Я без ума от тебя, Лидия

Pov Лидия — Эй! Вставай! Ты чего? Сумасшедшая? — Они кричали на меня и тягали за плечи. Мне так страшно еще никогда не было. Я начала дергаться, как почувствовала что-то бешеное на моей руке. Я вздрогнула и поднялась. Резко проснулась. Я сидела на кровати. — Вставай! Наконец-то ты проснулась, — он начал ржать. — А где-е? — Я с интересом посмотрела на Стайлза. — Что где? Или кто? — Ну-у, два или три мужика? — Ничего не понимаю. — О чем ты говоришь? Я не понимаю о чем ты, — в смысле? Его слова запутывают меня. — Ну, на меня напали… Нет? — Ха-ха! Ну, может, только во сне! Но, хах, прости, я не был в нем, потому не могу подтвердить твой бред! Ха-ха, — он встал и локтем опёрся об зеркало на шкафу, а затем отвернулся, все еще хихикая. — Но ты был в нем! — Парень повернулся и сел на край моей постели. — Я имею в виду, в твоей странной голове, но... И что я делал во сне? — Стайлз с ухмылкой смотрел на меня. Черт… Что сказать? — Не помню… - Он громко выдохнул. — Но… На меня напали! Разве… Нет? — Ты у меня спрашиваешь? — Вскинул брови. — Ну-у-у… - НА МЕНЯ НАПАЛИ! Я ПОМНЮ! — На меня никто не нападал? — Стилински-младший резко встал. — Ты. Сейчас. В. Постели. Не так ли? Если кто бы и напал на тебя, я бы… — и он резко замолчал. — Короче, пошли завтракать! Или ты на диете? Нет? А следовало бы. — Эй? Не нужны мне тут твои советы! Мне тоже есть, что тебе посоветовать! - Я сложила руки на груди и улыбнулась. Он держался за ручку двери, посмотрел на меня и наклонил голову. — Пошли, давай! — Улыбнулся, и вышел из комнаты. Я обернулась и поняла, что не у себя. Здесь красиво, но, по-моему, я здесь не впервые… Я зевнула и откинулась. Так не хочется вставать… Я посмотрела на себя и поняла, что я не… В своей одежде? Кто меня тогда, черт возьми, переодел? Я соскочила с кровати и подошла к зеркалу. Я была в мужской майке с AC/DC и в трусах… Своих. Спокойно. Жаль, я эту группу не люблю. Я вообще рок не терплю, скорее классику, или поп. Та-ак… Что мне у него спросить? Кто меня переодевал? Он же ухмыльнется и обязательно скажет, что он! Даже если это не так! Спокойно… Где твоя одежда, Лидия? Я вышла из этой комнаты и... Напротив уже немножечко родная… То есть… Я ночевала у Стайлза! Прелесть! Чудесно! Я зашла в свою комнату и переоделась в чистую одежду. Шортики, белую майку и тапочки. Ванную я займу на полчаса, по крайней мере, сегодня и сейчас! Я помылась, причесала волосы, почистила зубы, бла-бла-бла, и готова! Макияж… Лишь подкрасила ресницы и румяна. Без них никак! Моя фишка! Я еще раз посмотрела на свое отражение, подмигнула себе и мысленно оценила свой вид. Когда я спустилась на первый этаж, я почувствовала вкусный запах сырников. Мои ноги сами потащили меня на кухню. С закрытыми глазами и довольной физиономией я нащупала что-то горячее и откусила. Да-а, это сырники… — Я как бы для себя приготовил… — Я бросила на него обиженный и гневный взгляд, и он сразу поднял руки, отойдя на шаг, отчего у меня невольно на лице появилась улыбка. Я продолжала мычать от вкусного завтрака, и с трудом пыталась открыть глаза, которые были прикрыты от наслаждения. Ха-ха. Ну, наверное. Почему я тогда открыть их не могу? — Ну, что же… Приятного… — парень улыбнулся. — М-м-м… Очен вгусно… Кхе… Кхе… — надо же было сказать это с полным ртом! Я подавилась, а он схватился за живот и начал смеяться надо мной! Я лишь схватила какое-то полотенце и бросила в него. — Ха-ха-ха! Спасибо, мне как раз руки вытереть надо было! — Он вытер им лицо и руки. Я лишь хмыкнула, взяла тарелку с сырниками и села за стол. Закинула ногу на ногу и начала с удовольствием уплетать завтрак. Он развернул задом ко мне свой стул и сел на него, положив голову на спинку стульчика, раздвинув ноги. Начал наблюдать за тем, как я кушаю. От этого мне стало неудобно, и я, наконец-то, решила сказать ему об этом. — Слушай! Ты можешь не пялиться на меня? Я не могу сосредоточиться на еде! - Я повернулась к нему и сделала самую большую ошибку в своей жизни: заглянула в его глаза. Черт… Они с такой нежностью разглядывали меня, что вдруг "мисс недотроге" захотелось напасть на него и расцеловать до смерти. Но большее, что я могла сделать — только подумать про это. Я никогда бы так не поступила, даже если бы до смерти была влюблена в парня! Вдруг я почувствовала необычайную жажду — стало так необыкновенно жарко! Я встала и открыла холодильник. Хм… Консервы, консервы, курица сырая, конечно же, и… банан. Я взяла его и положила на стол. Но собиралась есть перед ним. Включила чайник, села обратно за стол. Все это время он не спускал с меня глаз. — Я хочу варенье! Оно есть хотя бы? — Я гордо подняла голову, смотря во все стороны в поисках варенья, но на самом деле ждала, пока парень скажет мне хоть что-нибудь про его местоположение. Он глазами показал на шкаф позади меня, и я встала и открыла дверцы. А выбор неплох… Малиновое, вишнёвое, абрикосовое! О, да! Абрикосовое — мое любимое! Я достала банку и попыталась открыть крышку, приложив все свои силы, но она даже не двинулась. Лишь позади послышался чей-то похотливый смешок. Я вздохнула и взяла полотенце. Даже с ним у меня ничего не получилось. Вдруг парень встал. Я вздрогнула, не понимая почему. Он подошел сзади, и я почувствовала громкое и теплое дыхание на своём затылке. Я повернула голову и наши губы чуть не соприкоснулись. Мои глаза округлились, и я на шаг отступила. Он лишь улыбнулся. Его улыбку нельзя было назвать милой, правдоподобной, нежной… Но и злой, фальшивой, грубой назвать тоже нельзя было… Он взял банку и за секунду открыл, чего я не смогла сделать даже в мыслях. — Любишь абрикосовое варенье? Я вишнёвое. — Если мы живем в одном доме, это не означает, что кроме как крыши над головой, у нас много общего, — я улыбнулась, и поймала его взгляд на своих губах. Я сразу же спрятала их и отвернулась. Взяла варенье и села за стол. Рука Стайлза оказалась на моем плече, отчего я поежилась. Но Стилински резко убрал её, поэтому по плечу пробежал неприятный холодок, и я опустила голову. — Ты наелась? Просто… — опять этот взгляд. — Ну, если ты хочешь, я могу уйти, — я встала. Но он успел схватить меня за локоть и тоже встал. — Нет! То есть… Как хочешь… — я посмотрела на его руку, не отпускающую меня. Он тоже посмотрел на неё и нехотя отпустил меня. Я улыбнулась и закусила губу. Он удивленно уставился на меня. — Что? — Что? — Эм-м… Спасибо за завтрак. А ты кушал? — Да. Давно. Я или раньше всех завтракаю или вообще не ем, - парень встал и взял тарелку с последним сырником. — Эм-м… Стой! Я помою! — Стайлз удивленно повернулся и посмотрел на меня. — Нет! Я сам! — Он взял варенье, уже закрытое мною, и поставил в шкафчик. — Нет! Я помою! — Я должна помыть посуду, ведь тогда, что я за хозяйка? Тем более, я не какая-то там принцесска, чтобы за мной убирали, двери открывали… Нет! Я выхватила тарелку из его рук, а сырник засунула в открытый от удивления рот. Когда я это сделала, то дотронулась до его губ… Его глаза были такими забавными и выражали удивление, поэтому я не сдержалась и засмеялась. Взяла тарелку и начала мыть. Чайник давно закипел. Я лишь услышала, что холодильник открылся. Вот только, что там еще есть, кроме консервантов? — Чай? Кофе? — Я посмотрела в сторону Стилински, который стоял ко мне спиной, и рылся в морозилке. — Кофе. Только растворимый. — Хорошо. Сколько ложек сахара? — Нисколько. А я не откажусь. И положила себе одну ложку сахара. — О-о! — Я повернулась, и увидела, что он держит две пачки мороженого. Улыбнулась, и поставила на стол кофе. — Советую не употреблять холодное с горячим, и наоборот! Зубы трескаются! — Как же тогда люди пьют глясе? — Стайлз хитро улыбнулся и взял поднос, куда поставил три порции кофе с мороженным. - За мной! — А-а… А кому третья порция? И я не собака, чтобы ко мне так обращаться! — Он лишь фыркнул и вышел на улицу. Для меня это было непривычно: вот так просто взять и вынести из кухни поднос с едой (положив при этом на него печенье — хотя, где он его взял, я так и не поняла), и кушать на улице. Он подошел к беседке, довольно красиво оборудованной. Вокруг разросся виноград, вместе с разноцветными цветами вперемешку. Рядом с беседкой были профессионально постриженные кустики, вокруг росли деревья. Очень красиво и… романтично… Было хорошо слышно пение соловья — мне эта птица всегда казалась волшебной. Я часами могла просто сидеть и её песни. Птицы… Я вообще птиц считаю божественными! Это самые милые существа! Не могу объяснить почему… Их дар — летать, перья, чириканье, вид — мне нравилось в них всё. Этого не было больше ни у одного божьего создания. — Тебе здесь нравится? Обычно я завтракаю здесь... — Прекрасное место! Безумно нравится! — Я рад, — он улыбнулся. - Сейчас придет одна гостья… Ты же не против? — Оу! Нет, конечно! — И я покачала головой в знак согласия. — О-о-о! Дорогая! Ты пришла! Очень рад тебя видеть! — Я повернулась и увидела девушку, довольно симпатичную. Стайлз встал и поцеловал её. Она, как мне показалось, чуть не сожрала его. Девушка начала целовать его и крепко обняла. — Стайлз! Как долго я тебя не видела! — Я скучал… — он еще раз поцеловал её. Он скучал по ней… Скучал…