Я - гей?

POV Эллеонор

      После всей медиации я сидел, чувствуя себя очень неудобно. Да, инициатором был Зак, но он, похоже, абсолютно не умеет держать язык за зубами. Устроил тут какое-то посмешище. Хотя, в результате, себя же дураком и выставил… И да, совет Артура был действительно правильным. Нет смысла делить шкуру неубитого медведя. Хотя, разговаривать с Заком… особо смысла я не вижу. Потому его предложение об этом прозвучало довольно странно. Я кивнул, удивляясь тому, что он, видимо, не всё мне высказал на паре. Знаем мы все высказывания его…       А ведь я, пожалуй, из всей группы знаю его лучше, чем все остальные. И, конечно же, я в курсе его прошлых отношений: именно мне в жилетку плакался бедный Иян — бывший Зака, который избил его за то, что с ним пофлиртовал другой парень. Мой одногруппник всегда был излишне импульсивен. Мы были знакомы очень давно, с шестнадцати лет, пересёкшись в одном клубе, в котором всегда тусовалось множество геев. И да, как легко понять, мы — не исключение.       О своей ориентации я узнал чуть ли не с детства. Меня всегда привлекали парни. Нет, девушки не казались мне противными или «чудовищами с вагинами, фу, бе» — как выражался один мой знакомый, нет, просто они мне были неинтересны. Сначала я думал, что это с возрастом исправится, но нет… интерес к парням приобрел новую грань. Но, в отличие от друзей, приятелей и знакомых, с парнями мне катастрофически не везло: то мне понравится натурал, к которому я не рискну никогда подойти, то кто-то, у кого серьёзные отношения. В результате, большинство моих половых контактов были на одну ночь, просто от зашкаливающего желания и спермы чуть ли не из ушей.       Я думал, что с возрастом всё исправится, но нет. Сейчас мне двадцать один, и я до сих пор одинок. Съехав от родителей, чтобы не травмировать их своими любовниками — они знали о моей ориентации, но не одобряли этого — я погрузился, пожалуй, в полную беспросветность. Весь университет знает меня, как веселого парня-старосту, но это всего лишь маска. Я ужасно ненавижу приходить домой, в съёмную комнату, в которой ужасно темно, тихо и одиноко. Потому я стараюсь бывать там как можно реже: потому я и стал старостой, взвалил на себя кучу обязанностей, чтобы только позднее приходить домой. Так же довольно часто посещаю клубы, ночую у каких-то случайных любовников… не могу быть один. Наверное, я слишком экстраверт для этого, а чтобы быть счастливым мне нужно постоянно быть в движении.       Большая перемена, как всегда, полна событий: шумная компашка, которую я всегда собирал, как-то даже того не замечая, двинулась в сторону столовой, будто пытаясь скупить половину имеющейся снеди. Мы заняли привычный столик, весело подтрунивая друг над другом. Но тут привычные ничего не значащие разговоры были прерваны внезапным вопросом:       — А кто вам с Заком такой нравится, что вы это выясняли на весь класс? Я вот твою девушку никогда не видел. — я чуть не подавился. «Зак — идиот» — коротко подумал я.       — Потому что её у меня нет. Это и не девушка Зака, просто нравится…       — Красивая? А как зовут? — спросил уже другой.       Похоже, теперь будет форменный допрос. Вообще, я никогда не говорил своим друзьям о своей ориентации — не считаю, что им нужно это знать. Да и не хочу я порицания или неловких ситуаций. Ещё подумают, что я на кого-то из них глаз положил… нет, я давно уже запрещаю себе даже смотреть на натуралов с такой стороны… Может, я трус, может, слюнтяй — называйте это как хотите, но после пары таких случаев, я разделил свою жизнь на две части, которые ни в коем случае нельзя смешивать.       — Алиса, да, красивая. И давайте не будем о ней, прошу, — я улыбнулся, переводя тему. И да, врать не хорошо. Не люблю этого делать. Но, тем не менее, я много вру. Приходится.       — Слушай, а я ведь никогда не видел девушек, которые тебе нравились бы. У меня тут скоро намечается вечеринка за городом в моем коттедже, на которую ты уже записан — только попробуй отпираться, так вот, может, пригласишь её? Мы её быстро убедим, что такой парень, как ты — верх её мечтаний. Где она себе ещё такого найдет?       «Хм, думаю, воображаемой девушке не очень-то нужны парни»       — Думаю, от ваших рассказов она сбежит ещё быстрее. Запугаете её, как пить дать. Знаю я вас: вы же приставучи, как банный лист к одному месту, а настойчивы, как оголодавшие дятлы. Потом, если у нас с ней всё срастется — познакомлю.       — Ой, не понимаешь ты, какая сваха во мне пропадает, — усмехнулся мой друг, — так бы быстро вас свел бы, да и, может, через неё на симпатичную подружку бы вышел.       — А как же Ульяна? — ехидно уточнил другой. И разговор пошёл дальше по укатанной колее, не касаясь моих личных отношений, что меня вполне устраивало.       Физкультура начиналась вполне обычно. Как говорится: ничего не предвещало беды. Не знаю, почему при выполнении простого упражнения моё тело решило, что приземляться на мат — слишком неинтересно, ведь для этого есть более интересные объекты. Зак вполне законно возмущается, я как-то огрызаюсь ему в ответ: даже сам не обращаю внимания — меня довольно сильно приложило. Такое ощущение, что прилетел я не на человека, а на неровный, но крепкий бетон. Отбитая грудная клетка ныла, голова немного кружилась. А Заку ведь, явно, ещё хуже. А он всё не успокаивался, дойдя уже до того, что я специально спровоцировал эту акцию, чтобы припечатать его к полу.       — Да нужен ты мне. Стал бы я собой жертвовать ради того, чтобы тебя по полу повалять. Уверяю, мои ребра мне дороже, чем козни тебе, — отмахнулся я, придерживая голову.       — Тебе плохо? — спросил он, сбавив напряжение в голосе.       — Башка кружится. Думаю, сейчас пройдёт. Если мне кто-то не будет вопить над ухом, — улыбнулся я.       — А чего ты преподше сказал, что всё нормально?       — А ты будто ей сказал, что у тебя с рукой что-то: вон как ты её потираешь уже раз в пятый за минуту. — тот усмехнулся в ответ, признавая мою правоту.       Так мы просидели практически целую пару, в конце только сдав всё-таки зачет, чтобы потом не ходить с хвостами. Перед самым уходом Зак напомнил мне о разговоре, что он хотел провести наедине. Я кивнул, соглашаясь: голова к концу пары отошла, а планов у меня всё равно никаких не было. Всё равно бы куда-нибудь заскочил: вечеринки все начинаются позднее, а вписок никаких сегодня не намечается (и вовсе какие вписки по вторникам?). Переодевшись в обычную одежду, я закинул спортивки в пакет. Мы нашей дружной толпой дошли до раздевалки, забрав вещи. После чего уже на парковке я встал у своей машины, ожидая Зака, тот не заставил повторять подвиг Хатико, довольно скоро появившись, сказав, куда мне нужно держать путь, сел за руль своей машины. Я также устроился за водительским сидением, ведя своего железного коня в один из лучших ресторанов Столицы.       Не люблю вот так ехать вместе, но, одновременно, по раздельности. Похоже, аутофобия* во мне развивается всё больше и больше. Может, уже пора к психологу пойти? Внезапно мой телефон зазвонил, и я с большой радостью принял звонок, тем более, что имя, высветившееся на экране, не могло не радовать.       — Алло, привет, — радостно сказал я.       — Привет, — холодно отозвался Алоис. Я, удивлённый его тоном, немного смутился.       — Что-то случилось? — уточнил я.       — Да, можно и так сказать: дело в том, что я уезжаю домой, на Бету**, со своим будущим мужем. — голос его был крайне серьёзен, настолько, что я сразу понял, что это не шутка. А ведь он прекрасно знает, что ужасно мне нравится. Но у нас даже секса никогда не было, только лёгкие поцелуйчики.       Я медленно втянул воздух, а потом так же неторопливо выдохнул.       — Кто твой муж?       — Ты его не знаешь, он не с Земли. Прости, что так вышло. Пока, — сказал он, сразу бросив трубку, хоть я и не пытался что-то ещё сказать.       Тяжёлые гудки давили, потому я быстро сбросил звонок. Тишина гнела ещё больше. Неприятное чувство одиночества нахлынуло гораздо сильнее. Я быстро набрал другу, пытаясь победить его хоть как-то. Но это не помогало: казалось, что я вообще не слышал собеседника, полностью погружённый в свои невеселые мысли.       Было ужасно грустно, хоть Алоис ничего мне и не обещал. Мда, похоже, я действительно понапридумывал себе иллюзий…       «Хм, интересно, что там сейчас происходит с Заком. Думаю, Алоис позвонил и ему — почему-то эта мысль помогла мне сосредоточиться на дороге, — Зная его, он сейчас не борется с панической атакой (все-таки курс психологии смог помочь мне проанализировать самого себя… не к хорошему выводу), а хочет поубивать всё живое».       Хорошо, что до ресторана осталось всего-ничего. Примечания: *Аутофобия — боязнь одиночества. **Бета — один из моих миров. Мир, населенный только мужчинами четырех разных полов (альфы, беты, гаммы и омеги). Схож с омегаверсом. Фигурирует в фанфике «Феррум. Особенности женских отношений».