VII
11 июля 2016 г., 17:39
Главный следователь отдела висяков — Чон Хосок. Недавно он получил пополнение в рядах своих подчиненных. К нему в отдел спихнули импульсивного новичка — Пак Чимина. На самом первом выезде неправильно поняв шутку начальника, он стал создавать тому проблемы.
В начале над ним смеялись его подчиненные, а ещё брат, и его парень. Потом, когда он шёл получать выговор, Чон был встречен жалобным взглядом Джина — его старого друга, и заместителя начальника. Ну, а завершило тур по мукам души Хосока то, что его, как маленького, отчитал Ким Намджун — начальник Сеульской полиции, и лучший друг Чона по совместительству.
Обычно он слушал лекции по поводу поведения своего младшего брата, и Ким Тэхёна — его возлюбленного. Эти двое вечно нарушают правила и никого не слушают, а получает за них Хосок.
А потом, вместо благодарности от Пак Чимина, он услышал колкие замечания и очередную порцию гениальных идей.
Если честно, парню с кличкой J-Hope, не привыкать надеяться на кого-то, но этот парень вызывал тревогу, и детектив Чон стал следить за ним и проверять всё, что он делает.
Первое сомнение появилось, когда Пак пришёл со встречи с парнем из интернета.
Во-первых, слишком довольный и загоревшийся непонятным интересом.
Во-вторых, он сразу побежал в архив искать что-то.
И после этого Чон стал лично следить за подчинённым и его новым другом.
Следователь долго трудился, чтобы узнать кто он, как относится к делу, и нашёл...
Мин Юнги — известный писатель и фигурант первого убийства в серии флориста.
И вот, что странно, тогда парень смог доказать свою невиновность, ведь против него не было улик, но зачем он тогда нужен Чимину, и какая между ними связь?
Чон долго продолжал слежку и находился в раздумьях, не сошёл ли он с ума, но в один вечер, когда он вёл наблюдение за Чимином, тот прокололся.
Машина старшего детектива следовала за машиной Пака, и остановилась у дома, из которого был совершен вызов. Сам он туда идти не собирался, у него выходной, но то, что он увидел, повергло его в шок.
Из дома, где, как он позже узнал, совершено ужасное преступление, он вынес Юнги и положил в свою машину.
А сейчас они дома у Пака, и детектив смиренно ждёт, пока он покинет свой дом, чтобы самому достать убийцу.
— Чимин... — прошептал Юнги утром, теребя чёрные волосы, — Просыпайся.
— Не хочу. — буркнул он и крепко обнял Юнги.
— Тебе идти на работу. — проговорил Мин, кажется, улыбнувшись.
— Ты такой холодный. — игнорируя замечание серого, Чимин затянул его под одеяло.
— Нормальный я. — запротестовал писатель, пытаясь выбраться.
— Нет, я тебя греть буду. — улыбнулся Пак и обвил возлюбленного, как коала.
— Чимин. — впившись в губы следователя, убийца улыбнулся, а затем углубил поцелуй, запустив руку в чёрные пряди вновь.
Тот сразу ответил на поцелуй, но понимал, стоит ему отпустить Юнги, тот уже не даст себя так просто поймать.
— Если ты сейчас же не соберёшься, я найду какую-нибудь женщину, и у тебя будет ещё больше работы. — горячо прошептал сероволосый на ухо детектива, прикусывая мочку.
— Ну Юнгии... — конючил следователь, обжигая его шею горячим дыханием.
— Нет. Живо собирайся. Что за следователи такие, а? — проговорил Мин, ухмыльнувшись.
— Ладно. — протянул Пак, и в прямом смысле слова сполз с кровати и пополз к шкафу за одеждой.
— Активнее. — прокомандовал старший, надевая свою постиранную и высохшую одежду.
— Да, да начальник. Может побудешь сегодня у меня? — между делом спросил Пак, — Заодно и алиби твоё укрепим.
— Думаешь, стоит? — посмотрел Юнги на чёрноволосого.
— Да, и мне точно поверят если я скажу,что ты был со мной. Я конечно все следы стёр, но знаешь, осторожность не помешает.
— Они знают обо мне?
— Я не видел, есть ли камеры у подъезда, поэтому и вынес тебя через вход в подвал.
— Ладно, останусь здесь, мелкий. — проговорил Мин, — Но мне нужен ноутбук, если мысль.
— Да конечно, он в соседней комнате, пароль ...— тут Пак замялся, — Я сам введу...
— Что за пароль? — сразу же спросил Юнги.
— Какая разница? — спросил Пак, включая ноутбук, делая вид, что это очень сложно.
— Что, не доверяешь? — хмыкнул убийца, — Не удивительно.
— Айщ, Шуга! Пароль — это Suga93! — психанул Пак заканчивая с техникой.
— Серьёзно? — рассмеялся парень, — Почему 93?
— Первая наша встреча ...9-ое марта... — смутился Чимин и пошёл одеваться.
— Стой, ты помнишь дату? — сероволосый пошёл следом за Паком.
— Да, помню, и время тоже... — смущённо пролепетал младший и одел обувь.
— Ну что, удачи. — улыбнулся парень, провожая хозяина дома.
На последок, Чимин прижал Шугу к стене и страстно поцеловал, поглаживая пах, чтобы возбудить.
— Ну ты и засранец. — прошипел писатель, отстраняясь от следователя.
— А с этим сам разбирайся. — улыбка чеширского кота, и Пака нет.
Лишь шикнув, Юнги направился в ванную комнату, где и избавился от проблемы.
Внезапно раздался звонок в дверь.
Подумав, что Чимин вернулся и что-то забыл, Мин открыл дверь, но увидел там далеко не того детектива, а другого.
Хосок толкнул дверь и попал в квартиру. Он прижал к шее Юнги нож и ногой закрыл за собой дверь.
— Сейчас ты мне всё расскажешь, тварь.
— Кто вы?! — удивился писатель, держа в себя в руках, ведь этот парень намного сильнее самого бледного.
— Чон Хосок, начальник ублюдка Пака. — прошипел он, прижимая нож сильнее к горлу.
— Вы понимаете, что вы убьёте человека? — притворился невиновным сероволосый.
— Пф, сопротивлялся при аресте, невменяемый, пытался меня убить. У меня много отмазок, а у тебя нет.
— У вас нет никаких доказательств, Чон Хосок. — улыбнулся Юнги, рассматривая следователя.
— Есть, ты вчера был на месте преступления, я вёл слежку за тобой и Чимином. — хищно улыбался он.
— Да кто вам поверит? Какой-то поехавший детектив говорит о том, что невиновный известный писатель — убийца. Серьёзно? — сероволосый ухмыльнулся, резко убрав руку мужчины с ножом от горла и забрав холодное оружие.
— Знаешь, что у меня запись есть, и если ты сухой из воды выйдешь, то Чимина посадят.
— С чего это?! — Мин прижал следователя к стене, — Отдай запись. Живо.
— Ага, так я и отдал, ты что, сдурел? А посадят его за сокрытие улик. — пытался вырваться детектив, как дверь в квартиру открылась и на пороге стоял Чимин.
— Прости, я отпросился...
