Большой ребенок с повадками дракона

На диване в гостиной сидели два человека: розововолосый парень, которому перебинтовывали раны, и блондинка, которая этим, впрочем, и занималась. И звали эту пару — Нацу и Люси. Уверена, вы и сами об этом догадались. Нацу снова пострадал (Люси уже устала считать подобные случаи. Проще было вносить красной ручкой в календарик даты, когда ее приятель, порушив город, возвращался целым и невредимым), и Люси приходилось ему помогать. А может и она сама того хотела. Кто знает. — Пха-ааа! — провыл парень. Да уж, в который раз вся спина в ссадинах. Но он в этом сам виноват, нечего было крушить всё подряд, сметая людей, лошадей, повозки, магазины, дома, всё на своём пути. Хоть ему и повезло, что награду за задание дали, но вот Люси всё равно на него злилась. Ведь нельзя же себя так изводить! Да и окружающих — тоже. — Убийцы драконов все такие неженки? — усмехнулась Хартфилия и издала тихий «хи-хик», держа в руках ножницы и бинт для перевязки. А на коленях у неё мирно покоилась аптечка. Одета Люси была в светло-бежевую майку, с большим вырезом на груди и маленьким жёлтым бантиком. Майка слегка оголяла живот девушки. Ну не мог Нацу на это не засматриваться. Так же на ней были джинсовые шортики. Волосы были завязаны в хвост на бок синей ленточкой, но только вот две пряди спадали по бокам головы блондинки. А этот большой ребёнок, который вечно устраивает перепалки просто поражал её, но в то же время как-то тянул к себе. — Ненавижу зализывать раны… — тихо пробубнил Нацу, но Люси его услышала. Торс его был оголён. А шарф, с которым он и в огонь и в воду, покойно лежал на спинке дивана. — Зато мы выполнили задание, — оптимистично заметила Хартфилия, и ещё шире улыбнувшись подумала про себе: «И оплатили квартплату.» Ведь как раз перед заданием злющая тётка, которая много раз приходила к блондинке в страшных снах, как напоминание о квартире, говорила что без денег Люси может отправится в путешествие по Магнолии. Пешком. Одна. С чемоднанами в руках, кладчами на плечах, сумками на шее и, в заключение, волшебными ключами в зубах. Но случилось чудо! «Друг спас жизнь друга!» Они успешно завершили задание и получили награду. По скривившемуся лицу Драгнила было понятно, что ему больно. Но что же поделать, нужно терпеть. Вот только никто же не знает, о чём же на самом деле в этой, почти трагической для его спины ситуации, думает Нацу. Никто не знает. И что может скрываться за маской этого взрослого ребёнка? — Почти всё. Раны не тяжёлые, проблема лишь в их количестве, — заверила друга Люси, и завязала последние бинты в районе паха. — А вообще… Спасибо, Нацу, без тебя не видать нам было бы награды, — «Твой навык крушить всё подряд пошёл нам на пользу. Хе-хе.» — буркнула про себя блондинка, нежно улыбнувшись. Всё-таки что-то нравилось ей в этом оболтусе. И вот, наконец-то закончив с последними бинтами, Люси, встав с дивана, радостно осмотрела своё творение — перебинтованного Нацу. Блондинка собиралась идти на кухню, но не тут-то было. — А сейчас отдыхай, Нацу. Я пока приготовлю что-нибудь вкусненькое… — задумчиво говорила Хартфилия, и где-то в мыслях предположила: «Может быть, печенья? Хотя, тебе сейчас нужно чего-нибудь мясн…» Закончить свою мысль Люси не дали непонятные действия со стороны Драгнила. Даже не непонятные, а неожиданные и не обычные. — Подожди! — выкрикнул розововолосый, и, неожиданно для девушки, схватил её за руку и повалил на себя. Нацу сам не понимал, что творил. Просто не хотел её отпускать. — Кья! — громогласно выдала Люси, она уж точно никак не ожидала такого подвоха от Драгнила. Сердце аж в пятки ухнулось. И от такой неожиданности она выронила свою аптечку, и та с шумом упала. Люси слегка покраснела от такой ситуации. И вообще, всё это ей казалось до нелепости странным. — Нацу? — Люси не понимала, почему парень так сделал. И сердце её забилось в быстром темпе, намереваясь и вовсе покинуть грудную клетку. — Ты ведь что-то то… — говорила Люси, но вот внезапно снова заговоривший Нацу, её прервал. — Люси… — тихо начал парень. Слова вертелись на языке, и он пытался всё правильно сказать, и тоже немного смутился. Нацу левой рукой прислонил лицо Хартфилии к своему, и они упёрлись лбами. Такая близость, только сильнее вгоняла в краску молодую волшебницу. — Люси, это я тебя должен благодарить. Спасибо, — наконец-то сказал, то, что хотел Драгнил. Так же, как и тогда… Нацу… — А-ай! Не могу больше! Люси, слезь с меня! — вдруг завыл Нацу, под давлением тела девушки и про себя высказываясь гораздо более искренне: «Пипец, как больно!!!» — Ты же сам меня на себя повалил! Дурак! — возмущалась Хартфилия. Ну чего же она ещё ожидала. Нацу всегда будет Нацу. — Люси, ты тяжёлая! — повторно проныл Нацу. — Я не тяжёлая! — возразила Люси, такому заявлению и про себя подметила: «Всё, больше никаких вкусных поблажек!» Пожалуй, Люси все-таки больше не сомневается, что Нацу — дитё дитём. А, как известно, даже гении небесной канцелярии не в курсе, что творится в детских весьма не светлых головушках.