Let There Be Thunderstorm

      — Ох, ну и погодка, — присвистнул Кастиэль, глядя на первые капли воды, стекающие по стеклу и на клонящееся к самой земле дерево. Одна из его массивных веток стукнула в окно, заставив Кастиэля зажмуриться и чуть вздрогнуть. Он постоял так еще несколько минут, высматривая внизу огромного трехцветного пса и мужчину, который сопровождал бы собаку. Но ни собаки, ни до боли знакомой ему клетчатой рубашки, он так и не увидел, а раздавшийся в коридоре шум быстро отвлек его от созерцания природы за окном.       — Черт, Ричард, что ты делаешь?! — Кастиэль услышал позвякивание адресника, а также характерные звуки, и понял, что ему опять придется протереть полы в том месте, где Ричард, их косматый четвероногий друг, соизволил встряхнуться. Пес весело прошествовал в гостиную, приветливо виляя хвостом, а вслед за ним показался взъерошенный Дин.       — Вовремя мы вышли, там начинается просто какой-то кошмар, — затараторил мужчина, входя на кухню, где его дожидался Кастиэль. Он заметил, что с волос Дина медленно стекают капли, а плечи и часть спины и вовсе вымокли.       — Дин, ты весь промок, — тихо заметил Кас, — нужно снять мокрое и просушить голову, — безапелляционным тоном продолжил мужчина, подойдя вплотную к Дину и принялся расстегивать пуговицы, двигаясь от воротника вниз. Когда с пуговицами было покончено, он потянул рубашку, вынуждая Дина высвободить рукава, а когда рубашка полностью оказалась в руках Кастиэля, мужчина схватил пальцами его за подбородок и нежно поцеловал.       — Заботливый какой, — хмыкнул он, когда поцелуй закончился.       — Не говори так, будто ты этим недоволен, — Кастиэль улыбнулся и легко пихнул его в грудь, — а теперь волосы вытри, герой.       Винчестер повиновался и скрылся в ванной. Кас вернулся к созерцанию непогоды за окном, которая лишь набирала обороты: дождь теперь лил, как из ведра, иногда слышались отдаленные звуки грома, а несчастное дерево было готово вот-вот разломиться надвое — так сильно его задувало к земле. Мужчина приоткрыл окно, вдыхая головокружительный запах озона и ощущая пару капель, брызнувших ему в лицо. В голове его уже начали вырисовываться эпические картины, и его внезапно захватило самое настоящее вдохновение. На секунду он ощутил, будто за его спиной раскрываются крылья, а в животе появилась необычная легкость. Небеса исторгли невероятно громкий звук, заставивший мужчину вздрогнуть, а Дина в волнении выбежать из ванной.       — Что это? — мужчина подошел к Кастиэлю, все еще держа в руке полотенце, и в следующую секунду их обоих ослепила молния, блеснувшая, казалось, на расстоянии вытянутой руки от них. Следом за этим послышался еще более громкий звук, а Дин, задыхаясь, вцепился в Кастиэля.       — Дин? — чувствуя тревогу, обернулся мужчина, хватая Дина за локти и помогая устоять на ногах, — что случилось, Дин?       Взгляд мужчины метался по комнате, он судорожно сглатывал и жался к Кастиэлю, едва переводя дыхание. Когда комнату озарила новая вспышка, мужчину сотряс новый приступ, и Кастиэль поспешил отвести его подальше от окна. Вот тебе новость. Дин, его мужественный и уверенный в себе Дин боится грозы.       — Тише, дорогой, — мужчина усадил его на кровать, занял место рядом и провел пальцами по его щеке, чувствуя покалывание от легкой щетины, — Дин, все хорошо. Это просто молнии.       — Я… Я знаю, Кас, — тихо, наконец, справившись с собой, произнес мужчина. Сердце Новака раненой птицей трепыхнулось в груди, когда он поймал полный ужаса взгляд зеленых глаз. Кастиэль порывисто обнял Дина, поглаживая его по спине и собой, закрывая окно, чтобы он не видел последующих вспышек.       — Черт, эт-то, должно быть, смешно. Я боюсь света, — голос Дина обрел некую уверенность, когда в течение нескольких минут слышались лишь раскаты грома.       — Ну, вообще-то, это — разряд электричества, — улыбнулся Кастиэль, проводя пальцами по сильным плечам мужчины, — электричества стоит бояться, Дин.       — Спасибо, утешил, — фыркнул мужчина.       — Прости, Дин, я стараюсь тебя успокоить. Не хочу, чтобы ты чувствовал себя трусом, — Дин хотел было что-то возразить, но последующий раскат грома заставил его вздрогнуть, — бояться — это нормально, Дин.       — Нет, ты ведь не боишься этого, — буркнул он, чуть отстраняясь от мужчины. Дин всю старшую школу спасал Кастиэля от придурков, которым совершенно не нравился брюнет-заучка с огромными голубыми глазами. Винчестер-старший стал надежной защитой и опорой хрупкому парню с творческим умом, но сейчас, в сумраке, он показался Кастиэлю маленьким и беззащитным.       — Зато я боюсь насекомых, Дин, — улыбнулся Кастиэль, успокаивающе касаясь губами его щеки, — я без ума от пчел и до ужаса боюсь всех насекомых. Это нелепо, а твой страх оправдан. Тем более, дождь зарядил очень сильный, и больше грома и молний быть не должно.       — Ты меня убедил, — вздохнул мужчина, кладя голову на его плечо, — посиди еще со мной так?       — Конечно, Дин.       Кастиэль улегся и потянул за собой Дина, устроив его голову на своей груди. Они провели так достаточное количество времени, разговаривая о том и сем, и Кастиэль забылся, нежно ероша волосы мужчины и поглаживая его шею и плечи. Когда разговор исчерпал себя, мужчины продолжили лежать в тишине, не испытывая никакого дискомфорта. Тишина — громкое слово: в окно бил ветер, стучали ветки, слышался гул дождя и шелест несчастных листьев. Когда ветер усиливался, Ричард с недовольным скулежом жался к постели.       — Тише, малыш, — Кастиэль спустил руку вниз и потрепал пса по голове. Мгновением позже он ощутил, как чьи-то пальцы уверенно берут его за подбородок и поворачивают голову. Взгляд синих глаз встретился с теплой зеленью.       — Не отвлекайся, — выдохнул мужчина в самые губы, и Кастиэль повиновался, возвращая руку на кровать, а затем провел ею по щеке Дина, который уже лежал рядом, приподнявшись на локте, и припал губами к его губам. Дин подавил удивленный выдох и сразу провел языком по сухим губам Новака, вынуждая его разомкнуть их. Язык Винчестера уверенно прошелся по кромке зубов и языку мужчины, вырывая блаженный выдох, и Винчестер был награжден прикосновениями цепких пальцев, зарывшихся в его волосы. Медленный, томный, горячий поцелуй связал их на сотую долю секунды, вызывая тепло в их телах. Новак разорвал поцелуй и одним движением пригвоздил мужчину к постели, нависая над ним и впиваясь в нежную шею.       — Кас? — хрипло выдохнул Дин, сжимая его волосы в ладони и вынуждая посмотреть на себя.       — Прости, Дин, — сразу залился краской Новак, — мне захотелось это сделать, не знаю, почему, — он сел на его бедрах и вздрогнул, ощутив промежностью напряженность Винчестера, который от этого гортанно что-то простонал и закусил губу.       — Этого тебе тоже хотелось? — выдавил из себя Винчестер, борясь с порывом податься бедрами вверх и потереться так некстати возникшей эрекцией о ягодицы соблазнительного Кастиэля.       — Нет, это вышло случайно, — мужчина улыбнулся и слегка поерзал на бедрах Винчестера, — но теперь мне хочется, — еще пара движений, и Дин крепко вцепился в его бедра, вынуждая замереть. Домашние штаны младшего мужчины не оставляли никаких сомнений относительно его состояния. За окном снова громыхнуло, но они не заметили этого, сливаясь в еще одном поцелуе, от которого напряжение внутри лишь усилилось.       — Дин, — произнес Кастиэль, глядя на лицо мужчины, покрытое любимыми ему веснушками, — Дин, ты бы… Ох, ты бы позволил мне взять тебя, если бы я захотел?       Винчестер удивленно выдохнул от этих слов. Он никогда и никому не позволил бы сделать это с собой, да и до сих пор в их союзе именно Новак отдавал всего себя. На секунду Дин замешкался, но после уверенно выдохнул:       — Да.       Кастиэль просветлел и провел пальцами по обнаженной груди мужчины, затрагивая чувствительные бусины сосков. Дин закусил губу и чуть выгнулся, давая понять, что ему это явно нравится.       — Я буду осторожен, Дин, обещаю, — прошептал Новак ему в самые губы, и в подтверждение своих слов нежно провел пальцами по животу и бокам. Винчестер кивнул, расслабляясь. Непогода продолжала бушевать и будто набирала еще большую силу, но им было наплевать на нее: взгляд Дина был прикован к хрупкой фигуре своего возлюбленного, который неспеша обнажился и теперь покрывал поцелуями все его тело, пальцами подцепляя пряжку ремня Винчестера, а затем избавляясь от нее, джинс и даже боксеров. Когда Винчестер предстал перед мужчиной во всей красе, обнаженный, кожа блестела от пота, а его орган твердо стоял, на головке поблескивала капелька смазки. У Кастиэля захватило дыхание при виде такого Дина.       — Ты прекрасен, — прошептал он, сглатывая внезапно образовавшуюся слюну, — ты просто невероятен, Дин. Такой… Такой возбуждающий и родной, такой мой.       Дин смущенно закусил губу и попытался скрыть себя от такого восторженного взгляда мужчины, но Кастиэль перехватил его руки, собравшиеся устроиться в паху и на животе. Кастиэль пригвоздил запястья мужчины к постели и впился поцелуем в солоноватую от пота шею. Легкое движение бедер заставило член Новака пройтись аккурат по эрекции Винчестера, вынуждая того зашипеть и выгнуться дугой, подаваясь бедрами навстречу. Трение исчезло так же внезапно, как и появилось. Кастиэль выпрямился и провел пальцами по губам Дина, и тот понял намек. Мужчина сделал то же самое во время их первого раза, когда никакой другой смазки не оказалось под рукой. Ох уж эти подростки. Тогда Кастиэль, смущаясь, старательно вылизал его, краснея так сильно, как не краснел даже тогда, когда впервые коснулся Дина пальцами. От воспоминаний кольнуло в животе и по всему телу прошелся разряд. Дин приоткрыл рот, впуская тонкие пальцы мужчины и принимаясь ласкать их языком, слегка втягивая щеки и позволяя им даже проникнуть в горло. Кастиэль смотрел на него с вожделением, закусывая губы. Винчестер мог только догадываться, как он выглядел в этот момент.       — Достаточно, — наконец выдохнул Кастиэль, и Дин послушно выпустил пальцы изо рта, облизываясь. Еще несколько минут этого зрелища, и Кас излился бы так, не прикасаясь к себе. Взъерошенный, взмокший Дин был поистине прекрасен, а его пухлые губы так нежно обхватывали его пальцы… Кастиэль отогнал эти мысли, всерьез опасаясь, что оргазм может случиться гораздо раньше, чем они оба этого хотят.       — Расслабься, — скомандовал он, когда занял удобную позицию между широко разведенными ногами мужчины. Дин изо всех сил попытался выполнить это, но от одного прикосновения ко входу сильно сжался. Тогда Кастиэль решил поступить по-другому: он наклонился и коснулся губами вздувшейся вены на стволе члена Винчестера, затем, не медля, поднялся языком вверх, обхватил головку и постарался сразу принять в себя как можно больше. От неожиданности Дин выгнулся и застонал, расслабляясь, и мужчина смог проникнуть в тугое, жаркое нутро пальцем. Продолжая ласкать губами и языком плоть, Новак принялся медленно растягивать, стараясь проникнуть глубже. Внезапно Дин ощутил, как Кастиэль внутри коснулся какой-то точки, отчего все его тело заныло и задрожало. Он вскинул бедра, толкаясь в рот мужчине, а затем подался назад, ощущая снова прикосновение к этой точке. Из его горла исторгся громкий стон, и Дин закусил губу до такой степени, что вскоре на языке почувствовался привкус крови. Он зарылся пальцами в черные мягкие волосы и снова толкнулся в горячую тесноту рта, а затем подался назад, насаживаясь на пальцы Кастиэля и ощущая сладкую тягу внутри живота.       — Черт, ты такой раскрытый теперь, — выдохнул Кастиэль, выпуская член изо рта, когда в Дине стало свободно помещаться три пальца, — я хочу тебя, Дин. Хочу подарить тебе то, что я чувствовал сам.       Поняв, что теперь будет самый сложный момент, Винчестер замер, немного опасаясь боли. Но Кастиэль обещал, правда ведь? Мужчина навис над ним, устраивая ноги Винчестера на своих плечах и направляя свой орган внутрь. Кастиэль скользнул языком по губам любимого, слизывая капельку крови, оставшейся от прокуса, и очень медленно и осторожно двинул бедрами. Поначалу Дин не чувствовал ничего, но, когда головка оказалась в нем и Кастиэль продолжил входить, мужчина ощутил небольшую боль, а мелькнувшая при этом мысль придала его возбуждению остроты.       — Ты так растягиваешь меня, — выдохнул он, сам не ожидая от себя такого. Несмотря на сумрак, он видел, как щеки мужчины вспыхнули, а сам он содрогнулся, видимо, соглашаясь с этими словами.       Оказавшись внутри, Кастиэль ощутил огромное давление, жар и тесноту. Он едва сдерживал порывы начать толкаться все глубже и глубже, пока Дин не стал бы свободно впускать его в себя. Кастиэль ужасно боялся сделать больно мужчине, но, похоже, пока ему удавалось справиться с этим.       — Двигайся, — тихий шепот на ухо и руки, скользнувшие по торсу Кастиэля. Мужчина повиновался, делая медленный толчок и ненадолго замирая внутри, прежде чем сделать новый. Дин хмурился и кусал губы, что приводило брюнета в замешательство: что это, удовольствие или боль? Или, может, и то, и другое? Но момент, когда он толкнулся чуть в сторону, и Дин издал громкий стон, разрушил все сомнения Кастиэля, и он принялся двигаться в том же направлении, проникая все глубже и глубже.       — Ты мой, — шептал он в забытии, — только мой, Дин.       И Дин соглашался, подаваясь бедрами навстречу, стараясь глубже принять его в себя, хрипло шепча ругательства вперемешку с его именем и признаниями. Кастиэль чувствовал, что он совсем близко, и коснулся члена Дина, желая довести его вместе с собой. В момент, когда Дин выгнулся дугой, громко вскрикнул и до боли сжал в себе Кастиэля, блеснула невероятно яркая молния, а следом за ней, в момент, когда Кастиэль толкнулся особенно глубоко и начал изливаться в мужчину, оглушающе громыхнуло. Новак без сил опустился рядом с Дином, который едва переводил дыхание.       — Черт, — только и смог выдохнуть мужчина, — зря мы не сделали этого раньше.       — Чего именно? — Улыбнулся Кастиэль, мягко целуя Дина в шею.       — Ну, зря ты не взял меня еще тринадцать лет назад, — Дин отвел взгляд, явно смущаясь, — я многое потерял, — и Дин не врал. Все, начиная от сладкой точки внутри и заканчивая ощущением, как сперма Кастиэля стекает по его бедрам, было просто за гранью.       — Зато теперь буду, — хмыкнул Новак, прижимаясь к Дину. Снова блеснула молния, но Дин даже не шелохнулся, — Дин… Тебе не страшно?       — Нет, как ни странно, — мужчина озадаченно посмотрел в окно, — обалдеть, Кас, я двадцать семь лет боялся молний, а теперь будто этого и не было.       — Обращайся, — засмеялся Кастиэль, обнимая мужчину за плечи и легонько целуя в уголок губ.       — А что еще ты излечить можешь? — улыбнулся в ответ Винчестер, проводя пальцами по щеке мужчины.       — Давай узнаем? — глаза Кастиэля заблестели, и Дин нежно поцеловал его.