С твоей стороны.

Удар о жесткий пол. Ещё один. Фриск с трудом приподнялась на дрожащих руках и поморщилась от накатившей боли. Перед её глазами двоился злосчастный нож, лежавший на полу. Проследив её взгляд, Санс торжествующе усмехнулся и пинком придвинул к ней оружие. - хех. последний шанс, мелкая, - хохотнув, заметил он, засунув руки а карманы. – убей или будь убитым. Фриск неверящим взглядом взглянула на него и помотала головой. На глазах вновь выступили слезы. Скелет раздраженно цыкнул. - зачем так усложнять? сейчас не время демонстрировать стойКОСТЬ! – он нахмурился, синей магией сильно сжав алую душу и сдавив её. Девочка всхлипнула, вскрикнув от боли и сжалась в комок, отчаянно дрожа. Счетчик здоровья показывал «3/20ХП». Когда синяя магия угасла, Фриск, судорожно хватая ртом воздух, вновь рискнула открыть глаза. Нож теперь лежал еще ближе, заманчиво сверкая острым лезвием. Взять его?.. Защититься?.. Последний шанс? Девочка всхлипнула, свернувшись в позу эмбриона. - Нет, - тихо проговорила она, сквозь стон от боли. Санс удивленно вскинул надбровные дуги. - что? даже не попытаешься? – спросил он. – и где же твоя хваленая «Решимость»? «2/20 ХП» Несмотря на накатывающую волнами слабость, девочка смогла поднять голову и с усилием ободряюще улыбнулась. - …это и есть Решимость, - ответила Фриск. – Если и умереть, то от твоей руки, Санс. Девочка ощутила режущую боль в груди и прервалась, стискивая зубы. Синяя магия вновь отступила и только тогда Фриск смогла глубоко вздохнуть. Голос дрожал, и каждое слово давалось с болью, но она продолжила. «1/20 ХП» - Если… если ты считаешь меня виновной, то, наверное, это так и есть… - она снова попыталась улыбнуться, но на этот раз не совсем получилось. Ей вдруг особенно отчётливо вспомнилось её будущее… её прошлое… то, которого уже никогда больше не будет. Она всхлипнула, срываясь в тихий беззвучный плач. – Было… весело быть… быть одной семьей с тобой… пап… Фриск крепко закрыла глаза и приготовилась к неизбежному. В конце-концов, это был не первый раз, когда она умирала. Вопрос в том, очнется ли она? Или это и правда конец? Но теперь какая разница? Мгновения шли, а решающего удара всё не было. - Санс, хватит тянуть, заканчивай с этим! – раздраженно рявкнула Чара, и тут пораженно открыла рот, уставившись на Теневого Судью. – Ты что там – в телефоне копаешься?! - упс, простите, Ваше Высочество! – виновато усмехнулся скелет, пряча мобильник в карман. – Папайрус… - «Ваше ВЕЛИЧЕСТВО»- презрительно поправила его Чара, фыркнув, и скрестила на груди руки, всем своим видом показывая, какого она мнения о таком поведении. Но больше ничего она не сказала, вспомнив, что у неё тоже есть приставучий братец. - вот и всё, - хмыкнул Санс, и Фриск услышала нарастающее гудение бластера над головой. – прощай мелкая. сейчас ты… Его речь прервала просто до неприличия громкая и неуместная мелодия звонка. Чара раздраженно зашипела, хищно сощурившись. - Сааааааааанс! - упс! неловКОСТЬ! – хохотнув, пожал плечами скелет, доставая телефон. – снова Папс… я на пять минут, Ваше Величество! Гудение над Фриск прекратилось, и в зале сверкнула неяркая вспышка телепортации. Чара резко выдохнула, из последних сил держа себя в руках. - Если хочешь что-то сделать – сделай это сам, - прорычала Королева. Рядом послышался лязг лезвия, похоже, она подняла нож. Фриск пискнула от новой боли, когда ее бесцеремонно схватили за волосы и потянули, заставляя поднять голову. - Скажи «прощай», - криво улыбнулась Чара, замахиваясь ножом. – Здесь никто тебе не поможет. Фриск снова зажмурилась, но тут... - Я так не думаю. Яркая вспышка – и залп магии выбил оружие из рук Королевы. - Что? – Чара резко обернулась, отпуская свою «жертву». Девочка обессиленно упала на пол. Голос показался ей очень знакомым, и она едва нашла в себе силы посмотреть на прибывшего. Напротив них с Королевой стоял Азриэль. Белый мех был взъерошен, и Король вызовом смотрел на сестру. Правая лапа искрилась от магии, которую Дриммур был готов пустить в ход в любой момент. - Чара… зачем? – дрогнувшим голосом спросил он, сжимая кулаки. В его взгляде отразились непередаваемые боль и отчаяние. - Азриэль, что ты здесь забыл?! – лицо Королевы, на мгновение запаниковавшей, стало напряженным. – И… как ты попал сюда? Ты ведь… должен быть на площади… и… Она бросила быстрый взгляд на дверь, убеждаясь, что та до сих пор заперта. - Мне помог старый друг, - пояснил Азриэль, отходя в сторону. Позади него стоял Санс, флегматично рассматривая костяшки пальцев. Наткнувшись на испепеляющий взгляд Чары, он усмехнулся. - хей, я что-то пропустил? – со смешком спросил монстр у Королевы. Чара оскалилась. - Ты… предатель! – воскликнула она. Скелет покачал головой. - не-а, Ваше Высочество, - просто ответил он, прислоняясь спиной к колонне. – как Вы можете помнить, я служу Его Величеству тоже. и моя обязанность, как Теневого Судьи, докладывать о всяких «редКОСТных случаях». вроде этого… - Ясно. – Понятливо усмехнулась Королева. – Вы с самого начала сговорились. А ты не так прост, Азри… Она с некой долей уважения взглянула на Дримурра. Похоже, она недооценила его. Тот кивнул. - Да. Санс обеспечивал безопасность Королевства и уже некоторое время следил за тобой, докладывая мне весьма тревожные вести. Поэтому, как только он написал сообщение, что ты собираешься убить человека, я приказал ему доставить меня сюда. Чара хмыкнула, поджав губы, и повернулась к скелету. - Значит, тот звонок был вовсе не от твоего тупорылого братца, верно? – бросила она, сдерживая ярость. Пусть Санс и продолжал улыбаться, в его глазницах исчезли зрачки. - ...а Вы ведь каждый день чувствуете, как грехи ползут по вашей спине, верно? От этого пустого, безжизненного взгляда даже Королева, стремившаяся сохранить самообладание, испуганно дёрнулась. - До меня дошли слухи об измене, - вновь включился в разговор Азриэль, расправляя плечи. – Но я до самого конца не хотел верить, что они являются правдой. - Ты не понимаешь, Азри… - попыталась оправдаться Королева, махнув рукой в сторону сосудов с душами. – Осталась всего одна. Азри, мы будем свободны! Дриммур отшатнулся в ужасе, только сейчас увидев дрожащие потускневшие сердечки. - Чара, что ты наделала! – воскликнул он, широко раскрыв глаза и тут же бросаясь к сосудам. От его лап потянулось зеленое свечение, и души, раньше испуганно жавшиеся в дно, воспрянули, приблизившись и начиная слабо пульсировать. - Я спасала всех нас, пока ты сидел на своем мохнатом заду!! – взорвалась Королева. – Азри, люди опасны! Я делала всё, чтобы спасти наш народ! Азриэль содрогнулся, не оборачиваясь. - Я… я думал, упал лишь один человек… - с горечью проговорил он. Очевидно, Санс докладывал ему далеко не обо всех действиях его человеческой сестры. Король повернулся, строго смотря на Первого Упавшего Человека. - Чара Дриммур, Вы обвиняетесь в государственной измене, - официальным тоном начал он, приближаясь. – Сокрытии правды от действующего короля и множественных убийствах. - Азри… ты чего? – опешила женщина, неверящим взглядом смотря на брата. – Ты ведь… ты ведь знаешь меня с детства! - Выходит, что не знаю, – тяжело вздохнул Король. – Но только из уважения к тебе, как к сестре, я смягчу приговор до пожизненного заключения, без права доступа к ресурсам Лаборатории. На собрании Совета мы еще раз обсудим это решение, но не думаю, что тебе следует ждать снисхождения. - Какого черта?! – в ярости взвизгнула Чара, дрожа от гнева. – Да ты хоть знаешь, что значит: «Быть правителем»?! Что значит: «жертвовать всем для народа»?» Ты инфантильный, безответственный, сопливый слюнтяй!! - Плюс оскорбление действующего короля, - прибавил Дриммур. Он старался казаться спокойным, но разочарованный и сожалеющий взгляд, полный боли предательства, выдавал его с головой. – Чара, что с тобой случилось? Почему ты стала… - …человеком? – усмехнувшись, перебила его Королева. – Люди не стоят доверия, Азри. Ни один из этих чёртовых ублюдков! Она безумно расхохоталась, обхватив себя за плечи и содрогаясь всем телом. Санс с некоторой жалостью взглянул на эту картину, а затем телепортировался, оказываясь рядом с обессилевшей Фриск. - на, мелкая, это должно помочь ненадолго, - Скелет помог девочке принять сидячее положение, и достал из кармана куртки бутылочку кетчупа. Фриск, благодарно кивнув, взяла её дрожащими руками. - С-спасибо… - проговорила она, морщась от приторного томатного вкуса. Пить чистый соус без всего было практически невыносимо, но выбора, как такового и не было. Зато спустя пару глотков её счётчик здоровья уверенно пополз вверх. - Санс, - тихо обратилась к скелету Фриск, отстранённо наблюдая, как Азриэль пытается успокоить захлёбывающуюся в новом приступе истерического хохота Чару. – Ты ведь не сразу написал королю, да? Ты… ты правда хотел меня убить? Повисла напряжённая пауза, уже послужившая девочке ответом. И вот, когда Фриск уже ощущала болезненный ком в горле, и новый приступ подступающих слёз, Санс хмыкнул, присаживаясь рядом. - да, мелкая, не стану врать, - откликнулся он, качая головой. – но я… хотел убить не ту тебя. Девочка опешила, даже отставив полупустую бутылку с кетчупом. - В каком смысле «не ту»? - растерялась она. Санс вздохнул. - существует множество параллельных реальностей, малая, - начал он издалека. – и во многих из них ты являешься убийцей… ты убиваешь всех в этом подземелье. абсолютно всех. Он прикрыл костлявой рукой лицо, и устало потёр лоб. - как бы там ни было, я считал тебя угрозой, но… но ты так и не взяла нож, несмотря на то, что тебе грозила смертельная опасность, - скелет взглянул на неё по-отечески, совсем как в её собственном времени, и сердце Фриск болезненно заныло. – вот тогда-то я и понял, что совершил огромную ошибку. у тебя, мелкая, не было «грехов за спиной», но увидел это я слишком поздно. а Чара… Чара и так была всем словно «кость в горле», так что её отстранение от трона являлось вопросом времени. Девочка робко улыбнулась каламбуру Санса, всё ещё чувствуя слабость во всём теле. И ещё её тревожило то, что сказал монстр. Вдруг, скелет встрепенулся и нахмурился, взглянув куда-то поверх головы Фриск. - это не к добру… - проговорил он, поднимаясь на ноги. Девочка оглянулась и увидела жуткую картину. Чара, содрогаясь от крупных судорог, упала на колени, по прежнему обхватив себя руками. Из её глаз и рта сочилась тёмно-вишнёвая, почти чёрная, жидкость, которую можно было спутать с кровью, если бы не слабое магическое мерцание. - решимость? – неуверенно сам у себя спросил Санс, но тут же отмахнулся от этой мысли – слишком уж тёмной была эта субстанция. Фриск тоже кое-как поднялась на ноги и с ужасом смотрела на, казалось, впавшую в безумие, Королеву. - Чара, это конец, - сказал Азриэль. – Будет лучше, если ты не станешь сопротивляться аресту… - Аха-ха-ха! Аресту? Ты не понял, братик, что я не собираюсь сдаваться, когда мы так близко к цели? Никто не успел отреагировать вовремя. Чара, ещё мгновение назад согнувшаяся пополам и дрожащая от судорог, вдруг резко рванулась вперёд, подхватив с пола нож. Сверкнуло лезвие, и Фриск ощутила резкую боль в области груди. Перед её лицом оказалось безумно улыбающееся лицо королевы. Мгновение – и яркий луч бластера поглотил Чару, отбрасывая в другой конец зала. Фриск упала, ощущая, как стремительно падает её едва накопленный счётчик здоровья. Она бросила взгляд вниз и поняла, что рукоять ножа торчит из её груди. Последнее, что она увидела, это испуганные алые глаза Дриммура. - А… Азриэль! – выдохнула она, и после этого перед её взглядом всё потемнело. Чара умудрилась поднять голову и победно усмехнуться. - Видишь… Азри… я… я всё же спасла всех нас… После этого она упала, и больше не двигалась. Монстр-босс подбежал к девочке, бережно поднимая маленькое тельце дрожащими лапами. Над человеком зависло алое сердечко, но не успел Азриэль его коснуться – как оно тут же распалось тучей мелких осколков. Король стиснул зубы, продолжая бережно сжимать умершего ребёнка. Он вовсе не замечал, что по его пушистым щекам уже вовсю катились слёзы. Санс подошёл, осторожно протянув руку к Его Величеству, но так и не решился его беспокоить. Азриэль дал волю эмоциям, словно забыв, что он тут не один. Почему все эти дети должны были погибнуть? Почему его сестра предала его? Почему она стала убийцей? Он поднялся, держа девочку на руках, и медленно подошёл в другой конец зала, где лежала Чара. Там уже находился Санс, что-то с интересом рассматривая. - ваше величество, взгляните… - скелет протянул монстр-боссу ладонь, в которой находилась душа Чары. Дримурр невольно вздрогнул и поморщился, отводя взгляд. Алое сердце потемнело, в некоторых местах разбухнув и покрывшись чёрными пузырями, из которых сочилась всё та же жидкость. - злоупотребление Решимостью, - пояснил монстр, рассматривая деформированную и разбухшую душу. – даже не может расколоться, как следует… хех… Азриэль опустился на колени и протянул одну лапу к сестре, но замер, не в силах её коснуться. Чара лежала в луже из странной жидкости, смешанной с кровью, и казалась Королю холодной и очень… чужой. Не той, с кем он провёл своё детство. Дриммуру едва хватило сил закрыть глаза покойной, и он отвернулся. Взглянув на ребёнка, лежавшего рядом, Азриэль поклялся похоронить хотя бы её, как следовало, вместе со своей сестрой, раз уж тела остальных упавших людей пропали либо были уничтожены. - ваше величество… - откликнулся Санс, всё ещё сжимая в руке душу Чары. – мы можем выбраться. у нас есть все семь душ. хотя… Скелет придирчиво осмотрел мерзкий пузырящийся комок, в который превратилась душа Королевы. - …я бы не советовал вам её поглощать. Король покачал головой, бережно заворачивая маленькое тельце ребёнка в свой плащ. - Не будем торопить события, Санс, - севшим и глухим от всё ещё накатывающих слёз проговорил Дриммур. – Вначале мы проведём похороны, а затем займёмся всем прочим. Ты ведь знаешь, что людей хоронят не так, как монстров. Объявим в Королевстве траур. Азриэль тяжело вздохнул, посмотрев на души в сосудах. - А после созовём Совет, чтобы решить, как поступить с душами всех людей, включая Чару. Это решение далось Королю нелегко, раньше он бы попросту отпустил души, но… но под его ответственностью находились жизни множества и множества монстров! Если для пленённых людских душ не удастся найти нового телесного пристанища в кратчайшие сроки, то, может, будет лучше разрушить с их помощью Барьер? Нет, никого не убивать на Поверхности, но просто освободить весь его народ? - эээ… ваше величество, а не проще будет обойтись без Совета? – осторожно начал Санс, брезгливо сгружая пульсирующую и пузырящуюся душу в пустой сосуд и затем вытирая руку о куртку. – я помню, что вы изменили форму правления, но вы ведь всё ещё наш Король! - Да, я Король, - согласился Дриммур. – И именно поэтому для меня важно услышать мнения и других жителей Подземелья. Возможно, вместо совета стоит провести общее голосование, как считаешь? Азриэль повернулся к своему Теневому Судье, но тот только плечами пожал. - хей, я всего лишь вправляю кости нарушителям закона, - усмехнулся скелет. – а главный тут – вы, и я приму любое ваше решение! Монстр-босс благодарно кивнул ему, а затем присел рядом с телом ребёнка. Он внезапно нахмурился, рассеянно поправляя ткань плаща. Какая-то мысль, чрезвычайно важная мельтешила на задворках его сознания, но никак не могла обрести законченную форму. Что-то, что неуловимо связывало его с этой девочкой. Что-то, что он знал раньше… - Санс, знаешь, а ведь у неё было странное имя, - задумчиво проговорил Дриммур, вдруг осознав, что именно вызывало в нём смутную тревогу. – У меня такое чувство, словно… Азриэль осёкся, поражённо раскрыв глаза. Он вдруг осознал, что слышал его раньше, более того, вспомнил, когда именно. «Фриск». Пустой зал с колоннами огласил новый болезненный вскрик юного короля. * Месяц спустя, когда было проведено голосование, и всему народу монстров открыли информацию о наличии семи человеческих душ, Королевство практически единогласно проголосовало за разрушение Барьера. Слишком долго длилось их заточение, и такой редкий шанс, пусть и выпавший только благодаря ненавидимой всеми Чаре, упускать было никак нельзя. Это значительно повысило доверие монстров к своему Королю, однако чрезвычайно опечалило последнего. Подсознательно он хотел выпустить души на свободу, хоть и понимал, что это слабость, недостойная его титула. Как бы там ни было, само пребывание Чары у власти значительно ожесточило всех жителей Королевства, и с этим ничего нельзя было поделать. «В конце концов, он ведь просто разрушит Барьер, верно?» «Он не станет никого убивать, заключив мирное соглашения с людьми…» «Никто не пострадает…» Так утешал себя Азриэль, когда направился к сковывающему их заклинанию, вместе с семью человеческими душами. Седьмая из них утопала в пузырящейся чёрно-вишнёвой жиже, залив свой сосуд до краёв. Седьмая душа – душа его сестры, Чары. Даже в Лаборатории не могли опознать, что это была за жидкость, и почему ранее пылавшее алым сердце теперь походило на сморщенный сизый пульсирующий комочек. Лишь поглотив последнюю душу, Азриэль понял, в чём погрязла душа его сестры, потому что в тот же момент это захлестнуло и его. Это была Ненависть. Разрушение Барьера ознаменовало собой начало новой войны. Последней войны для монстров и для всего человечества. * На самом деле, она не думала, что будет после смерти. Свойство её души, особенно ярко проявившееся в пропитанном магией Подземелье, позволяло просыпаться от смерти снова и снова, словно от плохого сна. После выхода на Поверхность магия монстров частично рассеялась, и девочка не видела больше золотых сверкающих звёзд на своём пути. Если смерть и была, то была ли она… пустотой? Местом, полным бесконечного пространства, где не существовало понятий «смерть» или «жизнь»? Была ли смерть сияющими во мраке ехидными алыми глазами, смотревшими на неё из темноты? Была ли смерть чёрным расплывающимся демоном, в когтях которого сияла алая душа? «Это не твоё время, и не твой путь». Не успела она осознать слова, пронёсшиеся в сознании, как всё это закрутилось вокруг и стало исчезать в узкой воронке. Пространство, чёрный, злобно ухмыляющийся демон с алой душой, отчаяние, всё утонуло в отрезвляющей и накрывающей с головой боли. Когда терпеть стало совсем невыносимо, она отчаянно закричала и… …и упала с кровати. Фриск распахнула глаза, вскакивая и судорожно хватаясь руками за рубашку в области груди. Девушка шумно и тяжело вздыхала, словно ей не хватало воздуха, чтобы надышаться. Острая боль прошла так же резко, как и появилась, но Фриск никак не могла понять, что произошло. В панике оглядевшись, она отчаянно пыталась осознать, в каком времени находится. Нескольких секунд хватило, чтобы девушка осознала, что это её спальня, в её собственном времени, но… …но почему? Разве она не умерла окончательно пару мгновений назад? Внезапно дверь комнаты осторожно приоткрылась. На пороге возникла растрёпанная и встревоженная Ториэль в домашнем халате и тапочках. - Моё дитя! Ты в порядке? Мы слышали крик! – испуганно проговорила монстр-босс, заходя в комнату. - Мама! – тут же воскликнула Фриск, и со слезами на глазах бросилась к ней. Девушка крепко обняла монстр-маму, прижимаясь к ней и срываясь в плач. Она просто не смогла сдержать облегчения и радости, когда снова увидела Ториэль, ведь, казалось, совсем недавно держала в руках её очки, на которых ещё остался прах. - Ох, моя маленькая… - дрогнувшим голосом проговорила монстр-мама, обнимая дочь, и утешительно погладила её по спине. – Я рядом, я тут, что случилось? Фриск крепче зажмурилась, уткнувшись в родное плечо. - Мама… пожалуйста, не пропадай… не рассыпайся, не… - только и смогла выговорить она сквозь поток слёз и судорожные всхлипы. - …не уходи. Ториэль содрогнулась и тоже крепче обняла дочь, глубоко вздыхая. - Конечно, моя маленькая, куда же я денусь? – растроганно проговорила она, осторожно усаживая Фриск на кровать и присаживаясь рядом. – Это был всего лишь страшный сон, я здесь, всё в порядке… Девушка и правда стала потихоньку успокаиваться, хотя жуткое зрелище всё ещё стояло у неё перед глазами. Бывшая королева ненадолго задумалась, а потом обратилась к Фриск, положив ей пушистую лапу на плечо. - Хочешь, я прямо сейчас испеку тебе блинчики? - П… прямо посреди ночи? – шмыгнув носом, жалобно переспросила девушка, вытирая слёзы рукавом пижамы. Ториэль улыбнулась и охотно закивала. - Именно! Прямо посреди ночи! Пойдём, - она не спеша направилась к выходу, позвав дочь за собой. Фриск слабо улыбнулась, направившись следом. Из соседней двери выглянул заспанный Санс, протирая глазницы. - мелкая? ты в порядке? или нужна… рука помощи? – скелет помахал костлявой кистью. Несмотря на непринуждённую домашнюю атмосферу, и даже каламбур, Фриск всё равно испуганно вздрогнула, столкнувшись взглядом с приёмным отцом. Тот, заметив это, вмиг посерьёзнел, но тут вмешалась Ториэль, обернувшись к ним. - О, черепок, мы тебя разбудили? Не переживай, это всего лишь страшный сон, - она улыбнулась, вновь отвернувшись и не заметив, как резко изменился в лице её муж при словах «страшный сон». – Но если хочешь блинчиков, можешь подтягиваться на кухню! - блинчики? – задумчиво протянул Санс, смотря на Фриск пустыми глазницами, в которых исчезли зрачки. – тогда я скоро и правда подтянусь к вам… одна нога здесь, другая – там, хех. Девушка продолжила мелко вздрагивать от испуга, даже, когда скелет вновь скрылся за дверью. Этот взгляд… ей очень не понравился. В сознании вспыхнул их диалог, прошедший, казалось, совсем недавно: «-…Ты… ты правда хотел меня убить?» «- да, мелкая, не стану врать...» Когда они спустились, Санс уже был на кухне, вальяжно развалившись на стуле и даже включив электрический чайник. Во всём его виде сквозило скрытое напряжение, особенно, когда его взгляд останавливался на Фриск. Ториэль же, увидев его, только мило захихикала. - О, да вы, мистер, действительно скороКостной! – подойдя ближе, мурлыкнула она, склоняясь и осторожно целуя мужа, на что тот тихо хохотнул, и, перед тем, как поцеловать её в ответ, шепотом заметил: «хей, ну, не всегда». Фриск отвернулась, смущено рассматривая циферблат часов, показывающих половину третьего ночи. В такие вот моменты ей действительно становилось дико неловко. Когда девушка подняла взгляд, то поняла, что монстр-мама ушла за вареньем, оставив их с Сансом в кухне одних. От этого, а ещё от повисшего в воздухе тяжёлого молчания, по спине пробежался табун мурашек. - итак, мелкая… - прерывая тишину, начал скелет. – какого рода кошмар тебе привиделся, а? Фриск помолчала, не решаясь говорить с отцом напрямую и подбирая слова. - Мне… мне снилось, что мамы больше нет, - тихо проговорила она. – И… и что ты хочешь убить меня. После её слов повисло ещё более тяжёлое молчание, в котором едва уловимое тиканье настенных часов казалось раскатами грома. - Ты говорил это тогда, помнишь? – дрогнувшим голосом вновь начала Фриск, избегая смотреть на Санса. – Ну… когда рассказывал историю знакомства с мамой. Ты сказал: «Если бы не обещание, то…» Девушка не договорила, снова сорвавшись во всхлип и тихий плач, в котором утонуло продолжение фразы. Санс несколько мгновений напряжённо смотрел на неё, пытаясь понять, известно ли человеку что-либо кроме её детских воспоминаний, но, чем больше он смотрел, тем больше убеждался, что перед ним всего лишь всё такой же испуганный ребёнок. И сейчас это был его ребёнок. Он глубоко вздохнул и телепортировался к Фриск. - хей… хей, малая, всё в порядке… - обняв дочь, осторожно начал монстр. – я не хотел, и не хочу тебя убивать… наоборот, и сам на косточки разберу любого, кто хоть пальцем тебя тронет! Девушка крепко обняла его, продолжив тихо всхлипывать. Скелет шутливо нахмурился. - эй, где же хвалёная человеческая Решимость, а? помнится, в детстве кое-кто, не моргнув и глазом, бежал в балетной пачке биться с Андайн! выше нос, мелкая. Он усмехнулся, неловко ткнувшись челюстью в макушку ребёнка, что означало, должно быть, ободряющий поцелуй, а затем взъерошил волосы своей костлявой пятернёй. Фриск слабо улыбнулась, всё ещё судорожно всхлипывая, пусть уже реже. - видно, сон был достаточно страшным, да? – понимающе сказал Санс, падая обратно на свой стул. Фриск кивнула, медленно приходя в себя и успокаиваясь. Скелет нервно хохотнул. – что ж, походу, склонность к плохим снам у нас семейная… Девушка на автомате кивнула. Она знала, что её папа долгое время страдал бессонницей из-за мучивших его периодически кошмаров, правда, никогда не задавалась вопросом, а какой, собственно, природы были эти кошмары? - не боись, малая, я вполне смогу защитить вас с мамой, - заметил скелет, снова расслаблено откидываясь на спинку стула. – я не такой хлипкостный, как может показаться! я всех насквозь вижу. Санс усмехнулся, прикрывая глазницы. Фриск снова охотно кивнула, тоже успокаиваясь. - Да, пап, ты же Теневой Судья… Вдруг домашняя непринуждённая атмосфера снова перестала быть таковой, наполнившись искрящимся напряжением. Санс подобрался, напрягшись и пристально посмотрел на человека. - хей… откуда ты… - он шумно выдохнул, стараясь скрыть волнение. – как ты узнала, мелкая? я ведь не говорил тебе. Девушка вздрогнула и с испугом взглянула на отца. В глазницах скелета всё ещё были зрачки, только вот он смотрел на неё очень настороженно, словно ожидал какого-то подвоха или может… атаки? - Ой… - испуганно проговорила она, опуская взгляд. – Я… была в гостях у Азгора, он мне рассказал. Это… это должен был быть секрет, прости, что разболтала… Санс, пристально смотревший на неё, казалось, выдохнул с облегчением. - что ж, чертовски верно, это так, - усмехнулся он, расслабляясь. – но больше никому ни слова, лады? Фриск охотно закивала, и тут вернулась Ториэль, вместе с двумя небольшими баночками ягодного варенья. - О чём никому ни слова? – с любопытством поинтересовалась она. – Вы тут уже секретничаете, да? - да вот Фриск говорит, что узнала, будто я Теневой Судья, представляешь? – подмигнув человеку, поведал Санс. Фриск в шоке открыла, было, рот, но Ториэль только фыркнула, скрывая приступ смеха. - Ох, это ведь такая старая легенда! Ещё я её помню… - монстр-мама ласково пригладила слегка взъерошенные волосы девушки. – Милая, мне жаль тебя расстраивать, но Теневого Судьи просто не существует… это что-то из разряда детских страшилок, что есть кто-то, кто может видеть груз твоих прошлых ошибок… Фриск вздохнула, понимая, что эту часть королевских дел Азгор держал в тайне даже от своей жены, несмотря на то, что та разделяла большинство его обязанностей. Едва монстр-мама, что-то весело напевая, направилась взять сковородку, Санс подмигнул приёмной дочке, намекая, что это их общий секрет. Девушка улыбнулась и кивнула, постепенно успокаиваясь совсем и погружаясь в свои мысли. Благо, напряжение между ними спало, и скелет отвлёкся, начав отчаянно флиртовать с монстр-мамой, подогревающей сковороду прямо у себя на ладони. В голове Фриск отчаянно роились беспокойные мысли, касающиеся произошедшего. Она и правда умерла в том… (как бы это назвать?) параллельном варианте событий? Почему она вообще оказалась там? И сможет ли снова проснуться, если всё-таки уснёт этой ночью? Если быть честными, больше девушку волновала возможность снова увидеться с младшим Дриммуром. Отчего-то это казалось ей чрезвычайно важным. Уже доедая последний блинчик, Фриск пообещала себе, что если вновь попадёт в прошлое, то постарается изо всех сил найти выход из сложившейся ситуации, который устроил бы всех. И плевать, насколько сложно это будет.