***
Уикерботтом сделала затяжку. — Ух, ядреная. — Поморщилась она. — А вы нашего друга не видели? Вэса. Бледный такой, губастый. — На пидора похож. — Вольфганг, отъебись. Короче. Съебал он как-то от нас ночью в неизвестном направлении. В полосатой одежде... — Конечно, видела его. — Ну вот, я же говорил, что он жив. — Он так быстро греб, что из-за тучи брызг еле заметила Feline Ebuchaya, которая еще известна как тигровая акула. Я схоронилась, боясь лишний раз дыхнуть перегаром. Тут и к гадалке не ходи. Вашему хлопцу пизда! Такой молодой был... Уилсон подошел к друзьям. — У меня для вас неприятные новости. Вэс сдох. — Что?! Как сдох?! — завопила Уиллоу. Она судорожно прикрыла рот руками и уже готова была зареветь. — С концами. — Отжарь меня каракатица! — Вöин ушел дöстöйнö! — Хватит ныть! Мне уже жалко этого пидараса! — с нахлынувшими чувствами скорби воскликнул Вольфганг. — Заткнись, сука! Ты все портишь! — рявкнули на него все. — Куски мяса недовольны тобой. Ты плохо оплакиваешь другой кусок мяса. — Пояснил Вольфгангу WX.***
Уиллоу подошла к Уилсону. — Душа моя, тебе лучше побриться. Ты ведь знаешь, как мне нравится борода, когда она горит. — Чо вы приебались к моей бороде... — грустно проворчал ученый. — Да ничо! — Чем тебе борода моя не нравится? — Она меня бесит. Под ней не видно твоего лица. — А нахера тебе смотреть на мое лицо? — Просто. Уилсон скрестил руки и сверлил пироманку взглядом. Она потупила взгляд, покраснела, и убежала. — Вот дурища. — Изрке ученый. Вдруг земля затряслась, и раздался рык. — Что это?! — закричал Уилсон, выпучив шары. — Feline Ebuchaya. — Сказала Уикерботтом, куря трубку. — Нам пизда. — И ты говоришь это так спокойно?! — возмутился Уилсон. — Ну у кого мозги еще остались? Придумай что-нибудь, раздолбай бородатый! — Ну в принципе можно сделать какую-нибудь ловушку. Приманить? — Ага. На гашиш? — А может и на гашиш. — Не получится, я весь скурила. — А ну, иди сюда! Старушка очканула и драпанула от него. — Сто-о-ой! Кому сказа-а-ал!