в чулане.  — Я здесь! — крикнул светловолосый, и цокот усилился. Стоило отметить, что комната Бон-Бон, что странно, была больше похожа на комнату какой-нибудь знаменитости: Тёмно-розовые цвета с редкими полосками синего, и все места были заняты разной раритетной мебелью, а завершал композицию балкон с небольшой верандой и видом на Понивилль.  — Что ты делаешь в комнате Бон-Бон? Она не любит, когда заходят в её комнату без её разрешения и без неё, — строго ответила Лира, но потом переменилась, — Ладно, ей я не скажу, пошли ко мне в комнату, я тебе сыграю композицию, которую собираюсь сыграть в Балтимейре.  — Я очень за-за-заинтригован, — заинтересованно сказал Миша, идя за единорожкой наверх, забыв о своей находке. «Не очень люблю музыку, но мелодии этой поняши я буду слушать, даже если она будет ужасной». Сев на любезно предложенную софу, Рукун кивнул головой, давая понять, что готов слушать. На Земле он не очень любил слушать музыку, лишь иногда некоторые композиции, которые цепляли его за душу и реально нравились, но даже они не смогли сравниться с тем, что играла Лира на своём инструменте! Когда же единорожка закончила, я просто встал и громко зааплодировал.  — Спасибо, Миша! — ответила мятная поняшка. — Я смотрю, тебе понравилось.  — Да, Лира, это было бесподобно. Клянусь богом, я никогда не слышал ничего более прекрасного! — ни капли не преувеличивая, похвалил её парень.  — Ой, да не стоит. Спасибо, от тебя это очень приятно слышать, — сильно покраснев, ответила единорожка.  — Стоит, стоит. Я даже заикаться перестал от э-э-этого… блин, ну вот, накаркал, — расстроившись и не обращая внимания на такой прямой намек, ответил Миша, отчего единорожка засмеялась, — Ты очень мило смеёшься, — случайно вырвалось у него.  — Что? — переспросила в шоке единорожка, перестав смеяться и сильно покраснев. Рукун молчал и старался не смотреть ей в глаза, — Я мило смеюсь? Э-ээ… Спасибо.  — «Как легко и приятно говорить девушкам… или кобылкам комплименты» — усмехнулся про себя Михаил.  — У нас на земле есть такое вы-вы-выражение: «За правду "спасибо" не говорят, правду просто благодарят».  — Ну, тогда моя благодарность будет заключаться в том, что я сыграю ещё разок, — логично ответила единорожка.  — А я с радостью послушаю, — ответил золотоволосый и начал наслаждаться прекрасной мелодией, исполняемой Лирой на лире, ещё очень долгое время. *Отсылка к Five Nights at Freddy’s (слегка не уместная - бета)