My madness - you

      Странная штука — память. Помнишь пару строчек, но не помнишь песню. Помнишь движение, но не помнишь какой это танец и откуда ты его вообще знаешь. Так и с запахами. Ты его помнишь, но не помнишь обладателя: ни его лица, ни его голоса, ни имени. Как человек-невидимка — никто. Пустота. А ведь, возможно, этот человек был близок тебе, как никто другой? И ведь так всегда. Банальное начало стандартной истории, но будет ли потом продолжаться жизнь в том же ритме, что и раньше? Или, может, все пойдет наперекосяк? Поведут ли себя наши герои так же, как и все? Поплывут по течению или будут упорно грести против него? Поддадутся чувствам и эмоциям, или природа возьмет своё? Слишком много вопросов, также, как и много ответов. Осталось только подобрать, что к чему, но лучше бросить все на самотек и будь, что будет. Жизнь одна и она коротка. Действуй, как велит сердце и обретешь свое ты счастье.

***

Солнце светит ярко, но все так же холодно. Первый день весны и первый день учебы. Для него все тут не впервой: все тот же универ, тот же прошлогодний двор. Одно остается неизменным — друзья и первокурсники. Что может быть лучше, чем наблюдать за новенькими, которые снуют туда сюда в поисках нужного корпуса, аудитории и столовой? Да и с каждым годом сюда поступают все больше красивых и развязных омег, которые не против провести время в компании одного из самых желанных альф одного из самых элитных университетов. Опершись плечом о дерево, недалеко растущего от главного входа в здание, стоял и курил молодой альфа. Средний рост, мятного цвета отросшие волосы, маленькие ореховые глаза и красивый изгиб губ. Собравшись сделать очередную затяжку, к парню подошли альфа и омега, держась за руки и мило переплетая пальцы.  — Юнги-хён! Два месяца не виделись, а ты все так и не изменился, — с широкой улыбкой обратился подошедший альфа.  — На себя посмотри, — вякнул мятноволосый. Болтая так втроём еще минут пятнадцать, медленно, но верно, Юна начал окутывать приятный запах белых лилий… Такой родной запах детства. Вдруг со спины его обнял невысокий омежка, из-за чего альфа вздрогнул, нежно целуя того в шею и счастливо улыбаясь. Но пах парень далеко не такими любимыми им, лилиями. От него исходил приторно сладкий запах взбитых сливок с ноткой корицы.  — Привет, Юнги~я, — все так же улыбаясь, мило прощебетал омега.  — Омо, хён, ты все-таки обзавелся парнем? — приятно удивился вишневый омега.  — Знакомьтесь, — начал Юнги, — мой омежка, Шину.  — Я Хосок, — продолжил второй альфа знакомство, — а это мой омега, Тэхён.  — Приятно познакомится, — мило продолжал отвечать сливочный.  — Взаимно, — уже более грубо ответил Тэ, глядя на отстранённого Юна. Пока новые знакомые пытались хоть как-то общаться, Юнги все не мог никак вспомнить откуда ему так знаком этот запах, и кому он принадлежит.

***

Почти три недели с того дня альфа постоянно улавливал слабый запах лилий, но искать обладателя не собирался. И не потому, что гордый и бегать за омегами не будет, а просто не было необходимости, да и запах не кружил ему голову. До этого дня Юн был уверен, что этим запахом владеет омега, но никак не альфа, сидевший сзади него, хотя запах был с примесью, но интерес и любопытство брали верх над всеми людьми.  — Ённам, — повернулся Юн одногруппнику, — ты разве пахнешь лилиями? Я думал, у тебя другой был запах.  — Айщ, хён. Это запах моего омежки, правда приятный? — мечтательно и с улыбкой отвечал младший альфа, — да и сам он у меня миленький.  — Понятно, — холодно ответил Юнги. Хладнокровность всегда была отличительной стороной альфы еще с детства, но эта сама отстраненность придавала шарма и покоряла омежек как с младших курсов, так и старших. Юнги всегда считал таких омег глупыми, но пользовался этим ради собственного удовлетворения. Все они, как один думали, что если альфа холоден со всеми, то с ними он будет особенный, такой нежный и заботливый, одновременно паинька и плохой мальчик, что никогда не даст свою пару в обиду. Глупцы. Ему никогда такие не нравились. Для них эго всегда стоит на первом месте, а не чувства. Пока он размышлял над всем этим, в кабинет вошел достаточно молодой парень и притворно кашлянул, обращая на себя внимание студентов.  — Всем здравствуйте, — низкой поклон, — я ваш новый преподаватель по истории, Ким Намджун, можно просто Ким-сонсенним, — закончил альфа. По классике жанра разошлись шепотки, в основном принадлежащие омегам, и довольное улюлюканье, ведь альфа действительно был красив: высокий, статный, явно с подкаченным сексуальным телом, да и его платиновый блонд прекрасно сочетался с милой мордашкой. Так и началась пара, и довольно-таки интересная, как заметил Мин. Учитель отлично рассказывал материал — так, что бы понимали все студенты разного уровня успеваемости. Незаметно для всех и самого сонсеннима речь зашла совершенно о другом.  — Учитель, — крикнул бета с заднего ряда, — а Вы знаете легенду о заброшенной лечебнице на окраине города?  — Весьма интересный вопрос, — ответил Ким и продолжил, — если Вы, молодой человек, имеете в виду психбольницу, то о ней ходит очень много разных историй и легенд, но практически единицы знают настоящую, жуткую и правдивую легенду. Если не боитесь, то могу рассказать, — обыденно подчеркнул Нам.  — Конечно хотим! — загалдели студенты.  — Ну так вот слушайте, — начал учитель и сделал голос пониже, чтоб таинственнее и страшнее звучало, — давным давно на окраине Сеула стояла психбольница, в которой лечились особо опасные преступники и неизлечимо больные различными психическими расстройствами люди. Потом больницу закрыли, вроде бы, в 62-м году по непонятным причинам, просто взяли и закрыли, но как позже оказалось, что «вышли» оттуда не все. Дальше, как обычно: многим молодым людям было интересно полазить в заброшке, посмотреть что да как, ну и может найти что-то необычное, но находили только следы крови, странные надписи на стенах палат, слышали странные звуки, видели мельком кого-то и все, как один, видели на выходе из территории белый силуэт в окне второго этажа. По словам, это парень, постоянно смотрящий за людьми, покидающими его владения. «Почему именно владения?», — спросите Вы, а вот почему. Ходят слухи, что это сын бывшего владельца клиники, причем омежка, еще маленьким мальчиком лет пяти, он постоянно был у отца на работе и гулял по окрестностям. Но однажды он побрел на сильный запах асфальта после дождя и оказался в самой глубинке парка больницы, а там стоял мужчина в белом и с цветочком магнолии в руке и протянул его ребенку, а тот глупыш подошел, и, улыбаясь, взял его. Но неожиданно этот мужчина схватил мальчика за руку и уволок куда-то еще дальше. Никому по сей день неизвестно, что делали с этим ребенком, но факт его смерти остается фактом. Правда, также неизвестно, во сколько он умер. После этого его отец просто озверел и начал творить нечто ужасное с больными: ставить опыты, мучительно убивать и наблюдать за этим. Говорят, что так он пытался найти сына, ибо думал, что это дело рук больных, но так ничего не выяснил. И вот, спустя года после закрытия лечебницы, много людей в проезжающих мимо машинах тоже видели силуэт парня, только в эти моменты он гулял по двору, а не стоял в окне. Есть факты, что омежка пах этими самыми магнолиями и что он ждет свою истинную пару до сих пор, и ближе к осени в парке можно наблюдать опавшие лепестки белого цветка. Только вот на территории не растет ни одного дерева магнолии, только тополя и березы. Больше никому ничего неизвестно по этому поводу, — эпично закончил преподаватель, опустив голову. После минуты молчания послышался грохот и большинство студентов, в том числе и учитель, вздрогнули от неожиданности.  — Ой, извините, я случайно, — смущаясь и опуская взгляд, ответил омега, — я просто хотел занести журнал, а потом увлекся рассказом и случайно ударился, — подходя все ближе к учителю, говорил парень и отдал тому журнал, — вот.  — Да, спасибо, но Вы кто? — непонимающе спросил Ким.  — Учитель литературы, Ким Сокджин.  — Учитель истории, Ким Намджун, — приветливо ответил альфа. Его сразу привлек запах розы, исходивший от Джина, но парень промолчал на этот счет, потому что не при студентах же. И почему-то Намджун уверен, что эта встреча — судьбоносная.