Откровения Саймона

      Вы, должно быть, знаете такого бурундука Элвина — жуткого проказника — так вот, я его старший брат — Саймон. Вы много о нас слышали, но вам вряд ли удавалось видеть, что происходит без камер и журналистов. Вероятно вы уже все знаете, потому что фотоаппарат некого Стива Хоулинса сумел таки застать нас вдвоем за поцелуем. Итак, не медля ни секунды, перейду к рассказу.       Давным-давно — неделю назад — в школе нам задали создать какие-нибудь проекты, в которых бы рассказывалось о парадоксах математики, философии, физики или логики. Элвин никогда не любил выполнять домашнюю работу, но сегодня он особенно не хотел этого делать. Так получилось, что День рождение Элвина в точности совпал с днем сдачи домашней работы. К сожалению, мой брат не такой как все. Конечно, он любил отмечать именины с семьей, но за день до них он всегда устраивал закрытые вечеринки, на которые приглашал своих друзей, коих было немало, из нашей школы и не только. Мне, как главному препятствию на пути к веселью, вход на эти вечеринки всегда был закрыт. Собственно, я и не хотел на них появляться. Но в этот раз задание так меня заинтересовало, что я, подвергшийся такому чувству, когда твои взгляды кажутся самыми правильными на свете, когда кажется, что у всех столь же прекрасное настроение, как и у тебя, стал буквально заставлять Элвина делать домашку. Элвин, размышляя о том, как избавиться от меня, придумал нехитрую ловушку. Он втайне перепрятал все альбомные и тетрадные листы в комнату Дэйва, а потом сказал, что, мол, бумаги-то и нет! Я, всё еще находясь в состоянии «повышенного попечительства», не заметил никаких подвохов и смело вошел в комнату, искренне желая решить проблему. Элвин вошел вместе со мной и, воспользовавшись моментом, когда я лез на шкафы, чтобы поискать, когда я был максимально неуклюж и медлителен, выбежал обратно, заперев дверь на небольшой замочек, который и замочком-то назвать было нельзя, все-таки верно и надежно удерживавший дверь.       Наверное тогда я был слишком строг и надоедлив, раз Элвин решил так подшутить надо мной. В любом случае я понимаю всю правду произошедшего лишь сейчас, но тогда я был ужасно зол за такие выходки.       Хорошо было то, что окно осталось открытым (Спасибо рассеянности Дэйва!) и я смог выбраться через него, хоть и с большим трудом. Поначалу в голове мелькнула мысль догнать Элвина, но я быстро понял, что это бесполезно — он слишком далеко. И вот тут произошел момент, когда я решил наконец пробраться на ту самую «Тайную Вечерю», о которой был наслышан. Однако возникла проблема. Мне нельзя было просто так взять и увести Элвина, раскланявшись всем присутствовавшим попутно отговариваясь от возражений каждого из них; нужно было замаскироваться. Благо с этим проблем не возникло. Стоило лишь нацепить незаурядный парик и надеть фиолетовые очки с блузкой и юбочкой, чтобы стать в точности похожим на Жанетт (Элвин никогда не приглашал её). Правда при внимательнейшем рассмотрении можно было найти множество отличий, но я знал своего брата лучше, чем кто-либо другой, и прекрасно догадывался о его невнимательности.        Я очень волновался, потому что понимал, на какой отчаянный шаг я иду; я могу заслужить уважение в своих глазах, сумевши дать Элвину достойный проект и знания, а могу заслужить неимоверное унижение и позор, стоит мне раскрыться.       Я не стал сходить с намеченной дороги…