Музыка наших сердец

      Две недели прошли в относительном спокойствии для всех старост Хогвартса – они только приступили к своим обязанностям, конечно же, самым трудным оказались ночные дежурства.       Проблема заключалась в том, что в школе попросту не хватало преподавателей, и эта обязанность была положена на плечи не большого количества студентов. А если дежурят студенты – дисциплина немного хромает, однако, Гарри Поттера все уважали, а Драко Малфоя – боялись. Кто-то в Хогвартсе пустил слухи о том, что Слизеринский Принц стал оборотнем, а все из-за того, что парень стал не таким сговорчивым, как был раньше.       Блондин довольно быстро объяснил всем что это не правда, но слухи остались и дрожать студенты начали еще больше при виде Малфоя, нежели до того.       Гермиона не могла себя осилить и отправляться на патрулирования коридоров вместе с Драко – она не хотела оставаться на едине с блондином, который пытался поговорить с ней каждый раз, как только выдавалась свободная минутка.       Эту проблему смогла решить Джинни, которая предложила заменить собой Малфоя, а с ним, в свою очередь дежурил Гарри.       После отбоя, ближе к десяти часам вечера девушки отправились коридорами Хогвартса, укутавшись в теплые мантии. Все же, реставрация замка еще не была завершена, и в некоторых пристройках еще не было окон, что позволяло ветреными вечерами гулять сквозняку по пустынным помещениям. -Как твои отношения с мои братом? – тихо произнесла Джиневра, присвечивая себе люмосом. -Ничего особенного, впрочем, как и всегда… - тихо произнесла шатенка, суетливо оборачиваясь, словно чувствуя чье-то присутствие. -А… что на счет его измен? – робко продолжила Уизли, искоса смотря на подругу.       Гермиона тяжело вздохнула, потупив взор – вся школа знала о том, что ее отношения с Роном трещали по швам, но сама девушка упорно отказывалась в это верить. Уизли был тем человеком, с которым ее хотело видеть магическое сообщество, он был единственным, кто знал о том, что случилось с ее родителями, но в тот момент он не оказал Гермионе совершенно никакой помощи. А в последнее время ему и вовсе стало плевать на свою официальную невесту. За эти несколько недель его видели со многими девушками школы, но гриффиндорка не находила в себе сил порвать эти отношения, ведь Рон был ее последней надеждой на будущее.       Конечно, Гарри не один раз говорил о том, что Драко – это именно тот человек, который ее любит, но она не хотела больше верить слизеринцу. Он слишком много врал ее с начала их тайного романа.       Малфой не рассказал ей о их плане с Гарри, не рассказывал еще много мелочей в момент войны. В глубине души она понимала, что все это было только ради ее же блага, но женская обида сильно приглушила чувства. -Не хочу об этом говорить… - тихо прошептала девушка. -Сменим тему. – Джинни понимающе улыбнулась и взяла подругу за руку. -Спасибо тебе за поддержку… - Гермиона чуть сильнее сжала ладонь рыжей в своей и пошагала в перед.       Девушки не успели пройти только к ближайшему разветвлению коридоров, как услышали странный шум, исходящий справой стороны. У выхода на стадион, в одной из ниш отстроенной стены девушки нашли никого иного, как Рона Уизли, прижимающего какую-то Когтевранку к каменному изваянию. -Ты охринел? – взбунтовалась рыжая, отдергивая брата за мантию. -Чего тебе, Джинни? – разгневанно произнес парень, оборачиваясь.       Весь его задор исчез, когда в слабом свете люмоса он заметил Гермиону. Рон знал что она не верила в рассказы о его похождениях, ведь она привыкла верить только в то, что видела самолично и теперь его статус пай-мальчика явно был разрушен. -Это не то, чем может показаться… - быстро произнес он, делая шаг на встречу к гриффиндорке.       Однако, Гермиона отступила назад, прижимая сжатую ладонь к груди. Ее губы заметно дрожали, а на глаза наворачивались слезы.       Джинни уже закатывала рука теплого свитера, что бы хорошенько наподдать брату за подобное поведение. Но ее опередил квофл, пролетевший над головой, и угодивший прямиком в лоб ее несносного брата. Вслед за мячом Рона припечатала метла марки «Нимбус-2001», сбивая того с ног прямиком на девушку. Студентка Когтеврана быстро ретировалась, заметив надвигающегося Малфоя в компании Поттера и Забини. -Что вы тут делаете? – удивленно произнесла Джиневра, оборачиваясь к остальным старостам. -Тренировались на поле… - разгневанно произнес Гарри. -Как так можно обращаться с девушкой? – сквозь зубы прорычал блондин, нависая над Роном. -Тебе какое дело до моих отношений с Гермионой? – подымаясь с пола закричал Уизли.       Малфою было до боли обидно, ведь этот идиот не ценил Гермиону, человека, ради которого Драко и переметнулся на сторону Гарри. Этот рыжий оборванец, получив титул героя войны, только за дружбу с Поттером, возомнил себя властителем мира, играя девушками, как ему того хотелось. Больше всего слизеринца задевало то, что в Роне он видел себя прошлого – до признания гриффиндорке он так же ранил чувства других, использовал всех только ради собственной выгоды, но этот мерзавец имел то, что Драко было не дано познать – не однократное прощение, а это было высшей степенью наглости Уизли.       После событий войны Драко отучился бросаться колкими словами, но в привычку вошло другое – действовать. Без малейшего намека или предупреждения парень резко ударил рыжего в челюсть, но это только спровоцировало того на ответ.       Парни уже успели обменяться парочкой ударов, прежде чем дальнейшую потасовку прервали Гарри и Блейз, растащив парней на несколько метров. -В следующий раз тебе не уйти от ответа! – сплевывая на пол кровь из разбитой губы, произнес слизеринец. -Еще посмотрим! – Рон вырвался из цепкой хватки своего былого лучшего друга и быстро пошагал к башням Гриффиндора.       Драко дернулся вперед, но подсечка от Блейза сулила ему только приветствие с кафелем. Громко упав плашмя, блондин засуетился, пытаясь подняться, но итальянец вальяжно опусти свою пятую точку на спину друга. -Уймись, как оборотень при виде луны… - хмыкнул слизеринец, сложив руки на груди. -Чего вы, как дети малые? – удивленно произнес Гарри, завидев такую «прекрасную» картину. -Так он рыжего не сможет догнать, и разобраться до победного конца. – спокойно изрек тот, пожав печами. -Вставай уже с Драко, может, он же ранен… - прошептала виновница потасовки, протягивая руку Малфою.       Блейз удивленным взглядом встретился с такими же удивленными взглядами Гарри и Джинни, и только после этого поднялся, помогая и блондину. -Со мной все в порядке! – раздраженно рявкнул Слизеринский Принц, отряхивая одежду. -Лучше позволь мне посмотреть… - тихо прервала его гневную триаду Гермиона.       Только открыв рот для изречения не самых лестных эпитетов в сторону Рона, да и Забини с Поттером, Драко покорно кивнул, довольно быстро успокоившись. -Мы закончим дежурство сами, не волнуйся. – Джинни мило улыбнулась, обняв подругу за плечи. -Спасибо… - взволнованно ответила девушка, положив ладонь на руку рыжей. -Идите, мы же не идиоты, что бы не справиться с таким легким заданием. – хмыкнул Блейз, шагая вперед.       Грейнджер только безмолвно кивнула. Взяв Драко за руку, девушка быстрым шагом направилась к башне старост.       Как только «парочка» удалилась, все трое облегченно вздохнули. Гарри снял очки, потирая переносицу, слизеринец разгневанно сжал собственные волосы на затылке. -Простите, но каков же мерзавец! – выкрикнул итальянец, осматривая друзей. -Если и в этот раз она его простит… - огорченно произнесла единственная староста девочек, опуская рукава свитера вниз. -Я надеюсь, она простит совсем другого человека… - с томящейся надеждой в голосе, прошептал Поттер. -И ты уж нас извини, мы тоже внесли свою лепту в то, что бы Гермиона не была с Драко… - разочарованно произнесла Гриффиндорка. -Джинни права. Мы тоже были обиженны на вас, а это сказалось и на их отношениях… - поддержал девушку Слизеринец. -Больше постараемся не вмешиваться… - ответил Гарри, подымая с пола метлу и квофл.       В это время главные старосты молча шли к своему «дому», оба наслаждались подобной тишиной и присутствием друг друга, по этому никто не смел заговорить первым.       Драко прикрыл глаза, ведомый Гермионой, а в голову ворвалось одно из воспоминаний.       «Шестой курс, вечер после потасовки с Гарри он провел в больничном крыле, залечивая оставшиеся раны. Просто из неоткуда, с-под мантии невидимки, появилась Гермиона, присаживаясь на край постели. Девушка со слезами на глазах, прижила его ладонь к губам, тихо всхлипывая. -Прости… - прошептал он, с трудом усаживаясь на постели. -Драко, это зашло слишком далеко… - шепотом ответила шатенка, обнимая его за шею. -Я вижу… Что ты предлагаешь делать? – он крепко прижал ее к себе, успокаивающе поглаживая спину девушки.       Боль угасала в ее присутствии, словно ее и не было. Сейчас он был готов на все, лишь бы она больше не страдала. Драко не выносил слезы только двух женщин в своем окружении – Нарциссы и Гермионы, поэтому он старался, как можно сильнее, оградить их от этого мира, от войны. -Нужно все рассказать Гарри… - робко произнесла гриффиндорка, всматриваясь в глаза блондина. -Согласен… - без раздумий ответил слизеринец. -Я скоро вернусь… - Грейнджер слегка улыбнулась, коснувшись губами его губ, и исчезла под мантией.       Около двух часов он не находил себе места на маленькой больничной постели, представляя, каких титанических усилий ей стоит привести сюда святого Поттера.        Время медленно утекало, когда на пол скользнула мантия-неведимка и он увидел перед собой двух Гриффиндорцев. На лице Гарри было не поддельное удивление в смеси с сожалением и осознанием собственной ошибки. -Так вот почему ты в прошлом году предупредил Гермиону о нападении на стадион пожирателей… - понимающе произнес очкарик. -И не только… - присаживаясь на край постели, ответила девушка. – На втором курсе подсказку о Василиске тебе дала не я… -Так сколько же это длиться? – удивленно вскрикнул Поттер, но быстро осознал оплошность. -Со времени бала на Турнире Трех волшебников… - смущенно произнесла Гермиона, взяв Драко за руку. -Тогда почему?... – не понимающе прошептал гриффиндорец, снимая очки. -Я еще тогда любил Гермиону, хоть и себе в этом не признавался… Как самый близкий человек к Пожирателям Смерти и Темному лорду из всех студентов, я знал о Василиске и… увидев ее в госпитале, просто не мог позволить дать вам проиграть… дать ей умереть… Тогда я утверждал себе что делал это исключительно ради того, что бы сохранить достойного соперника… - хрипло произнес Драко. -И ты не ошибся… Без Гермионы я мало что смогу… - с глупой улыбкой произнес Поттер, присаживаясь на стул. -И так, я начну с начала. Поттер, ты прав, меня сделали пожирателем смерти. – В доказательство своих слов он закотил рукав рубашки, обнажая метку.       К удивлению Гарри присоединилось еще и то, что Гермиона отреагировала на это совершенно спокойно. Опомнившись от шока, мальчик-который-выжил, обратился к подруге. -Ты знала? – прохрипел он. -Сразу же, как он ее получил… - стыдливо опустив глаза, ответила девушка. -Сейчас речь не об этом… - Малфой вернул манжету на запястье и застегнул запонку. – У меня задание, но об этом тут говорить опасно… -Завтра у выручай-комнаты… - кивнул Гарри»       Драко даже не заметил, как они пришли к залу башни старост, как Гермиона сняла с него мантию и усадила в кресло. -Подыми голову… - только этот шепот отрезвил его, и парень покорно исполнил просьбу.       Девушка вытерла кровь с его лица мягкой ватой, а затем принялась накладывать мазь на синяки и ссадины. Когда она закончила, прежде чем девушка успела отнять руку, блондин перехватил ее у запястья, прижима к губам, целуя каждый пальчик. -Прости меня… - приглушенно прошептал Малфой. -Драко, прекрати… - с вялым сопротивлением ответила девушка.       Но этих слов хватило, что бы остановить слизеринца. Огромных усилий ему стояло отпустить девушку… уже в который раз. И она ушла… Снова оставляя его одного, как и после смерти Дамблдора.       Ребята уже вернулись с дежурства, но никто так и не заговорил с ним, ведь слизеринец уснул у камина, заботливо укрытый пледом. Прошло несколько часов, прежде чем он услышал тихие аккорды и слабый голос. -Обними меня, мама. И скажи, что я справлюсь. Я теперь не такая, я такой себе нравлюсь. Обними меня, мама. И почувствуй, как больно. Ты умеешь быть рядом, когда Мир столь огромный. Я упала, мне больно. В моих крыльях лишь слабость. Я устала быть сильной, я устала быть старше. Ты почувствуй меня, я пустая до дрожи. Не отпускай меня, рядом будь, сколько можешь.       Он поднялся с кресла, откинув плед в сторону, и тихо подошел к балкону. Дверь была не заперта и он смог проскользнуть незамеченным за диван. Девушка сидела на нем, играя на соло гитаре с закрытыми глазами, а по ее щекам катились слезы.       Драко не хотел ее прерывать, ведь в этом тексте было столько слов о ее боли. Эта песня могла бы помочь ему лучше узнать ее новую. Блондин аккуратно облокотился о спинку дивана, прикрывая глаза. -Он построил наш мир. Мир иллюзий сладок. В том, что он говорил, было столько загадок. Эти игры ума отнимали все силы. Я устала быть там, где меня не любили. Обними меня мама и скажи "мама рядом". Я устала быть сильной, я хочу побыть слабой. Ты почувствуй меня, я пустая до дрожи. Не отпускай меня, рядом будь, пока можешь, мама.       Последние ноты заставили их обоих открыть глаза, и только сейчас Гермиона почувствовала чье-то присутствие. Обернувшись, девушка встретилась взглядом с серыми глазами, в которых плескались боль и сочувствие. -Прости, что разбудила… - дрожащим голосом произнесла девушка.       Драко молча обогнул диванчик и сел рядом с девушкой, он забрал гитару из ее рук, поставив ту на пол, а затем прижал шатенку к своей груди. Чувствуя его поддержку и заботу, ее словно прорвало – слезы еще сильнее хлынули из глаз, а пальцы до боли вжались в такую знакомую ткань белой рубашки. В свою очередь, Малфой лишь монотонно поглаживал девушку по спине и затылку, давая ей понять о том, что он рядом. Прошло больше получаса, как она уже начала успокаиваться, а рубашка слизеринца промокла до нитки. -Не расскажешь? – прошептал блондин, убирая прилипшие прядки кудрявых волос с ее лица. -Ты скажешь, что я глупая… - всхлипывая, ответила Гермиона. -Я никогда не скажу тебе ничего подобного… - нежно ответил Драко, выуживая из кармана палочку.       Он призвал к себе плед и накрыл им плечи девушки, ведь она дрожала уже не только от холода. Грейнджер села ближе к парню, обнимая его за плечи, после чего уткнулась изящным носиком ему в ключицу. -Я стерла память своим родителям… - прошептала она, но не услышав смеха, лишь почувствовав крепкие объятия, продолжила. – Ее нельзя вернуть, не повредив мозг, поэтому я и не пыталась и не буду… -Зачем ты это сделала? – тихо спросил блондин, касаясь подбородком ее макушки. -я думала, что умру на войне и хотела облегчить их жизнь… - снова срываясь на плач, ответила гриффиндорка. -Сделанного не воротишь, по этому… не унывай. Они любили и любят тебя, даже если и не узнают при встрече. – приободряюще произнес Малфой. -Спасибо тебе, Драко… - Гермиона слегка улыбнулась, сжав в ладони пальцы слизеринца.       Впервые она получила поддержку от кого-то после такого рассказа. Рон же просто пожал плечами и сказал что она идиотка, но Драко действительно поразительно отличался от Уизли. -А я рад тому, что успел с ними познакомиться! – стараясь поднять девушке настроение, он решил заставить ее вспомнить зимние каникулы шестого курса. -О, да… я никогда не забуду, как отец устроил тебе проверку… - с легким смехом произнесла шатенка. – И как ты не мог справиться с телевизором и микроволновкой! -Раз такая умная, могла бы все объяснить, а не смеяться в сторонке! – наигранно-обиженно ответил парень. -Но ты же доказывал, что у маглов нет ничего сложного в быту! – продолжила гриффиндорка. -Кто ж знал, а? – удивленно произнес Малфой. -Я. – гордо ответила Грейнджер, а затем легонько толкнула парня в плече. – А ты не верил.       Еще некоторое время поговорив о прошлом: о знакомстве Драко с четой Грейнджеров, и о тайном знакомстве Нарциссы с Гермионой, они разошлись по своим комнатам, ибо было уже раннее утро. Каждый из них был преисполнен желанием жить дальше, хоть причины и были разные, но повод стал схож. Они еще не знали, что уготовила им судьба на это утро.