Обретённый вновь

- Шехзаде прибыл, госпожа, - испуганный, бесцветный голос служанки вмиг разрушил звенящую тишину покоев. - Что ты такое говоришь? - недоуменно спросила красавица-черкешенка, обернувшись к рабыне. - Мой Мустафа здесь, со мной, в другой комнате. - Я не об этом, султанша. Шехзаде Мехмед Хазрет Лери во дворце. - Что?! Тремя годами ранее. Ночная тьма густым покрывалом опустилась на дворец Топкапы, принеся с собой тысячи тысяч снов. Погасли свечи в покоях Валиде Султан, затихли голоса девушек в гареме, отправились на отдых аги и калфы. Лишь одна женщина не знала покоя в эту ночь. Она сидела, поджав под себя ноги, смотрела в одну точку, и её глаза метали молнии ненависти. - Махидевран Султан, госпожа... Вы устали, Вам нужно отдохнуть... - Какой тут отдых, Гюльшах! Змея Хюррем вот-вот родит! Проклятая русская ведьма! Её не берёт даже сильнейший яд, что я дала тебе! И её плод в порядке... А если это мальчик? Мне конец, Гюльшах! Повелитель так её любит и отвернулся от меня за то отравление, но хотя бы положение я не должна потерять! Эта Хатун будет разгуливать здесь, словно хозяйка, только через мой труп! - Аллах услышит Ваши молитвы, Султанша, она родит девчонку! - Моих молитв давно никто не слышит... Гюльшах... Ты всё для меня сделаешь? - Я умру за Вас, госпожа, только прикажите! - Найди маленькую девочку. Я подкуплю повитуху, и она подменит ребёнка. - А что будет с мальчиком? - Я найду хорошую семью. Они будут молчать до самой смерти. ***** Крик роженицы от края до края заполнил пространство огромного дворца, переполошив всех вокруг. Служанки бегали туда-сюда, нося воду, суетясь и производя ещё больше шума, едва не заглушившего громкие наставления повитухи будущей матери. Все, кто был вне этой суеты, застыли в томительном ожидании. Гюльшах Хатун осторожно прокралась в покои госпожи со свёртком в руках и испуганно залепетала: - Госпожа... Сегодня при родах умерла лишь одна нищая... И у неё мальчик. - Мальчик?! И что я должна с ним делать?! - Махидевран в бешенстве едва не накинулась на служанку. - Госпожа, моей вины тут нет, - заплакала рабыня. - Нет вины? Я просила тебя достать девчонку, а ты что сделала?! Дай ему вот эти капли. - Зачем, госпожа?! - Если нет девочки, у Хюррем будет мальчик. Мертворождённый мальчик. ***** Нежные, ласковые лучики солнца проникли в покои и затеяли весёлую игру на огненно-рыжих волосах молодой девушки, лежащей на роскошной кровати в золотых покоях султана Семи Вселенных. Её глаза были пусты, лицо бледно, а тело слабело с каждым днём. Изредка по впалой щеке пробегала слеза, но девушка не замечала этого, сгорая внутри тысячи тысяч раз, снова и снова возвращаясь к роковым минутам, забравшим её душу, улетевшую вслед за другой, маленькой, но самой дорогой на свете... Падишах неслышно прошёл по комнате и присел рядом с рыжеволосой. В его полном любви взгляде, обращённом на неё, пульсировала отчаянная боль, которую он страрался не выдавать ни словом, ни жестом. Он осторожно взял её худенькую руку в свою и, проглотив горький ком в горле, произнёс негромко, с мольбой: - Моя Хюррем, мой свет! Прошло уже пять дней... Я прошу тебя, пожалуйста, поешь хоть немного... Выпей хоть несколько глотков воды... Я не хочу потерять и тебя тоже... Она медленно обернулась к нему, и её лицо исказилось судорогой отчаяния. - Почему, Сулейман, почему? Почему моя жизнь соткана сплошь из потерь? Родная земля, дом, беззаботность, мама, папа, дедушка, брат, сестра... А теперь и мой малыш... Мой Мехмед... Когда прекратится это безумие, где его границы? Он же ещё такой крошка... Он не сможет там без меня один... Не сможет... Я должна идти к нему... Несчастная заплакала и упала на подушки. Султан посмотрел на неё и закричал громко, болезненно, отчаянно: - Хюррем! Не надо, Хюррем! Стража! Главного лекаря сюда, немедленно! ***** Рыжеволосая женщина в изумрудно-зелёном платье сидела в своих покоях и нежно напевала колыбельную спящему на руках ребёнку. В покои неслышно прошла новая служанка, Эсма, и полушёпотом произнесла: - Госпожа, Салиха Хатун пришла. - Салиха Хатун? Кто это и что ей нужно? - Она говорит, что скажет это только Вам лично. - Вы её обыскали? - Конечно, госпожа. - Впусти. В покои вошла женщина неопределённого возраста, тщательно скрывающая своё лицо под капюшоном. - Приветствую Вас, Хюррем Султан, - сказала она прежде, чем рыжеволосая успела сказать хоть слово и поклонилась. - Султан... - женщина горько усмехнулась. - Ты ошиблась. Мне не положен этот титул. - У Вас чудесная девочка, госпожа, да благословит Аллах Михримах Султан. Но я не ошиблась, - твёрдо сказала женщина и сбросила капюшон. Хюррем невольно отпрянула назад и зажала рот рукой, чтобы не разбудить малышку рвущимся наружу криком ужаса: всё лицо женщины было изъедено уродливыми ранами и шрамами. - Мне знакомо твоё лицо. Кто сделал это с тобой? - Три года назад, госпожа, Вы родили своего первенца, мальчика. Вам сказали, что он умер, запутался в пуповине. Едва ли Вы пережили это горе. Вы смотрите на трёхмесячную дочь, и я читаю в Ваших глазах тоску и боль о том первом ребёнке, которого почему-то нет с Вами и... - Хватит! Замолчи, ни слова больше! - в отчаянии крикнула Хюррем. - Не заставляй меня переживать это снова! - Простите, госпожа. Те роды у Вас принимала я. Это был чудный мальчик, крепкий и здоровый, подаривший этому миру улыбку, едва появившись на свет. Но Гюльшах Хатун запугала меня и велела заменить ребёнка на мёртвого. Потом мне пожаловали много денег, поместье вдали от столицы и отправили отсюда прочь. Я поклялась молчать, но Махидевран Султан посчитала, что сглупила, оставив меня в живых, и со мной сотворили вот это. Избили и бросили в овраг, думая, что я мертва. Но я выжила и пришла сюда. Я не могу больше жить с этим. Потрясённая услышанным, Хюррем подошла к повитухе очень близко и медленно произнесла: - Сын. Где мой сын?! Ты знаешь, что будет с тобой, если ты врёшь? - Знаю, госпожа. Но я знаю также и секрет этого ребёнка. Я училась повивальному мастерству у Рухсар Хатун, когда-то принимавшей самого Государя. Она рассказывала, что у него было несколько родимых пятен на ножке в виде гранатовых зёрен... У Вашего малыша - такие же. И, если Вы прикажете, я повторю всё это перед султаном. ***** - И давно ли привезли шехзаде, Гюльшах? - Несколько минут, госпожа... Салиха всё рассказала, - лепетала служанка, выглядывая за дверь. - Госпожа, сюда идёт Повелитель! Он в таком гневе... Госпожа, Вам лучше уйти! Махидевран в ответ лишь горько усмехнулась. - Бежать бесполезно, Гюльшах. Мне не скрыться от смерти. Будь предана Мустафе так же, как была верна мне. - Но, госпожа... - Не спорь. Это - моя расплата.