Жёлтое Небо, Голубое Солнце

— Ладно, ребята, слушайте. У меня есть подозрения, где, собственно, может сейчас быть наш малыш-потеряшка. — Собрав команду за завтраком, заговорила Нами. — Во-первых — этот кактус где-нибудь вырубился и во-всю храпит, где-то в подворотне. Во-вторых — он наклюкался в зюзю — хотя, это нереально — и дрыхнет в каком-то баре. В-третьих — его успели схватить дозорные и сейчас он сидит в тюрьме, дожидаясь своего часа, хотя это тоже невозможно. И в-четвёртых — его, каким-то неведомым образом, сумел заманить к себе некий Вервелис Конт, местная шишка. Он известен тем, что многих сильных пиратов, с наградой под 500 лямов Белли, выносили мёртвыми из его офиса, под завязку набитого охраной. Говорят, он больной фанатик, который одно время поклонялся какому-то уличному механику, создававшему чудесные игрушки и тому подобное, из самых простых материалов. Мы не можем знать наверняка, поэтому сначала стоит прочесать город и его окрестности. Хотя, зная талант Зоро, лучше искать вообще по всему острову. Если мы его не найдём, то… — Навигатор театрально всхлипнула. — То нам придётся идти к этому типу. Ладно, не время раскисать! Так, мы с Робин ищем в центре города и опрашиваем все бары, Усопп и Луффи — идите в трущобы и опросите прохожих, если что-нибудь узнаете, обзвоните всех! Санджи и Чоппер — вы в лес. Брук и Фрэнки — вам охранять Санни, ибо здесь много дозорных. Закончив свою речь, рыжая вздохнула и допила свою чашку крепкого кофе. — Кстати, Чоппер, ты не чуешь запах этого кретина? — Нами осенило. Всё могло быть гораздо проще, но, увы, нет. — Не-а. Будто кто-то специально уничтожил его запах. Я его не чуял, уже после высадки. — Оленёнок опустил голову и прижал ушки. — Ну, ничего страшного в этом нету, не волнуйся. — Ободряюще похлопала по его шляпке навигатор, внутри себя моля всё и вся о том, чтобы им не пришлось идти к этому психу Вервелису. Она далеко не всё рассказала команде, например, она утаила ту часть, где рассказывалось о том, что у всех жертв были вырезаны все органы. И о том, что некоторые были в ужасном состоянии, их кожу покрывали шрамы, ноги были изувечены и лишены мяса, а руки были в сотнях царапин, от игл. Он не всегда держал жертв всего неделю, чего им хватало с полна, иногда он просто делал из них своих питомцев, выгуливая на улице. У этих петов, говорят, тела были зверски изувечены, а передвигались они лишь на руках. Короче — это жуткое зрелище ей описывали многие торговцы, утверждая как один — этот парень невменяем. После приёма пищи, команда разошлась обыскивать данные им зоны.

***

— Ты проснулся, Широ? — Атласный голос и парень кое-как разлепляет глаза. Голова зверски гудит, не давая собраться с мыслями, всё тело ломит, а конечности не двигаются вообще. Дрэм болезненно стонет. — Какого… Ты кто, вообще, нахрен такой? — Безэмоционально выхрипывает Дрэм. Мужчина ухмыляется, видя состояние механика. Он подходит к парню, прикрывая за собой клетку и садится на против него. — Неудивительно, что ты меня не помнишь и даже, скорее, не знаешь… Я наблюдал за тобой, несколько лет назад. Тогда ты был, пусть и не очень известным, но довольно хорошим инженером. Любил изобретать. Не только милые детские игрушки, но и серьёзную технику, но… Ты всегда всё делал одноразово. Так, что никто потом не мог повторить как ни пытался, ну, а сам ты отказывался это делать. Я восхищался тобой. А ты, сука, вскоре ты забросил это дело. Сжег все чертежи, наметки, планы и исчез. Только вот, я успел перед этим стащить у тебя несколько и сам начал экспериментировать. Мне очень понравилась одна задумка — небольшой жучок, благодаря которому те существа, что оказывались под его влиянием, становились послушными шавками. У меня было много неудачных попыток… Много израсходованного мяса… Люди и животные не выдерживали и недели, умирая от того, что их организм не мог принять моих жучков. Но вот, появился первый. Он у меня уже 83 дня… Один чип работал как надо. Потом снова череда провалов. Затем второй, 40 дней… И опять повтор. Я терял нити, я не мог создать идеальную программу, способную управлять шавкой. Но вот он, венец моего творения. Третий — Ророноа Зоро… Он беспрекословно выполняет все мои приказы и не подаёт, без команды, голоса. И он продержался дольше недели! Есть два варианта — либо в этом чипе снова есть недоработки и в скором времени он сдохнет, как и все остальные неудачные образцы, либо будет служить мне верой и правдой до конца своей или моей жизни. Хотя, он не позволит мне умереть… — Заткнись уже! Задрал чушь нести… Какую дрянь ты мне вколол? — Глаз Конта дёрнулся. Свист. Удар. Хрип. Широ вздрагивает и опускает голову, на его левой щеке теперь красуется рана от плётки, которую сжимал в руках Вервелис. Кровь медленно поползла вниз, капая на белую рубаху, одолженную у Ророноа. — Не беспокойся, всего лишь наркотик, от которого притупляется чувство боли, голода и жажды, идёт онемение конечностей и частичный паралич. Ну, что, поиграем? — Садистская улыбочка озарила лицо этого ублюдка, заставив парня поморщиться. Пока он ещё мог, он мгновенно материализовал облако, в форме птицы и отправил его высматривать Мугивар. Как бы он не хотел это признавать, но сейчас ему нужна была эта неудержимая команда, хотя бы для отвлечения внимания. Как бы он не хотел признавать, но под действием этого наркотика — он ослаб.