Роковая ошибка

- Эрик Бэкман, Вы обвиняетесь в изнасиловании Евы Петерссон. Казино в растерянности и недоумении смотрел на пару крепких полицейских, пришедших к нему с этим заявлением. - В каком ещё изнасиловании? Какой Евы? Вы что-то путаете, я ничего не делал! Я её даже не знаю! - А улики, оставленные Вами на месте преступления, говорят об обратном. Несколько дней назад, а именно во вторник, тринадцатого числа этого месяца, около полуночи, Вы, будучи в состоянии алкогольного опьянения, затащили несчастную в подворотню на улице N и сделали своё грязное дело. - Но это какая-то ошибка, вы меня с кем-то путаете! В тот вечер я находился у себя дома! - Кто может это подтвердить? – один из них, тот, что постарше, в ожидании смотрел на парня, держа в руках блокнот и ручку. Второй же крутил на пальце наручники. Эрик замялся. Подтвердить сей факт никто не мог, потому что в тот вечер он, сильно поссорившись с Камиллой, тупо напивался дома и не отвечал ни на какие звонки. - Н-н-никто… - тихо прозаикался он, чувствуя, как вдруг закружилась голова, что заставило прислониться к стене. - Что, простите? Я не расслышал, - полицейский приподнял одну бровь, в упор смотря на подозреваемого. - Никто не подтвердит… - повторил Бэкман и съехал по стене на пол, понимая, чем это всё ему сейчас грозит. - Что и требовалось доказать, - гнусаво заржал молодой, после чего рывком поднял парня. – Иди сюда, щенок. И на запястьях Эрика защёлкнулись наручники. Паршивая ситуация, что сказать. Бэкман действительно был ни в чём не виноват. Вероятно, его просто спутали с другим человеком, носящим такие же имя и фамилию, но сейчас парень ничего сделать не мог. Оставалась лишь надежда на согруппников, которым, впрочем, ему даже не дали позвонить. Но Кэт был твёрдо уверен в том, что всё же ребята смогут сделать что-то, когда узнают о случившемся. *** Эрика привезли в какой-то участок и, сказав, что до выяснения всех обстоятельств он будет находиться здесь, грубо впихнули в одну из камер. Споткнувшись о порог, он не смог удержать равновесия, и растянулся на грязном полу, прямо возле чьих-то ног. К нему потянулась рука, на которой явно не хватало указательного пальца. Некто резко поднял парня за шкирку, встряхнув. - О, глядите, мужики, какую милую девочку нам подкинули, - раздался громкий бас, а после противный смех в несколько голосов. Кэт вздрогнул и вскинул взгляд, попытавшись освободиться. - Отпустите меня! И я не девочка, - заявил он, смотря на державшего его мужчину. Тот был огромен, словно медведь, весь в татуировках. Кожа смуглая – возможно латиноамериканец; давно немытые волосы сосульками свисали до плеч, правую половину лица «украшал» уродливый шрам. Нехорошо ухмыльнувшись, он ещё раз сильно встряхнул парня, другой рукой сжав его горло. - Мальчик? Так оно и лучше даже. – Откуда-то из темноты вышли два здоровых негра. Головы обоих были обриты на лысо; да и в целом вид у них был устрашающий. - Я первый буду пробовать эту шлюху, - послышался ещё один голос, противно режущий слух, и возле негров, словно ниоткуда, появился ещё один тип. Он был чем-то похож на латиноамериканца, только волосы были короче, да и татуировок меньше. Парень моментально оказался в руках этого типа, и до Эрика дошла вся суть происходящего. Стало страшно. Действительно страшно. Возможно, даже впервые в жизни. - Не трогайте меня… - дрожащим голосом проговорил он, и попытался вырваться из цепких рук, - пожалуйста… - Не рыпайся, сучка! – один из негров отвесил парню смачную пощёчину, после попросту сорвав с него штаны. Крепко держа Эрика, двое из мужчин туго связали ему руки его же ремнём, после чего другой его конец был привязан к перекладине двухъярусной койки, выше головы. Четыре пары рук жадно, похотливо заскользили по хрупкому телу. От осознания того, что сейчас с ним сделают, Кэта затрясло, а из глаз непроизвольно потекли слёзы. Сопротивляться было бесполезно, убежать из камеры не представлялось возможным. Тем временем, уже порядком возбудившись, главный из этих преступников для собственного комфорта плюнул на вход в тело парня. После, чуть помедлив, резким движением вошёл в него, преодолевая сопротивление мышц, разрывая изнутри. От адской боли, пронзившей его, Казино заорал, что было сил, задёргавшись всем телом и пытаясь соскользнуть, тем самым причиняя себе ещё больше боли. Но не тут-то было. - Заткните пасть этой шлюхе, - приказал главный, начав грубо трахать парня. В тот же момент в рот Эрику была сунута какая-то вонючая тряпка, он привкуса которой его чуть не стошнило, но он нашёл в себе силы сдержаться. Сильные руки до синяков сжимали упругие ягодицы, движения были размашистыми, немалых размеров член входил глубоко и полностью, легко скользя в порванном, мокром от крови отверстии. Остальные трое гладили, шлёпали и щипали нежную кожу, оставляя красные следы. Каждое прикосновение заставляло Эрика вздрагивать и прогибаться, бешено бьющееся сердце рвалось из груди, в горле застрял очередной крик. Через какое-то время несчастного парня уже жёстко драл один из негров. Член у него был явно больше предыдущего, но Бэкман послушно принимал его в себя. От боли хотелось выть, из глаз без остановки текли слёзы, а из порванной дырочки по внутренней стороне бёдер стекала кровь. Когда же внушительных размеров орган касался простаты, Эрика сильно выгибало, а боль смешивалась с долей удовольствия. Странные, крайне странные ощущения, даже несмотря на то, что парня жестоко насиловали. Ещё через какое-то время его начал трахать третий, а затем и четвёртый. Несколько раз по очереди трахнув жертву, они отвязали его, поставили на четвереньки, и даже разрешили выплюнуть кляп. Понятно, с какой целью. В рот Эрику тут же грубо впихнули сразу два члена, заставляя сосать, пальцы с силой сжимали волосы на затылке, управляя и не давая отстраняться. Из уголков губ капала слюна вперемешку с кровью, но эти изверги продолжали грубо и нещадно долбить сладкий рот. Сзади же в растраханную дырку безжалостно вбивался главный. Камера наполнилась хриплыми стонами насильников, пошлыми звонкими шлепками и запахом секса. Снова и снова эти мужики яростно долбили парня с двух сторон, кончая в глотку, в задницу и на тело. После каким-то образом возбуждались опять, и всё повторялось. Ещё и ещё. Сильнее. Быстрее. Безжалостнее. Им казалось, что парень ещё не до конца унижен. Ни о каком комфорте Эрика и речи быть не могло. Его имели в какой угодно позе, так, как хотелось только им. Парень давился членами, спермой и собственной кровью, задница дико болела, в глотке жгло, но преступники продолжали. Его даже трахнули вдвоём одновременно, сильно зажав между телами и окончательно разрывая мышцы своими огромными, до крайности возбуждёнными органами. Двое спереди, двое сзади. Снова и снова. Казалось, это не закончится никогда. Сил у Эрика уже не осталось, что, в общем-то, было не удивительно. Голос сел от криков, которых, к слову, полицейские не слышали из-за хорошей звукоизоляции в камере. Сознание же почти покинуло парня, он едва балансировал на грани, боясь, что если он отрубится, то его попросту убьют и не задумаются даже. А так ещё оставался шанс выжить. Вдоволь насытившись, мужики оттолкнули от себя истерзанное тело, напоследок кончив на него. Не осталось ни единого места, где не было бы синяков, царапин или спермы. Кое-как Бэкман смог отползти в угол и лечь там, свернувшись калачиком. Разумеется, тело сильно болело, везде и всюду, раны саднило, но проронить хоть какой-то звук он не посмел из-за боязни, что всё повторится ещё раз. - Классно трахаешься, шлюха, - мерзко хохотали насильники, оттирая с себя чужую кровь. *** Пришедшие через несколько часов полицейские чуть было не лишились чувств от увиденного. Несчастного парня осторожно укрыли чем-то и вынесли из камеры, после вызвав скорую. Конечно же, они арестовали не того, простое совпадение, чуть было не стоившее Эрику жизни.