олдскулы

У современного общества рамки гораздо шире, нежели ещё полвека назад. Люди начали отходить от стандартов, нынешние течения весьма необычные, хотя уже такие привычные. Сейчас приветствуется чувство стиля, в прямом смысле этих слов. Носить фирменную одежду, сочетать неяркие цвета между собой — удел не только девушек. Порой кажется, что парни слишком много внимания уделяют своему внешнему виду и обсуждению этой темы. Впрочем, это уже их собственное дело, ведь, как говорилось ранее, это всё «нынешнее течение». За окном жаркое, невыносимо душное лето. Рома лежит на кровати, пролистывая ленту в соц. сети. Для него утро наступает ближе к двум часам дня, хотя какая здесь разница, ведь планов на сегодня нет. Как и вчера, и позавчера, и всю прошлую неделю. Лежать тряпочкой целый день — новый смысл жизни. Друзья изредка приходят домой с двумя бутылками холодной колы или чего покрепче. Тогда они вместе заваливаются на диван, включают один из многочисленных фильмов на телевизоре, смеются и по-настоящему хорошо проводят время. Изредка они всё же вытаскивали его из дома. Так вот, его компания шарит, если обратиться к современному сленгу. У всех была фирменная одежда, не подделка, к счастью. И как бы то ни было, но в каждой компании есть те, кто дружат между собой больше, чем с другими. Рома смело называл Сашу своим лучшим другом. Парни вместе проводили очень много времени. Даже учились в одном университете, серьёзно. Также у них за плечами есть несколько грехов, которые рассказывать другим очень стыдно. К примеру, совместный просмотр порно, дрочка в одной комнате и поцелуи по пьяне. Они стараются не вспоминать подобное, это кажется таким странным. Однако, проблема намного серьезнее, чем может показаться. Саша хотел как-то рассказать о своей ориентации, но вовремя прикусил губу. Просто потому что подобные вещи могут стать запретными. Гей — это не натурал, он отнесется к подобному иначе. Саша и Рома часто ходили вместе в кальянную. И Саша отшучивался на тему, что «киса любит клубничный, прямо как девочка». Рома всегда смеялся над этим и говорил, что сердцу не прикажешь, чёрт возьми. Иронично, что один говорит эти слова, имея в виду заправку для кальяна, а другой думает о своём лучшем друге. Впрочем, вся наша жизнь — сплошная ирония, так что с этим вполне можно смириться.

xxx

— Займи мне денег, Саш, — брюнет закусывает губу и потирает затылок. — Зачем? — Я олдскулы хочу себе купить, а мне пары тысяч не хватает. Я тебе отдам через неделю, — Рома делает глоток пива. — Можешь? — Без проблем, послезавтра дам, ладно? — парень немного улыбается. — Да, конечно. Спасибо огромное, — он хлопает друга по плечу и встаёт с места. — Принести что-нибудь с кухни? — Ещё пачку чипсов.

xxx

Саша успешно делает вид, что забывает про те две тысячи и извиняется, говоря, что отдаст в другой раз. На самом деле, он специально не хочет давать деньги на кеды, ведь представляется возможность сделать подарок самому. И это не из-за большой щедрости, всё гораздо глубже. Чувство влюбленности не покидает его уже почти год, словно становясь с каждым разом всё сильнее. Может, стоит признаться наконец? Не скрывать ничего и выдать всё так, как есть. Саша долго думал на тему того, как это повлияет на их дальнейшую дружбу, ибо это каминг-аут и признание в любви одновременно. Такой шок выдержит не каждый, но почему-то он уверен в том, что Рома всё минимум поймёт. Потом они много денег спускают на выпивку к предстоящей вписке. Решили организовать её сами. Список приглашенных гостей огромен, потому что многие придут туда со своими девочками. Рома с некой грустью говорил о том, что ему некого будет зажимать на кухне. Не то чтобы он чувствовал себя неудачником, просто убивать время на слабый пол вправду не хочется. Пусть некоторые готовы сами накинуться на шею бедного парня, но он явно не настроен на это. — Тебе нужна тян, чтобы сосаться с ней на вечеринках? — Саша смеётся и достаёт пачки чипсов. — Типа того, — издаёт смешок брюнет. — Ну, а что? В другое время они такие невинные, будто монашки. Хотя я же знаю, что ночами смотрят порно, — Рома широко разводит руками. — Да ты всё знаешь о девушках. Спец, я бы сказал. — Профи, я бы поправил. Народу было и вправду много. Какие-то ребята притащили кальян, заправки к нему. Соседей становилось жалко, ведь музыка включена на максимальную громкость и никто не собирается убавлять. — Ром, кальян клубничный, — кричит Саша и друг тут же оказывается рядом. — Дай, попробовать хочу, — но блондин лишь отрицательно качает головой и продолжает курить сам. — Серьёзно? Я сделаю затяжку и пойду. — А ты не хочешь попробовать отобрать дым другим способом? Те, кто были рядом и услышали это издали радостный возглас. Кажется, нынче народ любит гейство, мол, весело. Порой это действительно забавляет, когда кто-то пьян в стельку и пристаёт к своему другу. Конечно же, только из-за алкоголя, как кажется другим. — Я хочу, — ухмылка расползается на лице парня. — Значит, дерзай, — Саша делает затяжку и задерживает дым во рту. Рома подаётся вперёд и впивается в чужие губы. Прикрывает глаза, медленно вдыхая дым. Слышатся мужские и женские возгласы. Когда шоу закончено, то толпа просит ещё и орёт, якобы эти двое горячо смотрятся вместе. — Ребят, может, нам потрахаться перед вами? — отшучивается Рома и готов поспорить, что кто-то ответил: «мы будем только счастливы». Пиздец друзья, конечно. У кого-то они гомофобы, но эти удосуживаются просить двух парней заняться сексом у всех на глазах. И им определённо повезло.

xxx

Период бурных тусовок и растрачивания денег закончился. Теперь можно снова днями пролеживать кровать и ныть о том, что всё неимоверно заебало. Но потом Рома вспоминает, что как бы планировал купить себе новую вещь ещё пару недель назад. А эти две тысячи так и не появились в его жизни. Тихо выругавшись себе под нос, он берёт телефон и набирает заветный номер. — Да? — Блять, Саш. Если ты не хочешь, чтобы я покупал себе новые кеды, то прости, решение уже принято. — Ты мне за этим звонишь? — усмехнулся друг. — Вообще-то да. Ты сейчас где? — Катаю. Если хочешь, то могу зайти к тебе, отдать деньги. — Захвати пиво, — Рома непроизвольно улыбнулся. — Без проблем, жди. Иронично, что Саша сейчас вовсе не катал, а покупал эти чертовы олдскулы. Расплатившись за покупку, он выходит из магазина и прячет коробку в портфель. Нужно будет не забыть зайти в магазин и купить пару бутылок пива. И сначала напиться — для храбрости. Хотя, кого он обманывает, от этого не опьянеют даже малолетки. Скорее, просто для вида и разрядить обстановку, насколько это будет возможно. К нужному дому Саша добирается ближе к вечеру. Его впускают внутрь чуть ли не с радостными криками. — Ты как-то долго шёл. — Я домой доску занёс, — пожимает плечами. — Заодно и деньги взял. Парни медленно переходят в гостиную, открывают пиво и начинают разговаривать на свободные темы. Так беззаботно и легко, как это и было всегда. Только сердце у Саши бьется намного быстрее, словно стремясь наружу через грудную клетку. Вдох, выдох. Нужно собраться с силами и сказать одну лишь фразу. Потом всё пойдёт само собой. — Слушай, у меня кое-что есть для тебя, — Саша встаёт с места. — Секунду. Парень идёт в комнату, где оставил рюкзак. Или сейчас, или никогда. Если что-то пойдёт не так, то можно попробовать перевести это в шутку. Попытавшись спрятать коробку за спиной, светловолосый решает, что и так сойдёт. Выходит из комнаты, направляясь обратно к другу. — Эй, встань. — Зачем? Будет официальное вручение? — Что-то типа того, — улыбается парень. — Просто встань. Рома поднимается с места и делает шаг вперёд. Наступает полное непонимание, что вообще от него хотят. Когда Саша опускается на одно колено — тем более. Неужели это оригинальный способ одолжить пару тысяч? Но у него в руках не деньги, а коробка с обувью. — Чёрт, чувак, ты серьёзно? — шокировано произносит брюнет. — Просто заткнись и слушай. — Подожди, ты… — Заткнись и слушай! — громко повторяет друг. — Мы уже дружим с тобой несколько лет. И ты должен кое-что узнать. Я гребанный гей, — выпаливает парень. — А ещё ты мне нравишься. Молчание повисло в воздухе. Что действительно раздражает, так это такие паузы, когда ни один не может дополнить своё высказывание, ни второй что-то ответить. Оба смотрят друг другу в глаза, мысленно моля о том, чтобы эта тишина растворилась. Похоже, что всё происходит напротив — растворяются они. — Ты придурок, — начинает смеяться Рома. — В смысле? — Думаешь, что я не догадался? — смех не прекращается. — Что? Ты знал? — расширяет глаза. — Ну да. По твоему поведению сложно не понять. А ещё твоя сестра не умеет держать язык за зубами. Саша готов поспорить, что когда его обливали ледяной водой, были такие же ощущения. Мурашки пробегают по коже, всё оказывается проще, чем ожидалось. Остался последний вопрос и можно будет спокойно дышать. — Так что? Ты бы хотел встречаться со мной? — смущенно отводит взгляд в сторону. — У меня не было девушки всё это время не просто так, — Рома пожал плечами и подался вперёд, целуя Сашу. Этот поцелуй был пробный, первый в трезвом состоянии и не «на слабо». Он прекращается довольно быстро, они смотрят друг другу в глаза. — А ещё ты ахуенно целуешься. Я готов, чтобы мы были парочкой или что-то в этом роде. — Шутишь? — Не в этот раз, приятель, — брюнет забирает коробку из других рук. — Теперь вставай с колена, принц. Хочу наконец потрахаться, в смысле, померить свои туфельки. Рома открывает коробку, доставая оттуда кеды. Он не верит глазам, что держит в руках обувь его мечты. Это всё так реально и близко, что мурашки по телу бегут. Размер оказывается удачным, даже не придраться. — Это же ахуенно выглядит, — брюнет указывает на свои ноги. — Было бы странно, если бы это смотрелось иначе. — Ну да. Слушай, правда, большое спасибо, — он подаётся вперёд и притягивает к себе друга, целуя чужие губы. Саша вздрагивает, когда ему на затылок кладут руку и жмутся ближе. На плечи Ромы опускаются ладони, сжимая футболку; и не понятно, почему они такие ледяные, на улице тридцать градусов тепла минимум. На языке остаётся вкус чужих губ, резко врезавшейся в память. Перед глазами всё расплывается пятнами. Саша ведёт руками ниже, останавливаясь на бёдрах. Сжимает задницу и чувствует, как в поцелуй стонут. Они жмутся ближе, а потом Рому тянут на диван. Они садятся, точнее Саша, а Рома ему на колени. Вновь целуются, Саша сжимает чужую задницу, прямо как у девочки. Брюнет тащится от всех этих действий нереально и издаёт стон, доказывая, что ему всё нравится. Двигает бёдрами и цепляется руками за футболку, отстраняясь. Рома наклоняется к шее, аккуратно закусывает кожицу и оттягивает. Он повторяет эти действия, между тем оставляя небольших отметины. Руки залезают под футболку и гладят напряженный живот, скользя выше. Он намеренно задевает соски несколько раз, ухмыляясь. Следит за реакцией и не понимает, почему так ахуенно. — Они у тебя твердеют. Это очень забавно, — издаёт смешок парень. — Нашел время поговорить об этом. Рома наклоняется ниже — к вырезу на футболке и оставляет ещё засос. Тело постепенно покрывается фиолетовыми пятнами. Рома проводит руками по коже, радуясь проделанной работе. Саша стягивает с него футболку и свистит, как это делают развязные парни на улицах. Он подается вперед и закусывает сосок парня, слыша болезненный всхлип. Они чувствуют друг друга идеально, касания кожи отдается жаром вниз, сводя с ума обоих. Ухмыляясь, Саша руками тянется к ширинке и пуговице на джинсах, стараясь расстегнуть как можно быстрее, однако он дрожит и это мешает сильно. — Подожди, стой, стой, — выдавливает Рома и перехватывает чужие руки. — Что случилось? — Я снизу, что ли? — Ну да. Я сделаю всё аккуратно, — к конце фразы он говорит уже шепотом, вызывая толпу мурашек. — Не бойся. Это так страшно — давать себя трахнуть, когда фактически всю жизнь себя геем не считал. Он чувствует, как Саша меняет позу (такое невозможно не заметить). Рому резко опускают спиной на диван, нависая сверху. Глаза в глаза — этот огонь между ними давно зажжен. Саша стягивает футболку с себя и отбрасывает её в сторону, ухмыляясь. Следом идёт и чужая часть одежды. Они уже наполовину раздеты, в отметинах на коже и тяжело дышат. Будто дальше будет только пропасть, в которую упадут оба. Первый раз — совершенно новые эмоции. Количество адреналина в крови непроизвольно возрастает, потому что ты не знаешь, как это будет. Больно? Приятно? Понравится или нет? Мысли глушат любые попытки двинуться, поэтому Рома замирает, прикрывая глаза. С него стягивают джинсы, попутно целуя щеки и края губ. На ногах всё ещё кеды. Руки холоднеют сильнее, когда слышится лязг ремня и более тихие шорохи. Брюнет задевает пальцами горячую кожу, получая в ответ шумный выдох. — Так ты…боишься? — Саша еле улыбается. — Волнуюсь. Всё было задумано и спланировано. Светловолосый купил смазку заранее, а сейчас, не жалея её, смазывает свои пальцы и колечко мышц. Он подаётся вперёд и впивается в раскрасневшиеся губы, параллельно вводя один палец. Мышцы напряжены, поэтому Саша разрывает поцелуй и кидает мимолетное: «расслабься». И напряжение спадает. Растяжка проходит постепенно, ведь, по сути, им торопиться некуда. За первым пальцем идёт второй, а за ним и третий. Движения рукой плавные и от них в дрожь бросает. Это ощущение заполненности внутри ново. Мышцы тянет немного неприятно, а волнение подступает вновь, когда пальцы исчезают. Слышится шорох бумаги — раскрывается презерватив. Прокрутив его между пальцев, Саша медленно надевает резинку на член. Секундная пауза, Рома чувствует головку члена и цепляется руками за Сашины плечи. Плавный толчок и негромкий вскрик. Брюнет пытается отстраниться и отодвинуться подальше, но ему не позволяют этого сделать. — Чёрт, потерпи немного. И он терпит. Движения медленные, тянущие каждый момент. Это нельзя назвать столь болезненным, скорее просто непривычным. Рома прикусывает нижнюю губу во время резкого толчка, непроизвольно царапая спину парня короткими ногтями. Саша тут же осекает себя и возвращается в прежний ритм, если это так можно назвать. Ноги раздвигаются шире, и Рома немного прогибает спину, тем самым подаваясь вперёд. Он повторяет это раз за разом, пока не получает довольную ухмылку и ускоренный темп. Саша сжимает руки на его заднице и облизывает губы, размеренно двигая бёдрами. В комнате невыносимо душно, по телу стекают капельки пота, темп становится быстрее. Кожа красная, а волосы неприятно липнут ко лбу. Но это того стоит. В комнате слышатся пошлые хлопки тел и стоны. Саша опускает свою руку на член Ромы, обхватывая. Он рвано надрачивает парню и это сводит с ума — выше его сил. Руками Рома впивается в обивку дивана и громче стонет, прогибаясь сильнее. Ему хорошо, он никогда не испытывал такого прежде. Мир взрывается новыми красками перед глазами, когда он кончает. Поджимает пальцы на ногах, закидывает голову назад, приоткрывая рот, как блядь. Картина пошлая и развратная, поэтому Саша делает мысленную заметку научить того отсасывать. Сперма пачкает собственный живот, а мышцы сжимают член. Ещё пара толчков — второй тоже кончает в презерватив, тихо прошипев. Оперевшись на руки, он медленно выходит из обессиленного тела и одним движением снимает резинку, отправляя её на пол. Тесниться на маленьком диване, когда за окном жара неимоверная, а вы в буквальном смысле затрахались — пытка нынешнего века. Так лежать вообще неудобно, хотя это сейчас мало кого волнует. — Как там говорится на тамблере? Они женаты два года? — издаёт смешок Рома. — Дебил, что ли? — искренне удивляется парень. — Три.