Рыжий-бестыжий.

      Раш с наслажденьем растянулся на молодой, сочной траве. Легкий, теплый ветерок игриво подбрасывал опавшие яблочные лепестки, наполняя воздух белоснежными вихрушками и ароматом цветущих деревьев. От земли веяло легким холодком, но нагу было лень подняться и принести одеяло. Вместо этого он лениво прикрыл глаза и растянувшись во весь свой не маленький рост, нежился в теплых лучах весеннего солнца и мечтал. Мечтал о том как вернется в свою деревню, как встретит его там отряд, жители их деревеньки. Как искренне обрадуются и удивятся они его выздоровлению. Как отпразднуют всей деревней его возвращение. Как познакомит он всех с Ядвигом. (Правда наг еще не решился пригласить парня к себе, но все же он искренне надеялся на положительный ответ, поэтому то и мечтал о том с какой гордостью он будет знакомить своих воинов со своим избранником.) Ядвиг приглянулся Рашу еще в самую их первую встречу, но сказать об этом наг не смел, не желая навязывать парню однорукого калеку. И вот прошла неделя, после его пробуждения, а первые признаки его выздоровления налицо. Хоть рука его все еще и обездвижена, как и раньше, но теперь исчезли фантомные боли, а еще рука стала чувствовать холод и тепло, хотя раньше этого не было. К Рашу вернулся его здоровый сон, а вместе с ним и аппетит. Мужчина даже успел прибавить в весе и стал волноваться как бы не разжиреть на казенных харчах. Ядвиг, кроме того, что продолжал лечить Раша, каждый день наведовался к нагу, подолгу оставался с ним, и они беседовали ни о чем и обо всем, совершали небольшие прогулки в маленьком, скрытом ото всех, дворике, подолгу сидели на скамейке под жасминовым кустом , любуясь звездами и просто молчали, наслаждаясь тишиной и друг другом. Даже сегодня Ядвиг обещал сводить мужчину на фестиваль цветов, что пройдет в городе. Просто один раз, когда паренек описывал красоты их столицы, рассказывал о праздниках и фестивалях, Раш обмолвился, что никогда не был ни на чем подобном и Ядвиг тут же пообещал его сводить. Поэтому он уже несколько дней был весь в предвкушении, сегодня наг решился впервые взять парня за руку и оправдание себе придумал даже, ведь в толпе так легко потерять друг друга. Мужчина давно заметил каким голодным взглядом смотрит на него Ядвиг, да и самого Раша ужасно тянуло к человеку, но наг твердо решил, что скажет о своих чувствах лишь тогда, когда полностью поправится и ни днем раньше.       Тихие шаги, приглушенные высокой травой, оторвали Раша от раздумий. Наг довольно растянул губы в улыбке, он уже научился узнавать человека по его легким шагам. – Я одеяло принес!- подал голос рыжик.- Постели! Я не для того тебя лечу, чтобы ты все себе застудил! Раш лениво приоткрыл один глаз и хмыкнул, Ядвиг недовольно сжал губы и нахмурился, когда наглый наг даже и не шелохнулся. Парнишка вздохнул и ловко расстелил одеяло на траве, плюхнулся на один его край, оставляя другую половину для Раша, с тихим стоном наслаждения, вытянулся на нем и прикрыл глаза. Воин быстро перебрался на одеяло, поближе к рыжику. – Устал?- тихо зашептал он, внимательно вглядываясь в лицо человеку. – Даже не представляешь насколько!- признался парень, с хрустом потянулся, зевая во весь рот и выдохнул, так и не открывая глаз:- Я вздремну, пару часиков! Разбудишь?- уже засыпая, пробормотал он. Раш удивленно посмотрел на Ядвига, пару раз дернул парня, желая убедиться, что тот действительно спит, пожал плечами и свободным краем одеяла укутал его. Придвинулся как можно ближе к Ядвигу, долго возился, устраиваясь поудобнее, оплетая человека хвостом, так чтобы оплести его со всех сторон и согревать. Хоть и было уже тепло, но наг переживал, что даже легкий ветерок может застудить парня. Затем долго мужчина любовался спящей мордашкой рыжика и даже сам не зная как, умудрился уснуть.       Первые звезды робко подмигивали тонкому месяцу луны. Сверчки запели свои любовные баллады, в густой траве. Рыжий паренек сонно проморгался и не хотя зашевелился. Что-то тяжелое давило на живот, ноги и мешало ему. Повернув взлохмаченную ото сна голову, он посмотрел на виновника своего неудобства. Тяжелый хвост нага переплелся с его конечностями, мешая двигаться и давил всем своим не маленьким весом на него. Ядвиг попытался осторожно выбраться из-под змеелюда и расплести клубок хвост-руки-ноги, не разбудив нага, но еще при первых же его движениях Раш открыл глаза, словно и не спал и тепло, по-доброму ему улыбнулся. – Выспался?- хриплым ото сна голосом спросил его мужчина. – Угу!- ответил Ядвиг не оставляя своих попыток выпутаться из-под Раша, но наг словно не желая выпускать из своих колец добычу, ловко свил хвост, зафиксировав парня.- Раш, может уже отпустишь?- спросил его Ядвиг и усиленно запыхтел, пытаясь вырваться.- Пожалуйста! Я в туалет хочу! Раш внимательно посмотрел на него и вздохнув, расплел хвост, освобождая человека. – Иди!- обиженно буркнул он, насупился, сгорбился весь. Ядвиг вскочил на ноги и бросил рассеянный взгляд на мужчину. – Раш, ты чего?- спросил он.- Я, правда туда и обратно! Я, не забыл!- правильно понял причину обиды нага, парень.- Честно, честно! – Иди уже!- отмахнулся от человека Раш, скосил глазами вслед убегающему рыжику, вздохнул и обижено свил хвост в кольца.       Не успел Раш как следует себя пожалеть, как возле самого его уха прозвучал голос Ядвига. – Ну, что ты готов?- наг вздрогнул от испуга, он настолько сильно задумался, жалея себя, что не услышал шагов человека.- Что случилось, Раш? Передумал идти?- спросил его Ядвиг и скорчил обиженную мордашку. – Нет, что ты! Я готов!- заверил его Раш.- Только перевязь возьму. – Зачем тебе перевязь?- удивился Ядвиг.- Меч все равно нельзя с собой брать. – Почему это? – Закон!- пожал плечами парень.- Во время фестивалей и торжеств запрещено расхаживать с оружием, исключение делается только для стражей и асасинов Его Величества.- объяснил Ядвиг. – Ну, раз так!- неохотно пробормотал наг, вздохнул, снял уже одетую перевязь и оставил ее рядом с оружием.- Странные здесь, в столице, законы.- выходя на улицу без своего верного меча, воин чувствовал себя беспомощным, а без тяжелой перевязи- голым. – Какие есть!- развел руками Ядвиг.- Пошли!- протянул он руку мужчине, наг улыбнулся и твердо взял парня за руку. Стоило только их пальцам переплестись и Ядвиг с упорством ломовой лошади потащил того на выход.       Пока они шли по коридорам храма им то и дело попадали на глаза молоденькие жрицы, одетые в белые, летящие, праздничные наряды, в их волосы были вплетены небольшие композиции из цветов, в руках каждая из них тоже держала маленькие букетики. Девушки приветливо улыбались, кланялись им. Стоило им только выйти на улицу города как их буквально оглушил гомон множества голосов, в глазах зарябило от разнообразия красок. Горожане были одеты в праздничные наряды, их волосы украшали различные цветы, составленные в причудливые композиции. Огромное количество уличных музыкантов и актеров выносили свои представления. На главной улице стояли различные скульптуры огромного размера, изображающие не только людей, животных, но и сказочных, фантастических, вымышленных персонажей. Дальше шли небольшие лавочки, где можно было купить различные сувениры, еду или просто попытать свою удачу. Все это смотрелось на диво сказочно в ярком свете магических фонарей, освещающих как саму площадь, так и прилежащие к ней улочки. – Это же надо сколько труда вложили!- восхищенно сказал Раш, когда они уже нагулялись вдоволь вдоль ровных рядов цветочных скульптур, разнообразных лавочек, когда переплетающиеся звуки музыкальных инструментов, голосов артистов и жителей, успели им надоесть и они прихватив засахаренные яблоки, скрылись в небольшой, тихой улочке, подальше от шума толпы. – Да ты прав!- откусив от своего яблока кусочек ответил Ядвиг.- Но знаешь, что самое интересное во всем этом?- спросил он и заметив удивленный взгляд нага, продолжил:- Что принять участие в составлении композиций может абсолютно любой! Ты представить себе не можешь сколько здесь вчера было народу, почти весь город собрался! Только к утру успели закончить со всем! – Ты тоже в этом участвовал?- приподнял брови Раш. – Угу! Всю ночь не спал!- хмыкнул парень.- У меня же в родне Верховная жрица! Пришлось помогать! Хотя, здорово было! Интересно! Видел бы ты лицо главного садовника храма, когда не хватило цветов! Он так смешно рвал на себе волосы! Но Шайана все уладила, договорилась с королевским садовником! Теперь сады Его Величества на главной площади красуются! Говорят Риднал рвал и метал, когда это увидел, но поделать уже ничего не мог! Все же этот фестиваль, праздник Богини, а против нее не попрешь! – М-да весело вам было!- усмехнулся воин и загрустил. Он не впервые слышал от Ядвига, что тот вхож в королевский круг, это огорчало нага. Раш очень беспокоился, что парень не примет его чувств, ведь человек может выбирать из приближенных короля, до которых обыкновенному командиру пограничников, ой как далеко. – Ты чего загрустил?- шутливо пихнул Ядвиг Раша в бок.- Что, уже устал? – Вроде того!- вздохнул наг, повертел в руках палочку с полу съеденным яблоком и нервно отбросил ее в сторону. – Раз так, то давай вернемся!- предложил ему парень, наклонился и поднял брошенную воином еду, поднес ее к урне и выбросил, вместе со своим.- Только для начала кое-куда зайдем!- схватил нага за руку и потащил за собой назад, в разноцветную толпу.       Запыханые они ввалились в главный зал храма. На золотом алтаре, начищенном до блеска и украшенном пестрыми цветами, кадили благовония. Ядвиг отпустил руку Раша и приблизился к хрустальной чаше, наполненной родниковой водой, на поверхности которой плавали желтые и белые хризантемы. Парень смочил пальцы в воде и умылся, поклонился статуе Великой Нагайны и осторожно выбрал из вороха цветных, навитых листочков ярко-зеленый, затем подошел к нагу и протянул его ему. – Вот! На удачу!- улыбнулся ему Ядвиг, мило покраснел. Раш с удивлением взирал на амулет, протянутый парнем и не знал, что ему надо сделать. Ядвигу надоело торчать как дураку с протянутой рукой и он силой всунул бумажку растерявшемуся нагу, приподнялся на носочки и робко чмокнул мужчину в губы. Сделал неуверенный шаг назад и тут же был впечатан в мускулистое тело воина.       Раш, вначале, опешил от его смелости, но стоило только парню отодвинуться и он притянул его к себе, сильно вжал одной рукой, впечатав Ядвига в себя и смял его губы жестким поцелуем. Ноги парня подкосились под напором мужчины и он с тихим стоном, обеими руками ухватился за нага. Тихий кашель заставил их подскочить на месте и оторваться друг от друга. – Молодые люди здесь храм, а не публичный дом! -отчитала их пожилая жрица.- Совсем совесть потеряли!- замотала головой она, когда наг с человеком вежливо извинившись сбежали, держась за руки.       Далеко убежать они не успели, завернули за ближайший угол и Раш привлек к себе парня, поцеловал. Наг так сладко целовал Ядвига, что того не держали ноги, стило только Рашу оторваться от его губ и он легко подпрыгнул, обвил ногами мужчину за талию и вновь впился в губы нага. Шершавая ладонь скользнула под рубаху Ядвига, оголяя плоский живот, с кубиками пресса. Парень тихо застонал, отвечая на ласку. А наг, позабыв о том, что хотел подождать выздоровления, в наглую лапал мальчишку, вжимая его в себя. Ядвиг нетерпеливо потерся о живот змеелюда, намекая, что может уже хватит медлить, а пора заняться более серозными делами. – Шлюха!- зашипели где-то сбоку и двое влюбленных с сожалением оторвались друг от друга. Ядвиг раздраженно соскользнул с тела Раша и оправил одежду, недовольно поджал губы и обернулся к говорившему. Махашаруш сердито раздувая ноздри, сверкал глазами на них, нервно дергал хвостом. Сзади его, неловко переминались с ноги на ногу, стражи. – Что, моего гарема тебе мало, на калек переключился?-- ядовито зашипел принц. – Ваше Высочество!- спокойно ответил Ядвиг, пренебрежительно склоняя голову в поклоне, так чтобы нельзя было принять его жест за оскорбление, но и не за уважение тоже.- Вижу вы, как всегда, в добром здравии!- естественно это было ложью и все это знали, ведь уже несколько дней как Махашаруш с трудом поднимался с постели, да и вид принца не говорил о его здоровье. Желтая, дряблая кожа, испещренные кровеносными сосудами белки глаз, потрескавшиеся губы и дрожь в руках. Весь двор перешептывался по углам, что неизвестная болезнь гложет Его Высочество, даже королевские маг с лекарем не в силах его излечить, никак это наказание богини, ниспосланное на принца. Ядвиг прошелся беглым взглядом по осунувшемуся лицу Махашаруша и мысленно усмехнулся, он то подозревал, что за болезнь гложет мужчину, но пока, что король ничем не показал, что их сделка в силе, поэтому рыжик будет делать вид, что ничего не знает. – С вашего позволения!- еле заметно склонил голову Ядвиг, схватил крепко за руку, боявшегося лишний раз вздохнуть, Раша и потащил его на выход. – Щенок! Ненавижу!- сжал в бессильной злобе кулаки Махашаруш, Легонько покачнулся и сильные руки стражей подхватили принца, не давая ему упасть. – Ваше Высочество!- робко обратился один из воинов.- Может вернетесь в постель? Вам же плохо! – Заткнись!- сквозь зубы зашипел принц.- Я сам решу, что мне делать или не делать!- грубо оттолкнул поддерживающие его руки и с трудом выпрямился. Сегодня Его Высочество решил сходить в храм, зажечь благовония и помолиться богине. Принц надеялся, что Великая будет снисходительна к нему в день своего праздника и сменит гнев на милость, отгонит болезнь от него. Махашарушу посоветовал прийти в храм его слуга, старик воспитывающий принца еще с малых лет, единственный чьим словам доверял мужчина и чьих советов слушал.       Махашаруш медленно вполз в главный зал храма и скривился, от тяжелого запаха благовоний голова стала болеть, но принц сурово сжал губы, выругался тихо сквозь зубы, проклиная паломников решивших именно сегодня, в обязательном порядке, посетить храм и подполз к алтарю. Долго возился с тонкой палочкой благовония, та все никак не хотела зажигаться, гасла. Махашаруш сердился и все громче ругался, проклиная всех и вся, пока один из стражей не взял из его рук палочку и не зажег ее. Затем отдал ее в руки принцу, отошел на шаг назад, на свое место. Стражи между собой молча переглянулись, протянули небольшую корзину Его Высочеству, в которой находились, приготовленные на королевской кухне, дары для Великой: постные рисовые шарики, хурма, цветы. Махашаруш разложил дары у алтаря и от всего сердца помолился богине. А когда пришла пора уходить, в голове принца мелькнула черная мысль, что теперь то у него есть способ отомстить рыжику и если не убить его, то причинить ему как можно больше боли.       Когда Его Высочество, принц Махашаруш, покинул главный зал храма, зажженное им благовоние, с тихим пшиком погасло, а принесенные им дары мгновенно сгнили, растекаясь неприятной жижей по мрамору пола. Стражи, провожавшие принца, это успели увидеть и побледнели, тяжело сглотнули, переглядываясь, ушли. Они-то поняли, что Великая окончательно отвернулась от их господина и теперь ничто не спасет принца, поэтому безопасней для них будет помалкивать об этом.