Две стороны любви (Two sides of love)

1 месяц спустя.

       Теплые руки парня обхватывали руки любимого омеги, сплетая пальчики между собой заставляя улыбаться влюблённых, которые лежат на белоснежной кровати. Влюблённые смотрят в глаза друг друга и даже не пытаются отвернуться от столь прекрасных глаз. — С добрым утром, любовь моя, — проговорил Тэхен, поцеловав любимого Гука в губки. — С добрым утром, котёнок, — сказал Чонгук, дотронувшись своей ладошкой до щеки любимого, — Скажи мне, почему я до сих пор люблю тебя так же сильно, как и в первые дни нашего знакомства? Прошло уже 19 лет. Я всё ещё люблю тебя так же сильно, как и впервые дни нашего знакомства, как глупый мальчишка. — Тогда я задам тебе ответный вопрос, — произнёс Тэхен, улыбнувшись, — Почему я всё так же не могу насытиться тобой? Прошло уже 19 лет, а я всё ещё сильно желаю тебя. Я всё ещё так же сильно продолжаю любить и хотеть тебя. Почему? — Я не знаю, — проговорил омега, обняв любимого за талию. — Вот и я не знаю ответ на твой вопрос, — смеётся тот, обняв любимого в ответ. — Любимый, ты хорошо спал? — спрашивает Чонгук, улыбнувшись. — Да. Вроде, хорошо, — сказал альфа, чмокнув омегу в щёчку, — А ты? — Не очень, — говорит тот, опустив глаза. — Тебе что-то снилось? — Да. — А что за сон? — спрашивает альфа, желая узнать причину по которой его любимый спал плохо. — С тобой, — говорит тот, улыбнувшись. — Я опять был злым? — спрашивает Тэхен, погладив Гука по щеке своей рукой. — Да, — отвечает тот, смотря в красивые глаза любимого. — Расскажешь? — интересуется тот. — Хорошо, — говорит омега, сильнее обнимая альфу, — Мы с тобой находились на озере. Мы решили прокатиться на лодке. Когда мы с тобой находились в ней, то разговаривали с тобой о чем-то, а потом вдруг ты резко встал с сидения и взял меня за грудки. Ты опустил мою голову в воду. Я был испуган. Грубо говоря, ты начал меня топить. Ты хотел, чтобы я умер. Всё как обычно. Вечно я тебе не нужен. Всегда хочешь избавиться от меня. — Может это потому, что ты всё время ждёшь этого? Гук, хватит ждать от меня, что я тебя ударю или убью. Мы с тобой уже 19 лет вместе и я ни разу не ударил тебя. Единственное, что я сделал, это порвал тебе зад и то это было чисто случайностью. Ты должен разобраться в себе и понять наконец, что ты моё всё. Порви эти границы между школой «Эстан» и школой «Вэйтман». Мы уже давно не ученики этих школ. Мы уже живём вместе. Теперь мы семья. Ты должен это осознать. И даже если бы я и хотел тебя убить, то ты должен понять, что я бы сделал это ещё в первый же день нашего знакомства. Ты знаешь, каким я был гадким до тебя. Я думаю, мне не составило бы труда справиться с таким как ты. — С каким это "Таким"? — удивляется тот. — Не обижайся, но тогда ты был слабым омегой. И я с легкостью бы справился с тобой, тем более ты знаешь, что на моих руках побывало не мало крови. — Да, ты прав. Ты меня любишь и не сделаешь мне больно. Хотя вот зад мне порвал, это было больно, — смеётся тот. — Прости. Я не думал, что ты у меня такой узкий. Я думал, что ты сможешь втянуть в себя шарик. — Индюк тоже думал и в суп попал. А я тебе говорил, что ты меня порвёшь, а ты: «Ещё чуть-чуть. Давай попробуем хоть разок». Доигрался. — Прости, сладкий. Я виноват, — говорит тот, целуя любимого в губки. — Всё хорошо, любимый. Я тебя давно простил. Ты у меня самый лучший альфа в мире. Ты поступал плохо в прошлом, когда избивал до ужаса людей, но ты исправился и за это тебя стоит похвалить. Ты для меня лучший альфа. Пусть и с заёбами внутри, но ты самый-самый у меня. —  А ты самый лучший омега во всём мире. И ты принадлежишь только мне. — Только тебе, — сказал Чонгук, смачно целуя альфу в губки, углубляя поцелуй.        Через секунду омега почувствовал, как что-то твёрдое трётся об его пах. Гук ехидно улыбнулся, а после проговорил: — Тэхен-и, я же сейчас правильно думаю, ты возбудился? — спрашивает парень, смотря в глаза любимому. — Правильно понимаешь. На тебя у меня всегда стоит, — проговорил Тэхен, забираясь своими пальчиками под боксеры омеги. — Эй-эй. Тэхен, ты чего? — спрашивает тот, с испугом. — А, что? — не понимает тот, — У тебя уже прошла попка, так что я могу ворваться в тебя. — Как бы у нас сынуля в доме, — говорит тот, объясняя любимому. — Ну, мы же будем тихо, — говорит альфа, продолжая пробираться своими пальчиками чуть дальше, а после коснулся пальчиком сфинктера своего любимого. — Тэхен, нет. Не надо. Я начну стонать, потом сынуля услышит и всё. Я не хочу. Займёмся этим, когда мы будем одни. — Ну-у…Ну, любимый. Я уже возбудился. Так что давай, помогай мне. А то ты же не хочешь, чтобы мне было больно потом? — говорит тот, хитро улыбаясь. — Ладно. Я сейчас что-нибудь придумаю, — говорит омега, встав с кровати, а после направляется к двери.        Закрыв дверь комнаты на замок, омега тут же направился в сторону любимого альфы. Когда темноволосый омега залез на кровать, тут же проговорил: — Я кое-что придумал. — Что? — с улыбкой интересуется альфа. — Я возьму в ротик твой леденец, — проговорил Гук, приближаясь ближе к альфе. — Стой! А мы что, трахаться не будем? — возмущается тот. — Нет. Я же тебе сказал, что не хочу, чтобы нас слышал сынуля. Поэтому я просто отсосу тебе. — Не, так не пойдёт, — возмущается альфа. — Хорошо, тогда и то, что я предлагаю, ты и этого лишишься. Либо так, либо никак, — говорит Чонгук, смотря на любимого. — Ладно. Я согласен на минет. Но тебе я сделаю минет тоже. Ты уж как хочешь, — говорит альфа, скрестив руки на груди. — Договорились, — сказал темноволосый омега, снимая со своего альфы пижамные штаны, выпуская наружу его великолепное возбуждение, — Чёрт, какой же красивый. — Кто? — спрашивает альфа. — Член твой. Такой толстый и большой. От головки до основания он принадлежит мне, — смеётся Гук, уже заглатывая орган любимого в ротик. — Оо... Гуки. Он только твой, — говорит альфа, медленно ложась на свою спину, раздвигая свои ножки, помогая омежки поудобнее брать в ротик его возбуждение.        Омега нежно облокачивается своими руками о бёдра Тэхена, чтобы было удобнее брать в ротик леденец его мужа. На своей голове, омега чувствует, как рука Тэхена нежно поглаживает его, а после запускает своими пальчиками в локоны Гука. — О, милый. Мне очень нравится, — говорит Тэхен, чуть приоткрывая свой ротик от наслаждения, — Пожалуйста, котёнок, только больше не кусай мою головку, — сказал Тэхен, погладив любимого по щеке. — Я больше не буду, сладкий. Не переживай, — проговорил тот, снова заглатывая орган альфы в свой ротик.        Омега набирает скорость и с сильным прихлюпыванием вытаскивает орган из своего ротика из–за чего слюна Гука капает на головку Тэхена стекая вниз. Горячий язычок омеги ласкает чувствительные зоны головки Тэ. Кончиком язычка Чон прикасается к уретре альфы, немного шевеля язычком возле неё. — Ох, Гуки. Маленький мой. Твой язычок творит чудеса, — говорит Тэхен, поднимая свои бёдра на встречу к ротику омеги.        Омега уже касается кончиком своего язычка уздечки альфы, шевеля им в быстром темпе, чтобы доставить приятные ощущения любимому. Через долю секунды, ротик Гука вбирает возбуждение мужа до основания, каждый раз при заглатывания органа язычок проходился по тёмно-синем венкам парня и снова возвращался к уретре любимого.        Выпустив из ротика орган Тэхена, темноволосый омега переходил уже к яичкам альфы, медленно всасывая те, заставляя альфу снова приоткрыть ротик от наслаждения. Чонгук всасывал в себя по одному яичку хорошо обсасывая, а после выпуская их на волю. Альфа тем временем только и успевал вбирать в себя свежий воздух, потому что от наслаждения он прекращал дышать.        Через долю секунды омега почувствовал, как тёплая белая жидкость потекла ему в горло и тот без сомнения стал проглатывать всё, что дал ему Тэхен. — Ну, как? Я удовлетворил тебя, пупсик? — спрашивает Чонгук, убирая с губ остатки семя любимого. — О, ещё как, котёнок. Ты сделал мне очень хорошо. Теперь твой муженёк сделает хорошо тебе, — улыбается темноволосый альфа, опрокидывая Гука на спину, а после с диким желанием сорвал с любимого его нижнее бельё.        Альфа положил свою ладошку на пах омеги, стремительно поглаживая его половой орган, чтобы тот смог возбудиться. С каждой секундой Тэхен чувствовал, как половой орган Гука начинает расти в его ладошке и становиться всё твёрже. Теперь Ким без сомнения вбирает в себя головку парня, принимаясь посасывать её сначала медленно, а после и всё быстрее и быстрее. Тэ слегка чмокнул головку омеги, а позже язычком стал водить по ней будто слизывает шоколадное мороженое. — Ммм.... — уже чуть тихо поскуливает Гук, пытаясь ухватится за плечи альфы, — Ты такой горячий. Мне так горячо. Я чувствую своей головкой твоё нёбо. Боже, как же классно. — Тебе же нравится? Ты же хочешь ещё? — спрашивает альфа, смотря в глаза любимому. — Да. Да, пожалуйста, сделай мне приятно, — говорит Гук, ворочаясь по кровати ожидая приятных ласк от своего альфы. — Слушаюсь, пупсёнок.        Без замедления, ротик альфы заглотнул возбуждение Чона до основания. Альфа двигал своей головой всё быстрее и быстрее, а эти прихлюпывания издавались само собой. Головка Чонгука всё время проходила по нёбу Тэ, а после легонька касалась гланд парня, из-за чего омеге хотелось кричать от наслаждения. Он закрывал рот рукой, чтобы не издать ни звука. — Оо..Малыш... Я сейчас к-кончу. Боже, — парень прикрывает глаза.        Сделав ещё один заход, альфа смог ощутить на своём языке вязкую белую жидкость любимого. Проглотив всё до единый капли, Ким наклонился к лицу Чонгука и страстно поцеловал любимого в мягкие шоколадные губки. — Ты вкусненький, — сказал альфа, облизывая свои уголки губ, собирая с них семя любимого. — Ммм.. Тэхен-и, ты тоже вкусненький. Мне нравится, — улыбается омега. — Люблю, — смеётся. — Люблю не меньше, — обнимает парня.

4 часа спустя.

— Тэхен, я тут решил позвать в гости Юнги с Чимином и Юнмином. Ты как? Не против? — спрашивает Гук, смотря на любимого. — Я? Конечно нет, — смеётся тот. — Это хорошо, потому что я их уже позвал и думаю, что нам с тобой нужно сходить в магазин за продуктами. Пойдём? — Пойдём. Тогда я обуваться пошёл, а ты давай догоняй, — проговорил Тэхен, направляясь в прихожую комнату. — Хорошо.

***

— Тэ. Ну что ты делаешь? — возмущается Гук, когда видит сколько банок пива альфа хватает из холодильника магазина. — Да что? Нормально же. — Нет. Зачем опять так много банок пива берёшь? Ты хочешь, чтобы я снова тебя откачивал, как в тот раз, когда ты мне весь ковёр замазал рвотой? Я потом его чистил на карачках. — Ну, Гуки, сладкий. Ну, давай расслабимся, — с грустью проговорил альфа. — Ага. Чтобы потом я ходил и убирал за тобой? — сердится тот. — Ну, ты же меня любишь. И ради любимого тебе не сложно будет убрать, — говорит Тэхен, опустив глаза смотря в пол. — Да, я люблю тебя. И нет, мне не сложно убрать за тобой, потому что я люблю тебя. Я просто не могу смотреть на то, как тебе плохо. Не могу видеть, как тебе больно. Я очень переживаю за твоё здоровье, любимый. Я просто безумно за тебя переживаю, хороший мой. — Ладно. Я не буду так много брать. Я возьму только 8 банок пива и выпью из них только одну. Так тебя устроит? — сказал альфа, гладя Гука по плечу. — Да. Спасибо тебе, любимый. — Это тебе спасибо. Я очень рад, что ты волнуешься за меня, — улыбается темноволосый альфа. — Конечно волнуюсь, дурак. Я же люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, пупсёночек, — сказал Тэхен, чмокнув омегу в щёчку. — Тэ, а тебе не кажется, что я уже не подросток и твоё прозвище мне уже как бы не подходит? Я уже тогда не пупсёночек, а пупсёнище. — Для меня ты всегда будешь маленьким пупсёночком, — проговорил тот, дотронувшись своим пальчиком до носика Гука. — Ладно, пойдём на кассу, — сказал омега, шагая в нужном направлении. — Пошли, — тут же кивнул, последовав за мужем.        Наконец, влюблённые стояли на кассе, ожидая когда подойдёт их очередь. Стоя в очереди, альфа решил немного пошалить, поэтому принялся делать своё любимое дело. Ким быстро ухватился за упругую ягодицу Чонгука и принялся мять её как мячик. Гук, немного испугался, а потом решил не мешать альфе наслаждаться упругими половинками. Через секунду, где-то в дали послышались слова: «Фу. Какой срам. И не стыдно им так себя вести в прилюдных местах?». Услышав эти слова, Тэхен быстро убрал свою руку, чтобы Гуку не было стыдно за него. И как только альфа убрал свою кисть, почувствовал, как тёплая рука его омеги взяла его крепко за кисть и положила к себе обратно на ягодицу. — Тебе должно быть всё равно, что они говорят про нас, — сказал Гук, не позволяя альфе убрать руку с половинки Чонгука, — Трогай меня там, где ты захочешь. — проговорил темноволосый омега, улыбнувшись, а после и вовсе поцеловал любимого в губки. — Хорошо, — проговорил тот, обняв любимого за талию.        Обнимая любимого за талию, Тэхену захотелось быть ближе к любимому, поэтому альфа прижался ближе к Гуку и нежно целовал шею парня не собираясь останавливаться. Наконец, очередь парней подошла, а Тэхен и не думал останавливаться. Кассир уже смотрит с удивлённым взглядом на то, как альфа прижимает к себе омегу и страстно целует в шею не собираясь прекратить это. Увидев лицо кассира, омега не выдержал и проговорил: — Чего смотришь? Никогда не видел, как альфа целует своего мужа? Давай продукты пробивай. Вылупился он, — с серьёзным тоном сказал Чонгук, вытаскивая кошелёк из кармана куртки.        Кассир быстро стал пробивать продукты парней, чтобы не смотреть им в глаза. Наконец, когда продукты были куплены, влюблённые с удовольствием шли домой.

***

— Сынок, ты уже оделся? — спрашивает Гук, у сынули. — Да. Ну что, скоро там они придут? — спрашивает Тэгук, желая узнать, когда наконец он сможет увидеть своего любимого альфу. — Да. Уже через 10 минут будут тут, — прокричал омега, из кухни. — Хорошо.        Наконец в дверь позвонили и все сразу вышли в прихожую встречать гостей. — Ааа. Юнмин, — прокричал Тэгук, обнимая любимого, — Пап, отец, мы пока побудем у меня в комнате. Позже придём к вам, — сказал омега, хватая любимого за руку и ведя того к себе в комнату. — Хорошо, — проговорил отец. — Эй, Юнги, Чимин-и. Ну что вы проходите, раздевайтесь, — проговорил Чонгук. — Хорошо. Ну, как вы тут? — спрашивает Чимин, снимая с себя куртку. — А, мы хорошо. А вы как? — спрашивает Тэхен. — У нас тоже всё отлично, кроме некоторых проблем. — Каких? — спрашивает Чонгук. — Пойдёмте, расскажу, — сказал Чимин, хватая Юнги за руку и идёт с ним за Тэхеном и Чонгуком.

***

—  Иди сюда, моя клубничка, — проговорил Юнмин, наваливаясь на любимого прижимая того к кровати. —  Вербенка моя. Что ты хочешь со мной сделать? — коварно улыбается Тэгук. — Я хочу тебя выебать. Но не сегодня, — смеётся тот, смачно целуя любимого омегу в губки, — Дорогой, когда мы уже скажем родителям о том, что мы встречаемся? Я ведь правда не хочу больше скрываться и прятаться. Я люблю тебя и хочу открыто об этом всём говорить. — Я знаю, котёнок. Я думаю, что сегодня мы могли бы и сказать, — смеётся тот. — Что? Правда? Ты не шутишь? — радуется беловолосый альфа. — Нет. Я думаю, ты прав. Нам пора признаться, — улыбается Тэгук, смачно целуя любимого альфу в губки. — Я люблю тебя, котёнок, — сказал Юнмин, погладив омежку по голове. — Я тоже люблю тебя, мой хороший, — проговорил Тэгук, обнимая альфу очень крепко, а после смачно целует, пытаясь углубить поцелуй.

***

       Зайдя на кухню, парни присели на стульчики, а после принялись рассказывать свои переживания. — Так.. Ну, рассказывайте, что у вас за проблемы? — спрашивает Чонгук, смотря на друзей. — Да, понимаешь, нашему сыну уже 18 лет, а он до сих пор нас ни с кем не знакомит. Я имею в виду со своим истинным. Я переживаю за него. Мне кажется, что у него нет никого. Я просто не хочу, чтобы он был один. Он должен найти себе пару и создать свою семью, но он даже и не говорит нам о истинном или хотя бы об омеге вообще, — с грустью проговорил Чимин, обнимая любимого Юнги. — Оо. Знакомая ситуация. У нас Тэгук тоже ничего не говорит об альфе. Даже не заикается о них. Мы вот тоже с Гуком думаем, что у него никого нет. Мне даже кажется, что наш сынуля даже и не целовался ни с кем ещё, — говорит Тэхен, проникнув своими пальчиками в локоны Чонгука. — Во-во. Это немного напрягает, — с грустью проговорил Юнги. — Ага. Это точно. В их возрасте мы уже думали об этом и даже нашли наших мужей, — сказал Чонгук, усаживаясь на стул поудобнее, — Эй, Тэхен, иди позови детишек сюда. Сейчас кушать будем, — проговорил Чонгук, встав из-за стола, пытаясь подойти к духовке, чтобы достать зажаристую вкусную курочку. — Хорошо, — проговорил альфа, выходя из кухни.        Подходя к нужной двери, Тэхен определённо слышал очень весёлый смех детишек и сразу же подумал «О, детишки резвятся», но когда чуть–чуть приоткрыл дверь, то это, оказалось, в буквальном смысле резвятся. Перед собой Тэхен увидел, как его сынуля лежит под Юнмином, а тот в свою очередь страстно целует Тэгука в губы, постепенно углубляя поцелуй. Увидев всю картину, Тэхен не стал заходить в комнату, а просто в зависшим состоянии стоял на одном месте и думал. Думал о том, что увидел. «Что это только что я увидел? Я не понял, это что, был Юнмин, который навалился на моего сына? И вроде Тэгук был даже и не против! Что это, блять, такое?» — думает альфа, а после резко направляется на кухню.        Подойдя к кухни, Тэхен тут же проговорил: — Эй, Юнги, нам надо поговорить. Иди за мной в мой кабинет, — сказал темноволосый альфа, направляясь в свой кабинет. — Ладно, — ответил тот, шагая за другом.        Наконец, когда они были уже в кабинете, Тэхен присел на кожаный диван, а после проговорил: — Юнги, тут такое дело. Если я не ошибаюсь, то твой Юнмин любит клубнику, правда? — спрашивает тот, желая точно узнать ответ. — Да. Ты прав. А, что? — спрашивает тот, в ответ. — А моему сыну нравится запах вербены. И если я не ошибаюсь, то Юнмин пахнет вербеной. — Ну, да. И, что? Подожди, ты же не хочешь сказать что…. — начинает догадываться. — Ага. То я и хочу сказать, — говорит Тэхен, смотря в непонимающие глаза Юнги. — Не-не. Этого быть не может, — жмётся тот, — Нравятся запахи - это одно. А вот найти истинного - это другое. Может им совсем другой запах в истинном понравится. Мне тоже раньше нравился запах ромашек, но это же не значит, что я нашёл истинного с таким запахом. — Может ты и прав, — кивает, — Но знаешь, я уверен, что они истинные. Я только что видел, как твой Юнмин навалившись на моего Тэгука, целовал его в губы и причём с языком. И знаешь что? Мой сын даже не сопротивлялся. — Ты хочешь сказать, что они истинные и они только что целовались? — спрашивает Юнги, с удивлением. — Да. Блять, да. Юнги, пожалуйста... — не знает, как сказать, — Я не против, чтобы они общались. Могут встречаться, если хотят. Только пусть Юнмин пока не распускает свои руки. Ты же знаешь, как я волнуюсь о Тэгуке. Он у меня ещё очень хрупкий омежка. И не хотелось бы, чтобы они занимались сексом в таком возрасте. — Но заметь, что и мы в таком возрасте не в куклы со своими омегами играли. Ты знаешь, что мы с ними делали, когда оставались наедине. Не думаю, что Юнмин тоже будет долго ждать. А Тэгук ещё и истинный его.  — Ох... То, что мы с омегами нашими делали... Да. Ты прав. У наших сыновей уже должны играть гормоны, — Ким паникует. — Да. Вот это новость. Ладно уж... Я поговорю с Юнмином. Я скажу, чтобы он не распускал руки, — проговорил Юнги, встав с дивана и направился к выходу, — Они в комнате? — спрашивает тот. — Да. Они там. — Хорошо.        Выйдя из кабинета Тэхена, Юн тут же направился в комнату к детишкам, чтобы всё обсудить. Подойдя к двери, альфа громко кашлянул, чтобы детишки если и делали что-то, то сразу бы отпрыгнули друг от друга. Наконец, открыв дверь комнаты, альфа увидел двух парней, что просто сидели рядом и читали книжки, причём у Юнмина книга была перевёрнута вверх ногами. — Юнмин, мне нужно с тобой поговорить. Выйди, пожалуйста, — сказал Юнги, дожидаясь когда сын выйдет из комнаты. — Хорошо.        Через пару секунд, Юнмин стоял рядом с отцом и вникал в его слова. — Сынок. Я всё знаю, — говорит Юнги, смотря в глаза сыну. — Что, знаешь? — не понимает маленький альфа. — Ты и Тэгук истинные, — сказал отец, смотря в испуганные глаза маленького альфы. — Что? О-отец, я…. — паникует. — Сынок, я не против, если ты будешь встречаться с Тэгуком. Если он твой истинный, я только за. Мы с твоим папулей всегда хотели, чтобы ты нашёл своего истинного и был только с ним. Я хочу только сказать, что дядю Тэхена, немного расстраивает, что ты распускаешь руки. Поэтому, пожалуйста, не распускай руки раньше времени. Подожди пока вы не будете ещё чуть-чуть повзрослее. Хорошо? Я имею в виду, повремени пока с сексом, хорошо? Я признаюсь, что в твоём возрасте с твоим папой мы делали это, но пойми, что дядя Тэ и я пока не хотим, чтобы Вы этим так рано занимались. Повремени немного с этим, ладно? — Я...я.... Хорошо, отец. Но... Но мы уже... — сильно паникует. — Что "Уже?" — боится того, о чём подумал. — Мы уже занимались этим, — переживает. Ждёт реакции отца. — Что? Уже? — начинает переживать. — Только не говори дяде Тэхёну, пожалуйста. Я лучше сам об это расскажу. — Ладно. Я не скажу ему. Но пока что приостанови это, договорились? Пока что не делай этого с ним. Повремени немного. — Ладно, — кивает, — Но у нас с Тэгуком есть ещё, что вам рассказать, — сказал Юнмин, смотря на комнату, где находился Тэгук. — Что? Что вы хотели рассказать? — спрашивает тот, желая побыстрей узнать. — Иди на кухню. Мы сейчас с Тэгуком придём и всё вам расскажем, — проговорил тот, направляясь в комнату к любимому. — Хорошо.        Зайдя в комнату к любимому, Юнмин тут же взял напугавшегося омегу за руку, а после чего направился с ним на кухню. — Эй, Юнмин. Ты чего? Что случилось? — спрашивает Тэгук, немного испуганно. — Малыш, только не волнуйся. Просто скажи «Да». Это всё что от тебя будет требоваться, — сказал тот, заходя с любимым омегой на кухню.        Когда парни были уже в ней, Юнмин встал напротив родителей и напротив родителей Тэгука, а после чего проговорил: — Отец, пап, дядя Чонгук, дядя Тэхен, у нас есть, что сказать вам, — проговорил Юнмин, немного дрожа, но при этом смотря в любимые глаза Тэгука, — Я хочу сказать, что мы с Тэгуком очень сильно любим друг друга. Тэгук и я уже давно встречаемся, потому что мы истинные. — Что? — в шоковом состоянии спрашивает Чонгук. — Мы любим друг друга и хотим быть вместе. Так же для вас это будет шоком, но мы с Тэгуком уже давно не девственники. Мы отдались друг другу. — Что? Что ты такое говоришь? — очень тихо говорит Тэгук, на ушко Юнмину, потому что он конкретно их сейчас палит. — Ч-что? — уже не выдерживает Чимин. — Я не брошу Тэгука. Я всегда буду с ним. Пожалуйста, позвольте нам быть вместе. Я знаю, для вас это шок и может быть вы хотели видеть рядом со своим сыном кого-то другого, но уже ничего не поделаешь. Мы любим друг друга. И, наверное, последнее, что я хотел сказать, — говорит Юнмин, немного потянув время, — Мы с Тэгуком собираемся обручиться.        В этот момент у маленького Тэгука чуть ноги не затряслись от этой новости. Юнмин, никогда не говорил ему, что хочет выйти за него. Даже и не намекал, а тут так в открытую говорит об этом родителям. — Что? Ёптиль-моптиль, — уже с раскрытом ртом в ужасе стоял Чонгук, потому что это новость очень сильно ударила ему в голову. — Боже ты мой, — в шоковом состоянии проговорил Тэхен. Но больше всего он был в шоке, когда у знал, что его сынуля больше не девственник.        На кухне пробежала тишина, как будто они все были в пустыне, не хватает только перекати поле. Эту тишину перебивает Тэхен, который строго смотрит на Юнмина. — Ты намерен серьёзно взять Тэгука замуж? Ты готов связать свою жизнь с моим сыном? — Тэ очень переживает. — Да, — отвечает Юнмин. — Готов ли ты всегда любить его и не бросишь ли ты его? — спрашивает Тэхен, строго смотря на парня. — Нет. Я не брошу его. Я люблю его, очень. Я хочу выйти за него. Я всегда буду с ним. Я никогда не предам его, — отвечает тот, смотря в глаза Тэхёну. — А ты, Тэгук? Ты готов выйти за Юнмина? — спрашивает отец. — Я….Да. Я готов выйти замуж за Юнмина, — омега в шоке от происходящего. — Хорошо. Ладно, так и быть. Я не против ваших отношений, — Тэхён говорит уже спокойнее, — Но... Юнмин. До свадьбы больше не распускай свои ручонки. — Ну, отеееец! — сердится Тэгук. — Ладно, распускай, но только если тебе разрешит Тэгук. УСЁК?! — смотрит тот на влюблённых. — Да. Я усёк, — смеётся маленький альфа.   — А вы чё молчите? Как индюки надутые! — говорит Тэхен, смотря на своих друзей,— Давайте говорите что-нибудь, — сказал альфа, присев на стул. — Эм... Ну…. Сынок, мы с отцом хотели, чтобы ты нашёл истинного, поэтому я не буду против, если ты будешь с Тэгуком, — сказал Чимин, улыбнувшись. — Я за папулю, — улыбнулся Юнги. — Да, это, конечно, большая новость для меня, но если вы действительно любите друг друга, то я не буду вам мешать. Так что, храни вас Господь, — проговорил Чонгук, заплакав. — Мы любим вас, — сказал Тэгук, заплакав. — И мы вас тоже любим, — сказал Чимин, идя обниматься к влюблённым.        Вся квартира наполнилась любовью и теплом. Кто-то смог решиться и признаться родителям о своей любви, кто-то нашёл в себе силы одобрить брак детишек. Сейчас не важно, если кто-то молчит или что-то не договаривает и держит всё в сердце. Пусть сейчас кому-то кажется, что выходить замуж в 18 лет очень рано, но это всё пройдёт, потому что они любят друг друга, потому что они есть друг у друга, потому что они — семья.