Младшая Холмс

      За столько лет Эдит не удосужилась научиться водить машину, поэтому Шерлоку пришлось не только встать, едва солнце взошло над Лондоном, но потом еще и наблюдать суетливость столицы в лобовое стекло, пока спящая на соседнем сидении Эдит раздражала его своим счастливым умиротворенным видом.       По счастливой для Шерлока случайности, уже на окраине Лондона перед машиной пробежал какой-то парень, и Холмс резко затормозил, отчего Эдит тут же проснулась. — Шерлок! Осторожней! — Ты терпеть не можешь оказываться в автомобиле со мной за рулем. Ну так и стоила эта поездка твоих нервов? — Стоила, если это убережет нервы нашей дочери. — В тебе взыграли сантименты. Никто не поедет в соседний город, если у ребенка кошмары. — Загорелся зеленый, и Шерлок нажал на газ. — Ты соскучилась, так и скажи, но я все равно не одобряю. Рождество скоро, а значит, нужно было просто проявить сдержанность. Эдит молчала. — Ты знаешь мои взгляды на образование: либо домашнее, либо полный пансион. — Продолжил Шерлок. — И последнее предпочтительней. Учиться общаться с людьми, справляться со всем самостоятельно и понимать границы чужой жизни, даже если это родители, нужно как можно раньше. Ты растишь ее мягкотелой. Эдит молчала. — Почему мы вообще должны скакать вокруг нее как зайчики? Не помню я такого от моих родителей. — Не боишься, что ты растишь ее второй Эвр? Шерлок, до этого ярко жестикулирующий и играющий интонацией, ненадолго замолчал, чтобы спустя несколько секунд ответить: — Они непохожи. — Закрытое учреждение, любое общение контролируется, из развлечений только скрипка. — Я хотел сказать, Одри не так умна, как Эвр. Моя сестра просто за рамками, привычными нам, в случае с нашей дочерью все прозаичней. — Иди к черту, Шерлок, — тихо ответила Эдит. — Хорошо, — все еще спокойно ответил детектив. — Так... Откуда ты знаешь про Эвр?

***

      Стоматит не переставал мучить Эдит в тот год. Каждый ее вечер завершался одинаково: она садилась в позе лотоса на диван, откидывалась на спинку и начинала кусать свои щеки изнутри. Шерлок дома появлялся ненадолго. Постоянно сыпались дела. Захватывающие попадались редко, но детектив был щедр и брался даже за самый откровенный бред, стоящий от силы десяти минут.       Эдит все время сидела дома. Создавала уют, скажут одни. Помешалась на ребенке, которому едва-едва исполнилось три года — заключат другие. Сходила с ума. Эту правду знала про себя только сама миссис Холмс. Вот уже несколько месяцев, как она обмолвилась всего парой слов с приходящей домоработницей, забыла как выглядит улыбка мужа, насколько холодны его руки. И Лондон, кажется, стал стираться из памяти.       Одно майское утро изменило все это: в зеркале она увидела, что остроте скул позавидовал бы даже супруг, а тонкие пальцы стали просто обтянутыми кожей костяшками. Наступив на горло гордости, которой Шерлок и без того в тайне завидовал, Эдит позвонила «единственному другу». Встретив бледную миссис Холмс в сквере на углу квартала, Майкрофт остался внешне спокоен и равнодушен, но предложил продолжить разговор за хорошими стейками. — Эдит, хотел бы сказать, что я рад вашему звонку, но в последний раз мы общались на Рождество, а сегодня разговор вы начали, спросив, правда ли я вам друг. Что случилось? На вас больно смотреть, — сказал Майкрофт и натянуто улыбнулся. — Шерлок. Он... Мы с ним не говорим. Я почти ни с кем не говорю. Так странно сейчас слышать свой голос. — Наркотики? — Нет. И крупных дел нет, Шерлок просто хватается за все возможное. У нас с ним проблемы. — Да, я не эксперт, Эдит, но может, дело в вашей... бледности, — предположил Холмс, поморщив нос. — Думаю, нам следует заказать и десерт. И в кофе попросить сливки. — Мое состояние это следствие, Майкрофт, — ответила Эдит с силой и строгостью, которых не ожидаешь от болезненно худого человека. — Я позвонила вам, потому что тогда, четыре года назад, вы сказали, что с Шерлком у меня ничего не будет как у простых людей. — Насколько мне известно, нет никого, кто мог бы так занять мысли Шерлока. Ему просто скучно, Эдит. Я знал, что так будет и именно об этом предупреждал. Осторожней, очень скоро это может привести к проблемам с наркотиками. Тогда же советую покинуть квартиру, оставив бумаги на развод. Можете после позвонить мне, я позабочусь, чтобы вы с Одри ни в чем не нуждались. — К черту все, — Эдит встала из-за стола, Майкрофт быстро среагировал, взяв ее за локоть. Холмс медленно села обратно. — Как моя племянница? — Молчит. Кажется, она так и не заговорит до школы. Мы с ней занимаемся, но пока все так же. — Это очень нетипично для нашей семьи. Мы трое начали говорить предложениями до года, — сказал Майкрофт и сделал прошедшему рядом официанту дополнительный заказ. — В семье Холмс еще остались те, кто не успел высказать своего мнения обо мне? — О чем вы? — Трое. Вы трое начали говорить до года. Молодцы, что сказать. Но кто же знал, что вас таких гениев сразу трое на целую Британию. И чем занят третий? — Я оговорился. — Я член семьи, Майкрофт, пора смириться. Я буду бороться за свою семью. И хорошо бы знать, сколько у меня родни на самом деле.       Майкрофт заказал виски и ослабил галстук.

***

      Шерлок свернул с основной дороги, там, вдалеке, был небольшой отель со своим кафе. Детектив не ел уже второй день, теперь он вспомнил об этом и решил позавтракать. Эдит хватало чашки кофе утром, но она не показывала свой характер Шерлоку слишком долго. Они сели у столика у окна, и детектив еще недолго помолчал. — Мы никогда не обсуждали то время, странно, не так ли? — Нет. Все вдруг стало хорошо, я решила, пусть так и будет. — Чем ты занималась, пока я, — Шерлок запнулся, — отсутствовал? — Занималась Одри. Учила ее говорить, узнавать буквы. Она понимала, кажется, но молчала. Делала переводы. Училась краситься и перебирала гардероб, по два раза в день мыла пол, занималась растяжкой. — Не знал о таком периоде твоей жизни. Ты никогда не спрашивала, чем тогда был занят я. Наверное, всегда появляется момент... — Нет, Шерлок. Не говори мне, — попросила Эдит и отвела взгляд. Она плотно сжала губы и часто заморгала. — Твой брат говорил, ты необычный человек. Не дай мне разочароваться, Шерлок Холмс. Останься необычным до конца, пожалуйста. Молчи, хорошо? Я буду думать, ты в очередной раз спасал мир. Потому что другое для тебя слишком неубедительно. — Я спасал. — Давай жуй, скорее, Шерлок, — рассмеялась Эдит, и на щеках появились любимые ямочки. — Хочу скорее обнять Одри. Только не ругай меня за сантименты, родной. Пойду подышу пока.

***

— Мне нужен генетический анализ! — Шерлок внесся в кабинет Майкрофта, но тот не отреагировал, продолжив телефонный разговор на незнакомом детективу славянском языке. Вскоре он попрощался и сложил руки в замок перед собой. — Кажется, безопасности Англии пока ничто не угрожает, а значит, мне нет смысла тебе помогать. И когда это генетические тесты стали помощниками в твоих расследованиях? — Это не для расследования, Майкрофт. Одри. Она похожа на меня? — Ну, пока трудно судить. Ей всего два. Три, если быть точным. Спасибо, что позвали на праздник, брат мой, — сказал Майкрофт, коротко подняв брови. — Если ты боишься за верность твоей супруги, успокойся. Стоит Эдит встретиться с подозрительным лицом, как мне тут же сообщают. — Это все... Что? Майкрофт, не смей следить за моей женой. — Как видишь, моя осторожность спасла твое спокойствие. Ты действительно первый из отпрысков Холмс, кто обзавелся своей семьей, подарив нашей славной родине еще одного потенциального гения. — Первый, говоришь? Одри далека от понятий вундеркинда. У Шерлока выросла щетина, он ходил без пиджака, глаза были красные, а под ними контрастом выделялись синие мешки. — Вспомни ее мать. — Наш отец тоже кандидатскую не защитил, — Шерлок метался из угла в угол. — Ей три, как ты мог заметить. Она молчит. Говорит отдельные слова и рыдает. Вспомни меня, Майкрофт, я читал Жюля Верна и вычислял в уме. — Так, а от меня ты чего хочешь, брат мой? Семейная жизнь иногда бывает вот такой: непростой. Я предупреждал и всегда знал, что тебе быстро наскучит. — Дело. Ты можешь дать мне дело? Может, есть наводки, что королеву хотят убить? Что-то угрожает экономике нашей славной родины? — Нет, все удручающе спокойно, Шерлок. Британия еще никогда не была в большей безопасности. — Что ты сказал? — Британия еще никогда не была в большей безопасности, — повторил Майкрофт и выпрямился. — Нет-нет. Так не бывает. Ты помнишь такие времена? Я нет. А значит, ты что-то упускаешь, дорогой брат.       На спешный побег из кабинета младшего брата Майкрофт лишь усмехнулся, но на всякий случай попросил пару подчиненных присмотреть за Шерлоком, когда наткнулся на фото маленькой племянницы, которую ему прислала Эдит полгода назад.       Не найдя ничего лучше, Шерлок поехал домой. По привычке он сначала отправил кэб на Бейкер стрит (так часто бывало, если попадались по-настоящему увлекательные случаи), а только потом назвал верный адрес.       Эдит что-то сказала, он не услышал. Эхом в голове отозвался ее голос, поставленный на диафрагму, взорвался писк маленького ребенка, в доме было раздражающе чисто и пахло жаренным мясом. Он сел на диван, хотел положить ноги на кофейный столик. Рядом кто-то прошел, потрогал его за плечо и щеку. Нет-нет, на столик нельзя, кого-то это раздражает. Опять сильный, но мягкий голос, его обладателю не нравилась вольность Шерлока с мебелью. Детектив смотрел прямо перед собой, не моргая, едва дыша. Кто-то встал перед ним. Она красивая, ладная. Чего-то хочет. Уйди! Снова детский вопль, непонятно откуда взявшийся.       Безопасно. Англия в Безопасности. Какие глупости. Нет-нет, Майкрофт видит угрозу в кучке подростков из частной школы, а сейчас заявляет, будто опасности нет. Вздор. Его обманывают. Думай! Думай! Нет, хуже, обманывает он! Но зачем? Зачем?       Шерлок встал. Ему казалось, что он медленно проплывает по гостиной в поисках ответов, но Эдит не на шутку испугалась, закрыв спиной детскую — муж метался по квартире, размахивая руками.       Она. Что она тут делает? Кто эта женщина? Эта женщина... Волосы слегка вьются. Скулы острые. Глаза голубые. Недавно готовила и впервые за долгое время ела сладкое. Встречалась с Майкрофтом. Она как Шерлок, почти как Шерлок.       Нет-нет, ей тут не место. Что это за место? Это как в поместье Холмс много лет назад. Тут приятно пахнет, есть какие-то правила, у всего есть место. Неправильно, что-то неправильно. — Шерлок? Шерлок, ты слышишь меня? — Спросила женщина.       Детектив резко остановился и внимательно на нее посмотрел.       Все будто встало на свои места: эта квартира, эта удушающая чистота, эти детские мультики, едва слышные из-за двери. Эта женщина. Первая встреча, первое свидание. Второе, третье. Смех, мороженое, коньки, колесо обозрения, море, знакомство с мамой Холмс, советы Ватсона, неуклюжая свадьба с шоколадным тортом. Одри, первая молитва, когда она упала, первое и единственное слово — «скрипка». И плач. Плач. Нескончаемый плач. — Не верь Майкрофту, он подлец. Уеду на пару дней. Поцелуй Одри за меня, — сказал Шерлок и вышел из дома.

***

— О чем задумался? — Спросила Эдит после долго ожидания. — Ни о чем. С чего ты взяла? — Мы сидим в машине уже двадцать минут. Ты держишь руки на ключе зажигания, меня слышать перестал. — Думал о тебе. — Это приятно. Поехали.