Утреннее солнце

- Я скучал... - Ты здесь. - Я так долго ждал тебя, Мика...

***

Лучи утреннего солнца проникали в старую комнату с разрушенными стенами, разбитым окнами и низким потолком. Ядовито-зеленые глаза смотрели вверх. Что-то заставляло их это делать, не отвлекаясь, наблюдать за нарастающими трещинами в бетонной поверхности. Дыхание слабое, временами оно полностью пропадает, будто оно не нужно, в нем нет смысла. Тяжелая ладонь накрывает ровную грудь, еще больше ослабляя дыхание. Ноги лежат вдоль, без малейшего движения. Военная форма изношена, местами надорвана, верхние пуговицы еле держатся на грубой ткани. Что с ним? Взгляд его больше не излучает привычной игривости и простоты, нет того запомнившегося всем блеска, рвения идти дальше, несмотря ни на что, обходить любые трудности. Его решимость поражала и в то же время настораживала. Сражаться до последнего не всегда является верным решением, особенно, если враг во много раз сильнее тебя, любого из вас. Веки устало смыкаются, проводя точную черту, отделяющую разум от этого ужасного мира. Зачем жить, если нет тех, кому можно посвятить всего себя, всё свое время здесь? Судьба вновь отобрала у него всех, оставляя в пугающем одиночестве. Он ненавидит его, слишком часто оно посещает его последнее время. Сколько дней прошло? Время безжалостно убивает его, оно тянется медленно, словно желая, принести как можно больше страданий. Тишина. Здесь уже давно никого нет, он один. Никто не придет, больше некому думать о нем. От этих мыслей становится до жути больно в груди. Как же это ужасно. Хочется вырвать это ноющее сердце и выкинуть подальше, чтобы оно больше не докучало ему тупой болью. Это раздражает. Бессилие. Вдруг в перекошенном дверном проеме появляется чей-то силуэт. Разглядеть его было слишком сложно, солнечные лучи подсвечивали силуэт гостя, не давая разглядеть лицо. Он был подобен ангелу спустившемуся с небес ради этого потерявшего смысл в жизни юноши. Из всего его облика можно было разглядеть только два светло-голубых глаза и нежную улыбку. Человек смотрел прямо на него, не отрывая взгляда от скорчившегося на грязном полу тела. Сил не было даже на единственное слово, слово, которое так ждал гость, и так хотел произнести юноша. Четкими размеренными шагами силуэт начинал приближаться, теперь можно было лучше разглядеть его. Бывший когда-то белым, теперь с кучей надрезов и въевшихся пятен крови плащ тихо развевался на легком ветерку. Короткие блондинистые пряди были чуть завиты в слабые кудри, челка свисала на лицо, глаза горели голубым огнем. Гость, продолжая улыбаться, присел у головы юноши. Бледная рука опустилась на черные пряди, мягко поглаживая их, будто успокаивая. Тихий плавный голос почти шепотом раздался в помещении. - Я снова здесь, Юу-чан... Из глаз последнего невольно побежали слезы. Были бы силы, он уже вскочил бы с места и обнял друга. Прошло много времени, он скучал. Сердце начало бешено колотится, казалось, оно вот-вот вырвется из груди и настанет долгожданный конец. Ярко-зеленые глаза вновь зажглись искрой надежды. Их блеск был таким живым. Слезы подступили к глазам, и вот одна прорвалась сквозь невидимую пленку и стекла по покрасневшей щеке, оставляя позади мокрый след. Аккуратным движением пальцы гостя начали заглаживать темные пряди волос назад, касаясь вспотевшего лба. Уложив ладонь на горячую кожу, её обладатель улыбнулся чуть шире. Этот жест успокаивал, он вносил в сердце умиротворение и еще одно очень теплое чувство. Губы Юичиро раскрылись в немом крике и тут же скорчились от охвативших его эмоций. Слезы текли без разбору, в рот, на шею, затекали в уши. Жар, слабость во всем теле сейчас не шли ни в какое сравнение с душевной болью. Рука сжала грубую ткань в области сердца, сдерживая отчаянный крик этой боли. Холодная ладонь сразу накрыла её, так же призывая успокоится. Ничего больше не страшно, ведь он рядом. - Ты устал. Прошу, не останавливайся на этом и иди дальше. - голос чуть дрогнул на первой половине фразы. Присутствующему было так же больно давать советы и подбадривать в такой момент. - М-мика?... Это правда ты?...- голос срывался в порывах выкрикнуть что-то от жгучей боли. Это невыносимо, слишком сложно сдерживаться. Невозможно. - Отдохни, Юу-чан. Всё будет хорошо. - печальная улыбка украсила светлое лицо Микаэлы. Глаза отражали весь ужас и страх, в них был блеск отчаяния, он ничего не мог с этим сделать, как бы он не старался кадры его жизни проносились перед глазами длинной пленкой, не имеющей конца. Она будет вечно показывать ему счастливые моменты, которыми он дорожил, людей, которых хотел уберечь, но не смог. Последний выживший страдает от этого простого желания спасти товарища. Сражаться до последнего не всегда будет верным решением. Кому как ни ему это знать? Он всегда старался донести эту простую истину, но сам же нарушил свою стратегию. От бессилия он прикрывает глаза и медленно встает, продолжая мягко улыбаться. Эта улыбка всё, что он может сделать. Подняв полный нежности взгляд на друга, члена семьи, брата, гость роняет последнее слово и растворяется в пустоте, которая так угнетает Юи. - Прощай, Юу-чан. Грудь не смогла сдержать громкий крик, слезы с новой силой стали наворачиваться и стекать по совсем покрасневшей коже. Он уже не помнит себя, отчаяние охватило его разум, пустота в душе радостно принимала его в свои адские объятия. Он никогда не сможет жить как прежде. Все мысли сплелись в плотный клубок, распутать который уже невозможно. Его страданиям не будет конца, он навечно обречен терять дорогих ему людей, оставаясь единственным спасшимся. Это жестокая участь. Жить с таким грузом слишком сложно. Он всего лишь ребенок, так и не познавший любви за всю свою не длинную жизнь. Зачем продолжать эти муки? Одно лишь решение способно навсегда оставить их позади. Он готов. Быстрым движением дрожащей руки он достает из нагрудного кармана небольшую коробочку, внутри которой еще оставалось три круглых таблетки. Поникшим взглядом, прежде ярко-зеленых глаз, он визуально изучает содержимое. Всё ради одного лишь человека? Нет, он потерял множество любимых. Возможно, они хотели бы, чтобы Юи жил, не смотря ни на что, но слова- не действия. Щелкнув, и тем самым открыв коробочку одной рукой, держа её перед лицом и продолжая рассматривать, он прокрутил в голове имена всех дорогих людей, которых он поклялся защищать до самой смерти. Какая ирония. Никого из них уже не было рядом, они все отдали жизни ради него самого. От этих мыслей становилось еще больнее. Последний раз зажмурившись, он точно решил свой дальнейший путь. Губы, что и так не смели закрываться, раскрылись шире. Следующие действия были резкими и решительными. Тряхнув коробочку, от туда вылетела сначала одна, затем еще две таблетки. Они приземлились точно на язык и начали шипеть. Закрыв рот и пытаясь проглотить смертельную порцию своего рода тоника, Юичиро откинул пустую пластмассу и положил руку на грудь, отдавая честь. Глаза его закрыты. Ему больше не за чем смотреть на тусклую обстановку комнаты, от неё становится только хуже. Поток крови залил пол и испачкал черную потрепанную форму. Юноша перевернулся на бок, используя рефлекс, и начал задыхаться. Из глаз, носа, ушей и рта продолжала выливаться кровь. Это положит конец ужасным мучениям и даст начало спокойствию. Там он встретится с семьей, сможет еще раз увидеть их лица и услышать голоса. Эти мысли даже сейчас приносили спокойствие, его губы растянулись в корявую мягкую кровавую улыбку. Долгожданный покой. Лучи утреннего солнца всё больше пробирались сквозь трещины вглубь комнаты. Слабый ветер еще пошатывал короткие черные пряди бездушного тела. Свет пытался согреть уже остывшую кожу. На его лице блестели мокрые следы слез. Он был счастлив, что повстречал настоящих друзей, за которых сейчас и отдал свою жизнь. Эти минуты того стоили.

***

-Я скучал... - Ты здесь. - Я так долго ждал тебя, Мика... Яркие лучи продолжали слепить его своим светом, заставляя морщиться и создавать ладонью тень над лицом. Здесь солнце намного приятнее. Миллионы людей сейчас видят его, чувствуют его утреннее тепло...