Вариант

      Я могу прийти домой. Скинуть кроссовки и пройти мимо зеркала, взглянув в него, чтобы удостовериться, что глаза покраснели и опухли. Входе короткого диалога отказаться от ужина. Закрыть дверь в свою комнату и забросить рюкзак под стол. Могу, не делая уроки, влезть в измятую и выцвевшую пижаму и забраться в кровать. Укрыться с головой одеялом и уткнуться носом в подушку. Тяжело вдохнуть, набирая воздух в легкие, вгрызться в подушку и разрыдаться. Разрыдаться от собственного бессилия. От осознания стольких прошедших впустую лет. От того, что завтра я тебя уже не увижу. И послезавтра тоже. Никогда больше. Могу вспомнить те объятия в день рождения. На мгновение улыбнуться теплу, а затем снова заплакать. Да и так и уснуть в слезах.       Я могу найти заброшенное всеми здание. Забраться на самый верхний этаж. Сесть на край алюминиевой балки и свесить ноги. Могу распустить волосы в знак горя. Я ведь всегда так делаю, когда мне плохо. Будто закрываясь ими ото всех, желая побыть в одиночестве. Могу включить любимые песни и подпевать, а во время любимых аккордов прижимать руки к грудной клетке, чувствуя, как ее ломает изнутри от воспоминаний. Отключить телефон и дождаться заката. Смотреть на эти алеющие полосы на небе, плавно перетекающие в оранжевые сливки и лимонные вспышки. Наблюдать за людьми. Счастливыми, спешащими куда-то. Их силуэты раскрашиваются в тон заката. Могу сидеть до тех пор, пока все вокруг не покроется липким мраком. Затем встать и пройтись по краю. Страшно? Еще бы. Снова поднять голову вверх и убедиться, что звезд не видно, а путь до дома освещают только бледный диск луны и желтые мигающие уличные фонари. Спуститься и пройти к тротуару, а после идти, засунув руки в карманы, уткнувшись взглядом в асфальт.       Могу зайти в магазин и купить бутылку кефира. Прийти домой и порадоваться, что никого еще нет. Взять чистый стакан, а потом вернуть на место. Открыть крышку и хлебнуть из горлышка. Немного подумать, а после крикнуть: «Ну и пусть! Не один он в этом мире!». Сесть на диван. Отпить еще. А затем осознать, что нет. Он один такой. Что ни с кем у тебя нет стольких воспоминаний. Что никто больше не знает, как ты боишься щекотки. Что никому не интересно, как прошел твой день. Что больше не будет этих виноватых улыбок, этого волнения. Этих откровенных разговоров и тихих фраз: «Вроде тебя», «Как ты», С тобой». Ничего этого не будет больше. Маленькие картинки прошлого останутся жить глубоко внутри, со временем потухая и рассыпаясь. Могу допить, наконец, этот кефир. Собрать все вещи, что напоминают о тебе в коробку и убрать повыше в шкаф. Лечь на полу полу пустой комнаты и смотреть в потолок, вспоминая все, что было с нами.       Могу поссориться с тобой.       Могу смириться.       Я вообще много чего могу.       А могу просто прийти в школу. Дрожа от страха и волнения долго обдумывать: «А стоит ли?». Запустить руку в волосы и безумным взглядом смотреть на толпу учеников, выискивая. Повернуться к сумке и достать телефон, чтобы постоянно проверять время. Беситься, что минуты тянутся так долго. Что никого нет рядом для поддержки. Что тебя нет. А потом резко обернуться и заметить в коридоре твой силуэт. Могу, задыхаясь от переполняющих меня чувств стоять и колебаться. «А если что-то пойдет не так? Если он не поймет?» Если… Если… Если…лучше попробовать и узнать! Пусть я все разрушу и годы дружбы разрушатся одним душевным порывом. Все равно. Я могу подойти к тебе, игнорируя всех встречных. Еще подумать… А! Прочь мысли! Я обниму тебя. Ты удивишься. Очень. Замрешь, пытаясь разобрать мою речь среди этого школьного шума. А я буду говорить, как сильно стану скучать. Как мне будет не хватать тебя. Что мне нравится смотреть, как ты мнешь пальцы, когда волнуешься. Слышать, как ты смеешься. С улыбкой смотреть на тебя в наушниках, потому что ты иногда подтанцовываешь песням. Что мне нравятся смотреть в твои зеленые глаза и даже мне неизвестно, из-за каких тараканов я спорила с тобой, что они голубые. Буду говорить, а слезы грусти и боли скатятся по щекам. Ты обнимешь и прошепчешь тихое: «Не плачь».       Прозвенит звонок. Мы опоздали. Мы везде опоздали.