Сид и Нэнси

Прошло несколько часов после звонка Нил. Президент нашёл в полицейской базе данных всех четырёх парней и одного мужчину, имена которых дала ему девушка. Он прочитал их дело и теперь колебался: оставить всё, как есть, или же объявить этим пятерым амнистию? С одной стороны, он дал слово выполнить любую просьбу спасителей его сестры. А с другой, он президент и не может освобождать от наказания каждого встречного. В тоже время, как президент, он должен уметь держать слово. Но эти парни распространяли запрещённую музыку, а мужчина скрывал их… По закону их всех должны расстрелять. — Мистер Президент, у вас через десять минут встреча с телевизионщиками, — напомнил вошедший секретарь. — Отмени, — бросил Нэш. — У меня появились другие дела. Джоб набрал номер своего водителя. Он не может решать судьбу людей, даже не видя их в лицо. Сначала их должны будут перевезти в тюрьму, которая находилась на небольшом острове в море, и на следующий день расстрелять. У него есть где-то день. Через восемь часов он был уже в портовом городке, в котором можно было сесть на паром до острова. «Сорвался к чёрту на куличики, отменил несколько встреч, — думал мужчина, стоя на палубе. Солёный ветер был холодным, но довольно приятным. Вдалеке чернел остров. — Всё это ради детишек!» — Никудышный из меня президент, да? — обратился он к своему охраннику, который стоял рядом. Тот лишь равнодушно пожал плечами — не его забота.       *Около пяти часов назад* На рассвете на территорию тюремного острова опустился небольшой частный самолёт. Из него вывели новых заключённых, скованных наручниками по рукам и ногам. Их было около десяти человек — все мужчины. На фоне крупных мужчин парни казались букашками. Всех построили и повели внутрь. Там им выдадут тюремную одежду и другие необходимые вещи, а потом разведут по камерам. Парней отвели в камеру, где находились такие же смертники и те, кого приговорили на пожизненный срок. Хотя их было всего несколько человек. — Повезло вам парни, — усмехнулся один из приговорённых, когда тюремщики ушли. — Сегодня вас не поведут с стене. Есть несколько лишних часов. — Перед смертью всё равно не надышишься, так? — усмехнулся Ник и сел на старую кровать. Та громко скрипнула. Остальные тоже не тали стоять столбом и заняли свободные койки. — Вас за что сюда, мальцы? — спросил другой заключённый. Это был смуглый худой старик с седыми, почти белыми волосами, которые были всклочены и торчали во все стороны, и густой бородой. На нём были тюремные серые штаны, майка и куртка, завязанная на поясе. — Вон, какие молодые! — Нас легавые повязали, — ответил Брайан. Он вёл себя спокойно и непринуждённо, будто уже был в подобной ситуации. Сид с неким восхищением посмотрел на этого мужчину, ведь у самого коленки дрожали от страха. Он вспомнил то ограбление. Позор ему! Его девушка храбрее него… Интересно, как там Нил? Парень надеялся, что ей удалось сбежать и она сейчас в безопасности. Главное, чтобы она не наделала глупостей… Из мыслей его вырвал громкий смех. Смеялся старик. — Ну вы и идиоты! — только и смог выдавить он, хватаясь за живот. — И то правда, — кивнул первый. Это был мужчина 45 лет с азиатской внешностью и длинными волосами, собранными в хвост. — Никогда бы не подумал, что такие ещё бывают! — Мы хотя бы пытаемся как-то изменить людей! — сказал Дэв. — Парень, оглянись, — старик перестал смеяться и сел по-турецки. — Нас посадили за то, что мы слушали другую музыку! Этих людей уже ничто не изменит. Ни мир, ни людей уже не изменить, все они давно прогнили. — Если так говорить, то, конечно, ничего не изменится, — грубо сказал Ник. — Не забывайся, сосунок, — азиат схватил его за куртку и рывком поставил на ноги. Их взгляды встретились и начали испепелять друг друга. — Вы здесь новички и не знаете наших порядков, поэтому не пытайтесь казаться важнее, чем есть, уяснил? — Ник, не наживай врагов в первый же день, — Стив решил вмешаться, пока не стало ещё хуже. Он положил руку на плечо друга и посмотрел на мужчину. — Как вы уже сказали, мы здесь новички. Пожалуйста, расскажите всё, что нужно. Стив говорил спокойным и вежливым тоном, но рука сильно сжимала плечо друга, показывая, что он тоже раздражён. Ник скосил на него глаза и убрал свою руку с груди нового сокамерника. Тот тоже успокоился и забрался на свою кровать. Только старик собрался рассказать местные порядки, как по коридору разнёсся сигнал. Всех вывели на улицу. Площадка была окружена бетонными стенами тюрьмы, по её периметру было ограждение в виде металлической сетки, которая образовывала тоннель. Здесь была небольшая спортивная площадка, на которой уже играли в баскетбол, и несколько деревянных столов с прилегающими к ним скамейками. Другие заключённые заходили через соседние ворота. Парни заняли крайний столик, старик сел с ними и начал рассказывать про отдельные группы, которые медленно увеличивались с приходом заключённых. — Те, что играют в карты, — говорил старик, кивая на другой стол, за которым сидело шесть крупных мужчин. — Неплохие парни, несмотря на их вид. Сидят за грабежи и беспорядки. — Те, что курят у забора, — кивок на десяток мужчин разных комплекций. Они о чём-то переговаривались. — С ними лучше не связываться. Поговаривают, сидят за убийства. — С теми, — старик указал на столик за ним и понизил голос до шёпота. — Лучше тоже не связываться. Это члены разных группировок вроде мафии. Там сидели пятеро мужчин не крупных, но и не хиляков. Под серыми куртками можно было заметить накаченные тела. У большинства лица были покрыты шрамами, а глаза были холодными, будто сделанные изо льда. — Остальные редко объединяются в группы или вообще разговаривают с кем-то. — Главное, никому не показывайте своих слабостей, — добавил азиат, которого звали Ван. — И не грубите. За это многие здесь «наказывают». Он красноречиво посмотрел на Ника. Тот хмыкнул и перевёл взгляд на спортивную площадку. — А вы многих здесь знаете, Фил, — сказал Стив старику. — Ещё бы, — гордо кивнул тот, скрестив руки на груди. — Я отбываю пожизненное уже около двадцати лет. Многое знаю, так что спрашивайте, что хотите.       *Вернёмся к президенту.* Корабль доплыл до острова за несколько часов. Все, кто приехал навестить родных и знакомых, прошли к главному входу, чтобы получить пропуск. Нэш прошёл следом, ловя на себе удивлённые взгляды. — К какому заключённому приехали? — спросил охранник. Он посмотрел на мужчину равнодушными глазами и приготовился записывать. — Я к нескольким… — Можно только к одному за раз, — грубо перебил охранник. — Я звонил начальнику перед приездом, — сказал президент. — Он должен быть в курсе. — Хорошо, — мужчина позвонил наверх, уточнил сказанное и снова повернулся к Нэшу. — Вот ваш пропуск, господин президент. Джоб принял карточку и прицепил её на пиджак. Его проводили в кабинет начальника. Тот сидел в большом кожаном кресле с бокалом коньяка и сигарой. В кабинете было накурено. — Господин президент, — воскликнул он, поднимаясь со своего седалища. Кресло жалобно скрипнуло под тушей. — Не часто вас увидишь в нашем учреждении. — Простите, что так внезапно, — сказал тот. — Я бы хотел увидеть несколько заключённых. — Конечно, мы можем пройти к их камерам, но разговаривать вам придётся только с одним, — быстро заговорил начальник. Он поставил стакан и отложил сигару. — Таковы уж правила. — Хорошо. — С кем вы хотели бы встретиться? — Нэш назвал имена парней. Начальник быстро узнал номер их камеры. — Пройдёмте. Они вышли из кабинета в сопровождении охранника президента и одного тюремщика. Спустились с третьего этажа, прошли в основное здание тюрьмы, где были заключены преступники. Серые коридоры с бетонными стенами различались только отметками на стенах, иногда разрывались железными дверьми, за которыми находились заключённые. Начальник вывел гостя в очередной коридор, проведя через очередную решётку с охранником. Они пошли по просторному коридору, с одной стороны которого тянулись толстые двери, а с другой — голый бетон. — Камера В/3, — объявил начальник тюрьмы. Он сделал знак, чтобы охранники открыли её. Те открыли небольшое окошко и крикнули, чтобы все построились. Потом только открыли дверь. Внутри было тесно, двухъярусные кровати стояли так близко друг к другу, что между ними остались мизерные проходы. Под самым потолком было маленькое окно, заколоченное решёткой. Под ним стоял небольшой старый стол, на котором валялись несколько ручек и кроссвордов. Заключённые стояли перед кроватями в одну линию: старик, два мужика под 40 и четыре молодых парня. Последние переглянулись, заметив президента. Начальник и Нэш вошли в сопровождении своей охраны. — Новички останьтесь, — приказал начальник, махнув старику и азиату, чтобы исчезли. Те быстро скрылись на кроватях и наблюдали оттуда. — Я пришёл по просьбе одной знакомой, — начал президент. — Кто у вас тут за главного? — У нас нет главного, — сказал Стив. — Но Сид считается негласным. — Сид Оуэн, да? Мне нужно переговорить с тобой. — В наручники его, — скомандовал начальник, и охранник толкнул парня к стене, чтобы надеть браслеты. — Ты чего творишь, Стив? — спросил Дэв, когда дверь за гостями захлопнулась. — Ясно, как день, Нил ему звонила, — ответил тот, щёлкнув друга в лоб. — Возможно, он знает, что с ней. — Получается, у нас есть шанс выбраться сухими, — понял Ник. — Я уже и забыл про тот долг… — Объясните непосвящённым, — напомнил о себе Брайан. Старик и Ван спустились вниз в ожидании подробностей. Стив кратко рассказал про обещание президента и свои предположения на этот счёт. — Если ты такой мозговитый, почему сам не пошёл с президентом-то договариваться? — спросил старик, потирая бороду. Парни одновременно ухмыльнулись. — Если он не узнает про Нил, точно начнёт капать на мозги, — ответил за друга Дэв. — Так у него есть пассия, — лицо старика исказилось похотью. — Очень и очень интересно… И какая она? Симпатичная? Фигуристая? — Старик, угомони свою фантазию. Она тебе не по зубам. Тем временем Сида уже привели в комнату для свиданий. Он был пристёгнут к столу наручниками с длинной цепью и посажен на стул. Напротив сел Нэш, за ним стоял его охранник в чёрном костюме. Остальные вышли. — Рад познакомиться с тобой, Сид, — сказал президент. — Жаль, что при таких обстоятельствах. — Я тоже рад, Мистер Нэш, — ответил парень. — Вы от Нил? — Да. Он замолчал, ожидая реакции парня. Тот ничего не ответил, лишь опустил голову, скрывая глаза. — С ней я пока не встречался, но планирую позже заехать, — продолжил Нэш. — Могу передать что-нибудь. — Что я могу сказать? Прости? Не падай духом? Продолжай жить? — спрашивал парень, положив голову на стол. — Просто присмотрите за ней: она может наделать много глупостей. Нас же казнят в любом случае… — По этому вопросу я и приехал, — сказал президент. Сид приподнял голову и посмотрел на мужчину. — Нил звонила мне и просила помочь. — Президент обладает такими полномочиями? — недоверчиво спросил Сид. Впрочем, он не сильно надеялся на положительный ответ, но, как любой утопающий, хватался за любую соломинку. — Признаться, нет, — ответил Нэш. — Я не могу делать, что вздумается, но могу попытаться смягчить ваше наказание. Сид внимательно посмотрел на президента. Внутри него появилось нечто, похожее на надежду. — Это мало похоже на правду, — сказал парень, всё ещё не веря. — Я ещё и сам не знаю, как всё сложится, — мужчина поставил локти на стол, сцепил пальцы и положил на них подбородок. Этот парень не был похож на преступника, совершившего нечто ужасное. У него все эмоции были написаны на лице. Смотря на него, Джоба впервые посетила одна мысль: почему парень слушает музыку, из-за которой может быть казнён? Нэш много раз слышал и читал в новостях про очередных «террористов», которые устраивали подобные концерты, и вандалов, которые обклеивали и разрисовывали стены домов, но никогда не задумывался о мотивах их поступков. Многие подобные преступники работали в школах, больницах, даже полиции и не отличались от других людей. Так почему же их сажают за решётку и расстреливают? Даже он, президент, всегда воспринимал эти законы, как само собой разумеющееся. — Ты и твои друзья, вы ещё такие молодые. Тогда почему вы идёте против закона? — спросил мужчина. Сид удивлённо посмотрел на него. — С чего вдруг такие вопросы? — напрягся он. — Просто стало интересно, — пожал плечами Нэш. — Можешь не отвечать. — А вы забавный, мистер президент, — засмеялся Сид. — Даже не знаете, почему такие, как мы, ещё остались? — А ты объясни мне, — глаза с морщинками в уголках сузились, и мужчина чуть подался вперёд. Парень усмехнулся и поднял на него свои серые глаза. Что-то в его лице изменилось. — Вы хоть раз слышали эти песни? Lumen? Nirvana? Sex Pistols? System of a Down? — спросил Сид и получил отрицательные ответы. — Тогда вы не поймёте, даже если я вам тысячу раз объясню. Мы слушаем то, что нам нравится, и делаем, что хотим. У нас есть свои убеждения. Мы не зависим от денег и не вписываемся в ваше стадо. Достаточно поводов, чтобы стать изгоями общества, не думаете? Его рот исказился в горькой усмешке. Он почти прямо сказал, что презирает современное общество. Слишком поздно подумал о последствиях… — Ты только что прибавил к своему сроку ещё несколько лет. — Прошу отметить тогда, что прибавил к своему сроку, ребят не вмешивайте, — спокойно кивнул парень. Лучше он пойдёт на дно один, чем потянет за собой ещё и друзей. — Я поговорю с начальником, — президент поднялся со своего стула и направился к двери.