Не по плану

      Я стоял в пустом коридоре и ждал когда прозвенит звонок, хотя должен был уйти домой ещё час назад. Как и было обещано Тоби, я собирался поговорить с Джесси, который сидел сейчас на физике.       Стрелка часов уверенно ползла вперед, от чего с каждой минутой мой пульс учащался всё сильнее и сильнее. Спокойно. Всё хорошо, он ничего тебе не сделает. Всё будет хорошо. Тоби прав, я ведь и сам знаю, что Джесси мне откажет. Тут даже надежды нет никакой. Скажу это чисто для того, чтобы самому быть наконец в этом уверенным и не строить никаких иллюзий. Всё хорошо.       Вдруг раздаётся звонок, от чего у меня едва не случается разрыв сердца. Весь мой деланный контроль тут же испаряется в неизвестном направлении и сердце, словно сумасшедшее, пускается вскачь.       Усталые ученики неспешным потоком высыпают в коридор. Некоторые омежки с интересом на меня смотрят.       Паника начинает брать надо мной верх, требуя немедленно сбежать и я почти поддаюсь ей, пока взглядом не ловлю копну знакомых огненных волос. Джесси в окружении своей свиты идёт в моём направлении, опустив глаза в пол, явно устал. Заметив меня, его приближенные начинают переглядываться друг с другом, а предмет моего обожания, видимо настолько устал, что абсолютно ничего не замечает вокруг.       Поняв, что если сейчас это не решить, то я буду страдать ещё неизвестно сколько времени, я резко преградил школьной элите путь и тут же пожалел об этом, когда уставившись себе под ноги, Джесси врезался в омегу, которой от моей выходки резко затормозил.       — Коди! — недовольно пробурчал Джесси, отодвигаясь от друга и наконец замечая меня.       От родного прекрасного голоска, я забыл зачем пришёл и что вообще здесь делаю.       Омеги начали перешёптываться и хихикать, а Джесси лишь вопросительно на меня смотрел. Поняв, что я, видимо, говорить не собираюсь, парень сказал:       — Идёмте, — он уверенно вышел вперёд никого не дожидаясь и огибая своих пошёл дальше, когда я неожиданно даже для себя обнаглев, снова преградил ему путь. Рыжий едва не уткнулся носом мне в грудь. — Что ты делаешь?! — в гневе воскликнул он, отталкиваясь от меня.       Его голос, предназначенный именно мне и прикосновение маленьких ладошек, подействовали, словно удар током. Он впервые говорил именно со мной.       — Нужно поговорить, — спокойно говорю я, и сам удивляюсь своей храбрости, я был вдвое больше этого монстрёнка, но боялся его как огня, что же произошло сейчас?..       Рыжий лишь вопросительно, с некой ноткой уничтожения во взгляде, смотрит на меня.       — Джесси, мы можем поговорить наедине? — спокойно спрашиваю я. Голос дрогнул, когда я произнёс заветное имя. Я делаю шаг в сторону и позволяю ему пройти вперёд, на моё удивление, он послушно идёт, лишь метнув взглядом в меня молнии.       Верная свита поплелась за ним, но короткий жест «предводителя» остановил их.       Джесси остановился чуть в стороне от учительской. Сложив руки на груди, он вопросительно на меня посмотрел.       — Эм… ну… — вся моя бравада опять испарилась неизвестно куда. — Я… ну…       — Господи! Ты за этим меня звал? Помямлить «наедине»? — раздраженно спросил омега. — Мог этим заняться и без меня. До свидания, — взмахнув рукой, он попытался уйти, но я перехватил его за предплечье. — Убрал… — зло прорычал Джесси и я тут же захотел исчезнуть.       — Я только хотел сказать…       — Ну!       — Я хотел сказать, что ты мне нравишься. Очень нравишься, уже довольно давно, — наконец сказал я, сердце словно сумасшедшее билось о грудную клетку, но словно гора упала с плеч. В независимости от его ответа, я получил долгожданное облегчение. Наконец-то.       — И? — вдруг сухо спросил он.       — И? — непонимающе переспрашиваю я.       — Что ты хочешь от меня?       — Что?       — Ты думал я не знаю? И теперь, о чудо! брошусь тебе на шею и мы убежим в закат, счастливо держась за руки. Ведь я тоже люблю тебя! — он театрально запищал на последнем слове, мечтательно задрав ногу. Меня словно ударили под дых.       — Нет, я…       — Или, хах, постой, кажется я понял, — он улыбнулся своей мысли, — ты решил, раз вся школа сходит по тебе с ума, то и я в их числе? Так вот, дружочек мой, я не вся школа. Дела мне до тебя нет. Ясно тебе? А сейчас прости, мне пора на занятия.       Не дожидаясь моего ответа, он ушёл, а я так и остался стоять возле окна, не находя в себе сил двинутся с места.

***

      — Прекращай, — сказал Тоби.       — Я ничего не делаю.       — Встань с пола.       — Нет. Хочу заболеть и скончаться в страшных муках.       — Харе вести себя, как сопливая омега.       — Харе меня учить! Я имею на это полное право.       — Не фига ты не имеешь. А ну быстро встал с пола! — бета ощутимо подопнул меня под рёбра и вышел из комнаты.       — Ау, — безразлично отозвался я, но всё же соизволил сеть на кровать.       Тоби вернулся с чашкой чая.       — Пей, нытик, — он поставил исходящий паром напиток перед моим носом.       — Надоел со своим чаем. Не хочу.       — Пей, я не спрашиваю.       — Сказал не хочу! — однако я послушно беру чашку и делаю осторожный глоток. Горячая жидкость медленно стекает по горлу разогревая организм и принося удовольствие.       Альфой был я, а как альфа себя вел Тоби, я часто это замечал. Отсутствие беспокоящих гормонов, делало его спокойным и трезво мыслящим, порой очень жестким, но рассудительным. Он всегда ставил меня на место и подсказывал как лучше поступить. А когда всё выходило так, как он сказал (а это происходило постоянно), я ощущал себя омегой. Поэтому сопротивлялся и упрямился изо всех сил, стараясь показать, что-то, что я делаю, чисто моё решение, а не решение друга.       — Я знал, что он так скажет, однако…       — Знал же, чего ныть теперь. Ничего нового ты не узнал.       — Я надеялся.       — Ты дурак, — вздохнул бета.       — Я знаю. Но может…       — Не может.       — Ты дашь мне договорить?       — Нет. Ничего умного ты не скажешь.       — Может стоит за ним поухаживать? Вполне понятно, почему он так отреагировал.       Тоби никак не отозвался, повернувшись, чтобы посмотреть на друга, я невольно проглотил язык. Бета всем своим видом показывал мне, что я полнейший идиот, разве что у виска пальцем не крутил.       — Ладно-ладно, я всё понял…       — Вот и славно.

***

      Врать вошло в привычку? Видимо.       Я подкладывал рыжему в шкаф шоколадки, мелкие записочки, и пару раз цветы. Всё это отправляется в мусор, он даже не читает от кого. Подарить ему что-то лично у меня не хватит духу, поэтому я продолжаю свой ритуал почти целую неделю. Тоби начинает замечать, что я стараюсь куда-то незаметно улизнуть, пока он не видит, поэтому стал держать меня в своём поле зрения. Два дня я к шкафчику омеги не подходил.       Мы шли и о чем-то разговаривали с Тоби по пути на физкультуру, когда меня за руку кто-то схватил.       — А ну пошли-ка выйдем, — прошипел Джесси Лаверн, таща меня за рукав.       — Эй! — воскликнул бета.       — Отвали, Стюарт, — огрызнулся Джесси и утащил меня к лестнице на третий этаж.       Я покорно шел следом, глупо улыбаясь, но когда омега отпустил меня и испепеляюще посмотрел, весь романтизм развеялся к чертям.       — Какого хрена ты творишь? — зашипел омега.       — Что?       — Записочки, шоколадочки… ты кем себя возомнил? Парнем моим? Ты мне никто, понял? Оставь конфетно-букетный период для своих фанатов, а меня не трогай, ясно тебе? — громко шептал Джесси, словно боясь, что нас могут застукать.       Я не верил своим ушам. Что? Что… И тут я словно взорвался:       — Раз. Два. Три. Сколько раз мне ещё перед тобой унижаться, чтобы ты мне наконец ответил? А знаешь, я больше и шага в твою сторону не сделаю, пока ты меня сам не позовешь.       — Что? Не много ли ты себе возомнил? Я никогда тебя не «позову», — огрызнулся Лаверн.       — Посмотрим, — сухо сказал я, демонстративно уходя.