Развлечения промышленного масштаба в домашних условиях

      По прилету нас уже ждали. Причём, узнали мы это от Сынри. Просто, едва мы забрали багаж, как Сырник, завидев мужчину с табличкой, воскликнул: — О! А почему менеджер Хичоля-хёна держит табличку с вашими именами? Он же вас встречает, да?       В указанном направлении, действительно, обнаружился мужчина с табличкой. И там, действительно, были наши имена. Можно было бы усомниться, что ждали нас. Но вероятность встретить наши имена в этой стране, да ещё и вместе стремилась к нулю. Тем более, что это, по словам всезнающего Сынри, менеджер Хичоля. Откуда он его знает, так и осталось тайной.       Менеджер вывел нас окольными путями, к припаркованному чёрному, тонированному минивэну. Здесь не было толпы фанатов, как мы ожидали. Тишина. За нами с гвалтом чаек шли парни. Их тоже, должны были встретить где-то здесь. Перед тем как сесть в машину, мы попрощались с нашими новыми знакомыми. С нас стребовали обещание, как-нибудь затусить вместе. Сырник сгреб нас со Стю в охапку, словно на войну отправлял, честное слово. Отпустил. Напоследок окинул всё ещё подозрительным взглядом Стю и жестом показал, что он будет за ней следить. Стю лишь беспечно улыбнулась и помахала рукой.       Едва мы оказались в салоне авто, как на нас накинулись Хичоль и, неизвестно как здесь оказавшийся, Хонки. Хотя, эту парочку сложно представить друг без друга. Нас одновременно пытались ощупать на предмет травм, отругать за то, что телефоны недоступны (и вообще, они тут жутко перепугались, когда узнали про лавину, а мы перестали отвечать), и выяснить, откуда же мы знаем одну небезызвестную группу. Мы вяло отбрыкивались от неизбежного. В машине стоял жуткий гомон. Хичоль орал, Хонки пытался его перекрикивать. Мы пытались отделаться незначительными фразами. Наших клуш-наседок это не устраивало в корне. Им требовался всенепременно развернутый и полный ответ со всеми подробностями. — А вот, надо было брать трубку, когда я звонила, — мстительно заявила я и показала язык Хичолю.       Гомон тут же возобновился. Причём, Хонки вопил громче всех, что он тут жертва произвола. И вообще, нельзя так партизанить. Народ жаждет подробностей. Это было забавно. Хичоль сидел обиженным на весь свет и бубнил о том, что некоторые работают, пока кое-кто отдыхает и развлекается. Не то, чтобы мы сжалились. Но, да. Как-то так. Мы кратко пересказали наши приключения, опуская подробности. Но им, всё равно, показалось этого мало. Хотя, их требование подробностей в конце уже походили на клянченья нищих у церкви. Посмеявшись с них вдоволь, Стю соизволила пообещать рассказать всю историю с подробностями в другой раз. И то, при условии, что не задаром. Это озадачило парней и позволило нам проехать остаток пути до дома в относительной тишине.       Домой мы ввалились усталые, но весёлые. Завтра был последний выходной, перед трудовым марафоном. Поэтому, мы с чистой совестью оставили чемоданы не разобранными. Приняли душ и завалились в гостиной на диван. Всё-таки, хорошо дома! Я дотянулась до сумки и вытащила телефон. Следовало его включить. Стю нехотя повторила мои действия. Интересно, сколько раз нам позвонили Хичоль и Хонки? А то, ведь так распинались про то, что переживали за нас. Мда. Хичоль и Хонки, да? Кажется, нам позвонил весь шоу-биз этой страны. Самое время загордиться. На телефон, не умолкая, приходили оповещения о непринятых вызовах и запоздалые сообщения. Шеф Ли и тот позвонил. Воу! Даже Юнги соизволил пару раз позвонить и написать о том, что он волнуется. Интересно, а откуда он-то узнал? Всё-таки, надо обдумать вариант с его прощением, а то его опала уже длится слишком долго. Я не успела додумать эту мысль до конца, меня перебила Стю. — Чонгук звонит, — только произнесла она, и, ответив, тут же поставила на громкую связь. — Нуна! То-есть, Стю! Почему у вас телефоны выключены?! Я так волновался! — И тебе привет! — Ааа, — растерял сразу весь пыл Гуки. — Привет. — Мы, конечно, польщены тем, что ты о нас переживаешь, но с нами всё хорошо. Мы живы, здоровы и на данный момент лежим дома, на диване. — Дома? — совсем растеряно. — А можно я приду?       Мы переглянулись, смерили тяжёлыми взглядами чемоданы и разбросанные вещи, но всё же согласились. По Чонгуку мы действительно соскучились. Он нас тут же заверил, что буквально в течение часа будет у нас. И отключился.       Нехотя пришлось сползать с дивана и приводить квартиру в более или менее приличный вид. Обещанный Чонгуком час закончился через тридцать минут, его звонком в нашу дверь. Едва я открыла, меня тут же заключили в медвежьи объятия. Попутно ,затащив туда проходящую мимо Стю. Лишь через пару минут нас отпустили. Чонгук немного смущенно отступил на шаг и застенчиво улыбнулся. — Какое счастье! Я вновь могу дышать, — пробормотала Стю. Скорее всего, показав сарказм на автомате, она ещё больше смутила парня на пороге. — Да это она шутит, — успокоила я его. — Проходи!       Чонгук недоверчиво покосился на Стю. — Я пошутила! — вскинула в обезоруживающем жесте руки подруга.       В правой руке оказался бюстгальтер. Красный. Стю, видимо, несла его в ванную. — Мда, — задумчиво произнесла она и, опустив руки, удалилась, оставив меня и красного Чонгука в прихожей. — Не обращай внимания, — хихикая, посоветовала я.       Парень заторможено кивнул и кажется, последовал моему совету.       Вечер мы провели довольно весело. Сначала мы обнаружили, что у нас абсолютно нет еды в доме. Если не считать рис, половинку луковицы и уже съеденную нами пачку печенья. Это и послужило стимулом, сходить в ближайший минимаркет. Чонгук решил идти с нами. Для этого он натянул на голову капюшон, одел найденную у нас на тумбочке маску с «Hello Kitty» (откуда она там, и вообще, чья, ума не приложу, но не суть) и нацепил на нос очки, коими его щедро снабдила Стю. Вот такой «не привлекающей» внимания компанией мы двинулись разорять продуктовые полки в магазине. Слава всем известным и неизвестным богам, всё прошло без эксцессов. И нагруженные пакетами, мы вернулись к нам домой. Разложили покупки по полкам, оставив вкусняшки на столе в гостиной. Перебрались на диван. Фоном разговаривал телевизор, мы со Стю, перебивая друг друга, рассказывали о наших приключениях в Японии. Чонгук слушал нас, затаив дыхание, периодически взрываясь смехом и забывая жевать мармеладных червяков. На вопрос "Откуда он узнал о лавине?" тот возмущенно ответил: — Да нас, всех Хичоль-сонбэним поднял на уши!       Оказывается, этот деятельный человек создал буквально на пустом месте массовую панику. Он позвонил всем нашим знакомым для того, чтобы они позвонили нам. Зачем? Не понятно!       После всех наших рассказов, Чонгук краснея, спросил у Стю: — А ты и Топ-сонбэним тогда… — он не договорил, совсем стушевавшись.       Меня, кстати, до сих пор интересовал этот вопрос!       Стю лишь закатила глаза. — Да, ничего не было! Мы просто переночевали в одном номере. С тобой мы, между прочим, тоже в одной кровати спали, — насмешливо добавила она.       И ещё подруга называется! Как я спросила, так шиш без масла. А Чонгуку рассказала. Стоило тогда такую тайну века делать? И вообще, это можно расценивать, как повод для ревности! Именно это я и выдала обиженно Стю. Даже губы надула, для большего трагизма. А эта парочка, лишь ржать начала. Надолго меня не хватило, и вскоре я присоединилась к ним. Потом мы валялись на диване и смотрели какое-то комедийное шоу.       Этой ночью Чонгук так и уснул на диване. Устал, ребенок. Мы не стали его будить, лишь подняли его ноги с пола и укрыли его пледом. Оставили телевизор работать без звука, вместо ночника и тоже разошлись по койкам. ***       Первая трудовая неделя подходила к концу. На горизонте маячил выходной. После такого насыщенного отпуска, в работу, оказалось, втянуться очень сложно. Тем более, что надвигался новый крупный проект. Очень крупный. И за него разразилась нешуточная конкуренция. Естественно, наша компания не смогла оказаться в стороне. Детали пока были не раскрыты, но проект был связан с международной деятельностью. Что максимально подстёгивало к тому, чтобы сделать всё возможное и невозможное, для получения этого проекта.       И вот, когда стрелки часов буквально прилипли за пару часов до конца рабочего дня, дверь в наш кабинет распахнулась, являя нам довольного Хичоля. — Привет, крестьяне! — жизнерадостно возвестил о своём приходе этот человек. — И тебе не хворать, — подозрительно ответила я. — Чего приперся? — сразу взяла быка за рога Стю. — Фи, как грубо! — Хичоль манерно сморщил нос. — Я тут, в качестве гонца, от Хонки. — А Хонки то неплохо зарабатывает, — показательно присвистнула Стю, — раз может себе таких гонцов позволить!       Хичоль решил было обидеться, но передумал и продолжил, как ни в чём не бывало: — Короче, завтра у нас, и когда я говорю «нас» — вас это тоже касается, намечается небольшой междусобойчик у меня дома. Поэтому, просьба не опаздывать и не забывать о своём обещании, рассказать поподробнее о ваших похождениях в Японии, — Хичоль смерил наши возмущённые лица хитрым прищуром. — За этим, спешу откланяться, чтоб не мешать сиятельным барышням трудится.       И резво скрылся за дверью, оставив нас в одиночестве. Нашему возмущению не было предела, а высказать его было решительно некому.       На следующий день пришлось брать с собой одежду для междусобойчика у Хичоля на работу. Так как времени, заехать домой и переодеться, у нас не было. Хичоль чётко обозначил время и вежливо попросил не опаздывать. И вот, до конца рабочей смены всего пара минут. Но тут, приходит шеф Ли и зовёт на внеплановую пятиминутку. Приплыли. Знаю я его пятиминутки, они занимают минут двадцать, а то и добрые полчаса. Как бы я не симпатизировала шефу, но с чувством времени у него напряг явный. Вот и сегодня, он пятнадцать минут к ряду распинался перед нашим отделом, что наша компания борется за право, на курирование проекта. И что мы должны показать себя с лучшей стороны. А также то, что если мы выиграем эту борьбу, то одна из наших команд возьмётся за него. И этой чести удостоятся лишь лучшие. Бла-бла-бла. В конце только не хватает: «Семьдесят пятые голодные игры объявляю открытыми! И пусть победит сильнейший!» А что? Суть отражает точно. Как только компания получит права на проект, то эти самые игры начнутся внутри нашей компании. Да, все менеджеры будут готовы перегрызть друг другу глотки за право вести проект. Они и сейчас готовы, только свистни.       Спустя энное количество минут мы со Стю покинули это собрание аллигаторов и поспешили в кабинет переодеваться. Выйдя из здания, мы поймали такси и, назвав водителю адрес, помчали навстречу новым приключениям. У нас ведь, что ни день, то приключение. Тем более, что мы опаздывали, а это грозило не хилыми такими приключениями от Хичоля.       Нас высадили у ворот жилого комплекса, где живет Хичоль. Уточнив у охраны нужное направление, мы отправились осваивать новые территории (и, хотя я уже была у Хичоля, это не отложилось нигде; спишу это на девичью память, а не на алкогольное опьянение). Нужное строение мы нашли без проблем. Также без проблем миновали дверь с домофоном, следом за неизвестной девушкой. Вместе с ней вошли в лифт. И лишь там, я разглядела её лучше, это была Пак Шинхе. Не удивлюсь, если она тоже к Хичолю. — Вам какой этаж? — вежливо спросила она.       А вот сейчас и проверим, куда она направляется. — Одиннадцатый, пожалуйста, — также вежливо ответила я.       Шинхе нажала на кнопку и уточнила с любопытством: — Вы случайно не к Хичолю-оппе? — Случайно к нему, — улыбнулась Стю. — А вы? — Оу, я тоже! – сообщила нам девушка. — Тогда, я предлагаю познакомиться и перейти на «ты».       Хорошее место для знакомства — лифт. И от собеседника некуда убежать. Ладно. Шучу. Но как бы там ни было, пока лифт поднимался, мы познакомились. И когда Хичоль распахнул дверь, он, мягко выражаясь, не ожидал увидеть нас таким составом. Однако, не растерялся и принялся сразу отчитывать: — Вы опоздали! На целых, — он театрально поднес к глазам руку без часов, — сорок минут! Как девушки на свидание. Вот, что вы скажите в свое оправдание? — Наверное, то, что мы и есть девушки! — елейно пропела Стю. — Хватит бурчать, Хичоль-оппа, так, ты похож на дедулю, — весело заявила Шинхе.       Хичоль возмущенно хватал ртом воздух, наконец, шок его отпустил. За это время мы успели разуться и даже, с помощью Шинхе, найти себе тапочки. — Хонки! — Громогласно взвыл Хичоль, перекрывая музыку в квартире.       Упомянутый персонаж выплыл из комнаты. Завидев нас, он, тут же, позабыв про жалующегося ему Хичоля, подошёл к нам. Приветственно клюнул в щёчку Шинхе и, подхватив нас со Стю под руки, уволок в комнату.       Посреди комнаты стоял огромный низкий столик, заставленный алкоголем. На диване расположился Саймон, задумчиво куривший кальян. В комнате было ещё два парня, они тихо беседовали о чём-то своём и не обращали на нас никакого внимания. — Ребята! — проорал Хонки. — Знакомьтесь, это Энни и Стю.       На нас обратили внимание. — Это Зико и Чунхен, — сообщил нам наш провожатый. — С Саймоном вы знакомы, с Шинхе, как я понял, тоже. А меня и Хичоля — грех не знать!       В комнату проскользнули Хичоль и Шинхе. Хонки усадил нас на диван, возле себя. С корыстным мотивом, конечно! Этот наивный человек не оставлял попыток узнать подробности о Японии. — Я требую подробностей! Расскажите? — в который раз переспросил Хонки. — Хонки, золотце, мы ещё не в том состоянии, чтобы раскрывать всю информацию, — пропела Стю. — Не вопрос! Зико, налей этим партизанам. Лей в два раза больше! Чтоб наверняка! — азарт так и играл. — Хэй! А мне? — возмутилась Шинхе. Её просьбу удовлетворили и, вскоре, мы уже все держали в руках бокалы. — За знакомство! — скомандовал Хонки. Что-то в последнее время я очень часто слышу эту фразу. И вывода тут два: либо перестать знакомиться, либо перестать пить.       Зазвенели стаканы. Все поддержали это начинание. Однако, едва стаканы коснулись стола, как Хонки опять включил свою шарманку. — Мне прямо жизненно необходима эта информация. Иначе, я умру от любопытства, — канючил он. — Ну, поделитесь ценными сведениями! — не выдержал Хичоль.       Теперь, уже заинтересовались все. Разглядывали нас с любопытством. Мы же продолжали сидеть с загадочным видом. — И что же за ценные сведения? — озвучил мысли всех сидящих Чунхен. — О! — выдохнул Хичоль и поведал окружающим свою версию событий в Японии. Опираясь на нашу скупую на подробности историю и свои домыслы.       Мы, со Стю откровенно смеялись, особенно, когда Хичоль выдал, что мы крутили там роман сразу с пятью айдолами. Как он пришел к такому выводу, он нам не сказал. Чтобы не плодить нелепые слухи, пришлось поделиться небольшим количеством подробностей. И на обвинения Хонки, в утаивание информации, мы напомнили ему, что даром ничего не рассказываем. Наверное, именно это и послужило началом игры. Я даже не знаю, кто её предложил, я или Стю. Просто разговор плавно перетёк в игру «Правда либо действие» И тут, начался балаган. Вся эта компания явно задалась целью вытянуть из нас подробности. Поэтому, кто бы ни спрашивал нас «Правда или действие?», мы выбирали действие. Поэтому, мы успели спеть, почитать стишки, прокукарекать, выпить несколько «авторских» коктейлей, перецеловать всех сидящих в комнате (включая Шинхе), станцевать, и даже, частично раздеться. Вскоре, нам это надоело, да и у наших противников, похоже, наступил творческий кризис. Даже выпивка не помогала расшевелить мозги и проявить креативность. Поэтому, на очередной вопрос Хонки: «Правда или действие?» я осознано выбрала правду. Хонки аж не поверил своему счастью. Радостно потер руки и предвкушающе вопросил: — Ну, а теперь с тебя рассказ о ваших приключениях на отдыхе, с подробностями.       Я тонко улыбнулась, про себя отмечая формулировку вопроса. Она давала лазейки отсутствием всего одного слова. Хонки попросил подробностей, но не уточнил, чтобы я рассказала ВСЕ подробности. Поэтому в моем рассказе присутствовали пробелы. Я, например, умолчала о том, что у Стю и Топа был один номер и одна кровать, то, как я проснулась в то утро. Также, опустила подробности, из-за чего собственно мы сцепились с Джиеном, и некоторые другие детали. Стю добавляла в мой рассказ несущественные изменения.       После нашей отповеди, игра сразу резко всем наскучила. Тем более, что алкоголь в телах требовал бурной деятельности. Тогда-то Стю и вспомнила под действием воспоминаний о Джиене, что однажды мы довольно весело играли в крокодила. Предложение вяло поддержали. Но уже спустя несколько раундов все втянулись, активно выкрикивая предложения.       Хочу отметить, что у нас каждая подобная игра остается запоминающейся. В этот раз особенно. Саймон пытался изобразить роковую женщину. Довольно неудачно, потому что первый же выкрик Хонки «Обезьяна в брачный период» заставил нас просто слечь, с приступом смеха. Мы смеялись буквально до слез. Что явно не способствовало мыслительному процессу. С горем пополам Хичоль всё же выдал верный вариант. И отправился показывать министерство магии. Стоит пояснять реакцию? Потом был «печальный конец» в исполнении Чунхена, «гламурный учитель» от Хонки, я в роли глупой русалки, Шинхе стала женой миллиардера, Зико пытался изобразить меткость копчёного лосося, а Стю — дружную компанию оленей. Конечно, лысого Джи-Драгона в исполнении Хосока мало кто способен переплюнуть, но, думаю, мы создали ему достойную конкуренцию. Потом ещё были «послезавтрашний суп», «детские обои с динозавром», «креветка-убийца», «мякиш апельсина», «лед тронулся» и гвоздь программы «Россия – щедрая душа». Исполнитель – Зико, вдохновитель – Стю. Прошу любить и жаловать.       Как ни странно, но и тут скоро фантазия себя исчерпала. Мы полутрупиками валялись кто где, и пытались восстановить дыхание после продолжительного смеха. Такими темпами, я себе скоро рельефный прессак накачаю смехом. — Может, поиграем во что-то более спокойное? — поинтересовался Хичоль. — Могу предложить только бутылочку, — ехидно предложила я. — И откуда вы все эти игры берете? — поинтересовался Чунхен. — В студенчестве играли, в компании друзей, довольно часто, — пожала плечами я. — Так что насчёт бутылочки? — И какие правила? — заинтересованно спросила Шинхе. — Ооо, всё довольно просто! — расплылась в улыбку Стю. — Кто-то крутит бутылочку и на кого она укажет, с тем он и целуется. Если кто-то отказывается целоваться, то выполняет наказание. — Глупая игра, — возмутился Чунхен. — Слабо? — азартно предложила я. — А не слабо!       Даже не думала, что взять на «слабо» окажется так легко. Мы сели в кружочек и вручили Чунхену пустую бутылку из под виски. Тот задумчиво её покрутил в руках и резко крутанул. Горлышко указало на Хичоля, который тут же сложил губы трубочкой и прошепелявил: «Ну, иди ко мне, моя любовь!» Чунхен с воплем «Да ну нафиг!» отскочил в сторону. Хичоль за ним. Следующие несколько минут мы наблюдали беготню зигзагами двух парней по квартире. Кажется, именно тогда игра умерла еще в зародыше. Но было весело!       Остаток ночи прошёл более спокойно. Саймон и Хонки разожгли кальян и курили. Шинхе и Хичоль пытались научить хичолевского кота команде «Голос!», а Стю и Зико давали ценные советы со стороны и просто стебали бесполезные попытки. Ибо кот плевать хотел на окружающих и выполнял только две команды «Спать» и «Жрать». Пока я пыталась успокоить Чунхена после игры в бутылочку, мы разговорились. Выяснилось, что у него есть собака, но раньше был кот. На что я ответила, что мне коты нравятся больше. Слово за слово, и мы всё больше узнавали друг о друге. — Чем ты занимаешься? — спросил он меня.       Я, не вдаваясь в подробности, сказала, что работаю в компании, связанной с шоу-бизнесом. — И как? — Изматывающе, но интересно, — улыбнулась я. — Завораживает возможность приложить руку к созданию чего-то необычного, того, что потом оценят люди. Каждый проект не похож на остальные.       Чунхен согласно кивнул. А после продолжительной паузы продолжил. — Я сейчас тоже участвую в создании одного проекта. Знаешь певицу Хёна? — и, дождавшись моего согласия, продолжил. — Она готовится к сольному концерту и дебюту в Штатах, а я помогаю ей создавать новый альбом для дебюта. Но для оценки нам нужна третья нейтральная сторона. Поэтому, слышал, сейчас идет нешуточная борьба за право с ней работать.       Я безразлично хмыкнула и пожала плечами. А в голове тем временем бурлили мысли. Так вот, что это за проект такой международный. Всё-таки, неплохо иногда так внезапно получать информацию. Как её использовать, я пока не придумала, но то, что она явно не лишняя — однозначно. Главное, не показать заинтересованности, а то, мой невольный информатор откажется делиться сведениями. Блин, да я самый корыстный человек на земле!       Однако, едва я открыла рот, чтобы задать уточняющие вопросы, как меня перебил Хичоль. Ему надоело дрессировать кота, и он решил докопаться до остальных. — Что мы так скучно сидим? Предлагаю выпить! А то, я вас не выпущу из квартиры, пока всё не выпьете!       Хонки тут же поддержал товарища. Кто бы сомневался! Он залечил длинный тост без особого смысла, который сводился к одной фразе «Надо выпить!» Ну, мы и выпили. А потом ещё выпили. И ещё.       К утру мало кто мог держаться не то, чтобы ровно, но даже на ногах с трудом. Исключение составили я, Шинхе и Стю. И то, потому, что чаще делали вид, что пили, чем действительно это делали. Поэтому, нам выпала лотерея отправлять всех по домам. Самое забавное, что больше всех домой рвался Хичоль. Мы еле ему объяснили, что он и так дома. Тогда, он стал рваться проводить девушек, то бишь нас до дома. И, опять-таки, мы ему в этом отказали.       Из квартиры Хичоля мы вышли втроем с Шинхе. Оказывается, она жила в этом же комплексе, только в соседнем доме. Поэтому, расставшись с ней у подъезда, мы со Стю направились к воротам, у которых нас уже ждало такси. Оно увозило нас домой, а душу приятно грело ощущение хорошо проведенного вечера в приятной компании и удачно полученной информации.