Миротворец

      — Гаррет, тебе не кажется, что мы давно не занимались сексом? — Йенс расслабленно пил прохладное пиво после тяжёлого рабочего дня.       Гаррету тоже досталось работы, он был уставшим, однако игривые нотки в голосе Гросса уловил моментально.       — Нет, — ухмыляясь, ответил он.       — А по ебалу?       — Давай.       — Мне лень вставать и бегать за тобой. Живо сюда.       Гаррет засмеялся, взял кое-что с пола и сел на колени Гросса. Щелчок — и на шее начальника СБП оказался ошейник с поводком.       — Теперь я твой хозяин. Подчиняйся мне, — постаравшись сделать тон как можно суровее, произнёс мужчина.       Это мог быть последний день его жизни, однако Гросс захмелел, а потому принял предложение.       — Сегодня «по-собачьи»?       Гаррет смутился, как только это представил.       — Нет!       — Я смотрю, это у тебя прям любимое слово, — ехидно заметил Йенс, щёлкнув зубами перед носом новообращённого демона. — У меня борода, и ты скажешь мне «да».       Хорсман фыркнул и накрыл губы мужчины своими, проникая языком между влажных губ, от которых несло пивом. Он тянул за ошейник. Каким надо быть наглецом, чтобы посадить на поводок начальника по безопасности Пандемониума? Просто надо быть Гарретом. А чтобы спустить это с рук и захватить власть над этим пластичным и тренированным телом — Йенсом.       Демон провёл ладонями по прямой рельефной спине, гибкой пояснице и аппетитным ягодицам, прижав партнёра к себе поближе. Йенсу нравилось, как Гаррет пытается восстановить чувство собственного достоинства на уровне чуть пониже космоса.       Схватив мужчину за ягодицы ещё сильнее, Йенс отпустил рот Гаррета, чтобы зубами задрать футболку и губами коснуться вставших сосков. Хорсман выдохнул и вцепился в плечи Гросса, но всё ещё держал поводок. Слегка оттягивая и лаская соски языком, Йенс оставлял влажные дорожки, конечной станцией которых была очень чувствительная шея.       Гаррет выдохнул чуть громче, но стонать не торопился.       Хер тебе, моржовая рожа!       Йенс понял, какую игру ведёт его партнёр, поэтому одну руку с ягодицы убрал, а другой начал потирать пах через одежду.       — Тебе же нравится, Гаррет, — ехидно заметил мужчина, проводя языком по мочке уха.       — Нг-гх… Ничего подобного…       Мужчина слегка смутился и возбудился. Он безумно желал близости, но не был готов стонать на весь дом, как какой-нибудь Кальцифер. Йенс воспользовался тем, что тот отвлёкся, и теперь щелчок прозвучал со стороны шеи Гаррета. Поводком Йенс связал ему кисти. Отправил в полёт до постели.       Хорсман с жадностью смотрел, как постепенно обнажается торс любовника. Крепкий волосатый живот, такая же грудь, спина словно у греческого атлета. Штаны Йенс снимать не стал — лишь вывесил приличных размеров член. Взяв Гаррета за подбородок, он сначала поцеловал его, а потом наклонил его голову к детородному органу.       Мужчина возмущался, но молча, и тогда Йенс заткнул ему нос. После этого, на выдохе, Хорсман вобрал член в рот и ощутил, как предательски тяжелеет его собственный пенис. Обилие слюны и смазки создавало весьма удобные условия для первоклассного минета.       Посасывая член, Гаррет пытался высвободить собственный, но Йенс взял его за поводок.       — Только с моего разрешения, малыш.       Прежде чем Хорсман начал возмущаться, Гросс толкнулся в его рот и задрал голову от наслаждения. Власти. Порядка.       — Мгх… м-м-м… — опьянённый возбуждением и страстью, Гаррет активно двигал головой, жмурясь.       — Моя ты шлющка… Блять!       — Я тебе не это самое и не то самое, — недовольно отозвался партнёр. — За базар ответишь.       — Соси. В конце концов, от этого зависит, получишь ли ты удовольствие сегодня, — фыркнул Йенс, ощущая прохладу и возбуждение, — ты не с пацанами на лавке, так что просто доверься мне.       Гаррет нахмурился. Откинулся на кровати и ногой упёрся в грудь Йенса.       — Что за бунт в клетке с хомячками? — рассмеялся мужчина.       — Я добьюсь своего, — уверенно кинул Хорсман.       — Чего же? — с иронией в голосе поинтересовался любовник.       — Твоего ебучего члена в моей нетерпеливой заднице, — Гаррет сощурился, заметив, что это распаляет желание Йенса.       — Приглашаешь? — рассмеялся тот. — Тук-тук, я вхожу?       Хорсман закатил глаза, после чего использовал вторую ногу, чтобы обнять Гросса за пояс. Получилось. Ситуация неоднозначная. Он притянул этого амбала к себе и всё-таки застонал, когда тот стащил с него штаны с бельём, и почувствовал, как слегка пружинит вставший член. На трусах были следы спермы. Йенс умилился.       — Какая же ты блядь, Гаррет.       — Я только с тобой такой, — пробубнил тот в ответ.       — Естественно! — рыкнул Йенс и, притянув мужчину за ошейник, жадно поцеловал его, наполнив рот языком.       Взяв немного смазки с члена Гаррета, Гросс начал подготавливать узкое колечко мышц двумя, а затем — тремя пальцами. Презервативами они пользовались не всегда, например, только — в дороге, в кабинете, в машине, в душе фитнес-зала. Гаррет задрал ноги к груди, коснувшись щёк коленями, и громко застонал, когда Йенс всё-таки вошёл в него по объявленному приглашению. Закинув крепкие ноги любовника себе на плечи, он начал страстно трахать его, словно они — дембель и его девушка.       Собственнически лизнув Гаррета в щёку, Йенс сосредоточился на том, чтобы удовлетворить свою половинку. Кто сказал, что супружеский долг только в браке? Правда, в их случае это просто долг всех и каждого — удовольствие, приправленное любовно-ненавистными чувствами. Словно магниты — то притягиваются, то отталкиваются. Ту же тенденцию можно заметить и в сексе — вход и выход.       Гросс никогда не оставлял Гаррета без нескольких оргазмов — когда он лежит и ловит звёзды в глазах.       Я покажу тебе небо в алмазах.