Виноват. Переиграем?

- А вы… - Себастьян глянул на неё пристальнее, и стало понятно, что вот сейчас Вале лучше ответить честно на любой его вопрос, и она серьезно так напряглась. – Откуда вы? Из какой страны? «Фух!» - Я русская, - с облегчением выдохнула Валя и даже руки развела в стороны с видом «ну, вот как-то так». И увидела, как у Себастьяна изумленно приподнялись аж две брови. И Валя бы многое бы сейчас отдала за фотоаппарат, чтобы это изумление запечатлеть. Кастелланос моргнул, лицо стало привычно хмурым, а взгляд пристальным, но он всё же выдал: – А здесь-то вы как?.. Впрочем, неважно. Пойдемте. Интересно, Вале показалось или он действительно, отвернувшись, произнес: «Это многое объясняет»? Очень хорошо, конечно, что Себ такой непробиваемый и на второй вопрос ей отвечать не придется, но всё же интересно, какими магическими способностями в воображении Кастелланоса обладали представители русской национальности? Превращение человека в медведя с помощью игры на балалайке? Изгнание духов силой ядерного реактора? Способность к левитации при испитии стопарика водки? Что, блин, конкретно объясняла ему её национальность?! Валя уже хотела обидеться на детектива за попытку расизма, но её тормознула мысль о злом гении этого мира и том, что именно Рубену даст информация о её национальности? И не аукнется ли это? Хотя во втором, как раз, можно было и не сомневаться. «Нужно быть поаккуратнее дальше. Хотя здесь старайся не старайся... что Ёджа, что Себ – хрен предскажешь их реакцию. Не говоря уже о Рубене. Чтоб его». Теперь Валя всё время держалась позади детектива, всюду хвостом следуя за ним – алиби как-никак надо было соблюдать. Возвращаясь обратно через комнату, где Валя так эпично уложила невидимого зомбака, она быстренько осмотрелась в поисках той самой простынки, намереваясь забрать её с собой. Но её видно не было. А жаль, полезная вещь, даже несмотря на то, что грязная. Многофункциональная, кстати: хочешь, невидимых зомби проявляй, хочешь, пленника в неё завяжи, хочешь, сам в неё завернись, и никто из этого злобного мира не достанет – ну, если отрешиться от реальности и немного пофантазировать. Очень классно было бы иметь такую возможность. Прям как в детстве с одеялом. Иногда позарез как было нужно. Но пока она размечталась о простыне аки плаще Гарри Поттера, Себастьян ушёл вперёд, и Вале пришлось его догонять. Звонко пикнул датчик, распознавший карточку, и дверь со скрипом отворилась. Сейчас по сюжету должен был появиться Рувик, и он, конечно же, не заставил себя ждать. Валя думала, что тыщу раз приготовилась к этому моменту – да и столько раз в игре это видела! – но всё равно дёрнулась и схватилась за револьвер: - Твою ж!.. дивизию… – нервно выдохнула она. Себастьян отреагировал на это так же невозмутимо как и в игре, только глянул в сторону Валентины, видимо, удостоверяясь, что она на месте и у неё нет сердечного приступа. А потом спокойно шагнул в сторону Рубена, который, заценив произведённый эффект, эпично исчез, сделав шаг в сторону единственной видимой двери в этом коридоре. И в ту же секунду дверь у них c Cебастьяном за спиной захлопнулась. Путь назад был отрезан. Валя резко обернулась. Что-то не помнила она, чтобы в игре та дверь закрывалась. Оно, в общем-то, и не важно, с той стороны двери выхода всё равно нет, но сейчас даже такая мелочь заметно напрягала, учитывая обстановку. Её вообще теперь напрягало любое отступление от сюжета игры. И чем дальше – тем сильнее. Теперь Каплюхи ей не нравились ещё сильнее, чем когда она раз за разом проходила игру, а детективы вызывали ещё большее сочувствие. «Ну, положим, не все детективы», напомнила она себе и повернулась к Себастьяну. И застыла. Он пропал. Их всё-таки разлучили. Как-то слишком быстро, мелькнула подозрительная мысль. Как бы не действовал на нервы и не раздражал её упрямый и своенравный детектив, без него было гораздо хуже. Валя коротко вздохнула и перевела взгляд на дверь. Её саму никуда не перенесло: всё тот же коридор, та же дверь. Всё так же надо двигаться вперёд. «И?! Это все, Рубен?.. Ну просто слов нет...» – настроение и упало ниже нуля, но Валя сдержалась и не произнесла это вслух. Хотя по её лицу, наверное, и так все мысли прочитать было можно. Рубен может радоваться. «А вот фигушки ему!» Решив, что раз уж её не вышвырнуло из этого коридора, то нужно здраво распорядится предоставленным ей временем и пространством, и она вернулась к шкафчику за углом. Патронов, к вящей печали, там опять и снова не оказалось («ладно, Рувик, я тебе это ещё припомню...»), зато она вспомнила, что недавно ей очень хотелось проверить коробки в этих самых шкафчиках. При Себастьяне это проделывать было бы подозрительно, а сейчас представилась возможность. И Валя, с надеждой на лучшее и верой в чудеса, принялась за дело. В целом улов действительно был большой. Только Валю он абсолютно не обрадовал. В одной коробке оказалось слабительное («Спасибо. Очень вовремя»), в другой – успокоительное («Рубен, оставил бы себе, чесслово, тебе нужнее»), в третьей уж совсем что-то неинтересное, вроде маленькой резиновой детской клизмы («Это что, намек?! Иди в жопу!!! Ой...»). Но даже так бодрости духа Валентина не утратила. Даже если в этих коробках не было ничего полезного, в них же всё равно что-то было! Значит, есть шанс, что в следующих попадутся лекарства или что-то полезное! В таком приподнятом настроении, без лута, но с надеждой на будущее, она вернулась к тому месту, где исчез Себастьян, и вошла в гостеприимно приоткрытую дверь. И застыла – на полу валялся зомбак. Кажется, мертвый. Кажется, она где-то такого уже видела... Додумать она опять не успела, дверь сзади в ту же секунду с грохотом захлопнулась. «Да что ж ты, сволочь такая, пугаешь-то постоянно!» – хотела было выдохнуть Валентина, ожидаемо разозлившись после испуга, но зависла. Что-то было не так с этой комнатой. Спустя пару секунд она осознала, что оказалась там, откуда и началось её развесёленькое путешествие-испытание: в комнате с серыми бетонными стенами без окон, двумя дверьми друг напротив друга и красной тумбочкой. Теперь, правда, без спичек. И кровати на этот раз не было, а зомбак валялся на полу. Он, собственно, и заставил Валю зависнуть при входе. Ощущая себя в роли знатока клуба «Что? Где? Когда?» (потому что, ёлки, задолбал ты, Рубен, своими загадками!) Валя, не теряя доли отрешённой задумчивости, аккуратно подожгла зомби, и, отойдя к стене, присела наблюдать за костерком и принялась думать. Мучили два вопроса. Первый: если она из того коридора попала сюда, то, может, Себастьян продолжил свой привычный маршрут? Второй: зачем же Рубену могла понадобиться кровать?.. Вопросы, естественно, были левые и без варианта на ответ, то есть риторическими. Ну, разве что второй был задан самой себе чтобы похихикать, а не поплакать над безвыходностью ситуации в целом. Рубен – гад. И с этим просто ничего не поделать. Валя поднялась на ноги и критическим взглядом осмотрела помещение. Две двери. Зомбак. Красная тумбочка. «Ну, как в игре Найди десять отличий, блин». Ни на что особо не надеясь, Валентина заглянула в тумбочку. Внутри лежала поясная сумка. Небольшая, всего с двумя отделениями, но приобретение было ценным! Два отделения, но ей больше и не надо: одно под спички, другое – под патроны. Если, конечно, те попадутся. Без колебаний взяв сумку, Валя застегнула её на поясе и переложила в неё спички из карманов. Что ж, это приятный сюрприз, но дольше здесь задерживаться глупо. Снова нужно выбрать дальнейший путь. Валентина скосила задумчивый взгляд на одну дверь, перевела его на вторую. Когда она оказалась здесь впервые, желания входить ни в одну у неё не было. А после того, куда привела её одна из них, оно ушло в такой минус, что хотелось тупо отсидеться здесь до того момента, как какое-либо чудо не вернёт её обратно домой. Но сие, насколько она убедилась, было из разряда «очевидного-невероятного», а потому двигаться дальше, как ни крути, всё равно было нужно. Потому Валя решила, что лучшим способом беспристрастно выбрать дверь будет считалочка. Какая-нибудь совсем простая и короткая. - Эники-беники ели вареники, Эники-беники – клац! – указующий перст судьбы упёрся в левую дверь. – Окей! – Валя выдохнула и безразлично пожала плечами – да опять и снова без разницы, в какую жо… кхм… она попадёт. Но лучше бы поближе к детективам. Или хоть к кому-нибудь одному из них. Первым вспомнился почему-то Джозеф – как он там после падения? Куда занесло и что сейчас с ним? Ну а в том, что с Себасом всё и так хорошо, она была уверена. Но даже к нему в компанию попасть была не против, в одиночку здесь как-то уж совсем… В общем, направилась она к правой двери. Исходя из женской логики. И вредности. Чтоб неповадно кое-кому было пытаться её просчитать. «Надеюсь, до такой отвратной шутки как бросить меня в компанию к Кидман, ты не додумаешься, Рубен? Ты ведь не любитель женских боев, нет?..» Дверь тихо скрипнула, открываясь, и Валентина шагнула в комнату, почти до потолка покрытую кафелем. У противоположной стены стоял стеллаж, рядом с ним ржавая дверь с окошком, на правой стене раковина, а рядом с Валей нечто, похожее на стиральную машинку. В комнате было что-то еще, типа компьютерного стола и нескольких медицинских стеллажей, но Валя толком ничего не разглядела. Потому что в центре комнаты стояла большая ванная, от которой к прибору рядом с Валей, как змеи, тянулись спутанные провода. В ванне кто-то лежал. И этот кто-то был явно не зомби. Валя, ещё не до конца доверяя своим глазам и ожидая любой подставы осторожно приблизилась и взглянула на лежащего человека. – Джозеф!