За стеной

   Кихён упрямо тянул Минхи за собой сквозь тьму, крепко держа за руку. Девушка чувствовала его нервозность и... страх? Да, он действительно боялся, поэтому шатенка не смела сейчас оставлять его одного. Несколько минут назад они лицезрели сцену, которая повергла в шок их обоих. Во-первых, Хосок теперь тоже был за стеной, и искал он именно её. Минхи еле удержалась, чтобы не выскочить из тени и не придушить этого наглого идиота. Стоило только вспомнить тот случай во время их последней встречи, как лицо заливала краска, а сердце начинало стучать слишком быстро. Во-вторых, всё тот же Хосок объединился с Чжухоном и Ганхи, теми самыми двумя разбойниками, и теперь они во что бы то ни стало решили поймать Кихёна. До сих пор в ушах стояли слова «Охоту на лиса можно объявлять открытой!», от которых мурашки по коже бежали. Что-то ей подсказывало, что парню очень не поздоровится, попади он к ним. Что между ними произошло, чем он заслужил такую ненависть этих двоих?    Внезапно Кихён остановился, заставив её замереть за его спиной. Прямо перед ними Минхи обнаружила едва заметное движение, и в горле пересохло от страха. Из тени показалось существо, которое медленно двигалось к ним на четырёх вытянутых конечностях. Длинные когти скрежетали по асфальту, хриплое дыхание вырывалось из груди существа, смешивая этот звук с тихим ужасающим рычанием. На бледной коже виднелись серые наросты, которые покрывали её, словно броня. Когда Минхи бросила взгляд на его морду, то заметила, что глаза были совсем пустые, а голова поворачивалась к ним то одним ухом, то другим, будто существо прислушивалось и принюхивалось. Шатенка крепко вцепилась в куртку на спине Кихёна, боясь пошевелиться. Что теперь делать?    Парень медленно достал свой перочинный нож, не отводя взгляда от чудовища, которое неторопливо подбиралось к ним всё ближе. Они были уже совсем рядом с домом, оставалось преодолеть только два переулка, и они будут в безопасности, но как добраться туда в целости и сохранности? Кихён слегка толкнул девушку назад и едва заметно кивнул головой в сторону узкого прохода между домами, а сам принял обороняющую позицию. Разве ему поможет этот ножик против этого существа? Да оно его разорвёт в клочья одним махом! Парень сильнее толкнул Минхи, и в тот момент, когда девушка сорвалась с места и побежала к спасительной зоне, существо резко рвануло на парня.    Забежав в переулок, девушка больно ударилась плечом и задела щекой стену, настолько он был узким. Сердце готово было сломать рёбра изнутри, а в ушах стояло рычание и возня. Нужно что-то сделать... Она не может просто уйти...    — Эй! — Минхи снова вышла на улицу и, подхватив камень дрожащими руками, кинула в ту сторону, где стояла ещё несколько секунд назад. Раздался глухой удар, и до неё донёсся яростный рык, а потом и торопливый топот лап. Оно направлялось в её сторону. Чёрт! «Беги», — промелькнуло в голове, и она снова нырнула в узкий переулок, забравшись туда боком и продолжая продвигаться вглубь. Удар о стену, скрежет когтей по кирпичам — и снова оглушающее рычание. Неужели ей повезло? Чудище не могло протиснуться в узкий проход между стенами, крутясь рядом, то и дело пытаясь достать длинной лапой свою жертву. Минхи остановилась и перевела дыхание, пытаясь прийти в себя после пережитого шока. Кихён ведь успел убежать? Решив немного потянуть время, она бросала в разъярённое существо всё, что находила на земле возле себя, чем только сильнее злила его и привлекала к себе внимание. Этого она и добивалась. Выбравшись с другой стороны дома, шатенка бегом направилась по знакомому маршруту, надеясь, что с парнем всё в порядке и что он успел добраться до дома.    Сломя голову Минхи неслась через переулки, стараясь оставаться в тени, и вот наконец-то оказалась в безопасности. Дверь была не заперта, и в комнате горел свет, отчего девушка облегчённо вздохнула, но в то же мгновение замерла, заметив на полу капли крови.    — Кихён? — тихонько позвала шатенка и направилась в ванную, где скрывались последние кровавые следы. Она вздрогнула всем телом, расширив глаза. Парень сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и тяжело дышал, не открывая глаз. Минхи присела перед парнем на корточки, пробежавшись по нему взглядом, и заметила рваную рану на правой голени, но что-то ей подсказывало, что повреждение не единственное. Девушка метнулась в комнату за аптечкой и снова вернулась в ванную. — Кихён, нужно раны обработать. Ты уже бледный от потери крови...    — Помоги куртку снять... в спине щиплет, — парень отстранился от стены, и шатенка помогла ему избавиться от куртки и кофты, которые были вдоль и поперёк разодраны и пропитаны кровью. В глазах на секунду потемнело, когда она бросила взгляд на спину Кихёна. Четыре ровных пореза от когтей тянулись от позвоночника и до правого плеча, а спина уже вся была в кровяных подтёках. — Ну что там?... Всё плохо? — выдохнул рыжеволосый парень, поморщившись.    — А... Нет, что ты... Тут три царапины, а ты преувеличиваешь, — отмахнулась Минхи, порывшись в аптечке и стараясь успокоить трясущиеся руки.    — Врушка, — хрипло усмехнулся Кихён. — Я всё понимаю... Так. Постарайся успокоиться, не переживай. Я буду говорить, что тебе делать... Пока найди какие-нибудь чистые тряпки и принеси стул.    Минхи тут же рванула в комнату, заглядывая во все шкафчики, и, схватив первые попавшиеся футболки, вернулась в ванную комнату, прихватив стул. Кихён в это время снял ремень и сделал из него жгут, которым перетянул ногу чуть ниже колена. Поставив табуретку перед собой, он осторожно положил на неё раненую ногу.    — Намочи тряпки и помой руки. Кровотечение из ноги скоро должно остановиться... А тебе нужно будет обработать спину. Первым делом промыть и продезинфицировать.    Минхи выполнила его указания и, присев позади Кихёна, принялась осторожно обрабатывать рану. Она старалась делать всё аккуратно, не причинять боли, но парень то и дело вздрагивал и шипел, напрягаясь всем телом. Шатенка закусила губу, сдерживая рвущиеся наружу слёзы. Она не должна была позволять ему рисковать собой, он ведь мог и умереть... Рыжеволосый парень показал, как правильно наложить повязку, и уже через десять минут они со всем закончили. Кихён продолжал едва заметно подрагивать и морщиться от боли, а на лбу проступили капельки пота.    — Тебе нужно переодеться... Справишься ведь сам?    — Думаю, что да, — кивнул Кихён, присаживаясь на край ванны. — Иди, вдоволь уже насмотрелась на меня, — устало усмехнулся парень, принимая чистую одежду из рук Минхи. Лицо её вспыхнуло от смущения, и она тут же скрылась за дверью.    Снова его глупые шуточки... Но сейчас она не могла на него злиться. Внутри разливалось приятное чувство облегчения от факта, что всё обошлось. Кихён обязательно поправится, чему она была бесконечно рада. Всё-таки он хороший друг; хоть сначала они и не очень ладили, но, узнав его получше, Минхи поняла, как ошибалась на его счёт. Может, он любил поязвить, покрасоваться, мог дразнить её, словно непоседливый ребёнок, но Кихён был очень добрым, весёлым и заботливым. Она действительно считала, что ей очень повезло встретить такого друга. Даже сегодняшний его поступок показывает, что он готов на всё, даже рискнуть своей жизнью ради друзей, и в ответ хотелось делать то же самое для него. Было бы хорошо, если бы у неё был такой старший брат, на которого можно положиться, не думая ни о чём, и знать, что тебе всегда помогут и что тебя поддержат. Минхи улыбнулась своим мыслям, пока застилала диван.    — Себе, значит, стелешь, а про больного забыла? — раздался насмешливый голос за её спиной.    — Я и стелю для тебя, больной, — посмотрела на него Минхи и, заметив растерянность в его глазах, обиженно надула губы. — Ты думаешь, что я позволю тебе в таком состоянии спать на полу? Размечтался. Тебе нужно хорошо отдохнуть и набраться сил, так что даже не смей возражать, иначе...    — М-м-м-м. Отлично, я не против спать на диване, — кивнул Кихён и как ни в чём не бывало улёгся на устроенное местечко, слегка поморщившись от боли в плече и ноге. Минхи захлопнула рот, выкинув из головы уже заранее придуманные аргументы.    — Засыпай давай, рыцарь, — Минхи укрыла парня одеялом и слегка улыбнулась, посмотрев ему в глаза. Кихён не моргая смотрел на неё, как будто что-то хотел сказать, но не решался. Нет, она уже видела этот взгляд, и видеть что-то подобное шатенке совсем не хотелось. Так смотрел на неё Хосок. Может и нечасто, но всё же она замечала такие взгляды, полные нежности, заботы и... любви... Нет-нет-нет. Только не от Кихёна. Минхи выпрямилась, шире улыбнувшись. — Можешь не говорить «спасибо», я и по взгляду вижу, что ты благодарен. Отдыхай, Кихён~а...    Она скрылась в ванной и прислонилась спиной к двери. Внутри бушевали самые разнообразные эмоции, которые не позволяли сердцу работать в обычном ритме. Она чувствовала, что всё было неправильно... Кихёну нельзя так смотреть на неё, но найти разумное объяснение этому она не могла. «Мы ведь просто друзья», — пронеслось в голове. Но разве это может послужить аргументом в данной ситуации? Минхи вздохнула и принялась отмывать ванную комнату от кровавых следов, пытаясь хоть немного отвлечься и привести мысли в порядок. Если быть точнее, раздумывая над тем, как образумить Кихёна и навести порядок в его голове. Что же делать с этим идиотом?    Закончив с уборкой, девушка прогнула спину, потянувшись. Было уже около трёх часов ночи, и она ощущала сильную усталость из-за насыщенного дня. Осторожно ступая, чтобы случайно не разбудить Кихёна, который уже успел уснуть, Минхи прошла в комнату и постелила себе на полу. Веки слипались, и было ощущение, что она упадёт на пол без сознания и пролежит так до самого утра. Как только её голова коснулась подушки, она сразу же провалилась в сон, но он был очень неспокойным. Снова она видела взрывы, толпу людей, что неслась сильным потоком в одном направлении, сметая всё на своём пути. Воздуха катастрофически не хватало, а лёгкие обжигал запах гари и дыма. Где-то совсем рядом она слышала надрывный крик мамы. Она так отчаянно звала кого-то, прорываясь сквозь толпу, которая беспощадно уносила её всё дальше и дальше. Минхи била мелкая дрожь от страха, а по щекам тёк неудержимый поток слёз. «Мамочка, мне страшно...» — шептала шатенка. Судя по голосу, мама была где-то совсем рядом, но как бы Минхи ни вглядывалась, не могла её увидеть, словно слепой котёнок пытаясь найти её на ощупь. Кто-то потряс её за плечи и позвал, пытаясь разбудить, а сон никак не отпускал.    — Минхи! — Кихён уже сорвался на крик. Она судорожно вздохнула, распахнув глаза и оглядываясь по сторонам, пытаясь прийти в себя. В носу и в горле девушка всё ещё ощущала противный запах гари, который не позволял до конца прийти в себя, напоминая о только что увиденном. — Всё хорошо. Тебе просто приснился плохой сон, — успокаивающе зашептал парень и обнял её, поглаживая по волосам.    Минхи уткнулась носом в плечо парня, глубоко втянув свежий запах с лёгкими нотками одеколона. Его объятия были такими нежными и тёплыми, будто он был готов защитить её и спрятать от всего плохого, что могло ей угрожать, и дрожь в теле начала медленно отступать. Она не могла припомнить, чтобы кто-нибудь обнимал её с такой же безграничной нежностью и любовью. Разве что... мама? Да, только она могла обнимать так бережно, словно держала в руках что-то невероятно ценное и хрупкое. Как же Минхи соскучилась по таким объятиям — настолько, что готова была разрыдаться от счастья.    Одной рукой Кихён легко поглаживал её по волосам, а другой крепко прижимал к себе. Рядом с ним было так спокойно, тепло и хорошо, что Минхи снова потянуло в сон. Девушка почувствовала, как её осторожно уложили обратно на постеленное местечко, укрыв одеялом, а крепкие руки продолжали обнимать, кажется, и не собираясь отпускать.    — Не уходи, ладно? — сонно пробормотала Минхи и осторожно обняла парня, уткнувшись носом куда-то в область его ключиц. В ответ на её вопрос Кихён начал тихо напевать ту самую мелодию, которую уже исполнял ей когда-то. Девушка слегка улыбнулась и обняла его чуть крепче, услышав знакомую песню. В груди разлилось приятное тепло от нахлынувших воспоминаний. Мама часто пела её перед сном, даже просто чтобы успокоить капризную дочку, но вот откуда эту мелодию знал Кихён?    Весь остаток ночи Минхи совсем ничего не снилось в крепких объятиях парня, чему она была несказанно рада. По коже пробежали мурашки от холодка, и девушка получше укуталась в одеяло, не найдя рядом с собой спасительное тепло Кихёна. Глубоко втянув носом воздух, она замерла, а от сна не осталось и следа. Аппетитный аромат витал в воздухе, но только сейчас достиг её, отчего рот наполнился слюнями, а в животе громко заурчало.    — Доброе утро! Что ты там такое вкусное готовишь? — Минхи встала, слегка потянувшись и укутавшись в одеяло, посмотрела на парня, стоявшего у плиты. Сейчас он выглядел так мило в фартуке и с поварёшкой в руках, что ей не удалось сдержать улыбку.    — Нам особо выбирать не приходится, — усмехнулся Кихён, бросив на неё быстрый взгляд из-за плеча, и продолжил готовку. — Запасов у нас мало, а сейчас нельзя появляться у грузовика...    — Думаешь, они будут поджидать нас там? — Минхи подошла к нему, внимательно вглядываясь в лицо парня. Он кивнул, не отрывая сосредоточенного взгляда от кипящей кастрюли. Она видела, что Кихён очень сильно переживает из-за сложившейся ситуации, можно сказать, что их загнали в тупик. Вот уж точно — охота на лиса... Охотники будут сидеть в засаде и ждать, пока тот не покажется из норы, а ведь он обязательно покажется. Хотя... — Слушай, может, будет лучше, если я сама к ним приду? Тогда есть шанс, что их пыл в охоте на тебя немного поутихнет и...    — Нет, — резко оборвал её Кихён, и она услышала нотки раздражения в его голосе. — Можешь считать меня идиотом, но за тебя я переживаю больше, чем за себя. Хотя я скорее эгоист, потому что не хочу, чтобы ты уходила к ним и оставляла меня одного. Не хочу делить тебя ещё с кем-то. Не хочу отдавать тебя им. И не отдам.    Это «не хочу» резануло слух, а внутри всё сжалось. Он и правда вёл себя эгоистично, но почему-то это не отталкивало её, заставляя сделать всё ему назло, как это обычно было с Хосоком, даже наоборот. Не хотелось никуда уходить от него, видя, как он нуждается в Минхи. А он действительно в ней нуждался, она видела это по его взгляду, поступкам, словам. Даже то, что он часто дразнил её, лишь доказывало это. Кихён специально привлекал её внимание к себе, потому что для него это было необходимо, словно глоток свежего воздуха. Минхи предложила уйти только для того, чтобы спасти Кихёна, желая сделать хоть что-нибудь для него, хоть как-нибудь отплатить за его доброту и заботу.    — Я не уйду, — тихо прошептала шатенка куда-то в пространство между лопаток парня, обняв его со спины. От её объятий парень расслабился, и она буквально почувствовала, как он улыбнулся. Лучшее, что она могла сделать сейчас, это оставаться рядом с ним, что бы ни случилось.