Огонь и лед

      Ева шагала между Стивом и Клинтом, сжимая в одной руке Глок, в другой -кастет. Нервы были натянуты до предела, попытки взять себя в руки терпели фиаско, мысли все чаще и чаще возвращались к Баки, и страх сковывал все внутри. Она безумно боялась вновь увидеть в его взгляде растерянность и непонимание. Она боялась, что Барнс ее не узнает. Это подкашивало ноги, делало ее уязвимой и невнимательной. Немало она беспокоилась и о том, что, возможно, Баки здесь вообще нет, и они попросту теряют время. Сейчас ей было плевать и на Гидру, и на стремление ее к мировому господству. Первое и самое главное, что она хотела сделать – это вернуть Джеймса.       Несколько врагов выскочило из-за угла, по мстителям открыли огонь. Стив едва подоспел, чтобы заслонить девушку от выстрелов своим щитом. -Соберись ты уже. – Прорычал капитан сквозь зубы. – Иначе отправлю обратно в самолет. -Мне страшно. – Дрожащим голосом пролепетала девушка, пытаясь взять себя в руки. Держать все в себе уже не было сил, слишком многое она пережила за последнее время, хотелось просто забиться в угол и биться в приступах истерики. -Они не сотрут ему память вновь. – Стив прекрасно понимал, из-за чего так переживает Ева. На него и самого не раз уже накатывали подобные мысли, и, чтобы двигаться вперед, нужно было их раз за разом гнать от себя прочь. – Мы успеем его спасти. Слышишь? Я не позволю им опять уничтожить его воспоминания. Роджерс хорошенько встряхнул девушку и, обхватив ее лицо руками, облаченными в перчатки, заглянул в глаза. -Однако если ты не возьмешь себя в руки, то никогда больше не увидишь Баки по одной просто причине, что первая же пуля прилетит тебе в лоб. После хорошей встряски, ощущая на щеках шершавость ткани, а на губах - дыхание Стива, девушка начала приходить понемногу в себя. -Я постараюсь. – Кивнула она, сжимая в кулаки. Через минуту Ева уже с диким криком набросилась на противника и выбила из того дух одним твердым и точным ударом. С остальными справились мстители, на удивление быстро и легко. -Если это все, на что способна Гидра, то не такой уж ты и герой, Кэп. – Ухмыльнулся Клинт, однако все поняли, что он шутит, так как впереди их ждало нечто более опасное.       Когда впереди осталась последняя дверь, все были предельно вымотаны. Сердце Евы разрывалось на части от волнения, когда Клинт закладывал под нее заряд. Спрятавшись за углом, мстители дождались взрыва и ринулись в бой с новыми силами.       Яркий свет на мгновение ослепил Еву и вывел из равновесия. Первым, кого увидела девушка, когда туман в глазах начал рассеиваться, был прикованный к креслу Баки. Она увидела тиски, обхватывающие его голову, и что-то внутри оборвалось. Они не успели. Не замечая ничего и никого, Ева бросилась к Джеймсу, на ходу раскидывая появившихся из ниоткуда противников. -На этот раз вы вовремя. – Лицо Баки разгладилось, когда девушка приблизилась к нему. Ее глаза расширились, губы задрожали от переизбытка чувств. -Успели? – Пролепетала Ева, утыкаясь в его плечо. Горячие слезы облегчения обожгли лицо. Как давно ей хотелось просто выплакаться. -Хотя ты и не должна была так рисковать, но все равно я рад тебя видеть. – Баки взглянул в глаза девушке, когда та отстранилась и едва заметно улыбнулся. – Хоть мои прикованные руки и придают всему этому особую пикантность, не могла бы ты все же… -Ах да. – Ева быстро утерла непрошенные слезы рукавом, и бросилась к компьютеру. – Не помню, что я в прошлый раз здесь нажимала… -Кажется, ты перебрала все. – Кинул ей через плечо Джеймс, в голосе его звучали смешинки.       Ева усмехнулась, но пальцы все же забегали по всем клавишам. -Не смей. – Что-то с невероятной силой подняло девушку над землей и отбросило к противоположной стене. Приземление было не слишком мягким, но Ева быстро пришла в себя. Подняв глаза, она увидела, как незнакомка с разъярёнными, метающими гром и молнии глазами, бросилась в ее сторону. Девушка едва успела увернуться, перекатившись на бок. В нескольких сантиметрах от ее головы просвистел кулак противницы, пробивший в стене нехилую вмятину. -Нет, Ребекка. Не смей ее трогать. – Закричал Баки, что есть силы вырываясь из тисков. -Значит, это она. – Губы женщины расплылись в ядовитой ухмылке. – Та, что сделала тебя таким мягкотелым.       Ева быстро вскочила на ноги. В голове немного гудело, но это не мешало ей драться. Занеся руку с кастетом, она двинула незнакомке в живот. Та едва дрогнула, по-прежнему скалясь и презрительно глядя на девушку. На лице Роджерс появилось недоумение, никто на ее памяти не выдерживал подобных ударов, а эта противница даже бровью не повела. -И это все, на что ты способна? – Ребекка надменно улыбнулась и замахнулась, целясь в голову. Ева успела пригнуться, однако кулак все же зацепил щеку и губы. Во рту появился неприятный металлический вкус. Противница не дожидаясь, когда девушка придет в себя, ударила ту в грудь, воздух из легких резко испарился, и не было возможности вздохнуть. Ребекка же приближалась, расстояние между ними все сокращалось и сокращалось. Ева уже ничего не слышала и не видела. В глазах медленно, но верно темнело, в ушах стоял гул. Прошло некоторое время, а противница все не нападала. С трудом сосредоточивший на ней, девушка увидела, как Ребекка схватилась за горло, словно пыталась отодрать от него что-то невидимое. Женщину как будто душили невидимые руки, лицо ее исказилось от страха, губы начали синеть. Ева ошарашенно взирала на нее, ноги стали ватными, она сделала шаг назад, нащупав ладонью гладкую прохладную стену. Баки, все это время пытавшийся отодрать тиски, только сейчас заметил эту картину. Ева была словно охвачена огнем, от ее тела исходили вполне различимые глазом оранжево-красные языки пламени. Глаза стали неестественно оранжевыми и будто светились. Такого Барнс еще никогда в жизни не видел, и это заставляло усомниться в собственной нормальности. Переведя взгляд на Ребекку, он заметил, как начало белеть ее лицо. Женщина уже стояла на коленях, из последних сил пытаясь отодрать от шеи нечто невидимое глазом. Баки не совсем понимал, что происходит, но чувствовал, что сестра задыхается, а причиной этому была Ева. Девушка смотрела на противницу, не мигая; ее огненный взгляд словно пожирал Ребекку.       Ева не хотела ей смерти, но что-то неминуемо подталкивало ее на это, и противиться не было сил. Еще секунда, и пути назад уже не будет. Еще какой-то ничтожный миг, и она убьет человека. Девушка прекрасно понимала, что эти предсмертные мучения - ее рук дела, но внутри было так спокойно, что происходящее казалось вполне нормальным. Ребекка бы убила ее, не задумываясь, так почему она не может отплатить ей тем же? Подобные мысли ошарашили девушку. О чем она думает? Затуманенный разум медленно, но все же стал осознавать ситуацию. Нет, она не убийца. Она не может вот так легко убить человека. Она еще не готова к этому. -Нет! – Собственный голос ей показался незнакомым, глубоким и гортанным. Она потянула к лицу руки, но увидев, что те охвачены пламенем, жар которого не ощущался, замахала ими в воздухе, будто пытаясь сбить огонь. Страх охватил ее. Что вообще происходит? Откуда этот огонь и почему она его не чувствует? Боль пронзила ее грудь, она издала тихий едва слышный стон и почувствовала, как холодный металл проникает внутрь ее плоти. -Это тебе за то, что скинула меня с вертолета. – Услышала она знакомый женский голос. Кая ехидно улыбнулась и припечатала девушку к стене. Боль разорвала грудную клетку, Ева увидела торчащий из ее тела наконечник ножа. Он прошел насквозь. Ноги подкосились, она оседала на пол, оставляя после себя кровавый след, который почти горел на белоснежной стене. Руки потянулись к ране, вокруг которой распространялось мокрое красное пятно. Откуда-то издалека она услышала крики Баки, Стива и еще кого-то. Туман начал заволакивать глаза, воздух рвано поступал в легкие, которые были чудом не задеты, иначе бы смерть была мгновенной. А пока она еще могла дышать, единственным ее желанием было взглянуть в последний раз в глаза Баки. Как много она хотела ему еще сказать и зачем она это откладывала, ведь знала, что, возможно, другого шанса не будет? -Пора выпускать вашего ручного пса. – Голос Каи достиг ушей девушки, он был скрипучим и неприятным.       Ева не услышала, что ответила Ребекка, но потом до нее долетели слова: Желание, ржавый, семнадцать, рассвет, печь, девять, добросердечный, возвращение на родину… Каждое слово поочередно было произнесено Ребеккой и Каей. -Нет! – Баки, что есть силы, рванул на себя тиски, которые разорвали его кожу на висках, но не повредили металлическую руку, которая оказалась на свободе. Он помнил эти слова, чувствовал, как сознание отключалось. Пусть лучше они убьют его, какой теперь в жизни смысл, если Ева еще минута и испустит дух. Только к ней он стремился, только ради нее хотел жить. Нет, он не может этого допустить. Будь он проклят, если позволит этой девчонке вновь покинуть его. Ева из последних сил схватилась за рукоятку ножа. Превозмогая ужасающую боль, она вытягивала из своего тела металл, сама не понимая, каким образом сознание ее еще не покинуло. Слова отражались в подсознании. Теперь она знала их назначение, услышала его в голове Ребекки, до того, как Кая появилась в комнате. Пусть это будет последнее, что она сделает, но подчинить Баки им не позволит. Нож с тихим звоном упал на каменный пол возле ее ног.       Кто-то обхватил девушку. Стив. Дрожащими руками он убирал растрепавшиеся волосы с ее бледного лица. Ева слышала его надтреснутый от страха и волнения голос. Лучше бы он помог Баки. С ней-то уже все понятно, на сей раз выкарабкаться не удастся. -Один. – Услышала она голос Ребекки. Нож возле ее ног задрожал и в тот момент, когда Баки все же удалось отодрать тиски от второй руки, пролетел через всю комнаты и впился в шею Каи, оборвав ту на полуслове. Ей не удалось произнести последнее слово, которое забулькало в ее горле. Барнс схватил Ребекку за шею и, что есть силы, приложил головой об стену. Женщина безвольно повисла в его кибернетической руке, но он даже не стал с ней мелочиться. Разжав пальцы, он проследил, как тело безвольно стекло к его ногам. Она еще дышала, Баки едва сдержался, чтобы не прикончить ее, а ведь когда-то она действительно была той единственной, которую он любил всем сердце. Как она могла так поступить с ним? Как могла изувечить его душу и тело? Внутри все оборвалось, когда он вспомнил о раненой Еве. Забыв о Ребекке, он развернулся и бросился к той, кому с недавних пор, но он был уверен, что до самой смерти, принадлежало его сердце.