Broken

      Родители Джека утроили церемонию на годовщину смерти их сына, и Гарри определенно не собирался ехать на могилу любовника с его семьей. Он предпочтет приехать к нему и просидеть часы напролет в одиночестве, рассказывая парню произошедшие за долгое время события. Ему было бы спокойнее, если бы никто не видел его отчаянным, бледным, как смерть и разбитым. Но отказать тем людям — выше его сил. Он просто не мог этого сотворить.       Он видел каждого расстроенного родственника Джека и был уверен — они до сих пор не смирились с потерей. Он не мог сломаться при тех людях, которые считали его сильным, поэтому держать все эмоции в себе было единственным правильным выходом. Только когда он вернулся домой и обнаружил сидящего в машине Найла, слезы потекли из его глаз, разбиваясь об асфальт. Он припарковал собственный автомобиль и бросился на шею блондина. — Это так больно, — лепетал он, — так больно... — Я знаю. Я знаю, каково тебе, — Найл крепче прижимал дрожащее и такое хрупкое тело к себе. — Давай зайдем внутрь? Тут прохладно. — Не уходи, — Гарри прильнул к старшему, пока тот вел его в сторону дома, — пожалуйста, не уходи. — Я никуда не ухожу. Мы просто дойдем до спальни, переоденем тебя в домашнюю одежду и уложим в теплую, мягкую постель. Я не уйду, обещаю, — заверил его ирландец.       Кудрявый устало кивнул и позволил другу вести себя. Он бы никогда не дошел на ватных и онемевших ногах самостоятельно, он знал, что голубоглазый держал его в своих сильных руках. Найл всегда будет заботиться о нем, как никто и никогда не смог бы. Но проблема заключалась в другом: раньше Стайлс не чувствовал себя настолько плохо.       Он закрылся в своей привычной "раковине", мучая себя мыслями, а Найл смог отключить сигнализацию и распахнуть дверь в чужой дом. Через мгновение они оба устроились на диване в гостиной, в которой лишь изредка слышались тяжелые всхлипы шатена, беспокоящие блондина. Слишком больно было наблюдать за рыдающим другом.       Гарри не знал, сколько прошло времени, не знал, как долго рыдает, не знает, сколько минут или часов провел в нежных бледных руках второго. Найл то и дело стирал выступающие слезы с чужих глаз. — Почему бы тебе не подняться наверх и не надеть теплый джемпер и штаны, а я заварю чаю? А после мы сделаем все, что ты захочешь. Ты расскажешь мне обо всем по порядку, или же я сделаю все, чтобы отвлечь тебя. Согласен? — он мягко улыбнулся, отчего Стайлсу стало грустнее прежнего. — Хорошо, — промямлил он заплетающимся языком и побрел к лестнице, чтобы подняться в ванную комнату и смыть с себя все слезы, придавая лицу более живой оттенок. Позже он завязал волосы в пучок и взглянул на отражение в зеркало. Вода, определенно, не помогала. Он выглядел, как смерть. До невозможности бледен, с красными опухшими глазами. Немой вопрос застрял в его голове: будет ли что-то в порядке? Поверить в это становится труднее.       Минут через десять он застал Найла на кухне, который не сразу заметил его присутствия. Он решил воспользоваться моментом и разглядеть юношу. Действительно красивого юношу. Но довольно уставшего с совсем легкой краснотой под глазами, словно и он пустил слезу. Это возможно? Пока он провел столько времени в чужих объятиях, он не задумывался, плачет ли Найл? Он чувствовал себя эгоистом, не понимая, больно ли блондину? Вспомнил ли он о первой годовщине смерти Эйдена? Однако Гарри не просил старшего приходить... — Ты вернулся, — парень слегка улыбнулся одними лишь уголками губ, — думаю, у меня все готово. Ты согрелся? Холодный день не приносит ничего хорошего, неизвестно, что с тобой будет завтра- — Найл, — голос кудрявого был настолько хриплым, что узнать его было бы сложностью даже для его родственников и друзей, — спасибо, что пришел. Я не знаю, почему ты так поступил, но я благодарен тебе. Очень. — Все хорошо, — тот пожал плечами. — Что-то подсказывало мне, что именно сегодня тебе понадобится друг, и я решил заскочить к тебе. — Ты... — лицо Стайлса вновь исказилось в боли, — ты не поехал на работу? Ты... Найл, не надо было этого делать... Ты не- — Хазз, все в порядке. Я хотел так поступить, — Хоран протянул одну из кружек Гарри и устроил ладонь на чужом плече. — Ты сделал бы так же. Я знаю, что сделал бы. Мы друзья, и ты мне дорог. Я не пойду на работу, зная, что ты в это время страдаешь. — Н-но деньги...       Найл закатил глаза и обернул руку вокруг талии Гарри. — Есть такая вещь, как: отгулы. Я могу взять выходной, и мне все равно заплатят. — Молчи, — вздохнул младший, на его лице красовалась небольшая ухмылка вперемешку со слезами. — Я прекрасно знаю, что такое отгулы. — Тогда прекрати волноваться за мои доходы, — засмеялся голубоглазый и ткнул парня в бок. — Я работаю в футбольном клубе, и ты это знаешь. Мне прилично платят, и один выходной никак мне не повредит. — Хорошо, хорошо, — перебивает Хазз друга. — Знаешь, когда впервые ты сообщил, что работаешь на "Челси", я подумал... А вдруг я видел тебя раньше на матчах или мальчишнике Руни? — Я думаю, что даже игроки "Челси" не ходили на его мальчишник, не говоря уж о людях вроде меня, которые работают в офисах. — Да уж, ты человек с деньгами. Каково это? Контролировать все деньги? Миллионы и миллионы фунтов... Ты должен знать обо всем, не так ли? — Хазз, — парень начал хихикать, — как будто ты не в курсе, сколько ты заработал за эти годы. Поэтому будет разумным, если этот вопрос задам я.       Гарри бесшумно усмехается и делает глоток из чашки. — У меня есть кому распоряжаться этими деньгами. Поверь, если бы я сам владел всеми средствами, то их бы у меня не было. Для меня нет ничего скучнее заседаний. Я столько времени провел на совещаниях, слушая всякие предложения, куда стоит вложить заработанные деньги. И мой мозг буквально взрывался. В конечном итоге, я послал всех к черту и позволил распоряжаться заработанным отчиму. Во-первых, он адвокат, а, во-вторых, я считаю его своим отцом. Я могу ему доверять. — Вероятно, это хорошее решение, — кивнул Хоран. — Зато ты не закончишь, как другие, просиживая свою задницу на одном из телешоу и рассказывая, как твой менеджер обворовал тебя. — Ты что смотришь это? — Эй, — лицо Найла стало серьезным, а Гарри хохотал, как раньше. — Интересно наблюдать за тем, как кто-то вроде Ваниллы Айс обвиняет всех, кроме себя. Лично я знаю лишь один его хит. В общем, это довольно смешно. — Ванилла, Господи, — громко и истерично хохочет Стайлс, сгибаясь пополам. Он думал, что смеяться еще громче невозможно, но убедился в обратном, когда Найл начал ходить по комнате и напевать "Ice Ice Baby" снова и снова. — Черт, я дышать не могу. — Извини, — блондин перестает петь, но ему совершенно не было жаль. Широкая улыбка вновь появилась на лице кудрявого юноши, а голубые глаза Найла в полную силу светились от счастья. — Боже мой. Скажи мне, ты смотришь "Семейство Кардашьян"? — Нет. Нет-нет, — старший яростно качал головой, а выражение его лица превратилось в такое, словно он съел что-то кислое. — Как-то наткнулся на одну из серий... после хотелось выцарапать себе глаза. По сути это не должно быть по сценарию, но там настолько все натянуто, черт. Никто из них не действует таким образом, каким должны, это совершенно очевидно. — Эти слова обязательно должны вылететь из твоего рта в присутствии знаменитостей. Если захочешь, я возьму тебя с собой на следующие награждения. Идеально, — хихикает Стайлс.       Хоран ничего не отвечает, лишь смотрит на шатена с радостной улыбкой. — Я рад, что ты улыбаешься. Ты всегда должен быть таким. Лично я считаю, что ты был создан именно для того, чтобы дарить всем свою улыбку.       Гарри робко наклоняет голову в сторону, пряча горящие щеки от взгляда блондина. Что этот человек делает с ним? И зачем? — Пойдем, — мысли юноши прерывает ирландец. — Надо отвлечься и посмотреть какое-нибудь глупое шоу.       Кудрявый хмыкает и поворачивается в сторону старшего, что уже скрылся за дверью кухни. Он медленно последовал за ним, вспоминая, как безутешно рыдал на чужом плече буквально час назад. Найл определенно делает все, чтобы он не горевал и больше смеялся. Теперь, он даже не знал, что бы делал без этого человека со своей жизнью. И он надеется, что ему никогда не придется об этом узнать.