Вот так заблудился!

      Вот уже второй день я бреду по этой чертовой пустыни. Моего бойцовского запала, вызванного словами этой наглой ящерицы, хватило ровно на час. После чего, я уже даже не шел, а едва полз в направлении заходящего солнца. Ночью, даже несмотря на жуткую усталость, уснуть так и не удалось. Мысли в моей голове носились подобно муравьям в растревоженном муравейнике: тут были и переживания о друзьях, что остались на Сабаоди против весьма серьезных противников, и непонимание и неприятие «предательства» со стороны Себека.       С восходом солнца я продолжил свой путь. В дороге я продолжал попытки вернуть свои утраченные Формы. К моему сожалению, пока не удачные. Все чего мне удалось достигнуть — это преобразование руки в крокодилью лапу, покрытую чешуей, и преобразование ногтей в слабое подобие когтей. Вспоминая какие когти были в той же Форме «Ассасина», мои теперешние казались лишь жестокой насмешкой. Где острейшие и прочнейшие грани, что способны, как вонзиться в прочнейший камень, так и рассекать плоть врагов?! От собственного бессилия хотелось выть волком, но понимая бесполезность данного занятия, я снова и снова возвращался к попыткам вернуть утраченное.       К концу второго дня, так и не достигнув мало-мальски значимых подвижек в возвращении своих боевых Форм, усталый и изможденный, я свалился на горячий песок и забылся в беспокойном сне. Проснувшись на утро, не только не выспавшийся и не отдохнувший, но и основательно продрогший, я продолжил свой, уже кажущийся бесконечным, путь.       Третий день пути запомнился мне неожиданным открытием: рука, превращенная в очередной раз в крокодилью лапу, покрылась светло зеленой чешуей, столь похожей на защиту моей любимой Формы «Воина». Я так и застыл на месте с поднятой для следующего шага ногой и разглядывая внезапно изменившуюся конечность. Но видимо потеря нужного настроя немедленно привела к тому, что рука тут же вернулась к своему изначальному виду. — Не-не-не!!! Куда?! — раздался мой возмущенный вопль на всю пустыню.       Еще около часа прошли в бесплотных попытках придать непокорной конечности столь желанные свойства присущие чешуе Формы «Воина». Но лапа, исправно превращавшаяся в крокодилью, отказывалась от каких-либо дальнейших изменений.       Устало развалившись на обжигающем песке и закрыв глаза от нестерпимо бьющего в них солнца, я задумался о малоприятных перспективах. В одном эта ящерица была права: сейчас не время думать о других — самому бы выжить. Я бреду по пустыне. Без малейшего запаса воды. Уже третий день. Лишенный защиты Формы «Воина». Если до конца этого дня мне не повезет найти воду или быстро вернуть свои силы, то я банально сдохну от обезвоживания организма. При этом уверен, что Себек заявит, что-то вроде: «Раз ты такой слабак, то туда тебе и дорога». И разумеется никак не поможет.       «Так раз конец всё равно один, может мне стоит бросить эту бессмысленную борьбу и просто лежать на горячем песке пока вечная леди не придёт за мной?»—поддавшись навалившейся апатии, подумал я. Внезапно, перед закрытыми глазами возник образ тепло улыбающейся, рыжеволосой девушки, а следом за ним раздался радостный смех, подобный звону серебристых колокольчиков. Так выглядела Нами на нашем первом и пока единственном свидании и так смеялась Мэри, когда её смешили выходки нашего раздолбая-капитана или Усопа.       Апатия схлынула так же внезапно, как и появилась. Мне есть ради чего и главное ради кого жить. Так что я не сдамся без боя. Но правда такова, что без воды или возврата имеющий защиту от солнца Формы, я тут всё равно сдохну. Вода в пустыне явление редкое, а если не знаешь, где именно её нужно искать, то и вовсе уникальное. Значит, выход у меня только один.       Не меняя позы, привычно проваливаюсь в состояние глубокой медитации и оказываюсь в уже привычном «тронном зале» Себека, но не обращаю на это внимание, а продолжаю попытки уйти всё дальше в себя. Ящер что-то говорит мне, но я игнорирую его, чтобы не сбить правильный настрой. И вот зал поплыл, как бы растворяясь, и я вновь оказался в полной темноте. Именно в этом пространстве меня впервые приветствовал голос Себека. И именно здесь я надеюсь вновь обрести свои силы.       И тут, бездонную черноту окружающего пространства, прорезал луч ярко оранжевого цвета. Следом за первым появился насыщенно красный. Они стали появляться один за другим. Самых различных цветов и оттенков. И они всё прибывали до тех пор, пока всё окружавшее меня пространство полностью не окрасилось палитрой достойной самых великих художников.       «Хранилище памяти». Но если в первое мое погружение в него всё происходящее здесь контролировалось и фильтровалось Себеком, то сейчас я здесь один. И если погружусь в него, то имеется очень высокая вероятность того, что банально сойду с ума от нахлынувшего на меня информационного потока. Но и выхода другого я не вижу: или «нырять» и вернуть свои силы, или сдохнуть под лучами палящего солнца.       Итак, решаюсь и мысленно тянусь к тому, самому первому, оранжевому «лучу». И на меня тут же обрушивается водопад информации. Вот только в отличии от первого раза, когда Себек выбирал из памяти предыдущих носителей лишь нужное мне, тут я буквально прожил всю жизнь донора памяти. Вместе мы стояли на страже, тогда еще молодого государства Арабасты. Вместе любили и ненавидели. Вместе познали боль утраты и горечь предательства…       Приходить в себя было мучительно-больно. Приходилось буквально заставлять себя разделить наши «Я», чтобы не сойти с ума. Не знаю сколько же времени это у меня отняло, но я справился с этой, казалось бы невыполнимой, задачей. Воспоминания древнего стража Арабасты по-прежнему были очень яркими, но уже не так сильно рвали душу своей болью.       Но вместе с пониманием маленькой победы, пришло осознание того, что этого недостаточно: столь нужных мне знаний у этого стража не было. Он жил в те времена, когда Себек только начал осознавать себя и хранилище памяти было фактически пусто. Поэтому и знаний по использованию сил дьявольского плода был самый минимум. Значит, мне нужно продолжать поиск.       Заставить себя вновь коснуться одного из лучей, было очень непростым делом: подспудный страх, что мне предстоит снова испытать все «прелести» проживания чужой жизни, никак не хотел отпускать. Но понимая, что без повторного погружения нужных знаний мне не найти, я все же смог пересилить себя. Во второй раз было немного проще: вновь проживая чужую жизнь, мне удавалось временами, как бы «выныривать» из воспоминаний и напоминать себе кто я есть и зачем это делаю.       Второй носитель оказался любителем моря и всего того, что с ним связано. Все его Формы были заточены на бой в воде и над водой. Его персональным шедевром была Форма небольшого крокодила, способного развивать скорость до 100 км/ч. Он имел длинную и очень узкую морду, а также высокий и подвижный костяной гребень снабженный перепонками, идущий от головы до самого кончика хвоста.       Закончив с этим погружением и вновь разделив воспоминания на Свои и чужие, мне оставалось лишь грязно выругаться: снова не то! Уже как-то обреченно, посмотрев на кажущийся бесконечным поток воспоминаний, я приказал себе взбодриться и не унывать. Дальше последовало еще одно погружение, а следом за ним еще одно… Лишь после начала второго десятка, мне наконец-то улыбнулась удача и я нашёл то, что искал.       Это была память одного из сильнейших носителей Вани-вани и именно после него этот дьявольский Фрукт занесли в ранг Мифических. Чем же он отличался от остальных носителей? Он раскрыл весь потенциал своей силы. Как оказалось, ограничения по количеству Форм на Вани-вани вовсе нет. Его носитель может практически мгновенно изменять не только свой рост и вес, но и буквально на ходу сменить свойства своей чешуи. Например, если бы у моей Формы «Разрушителя» в бою на Сабаоди была чешуя от Формы «Воина», то все «лазерные» атаки лже-Кумы не нанесли бы мне никакого вреда. Или у Формы «Ассасина» была бы чешуя позволяющая мимикрировать по окружающую обстановку. Я и раньше подозревал, что в этом мире большее разнообразие флоры и фауны, но тут были воистину удивительные существа. Крокодил-хамелеон, который мог пропасть из виду даже посреди пустыни, или же крокодил, живущий возле не спящего вулкана и временами плавающий в лаве, или же живущий далеко на севере ТЕПЛОКРОВНЫЙ крокодил, что мог не впадать в спячку во время особо сильных морозов.       Память этого носителя раскрывала передо мной огромные перспективы по использованию сил дьявольского фрукта. И теперь можно быть уверенным в том, что кто бы не напал на моих друзей и семью, то я сумею их защитить. Но пора и в реальный мир возвращаться, а то еще неизвестно сколько же времени ушло на просмотр все этих воспоминаний.       Пожелав покинуть это место, я «провалился» на уровень, где располагается зал Себека. Его морда в этот момент была на редкость забавна: вытаращенные на меня глаза, открытая настежь пасть и выражение полнейшего непонимания ситуации, на морде в целом. — Как ты это сделал?! — это было первым, что смог спросить немного отошедший ящер. — Сделал? Что именно? — изобразил непонимание я. — Как ты сумел проникнуть минуя меня в хранилище памяти? Как ты смог вернуться оттуда не сойдя с ума?! — пояснил Себек. — А это…— как от мухи отмахнулся я, — «Если крысу загнать в угол, то она становится опасней тигра». Так и со мной: ТЫ загнал меня в угол. Поставил на порог гибели и фактически не оставил мне другого пути. Теперь то, что я пережил и осознал в хранилище памяти у тебя не получится отнять, так же, как ты проделал это с моими предыдущими Формами. Так что, прощай Себек. Вряд ли после того, что ты сделал со мной я смогу вновь тебе доверять.— с этими словами, я приготовился выходить из состояния глубокой медитации. — Постой! Да пойми ты! Если бы я не лишил тебя доступа к Формам, то ты так и не смог бы дальше развиваться! — прокричал Себек.— И не смог бы в будущем защитить тех, кто тебе дорог. — Может и так, но то как ты это сделал меня бесит. Ты не указал мне направление поиска сил, никак не помог мне в этом. Ты просто бросил меня посередине пустыни и начал смотреть, сдохну я или нет. Ты никак не ожидал, что я смогу проникнуть в хранилище минуя тебя. Так ответь мне Себек: на что ты рассчитывал лишая меня сил? — спросил я пристально глянув ему в глаза. — Я надеялся, что ты проложишь свой путь и найдёшь СВОЮ, не заемную, силу. Без моих подсказок и без моей помощи.— проговорил мне он, хмуро глядя на меня. — В таком случае, ответь на другой мой вопрос. Если я всего должен достигать сам, то зачем мне ты? — с этими словами, я наконец покинул подсознание и вышел в реальный мир. Разговор с ящерицей-переростком оставил после себя не приятный осадок. «Хотел, как лучше, а получилось, как обычно», — эта фраза пришла мне на ум после него.       Отложив на время разборки с Себеком, я огляделся вокруг. В пустыне царствовала глубокая ночь. Надеюсь, что она первая с тех пор, как я ушел в себя. Встав на ноги и пользуясь приобретенными навыками, сменил Форму на «Воина». «Ну здравствуй, мой родной, давно не виделись», — пронеслась в голове ироничная мысль. Насладившись моментом триумфа, снова сменил Форму на быстроногого крокодила, что может бежать на четырех лапах и способен развивать скорость бега по песку пустыни до 20 км/ч.       Примерно сориентировавшись по звездам (спасибо за науку Нами, а то пришлось бы тут куковать до утра), я продолжил свой путь на запад с новыми силами. Через три часа непрерывного бега, начался рассвет. Подкорректировав по солнцу направление бега и пробежав еще около двух часов, я буквально наткнулся на оазис, на который выскочил преодолев довольно крупный бархан.       В центре оазиса было небольшое озерцо, сокрытое в тени деревьев, в него я и влетел со всего маха, затем быстро погрузился и рухнул брюхом на дно. Кайфффф!!! Только тот, кто никогда не испытывал сильнейшей жажды, не сможет понять меня. Вдоволь понежившись на дне прохладного озерца и напившись впрок, начал выбираться на сушу.       Едва я выбрался из воды, как нос к носу столкнулся с каким-то мужиком. Он явно офигел от такой встречи, так как тут же брякнул: — Не ешь меня! — Да, поесть бы не мешало.— задумавшись о своем, брякнул я. Если учесть, что сказано это было в Форме крокодила, то становится понятна реакция перенервничавшего мужика — он бухнулся в обморок.— Какие хлипкие нынче мужики пошли — уже и в обморок, подобно бабам, падают.— философски изрек я, и перешагнув тело, направился дальше на запад.       Пройдя напрямик, через окружающую озеро растительность, я наткнулся на стоянку того бедуина. На небольшом пяточке в тени деревьев, была разложена палатка, а к ближайшему дереву привязана на длинной веревке лошадь. Проигнорировав испугавшуюся меня живность, протопал к палатке и приняв свой родной облик, принялся копаться в вещах в поисках еды. А что? Этот бедуин сам виноват. Пока он не напомнил мне про еду, я и есть то не хотел. А уж раз напомнил, то изволь накормить!       Потроша сумки нашел мешочек с сухарями и дальнейший обыск проходил уже под смачный хруст. Однако следующая моя находка, заставила меня подавиться только что разгрызенным сухарем. Я наткнулся на свежий выпуск газеты, что доставляют вездесущие птицы. А причиной столь бурной реакции, выраженной в десяти минутной матерной тираде, была первая ее страница, где Дозор сообщал о «радостной» новости. Брат Луффи, Эйс по прозвищу «Огненный кулак» был пойман и теперь находится под стражей в Импел-дауне, где проведет две недели дожидаясь своей казни. Казнь будет проводиться в Марин форде и судя по всему из нее хотят сделать знатное шоу: в газете говорилось о прямой трансляции по видео-ден-ден-муши… не знал, что и такие бывают.       Вот блин! И что мне теперь делать? Ведь, мой капитан наверняка не усидит на месте, а попрется спасать брата. Нет, Эйс конечно же парень не плохой и я двумя руками за его спасение, но ведь и остальные наши за Луффи попрутся. А там Штаб-квартира дозора и этих самых дозорных там до одного места. Писец…полный.       Наплевав на дальнейшие поиски еды, я быстро сменил Форму на крокодила и со всех лап ломанулся в сторону запада. Я успею! Чего бы мне это не стоило, но я обязан успеть.