Новая история

Молодая девушка, сидя за письменным столом, отчаянно писала, пытаясь, всё изложить как можно искренне, но что-то ей постоянно не нравилось, она сминала листок за листком. Глубоко вздохнув, она скомкала очередной листок, выкинув его за свою спину, а после облокотилась о стул и закрыла глаза. Всё это её до жути бесило. Она вынужденна врать, убегая от правды. Резко открыв глаза, девушка начала снова писать, надеясь, что хоть это будет долей правды, но и в этот раз снова врала. Правду она не могла сказать. Не ему. Не сейчас. «Признаю честно, я виновата перед тобою. Я подлая, жестокая, мерзкая и циничная обманщица. Признаю, я использовала мгновения твоей благосклонности, чтобы добраться до карт и архивов. Но не обвиняйте меня в лицемерии. В том, что твоё общество доставляло мне несказанное удовольствие, я признаюсь откровенно, и, уверяю, это правда. Верьте хотя бы в это! Как странно считать искренность чувств, возникших между двумя врагами ещё со школы. Как странно убеждать тебя в своей честности, предавая. Как странно надеяться, что твои чувства были искренними и я не зря трачу последние мгновения перед бегством на прощальное письмо. И я не прошу прощения, ибо для меня его не существует. Ты не хуже меня знаешь, что, когда речь заходит о выживании, всем остальным пренебрегают. Мы такие разные, но в решениях похожи. Для нас обоих есть только долг. Я потеряла много, почти все. От прошлой жизни остались только смутные картинки, ощущения, обрывки разговоров. Я виновата! И за это я прошу прощения. Прощай. Мы, вряд ли, ещё увидимся». Как же противно, но она ничего с собой не могла поделать, он не должен искать её и это единственный выход. Даже если он будет считать её лицемеркой, обманщицей. Ей удобно это. Девушка будет знать, что человек, с которым она никогда не сможет быть, не ищет её, не идёт по следам. Резко распахнув глаза, я попыталась встать, но у меня ничего не получилось. Я упала на кровать со стоном. В мою голову стали возвращаться воспоминания того злополучного дня. Я попыталась оглядеться, но получилось плохо, так как встать, не почувствовав при этом боли, я не могла. Но можно было и не смотреть, чтобы догадаться, что нахожусь в больничном крыле. — Ты уже очнулась? — послышался мелодичный голос слева от меня. Я повернула голову. Эта была та самая девушка с карими глазами. Немного короткими, вьющимися, каштановыми волосами. — Как видишь, — со стоном ответила я. — Сколько мы уже тут. — Две недели, — ответила она, смотря на меня грустным взглядом. — Капец, — я подняла руку, но даже такое простое движение отдалось мне болью. — Извини, это я виновата. — Ничего, я не могла просто смотреть, как ты уходишь в лес. — Спасибо, если бы не ты, я бы погибла. — Не за что, но зачем ты туда пошла? — Сама не знаю, — как-то смущённо отозвалась она. Рисковала собой, и сама не знает почему? Только у Гриффиндорцев такая логика. — К тебе, кстати, очень много кто заходил, — проговорила она также смущённо. — И кто же? — с интересом спросила я. — Гарри, Гермиона, Джинни, Рон, Невилл, Драко, Блейз, Теодор. — Перечислила она всех. На последних трёх именах у меня глаза на лоб полезли. — Малфой, Забини, Нотт… Приходили навестить меня? Ты точно уверена? Может они хотели добить меня? Она засмеялась и сквозь смех ответила: — Нет, они приходили навестить тебя. Приходили не раз, как и вышеперечисленные. Я постоянно притворялась спящей. И единственной кого они хотели прибить, была я. Они твои друзья? — Ага, как же. Если это дружба, то Снейп — гей. Они с самого первого дня меня оскорбляли, унижали. — По ним не скажешь, — улыбнулась она, — кстати, меня зовут Виктория Хейс. — Очень приятно, меня — Кэ… — Можешь не представляться. Я знаю, как тебя зовут. Все знают. Ты произвела фурор с самого первого дня. — Почему же? — Никто и не думал, что у Гермионы Грейнджер есть сестра. А когда ты попала на Слизерин так вообще… — Дальше можешь не перечислять, я поняла. Ты же магглорождённая? — спросила я. — Да, а как ты узнала? — искренне удивилась она. — По фамилии. «Хейс» не чистокровная фамилия. — Ты права, я магглорождённая, в том году перевелась, но… — Никто не замечал, — догадалась я. Она кивнула и как-то взгрустнула. — Слушай, это же ты тогда билась с Ноттом. — Да, а что? — У тебя хорошие атаки, достаточно сильные, но не хватает тренировки. Когда нас выпишут, я потренирую тебя. — Мне неудобно как-то, сначала жизнь спасла, теперь это. — Ничего. Я улыбнулась. Хорошая девчонка и сильная. Такой дар нужно развивать, а не прятать. Я помогу ей, чем смогу.