Good or bad girl?

      Они о чем-то говорили, а я только иногда смотрела в сторону Хеммингса и не понимала, как и когда он стал таким ублюдком. Он ведь был одним из самых лучших парней в этом городе, а потом его будто переклинило. Было бы не честно не сказать, что я была влюблена в него до того, как он стал таким козлом, как сейчас. Он был моим первым большим чувством. И об этом никто не знал, до этого дня.       — Джен, ты вообще с нами? — послышался его приторный голос.       — Простите меня, но должна уйти, мама, наверное, уже волнуется, что я все еще не дома.       Это было вранье только от части, я тогда не думала о матери вовсе, а зря. Она и правда за меня переживала, у нее были свои причины для ненависти к отцу. Она пыталась меня поддержать сейчас, а я только отталкивала всех. Я эгоистична, уж так получилось. Такой уж я родилась.       — Я тебя проведу, если ты не против? — я не сразу поняла, что мне не послышалось.       — Я на машине, так что не надо. — во-первых со мной говорил Люк, а от него добра не жди, а во-вторых я и правда была на машине.       Я мило всем улыбнулась, взяла сумку, которая все это время почему-то лежала у Люка на коленях, парень пропустил меня, но на место не сел, а даже на оборот. Он пошел за мной к машине, на которой я сюда приехала. Люк Хеммингс — это тот тип парней, которые не привыкли к отказам девушек.Ему все и вся готовы были сказать да, но я не входила в круг таких его знакомых. Я его ненавидела всей своей натурой. Всей ненавистью, что была мне дана. Я считала, что хуже него людей не бывает и сейчас я хотела его уничтожить, еще и за то высказывание на похоронах моего отца.       — Джен, стой, дай мне шанс извиниться. — эту фразу редко можно было услышать из уст великого Хеммингса.       — Люк, отвяжись! — мой голос был резок, так и надо. — Тебе семь лет не нужно было мое прощение, а теперь вдруг понадобилось? С чего бы это?       — Потому что я перешел границу, тогда на похоронах. — ему было жаль, а мне было плевать. — Я не должен был говорить того, что сказал. Я знаю, как ты любила отца.       — О, Боги, великий Люк Роберт Хеммингс, просит у меня прощения, только вот уже поздно! — почему-то меня его извинения привило в бешенство, может это потому что я привыкла, что ему на все плевать? А может просто я не хотела их слушать? — Я была готова простить все что угодно, но не была готова простить те твои слова! Никогда не буду готова, проваливай из моей жизни, раз уж так ты решил семь лет назад, то сейчас этого хочу я! Нам не суждено, снова быть друзьями! Ты мой худший кошмар!       Я кричала, а потом просто подошла к своей машине, но стоило мне открыть дверцу, как он схватил меня за руку. Его рука была такой теплой, такой нежной. Такой…знакомой. Я знала, что это всего лишь его очередная игра, но я почему-то хотела сейчас ему все простить. Еще минуту назад, я кричала, что ненавижу его, а теперь готова ради него на все. Почему этот парень может изменить мое решение в мгновение ока? Почему он так близко?       — Я уйду, но сначала…— он не договорил, а просто прикоснулся к моим губам.       Что произошло со мной в тот момент, я объяснить не могу. Да и вряд ли есть нормальное объяснение, просто в тот момент я опешила. Я забыла, что рядом Люк, которого я ненавидела. Мне казалось, что это совершенно другой Хеммингс, которому можно верить. Я почему-то подумала, что это тот Люк из детства, который был способен защитить меня. Но потом я вспомнила, что того мальчишки давно уже нет. В его глазах уже давно нет того тепла, которой был тогда семь лет назад. И наконец-то мой мозг заработал и я смогла оттолкнуть его, он ехидно улыбнулся, а потом произнес:       — Ты, что-то чувствуешь ко мне? — это был вопрос и я знала ответ.       — Да, ненависть! — это было, как ножом по сердцу.       В тот момент мне показалось, что я вру сама себе. Ненавидела ли я Люка в тот момент, когда он меня поцеловал? Нет. Кажется, нет. Ненавидела ли я его теперь сидя в машине? Наверное, да. Я путалась сама в себе. Я не могла понять, что происходит с Хеммингсом. Мы вроде должны друг друга ненавидеть, но он меня почему-то целует. Это чувство, что появилось в тот момент, когда его губы меня коснулись, было таким знакомым. Это было чувство свободы. Но почему именно свободы, ведь он моя клетка. Мы не должны общаться больше, никогда. Эффи пусть встречается с Эштоном, но я не буду появляться в их компании. Я должна отгородить от себя любые встречи с Люком. Остановив машину у дома моей матери, я так и не могу назвать его моим домом. Наверное, так будет всегда. На улице начался дождь, а в окне моей спальни горел свет. Она сидела в моей комнате, я уверенна. Она смотрела мои с отцом фотографии и наверное плакала. Пусть они и плохо закончили, но у них всегда будут чувства. Она всегда будет его любить, пусть и не так, как Джона.       Я решила не загонять машину в гараж, это все-равно сделают до утра. Сейчас мне просто хотелось очутиться в ее объятиях. Странно, но теперь, когда отца рядом не было я понимала, что мать ни в чем не виновата. Она терпела пять лет, а потом просто сломалась. Она встретила, человека, которого полюбила больше отца. Это не ее вина, это ее счастье. Я была слепа не замечая этого столько лет. Но, ведь я уже говорила, что я эгоистична. В доме царила тишина и только из моей комнаты слышался голос отца, мама смотрела видео снятые не так давно. Я прислонилась к двери и смотрела его с ней, через плече. Я чему-то смеялась, а отец что-то говорил. Я уже и не помнила тот день, но почему-то мне было так приятно от мысли, что она по нему тоже скучает.       — Мам, он нас любил, просто в разных степенях. — я обняла ее за плечи и поцеловала в щеку.       — Да, наш ангел. — она выключила запись и повернулась ко мне. — Где ты была так долго?       — Мы с Эффи ходили в кафе. — я не врала, просто говорила не все.       — Как в школе? — я лишь покачала головой давая понять, что это плохая тема. — Ты, наверное, устала.       Я кивнула и она, поцеловав меня в лоб, покинула мою спальню. Я приняла ванную и легла по удобнее в кровать. В голове все еще кружились мысли о губах Люка на моих. Мысли о том, что же мне теперь делать дальше? Что теперь будет в школе? Я буде их избегать? Или я просто буду собой? Покажу ли я ему, что мне плевать на это? А плевать ли мне? Он заполонил собой все мои мысли, я забыла обо всем, но вдруг мой телефон подал сигнал о новом СМС-сообщение.

Ангел, почему не отвечаешь? P.S. Я что-то сделал (а) не так?

      Мое любопытство взяло верх надо мной, тем более мне сейчас стоило отвлечься от мыслей о Люке, я решила ответить:

Дорогой аноним, я не твой ангел. И как, мне тебя называть? Я не могу отвечать человеку, которого не знаю. P.S. Все что ты натворил, это не представился.

      Отправив я отключила телефон и укрывшись с головой уснула.       Я стояла на парковке, мимо проезжали машины, а я не пыталась сойти с дороги и пропустить их. Я смотрела, как одна за другой они проносятся все ближе и ближе ко мне, пока одна из них не задела подол моего платья. Я почему-то была в длинном пышном платье, цвета неба, у меня такого в гардеробе не было, я уверенна. Но я все равно даже не шелохнулась, а потом все машины остановились и на другой стороне парковки показалась фигура. Это был кто-то очень высокий, весь одетый в черное. Его лица видно не было из-за капюшона, который был на нем, а голос был чем-то искажен, поэтому когда он заговорил я не могла его узнать:       — Как ты можешь так поступать? — я не понимала о чем этот человек. — Как ты так можешь? Сойди с дороги, они ведь тебя собьют, если ты там останешься! Джейн, я прошу тебя, сойди с этой дороги!       Но мне было интереснее, кто прячется под капюшоном и поэтому я сделала несколько шагов к этому человеку и сдернула его.       Мне так и не удалось узнать, кто там прятался, ведь я проснулась. Меня будто что-то разбудило, ведь еще было темно. Уснуть я больше не смогла, хотя и очень старалась. Я хотела узнать, кто же прятался под капюшоном.