Развлечения промышленного масштаба в домашних условиях

      Осень вступала в свои права. Правда, здесь это было почти незаметно. На родине уже была октябрьская слякоть, а тут солнце, всё так же припекало. Больших скачков температур не было. Было бабье лето. Мягкое и тёплое, а главное, долгое. Сегодня не отличалось от вчера, а вчера от завтра. Рутина. Рутину разбавляли приходы Чимина и Чонгука. Однажды даже приходил Хичоль. Правда, он примчался как тайфун, вывалил на нас ворох новостей и также пропал. Чонгук заходил чаще всех. Просто поболтать. За это время мы неплохо сдружились. Можно сказать, что стали родными. Сегодня он снова обещал придти.       Пришёл. Коротко позвонил в дверь. Стю, только что вышедшая из душа и замотанная в полотенце, распахнула дверь. — Привет! — бодро начал Чонгук. Увидел Стю, сглотнул, покраснел и отвел взгляд. — Привет, Чонгуки! Проходи. Там Энни, в гостиной, — Стю мило улыбалась и ничем не показывала то, что её забавляет смущать Чонгука. Тот кивнул. Вошёл, разулся и проскользнул в гостиную. — Привет, нуна! — парень плюхнулся рядом со мной, на пол. — Что делаешь? — Привет! Пытаюсь собрать этот чёртов пазл. Я его уже третий день его собираю,— пожаловалась я. Коробку с пазлом я притащила с работы. Там он никому не был нужен, а я загорелась его собрать. В коробке оказалось больше двух тысяч деталей, с изображением двух собак, почти одинаковой расцветки. Сидели они на газоне, а за ними было безоблачное небо. Жесть. Продолжала собирать, я уже чисто из принципа. — Помочь? — и голос такой, сочувствующий.       Я кивнула. Лишние руки не помешают. Тем более, к нам ещё Стю пришла. Правда, уже не в полотенце, а нормально одетая. Я прямо услышала, как Чонгук облегчённо выдохнул. Вскоре мы уже увлечённо перебирали детальки. Молчать мне надоело, и поэтому я спросила: — Как у тебя дела Гукки? Что нового?       Далее последовала тишина. А вот это уже интересно. Я окинула парня взглядом, тот мучительно краснел. Да что ж такое? Я посмотрела на Стю. Та с любопытством смотрела на Чонгука. Как кошка на сметану. Предвкушающе. — Рассказывай, — ненавязчиво подтолкнула к ответу она. — Нуууу, — протянул Чонгук, и, закрыв глаза, быстро проговорил, — кажется, я влюбился. — Воу! — только и смогли произнести — Ага, - тихо согласился влюбленный. — И кто же эта счастливица? — опять поторопила Стю.       Чонгук молчал. Смущённо разглядывал собственные руки и чуть покусывал нижнюю губу. — Ты можешь нам рассказать, мы же друзья, — я ободряюще коснулась его руки. Он тут же поднял на меня глаза, но едва столкнулся взглядами, то снова отвёл. Мы ждали. — Я ещё никому не говорил этого, — он опять сделал паузу. Видимо, собирался с духом, а потом продолжил, чуть увереннее. — Её зовут Инсу. Она теперь учится со мною. Перевелась недавно. Она такая красивая, как весенний цветок. И она здорово поет, и рисует. А ещё, она мечтает быть врачом и спасать других людей. Но она на меня совсем не смотрит. Точнее смотрит, но не так. И я, в общем, я запутался, — растеряно закончил парень. — Чонгук, это ведь здорово, когда тебе кто-то нравится! Она обязательно на тебя посмотрит, как только ты проявишь себя. — Согласна. Девушки любят глазами, — подхватила Стю. — А ты красивый, умный, ещё и знаменитый. Любая захочет быть с тобой. — Мне любая не нужна! — зыркнул из-под чёлки Чонгук и сжал губы. — Не нужна, так не нужна! — легко согласилась подруга. — Но она точно тебя заметит, если уже не заметила. Запомни Чонгук, девушки — существа невероятно хитрые. Так что, может она уже посмотрела на тебя. Просто подумай об этом, — предупреждающе произнесла Стю, видя, что Чонгук собирается возразить. — Просто подумай и понаблюдай. А пока нас ждет пазл.       Разговор сам собой увял, и мы опять погрузились в головоломку. С головой погрузиться не успели, дверной звонок издал продолжительную трель. — Мы кого-то ждем? — уточнила я у Стю. — У нас и так проходной двор, — проворчала девушка и пошла открывать. — Между прочим, в швейцары я не нанималась.       Нам не пришлось долго гадать, кто же пришел. В гостиную влетел на первой крейсерской Хичоль, собственной персоной, едва не запнувшись о ноги Чонгука. Я вот, даже не удивилась. Хичоль подозрительно оглядел Чонгука, пытающегося встать. Ничего подозрительного не нашел и выдал: — Значит так! — Как? — переспросила я. На меня цыкнули. — Значит так, — повторился Хичоль. — Я ничего не знаю, но ты, — он ткнул в меня пальцем, — и ты, — в сторону Стю, — идёте со мной на вечеринку в караоке, через две недели. Отказ не принимается. Понятно?       Нас грозно обвели взглядом. Даже притихшего Чонгука. Потом Хичоль развернулся и покинул квартиру, оставив нас офигивать с произошедшего. — Это ведь был Хичоль-сомбэним? — первым отошёл от шока Чонгук. — Ага, сомбэним, — подтвердила Стю. — Совсем оборзел!       Я согласно покивала. Опять вечеринка. Памятуя о прошлой, тело тут же отозвалось зудом, от иллюзорного песка. Надеюсь, эта вечеринка обойдется без оного. Как там сказал Хичоль? Караоке? Будем надеяться, что после мы опять не окажемся на пляже. — Мда, широкий у вас круг знакомых, — покачал головой Чонгук и, вновь, вернулся к пазлу.       Две недели пролетели незаметно. Честно говоря, мы даже и думать забыли о Хичоле, с его вечеринкой. Хичоль сам о себе напомнил. Позвонил в пятницу и поставил ультиматум, что либо мы приходи на вечеринку, либо вечеринка придёт к нам. Они даже со Стю поцапались. Однако, всё же пришли к соглашению. И вот, вечером мы идем на вечеринку. Всё же из вредности, Стю проигнорировала «пожелание» придти в платьях. Я поддержала её, за компанию. В итоге, Стю решила идти в леггинсах, майке и кроссовках. Я же остановила свой выбор на блузке, шортах и балетках. Простенько и, хе-хе, со вкусом.       Такси остановилось у огромной вывески «Karaoke club VOICE». У входа топталась пара секьюрити. Нас пустили без проблем, а милая девушка-администратор проводила до нужного кабинета. Едва мы открыли дверь, как нас буквально втащили вовнутрь. Угадайте с одного раза, кто это был? Ага. Хичоль придирчиво осмотрел нас, нахмурил брови, всем своим видом выражая «Фи!» нашему внешнему виду. Я безразлично пожала плечами и двинулась к диванам, где сидели три парня. А Стю, поигрывая сумочкой, произнесла: — Скажешь хоть слово по этому поводу, и ты труп, — и ярко улыбнулась.       Хичоль фыркнул и жестом предложил присаживаться, а не стоять на пороге. Стю гордо прошествовала к диванам. Когда, наконец, все расселись, Хичоль принялся за знакомство. — Ребята, эти милые, но вредные девушки Энни и Стю. Я познакомился с ними не так давно, но они произвели неизгладимое впечатление, — Хичоль явно переигрывал. Потом повернулся к нам и продолжил, — а это мои друзья. Хонки — в принципе милый, но вредный, как и вы. Джеджун — самый красивый мужчина Азии, сразу после меня. Саймон — сразу скажу, на него не заглядываться, у него есть девушка. А и ещё. Парни, с этими дамами шутки плохи, иначе начинают махать ногами. Одна из них точно! – Хичоль покосился на Стю.       Стю же сидела с лицом Будды и постигала дзен. Или же, просто пыталась не поддаться на провокации этого прохвоста. Как бы то ни было, это работало. Хичоль свернул лавочку и предложил выпить за знакомство. Стопки мгновенно наполнились соджу и так же мгновенно стали пустыми. Хичоль же продолжил без перерыва: — А теперь давайте, собственно, выпьем за то, из-за чего мы все здесь собрались. Хонки, мой лучший друг, выпустил новый альбом и это круто! До дна!       Мы поздравили Хонки с новым альбомом, выпили. Стю же предложила: — А третий тост за любовь. Пусть тот, у кого её нет – обязательно её встретит. А тот, кто уже нашел — сохранит.       Поддержали все. Стопки, вновь, показали свое дно. Настроение резко ползло вверх. Общение всё больше раскрепощалось. Атмосфера в комнате потеплела, на десяток градусов. Теперь говорил не только Хичоль. Все увлеклись общением. В разгар очередного тоста или байки дверь распахнулась. На пороге застыл парень в чёрных очках, кожаной куртке и тёмных джинсах. Обувь рассмотреть было проблематично, мне мешал стол. Парень привалился левым плечом к косяку и выверенным жестом откинул отросшие волосы со лба. — О! — удивилась я. — А это что за фрукт на понтах?       Хонки заржал. — Это понты, это, это понты, — пропела Стю. – И вообще, какой же это фрукт? Овощ! Теперь уже ржали все. Фрукт-овощ как-то потерялся. Прошёл дальше, обиженно закрыл за собой дверь. — Между прочим, я всё ещё здесь. И мне кто-нибудь объяснит кто это такие? — парень снял, наконец, очки. — Это Стю, а это Энни, — переведя дыхание, представил нас Саймон. Мы даже приветливо помахали ладошками. — Девчонки, это Гынсок и он всегда такой. И всегда опаздывает к нам.       Гынсока усадили между мной и Стю и вручили рюмку. Позже мы, всё-таки, нашли общий язык, но кажется, фрукта-овоща нам не простили. Из-за обилия тостов, соджу быстро заканчивалась. В голове лишь приятно шумело после выпитого. Тогда-то Стю и пришла в голову гениальная идея, угостить ребят русской водкой. Идея всем пришлась по нраву. Сказано – сделано! Был у нас один знакомый, имеющий запасы этого самого алкоголя не хуже чем в баре. Ему-то мы и звонили. Трубку долго не брали. Наконец, на другом конце линии раздался хриплый мужской голос. — Да. — Тёма, привет! — проговорили мы со Стю одновременно. — Ну, привет, девчонки! Что нового? Когда свадьбу гулять будем? — Тёма задавал эти вопросы каждый раз и каждый раз ответ не менялся. — Типун тебе на язык. Дела отлично, но нам не хватает твоих коллекционных запасов. Хотели знакомых угостить. — Сколько? — перешёл на деловой тон парень. — Давай три литра, — подумав, решили мы. — Хорошо сидите! — присвистнул Тёма. — Окей. Я только соберусь, а то я уже спал. Куда везти то? — Караоке клуб VOICE. Знаешь такой? — Ещё бы. Через час подъеду, — и повесил трубку. — Ну что? — нетерпеливо спросил Джеджун. Языковой барьер сделал из нашего разговора тайну. — Всё окей, — Стю предвкушающе улыбнулась. И уже мне, — как думаешь, не мало?       Я задумалась. Алкоголь штука такая, его вечно не хватает. Я оглядела строй уже пустых бутылок и решила, что мы помелочились. Пусть лучше останется. Свои размышления я донесла до окружающих. Решили, пока не поздно добавить в заказ ещё пару литров. Тёме же было всё равно, сколько везти. Чем больше, тем выше заработок. И все довольны.       Пока ждали Тёму, было решено петь песни. Что мы зря в караоке пришли что ли? Как можно побывать в караоке и не спеть? Пока мы пели и танцевали, приехал Тёма. Выгрузил заказ, забрал деньги, перекинулся с нами парой слов и был таков. Тут же пение было заброшено. Все подтянулись к столу. Первые три литра пошли хорошо. Мы даже учили парней пить по-гусарски. Это было смешно. Потом это прискучило. И случился он. Апокалипсис. Пришла идея. Идея смешать водку с соджу. Смешали. По вкусу ничего так. Оставшиеся два литра водки и соджу пошли на ура. — Это, — Хонки потряс полстаканом нашего коктейля, — никто не сможет выпить в таком количестве за один раз. — Спорим, — азартно предложила я. Ну, да, есть у меня такой косяк. Спорить. — На что? — тут же влез Гынсок. — На желание, — подумав, ответила я. Хотя, подумала — это громко сказано. — Идёт! — Хонки потёр руки, сцапал мою конечность. — Разбивайте!       Стю, с видом профессионального рефери, сжала наши руки, словно проверяя, насколько крепко мы держимся. Потом размахнулась и рубанула ребром ладони. Я ели руку успела отдернуть, так что весь удар достался Хонки. Сочувствую. Почти. Свои пальцы мне дороже. Я взяла стакан. Вгляделась в жидкость. Мда. Собралась с духом и присосалась к краю. Жидкости становилось всё меньше. А мне становилось всё хуже. Я закрыла глаза. Так хотя бы мир не кружился. Послышался разочарованный стон Хонки. Я приоткрыла один глаз. Стакан был пуст. Комната заполнилась криками. Что кричали, было не понятно. Я осторожно поставила стакан. Штормило, как при девятом вале Айвазовского. Прислушалась к себе, а услышала своих собутыльников, что скандировали: «Желание! Желание!» Желание? Мозг, придумай что-нибудь! Мозг, ау! Мозг не внял моим просьбам, поэтому желание сочинялось чем-то другим. — Хочу, — я обвела притихших алкоголиков взглядом, — чтобы Хонки переоделся в женскую одежду и прошел по Хондэ. Или слабо?       Сама в восторге от желания. — Не слабо! С вас реквизит, — Хонки гордо мотнул головой, однако не рассчитал и вписался в спину дивана. Джеджун рассмеялся.       Всё, конечно, хорошо, но где мы возьмем женскую одежду и парик в… Сколько там? Я посмотрела на телефон. Вот. В три часа ночи. Все призадумались. Неожиданно Хичоль выдал: — Я знаю! У меня же есть костюм для косплея Анна!       Тут же ему прилетел подзатыльник от, перегнувшейся через Гынсока и меня, Стю. На праведный вопль: «За что?!» Последовал лаконичный и логичный ответ: — А за то, что раньше не сказал. Я себе из-за этого всю голову сломала.       Кажется, про женскую логику я уже говорила. Нет смысла повторяться. Однако, на этом проблемы не закончились. Кто-то должен был съездить за костюмом. Хичоль едет точно, но одного отпускать его нельзя, однозначно. Начались словесные баталии. В итоге, было решено отправить с Хичолем меня, в качестве мозгов и Саймона, как физическую поддержку. В это время Стю и Гынсок будут делать мейкап Хонки. Все его заверения в самостоятельности Стю отмела «Моя косметика – мне решать!» И ведь не поспоришь. Джеджун оставался, в качестве моральной поддержки. На том и порешили. Вызвали такси и, оставив визажистов, жертву и службу психологической помощи в лице Джеджуна, поехали за костюмом Анны для Хонки.       Удивительно, но съездили мы почти без происшествий. Если не считать того, что мы чуть не забыли Хичоля в такси. А так, всё прошло отлично. Вернувшись, мы застали завывающего заунывную песню Джеджуна и парочку визажистов, с любовью оглядывающих Хонки. Он сидел к нам спиной, с зеркалом в руках. Едва мы вошли, Хонки повернулся, на ходу задавая вопрос: — Правда, круто получилось?       Хичоль испугано икнул и воскликнул: — Святой Шисуси! — и перекрестил Хонки. Хонки обиделся. Надул бордовые губы, а глаза, почему-то по-разному накрашенные, отвел в сторону, на щеках полыхал неестественный румянец. — Мы хотели сделать из него Анну, — влез Гынсок. — А получилась женщина облегчённого поведения после дождя, — пробормотала я. — Держи, красотка!       Я передала пакет с одеждой Хонки. Обиду того, как рукой, сняло. Он торопливо принялся раздеваться. — Ну не здесь же! — попытался остановить его Хичоль. — Здесь же девушки! — И что? — недоумённо спросил Хонки. — Мне нечего стесняться!       Мы со Стю, просто молча, тактично отвернулись. Конечно, артист существо бесполое, но всё-таки. Мы девушки скромные. Бываем иногда. Стеснительные. Тоже иногда. Видно, сегодня и есть это самое «иногда». Наконец, все сборы были окончены. Однако, всем срочно приспичило сфотографироваться с «Анной». Спонтанный фотосет длился ещё с полчаса. Хичоль орал, что ему позарез нужна клёвая фотка для инстаграма. Еле потом убедила его не выкладывать фото сегодня, а подождать до завтра. И вообще, может он сделает фото лучше. Вроде аргументы подействовали. Мы опять вызвали такси и рванули на Хондэ. Стрелки на часах в холле караоке показывали ровно пять утра.       Мы бродили по улицам Хондэ, однако, фурора не производили. Либо нам не попадались люди вообще, либо они были в таком состоянии, что им хоть черта встреть, хоть ангела, хоть Хонки с убойным макияжем — эффект один и тот же. Игнор. Мы бродили и изнывали от тоски. Даже не перестающий фотографировать, Хичоль заскучал. Внезапно Джеджун остановился. — Всё. — Что всё? — уточнила Стю. — Я хочу есть. Пошлите есть. Мне надоело бродить тёмными закоулками и на пустой желудок.       После этой отповеди все как-то осознали свой голод. Зверский голод. С выбором заведения быстрого питания не заморачивались. Просто зарулили в первое попавшееся. Вышли мы уже сытые, довольные и порядком протрезвевшие. На более или менее трезвую голову было решено расходиться по домам. А то время, позднее, точнее уже раннее. Хичоль и Джеджун рвались проводить нас со Стю до дома. Но мы твердо отказались. Вот ещё!       Спустя двадцать минут никого из нас на улицах Хондэ уже не было. Однако, мне интересно, что скажет завтра Хонки, когда увидит выложенные в инстаграм Хичоля фото? А то, что он выложит, сомневаться не приходилось. Он же ещё та зараза!