Мафия

Тэян

Наступил новый день, и эта неделя определенно будет тяжелой. Еще и Чимин вернулся, что совсем не дает мне покоя. Одно хорошо — не трогает. Его равнодушие мне только по душе, и я счастлива была бы, если бы он так и продолжал дальше. Но все хорошее всегда кончается. Стук в дверь: — Тэян, можно войти? Сквозь сон я не поняла, кто пришел, и подскочила с кровати, пытаясь спрыгнуть с нее, но нога запуталась в одеяле, и я с грохотом упала с кровати. На шум Тэхён ворвался в мою комнату, подумав, что что-то произошло, но застыл еще в дверном проеме от забавной картины, что ожидала его: я лежала на полу, что-то бурча себе под нос; на голове гнездо, а пижама задралась, оголяя мои трусы с мишками. Я его сразу не заметила, пока не услышала дикий смех. Тэ схватился за живот, даже не пытаясь сдержаться для приличия. Хотя какое приличие — мы друг друга знали чуть ли не с пелёнок и такие моменты нас не смущали, а забавляли. — Боже, Тэян, ты всегда в своем духе — ничуть не меняешься. Хотя нет, раньше тебе нравились зайчики, а сейчас мишки! Вот умора. Спасибо, что сделала мой день. Я подняла на него голову и недовольно посмотрела: хоть это было и смешно, но мне все же обидно. — Хватит глумиться, лучше помог бы. Он подошел ко мне и помог встать, но, поднявшись, я почувствовала боль в лодыжке. Помедлив немного и решив, что это кратковременное явление, я снова ступила на ногу, и боль вновь отдалась в ней. Я посмотрела на Тэ жалобными глазами: — Я, кажется, ногу подвернула. — Точно, совсем не изменилась. Он усадил меня на кровать, принес лёд с холодильника и приложил его к лодыжке. — Подержи, а я схожу за аптечкой. Только не вставай, я быстро. Он действительно прибежал довольно быстро, да с целым арсеналом! И зачем ему столько всего? Он сел напротив меня на пол, скрестив ноги, и, положив на свое колено мою ушибленную конечность, стал рассматривать уже припухшую лодыжку. — Ничего серьезного нет, поболит дня два, и все пройдет с учетом, что ты не будешь на нее наступать. Поняла намек? — Да-да, мамочка. Он достал мазь с аптечки и намазал лодыжку аккуратно, не спеша, чтобы не причинить мне боль. В такие моменты он напоминал маму — всегда нежен и заботлив. Заканчивая, Тэ наложил повязку и хлопнул слегка по ноге, говоря: — Готово. Взяв меня за две ноги, он закинул их на кровать и накинул на меня одеяло, а сам сел на край кровати. — Ты зачем приходил? — Да так. Просто мы с тобой так и не смогли нормально поговорить, вот и пришел с предлогом, что пойду тебя будить, а то Шуга уже навострил свои ласты к тебе. — Это точно, что мы с тобой никак не можем поговорить. Меня вечно ругают за то, что я с тобой так общаюсь, но что я могу поделать? Я не представляю жизни без тебя. Когда тебя нет, у меня на душе пустота. Я тяжело перенесла твой отъезд, а ты недоступен был, да и сам не звонил. Знал бы ты, как я мучилась. — Прости, я ничего сделать не мог. Я всегда тебя оберегал от этого жесткого мира, в котором ты сейчас, но я и подумать не мог, что, когда я приеду, ты окажешься в самом эпицентре. Ты даже не представляешь, куда попала. Здесь нет друзей, только соперники и враги, которые в любой момент готовы воткнуть тебе нож в спину, чтобы подняться выше. — Мне повезло, что ты оказался рядом. С тобой я чувствую себя защищенной. И мне не страшно в этом месте. — Глупая, — потрепал волосы на голове. — Мне уже пора собираться в школу, — приняла я сидячие положение, но Тэ толкнул обратно, заставив снова прилечь: — Куда собралась? Забыла, что я тебе говорил про покой? — Точно, в этом растяжении тоже есть и что-то хорошее: не надо ходить в эту дебильную школу. От нее только одни проблемы. — Успела уже с кем-то повздорить? — О да! С одной стервой с моего класса, ее зовут Мина. С лица Тэ исчезла улыбка: он узнал это имя и оно вызывало у него совсем не добрые мысли. Почему он так реагирует? — Тэ, что с тобой? Все хорошо? Ты ее знаешь? — Тэян, прошу тебя. Нет, умоляю: не связывайся с ней. Ты все равно не сможешь противостоять ей. Она подлая и на все готова, чтобы отомстить. Ее отец занимает высокое положение и известен в криминальном бизнесе. Он души не чает в ней и выполняет любые капризы. — Но как я могу молчать, ты же знаешь меня. — Вот поэтому я умоляю тебя остановиться, пока ничего не произошло. Я слышал, что ты пережила из-за нее, но, поверь, это только начало, если ты не прекратишь. — Хорошо, Тэ. Я поняла тебя и постараюсь сдерживать себя. А теперь можешь уйти, я хочу спать. — Хорошо, отдыхай. Он покинул мою комнату, а следом и дом. От его слов мне было обидно. Почему я настолько слаба, что не могу противостоять этой мымре? И правда, в этом мире решают все деньги и власть, а мне, хоть и я нахожусь на верху общества, не хватает влияния. Но я не забуду всю боль, что мне причинили, я стану сильнее и прогну всех под себя. А начну с Мины. Мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним. Так я и уснула на этой, далеко не радостной, ноте. Я проспала еще немного, но нога мне не давала крепко уснуть. Я все время ворочалась, пока просто не решила встать и побродить по дому. Жила тут я уже достаточно, чтобы знать все закоулки, но вот мне все как-то не удавалось пройтись по дому и детально осмотреть его. Я всегда ограничивалась своей комнатой и ванной, тем более последняя находилась в моей комнате. Прыгая на одной ноге, я, не спеша, шла и разглядывала все. Дом в традиционном стиле, высокий, достаточно широкий и длинный. Ковыляя, я насчитала пять комнат, кухню и обеденный зал. Мне нравилась обстановка, только слишком много места для меня одной. — Нравится? — голос раздался из-за спины. Я испугалась и резко повернулась, опираясь на больную ногу, но та не выдержала напряжения, и я упала на пол. Подняв голову, я увидела Намджуна: — Ты... Не пугай меня больше так. — Прости, не хотел. Он подал мне руку, я взяла ее, и он потянул на себя резко, что я в секунде оказалась возле него. Наши глаза встретились, и румянец покрыл мои щеки. Я не могу сказать, что он мне нравится, но его аура притягивает. — Спасибо, что помог, но не мог бы ты меня отпустить? — Конечно, — он отошел от меня. — Ты что тут делаешь? — Ви сказал, что ты подвернула ногу, и попросил принести тебе мазь, — он протянул мне тюбик. — Спасибо. — Ну я тогда пошел. — Хорошо. Я вернулась в комнату, положила на рядом стоящую тумбу мазь, а сама завалилась на кровать. Лежала я недолго, потому что через пару минут в дверь постучали. Сегодня что, день посещения, что все прут ко мне? Я еле дошла до двери, открыла ее, но, увидев за ней Чимина, резко захлопнула, повернувшись спиной и облокотившись. Постой, почему я закрыла дверь? Стою в недоумении и открывать теперь страшно. Так, ладно, успокойся, Тэян. Поворачиваюсь, глубоко вздыхаю и открываю дверь снова. Он все еще стоял за ней со слегка раздраженным лицом: — Ты что тут делаешь? — Мне что, нужно оправдываться перед тобой? Я притихла, не зная, что ему ответить на его дерзость. Он вошел, слегка оттолкнув меня: — Смотрю, ты неплохо устроилась. — Тебе-то какая разница, как я тут живу? — Обижаешь, ты же моя будущая жена. — Самому не тошно от этих слов? — А ты мне нравишься, — он подошел впритык и взял меня за подбородок, приподнял его и сказал прямо в губы: — Но вот язык за зубами держать не можешь. Я откинула его руку и ударила его в живот так, что Чимин слегка согнулся, хватаясь за ушибленное место. Разозлился — в ответ тут же прилетела пощечина. Я приложила руку к горящей щеке, со злостью смотря в его лицо. — Да как ты смеешь на меня так смотреть! Он схватил меня за руку и потащил в мою комнату, а я не могла сопротивляться с больной ногой. Чимин бросил меня на кровать и сел сверху, сцепляя руки над головой и удерживая их. Под его массой тела я не могла пошевелиться, а кричать смысла не было: все равно никто не поможет. Его губы приблизились к моим, и я зажмурилась. Я не видела его лица, но чувствовала горячее, учащенное дыхание. Тень спала с моих глаз, и я снова их открыла, смотря на довольного Чимина. — Ты знаешь, я могу делать с тобой все, что захочу, и мне за это ничего не будет, а тебе никто не поможет. Разве можно быть настолько безрассудной и провоцировать меня? Ты должна передо мной на коленях ползать, а не характер свой показывать. Я лежала молча, и только слезы скатывались с уголков глаз. А ведь он правду говорит: я никто, его игрушка, и он может делать все, что и сколько захочет. Но я не могу так просто молчать, если даже просто слова приводят к такой ситуации. — Хочешь, я покажу какую имею власть над тобой? — Что? — испугалась я. Он взял в руки телефон и стал звонить кому-то, все так же сидя на мне. — Хосок, приведи сейчас в дом Тэян Шугу, Намджуна, Ви и Чонгука. Когда я услышала это, мне стало не по себе, что все это увидит Тэ. Слезы сильнее стали литься с глаз, и я начала сопротивляться, но все тщетно. Послышались шаги. Дверь открылась, первый зашел Тэ, и мои глаза округлились. Тэхён увидел, как я лежу на кровати, а сверху на мне сидит парень. Он сначала не узнал в этой ситуации Чимина, рванул к нам, но мой насильник повернулся, и Тэхён остановился, будто перед ним возникла стена, которую он не может преодолеть. Он просто стоял на месте, пока в комнату не зашли остальные. Чонгук, который прогулял школу вместе со мной, все-таки пришел тоже. Все были спокойными, даже Тэхён изменился в лице и стал так равнодушно смотреть в мою сторону, что это пугало. — Вы пришли, а я тут кое-кого приручаю потихоньку, но вот оказалось, она не так проста и мне придется прибегнуть к крайним мерам. Да, Тэян? — Нет, — голос дрожал. — Ну чего ты так испугалась? — провел ладонью по щеке. — Щека еще болит? Я чувствовала себя униженной, как в тот момент, когда Намджун заставил меня раздеться. Почему Чимин это делает? Неужели он так хочет, чтобы я ему подчинялась? — Ви, подойди сюда, — Тэ встал возле кровати. Чимин слез с меня, сел на край, и я хотела тут же встать, но он остановил меня, приказав не двигаться. Послушалась. Мне было страшно и ничего не оставалась, как слушать его приказы. Тэ не мог мне помочь. — Ви, вы же друзья с ней? Тэхён посмотрел на него с удивлением. — Ты думал, что я не знаю? Я знаю все, что тут было. Тэян, Ви же твой друг детства, но, если я ему прикажу тебя ударить, он это сделает, не так ли? — посмотрел на него. — Да. — Тогда ударь ее. Тэхён, не раздумывая, замахнулся, и рука уже устремилась к моей щеке, но Чимин остановил ее и сказал всем уйти. Они, как марионетки, тут же покинули комнату. Я не сдержалась и зарыдала в голос. Мое сердце разрывалось от боли: я не думала, что Тэхён способен на это. — Теперь поняла? Даже твой друг не сможет защитить тебя от меня. Они все подчиняются мне, и тебе неоткуда искать помощи, — он опять сел на меня и, взяв за подбородок, повернул голову и заставил смотреть на него. — Ты должна подчиняться мне, иначе мне придется только наказывать тебя постоянно, — наклонился и нежно прошептал это, отчего по телу пошли мурашки. Он приблизил свои губы к моим и слегка коснулся их. Когда я не ответила, поцелуй стал настойчивым и грубым. Не знаю, это был порыв страсти или грубости, но в какой-то момент Чимин укусил меня за нижнюю губу, и, застонав от боли, я тем самым позволила ему углубить поцелуй. Это только мой второй поцелуй, но я с уверенностью могу сказать, что парень знает, что делает. — Вот бы ты всегда была так податлива, — Чимин встал и ушел, оставив рыдать в одиночестве.

***

Дни шли, нога уже не болела, но вот душа страдала все также. После случившегося я так и не видела Тэ, да и Чимин ко мне больше не заходил. Мы встречались только за обеденным столом у главы, и хорошо, что он там не мог себе позволить вольности по отношению ко мне. Наш обед проходил довольно банально: я приходила и здоровалась со всеми, глава задавал дежурные фразы, а в конце мы прощались и расходились по своим домам. Мне это уже надоело — никакого разнообразия в жизни. Только школа давала море эмоций, в основном негативных, но там было и хорошее — мой новый друг Джин. Мы с ним поладили и стали хорошо общаться. Это мне напоминало те годы, когда я училась вместе с Тэхёном. Было у нас что-то с Джином общее, что не делало преград в нашем общении. Все перемены я проводила с ним: мы сидели в беседке, в которой впервые встретились. Она стала даже нашим местом. Если мы говорили «Давай встретимся через пять минут» — это значило «Приходи в беседку через пять минут». Чонгук видел наши отношения и не раз препятствовал им, но ничего не смог сделать с моим сопротивлением. Он точно не вправе решать, с кем мне общаться, а сейчас я как никогда нуждалась в друге. — Ты пришла. Где ты была все это время? Я волновался. — Прости, что не предупредила. Я ушибла лодыжку и какое-то время не могла ходить, вот и школу не посещала. — Понятно. А то я спрашивал у Чонгука про тебя, но он только косился в ответ и проходил мимо. — Это в его стиле. А ты как тут без меня? Не скучно было? — Тут все так же скучно и бездушно, ничего не изменилось. Мы так и провели весь день вместе, прерывали нас уроки, но на переменах мы снова в своей беседке широко улыбались друг другу и наслаждались общением. — Может, я сегодня тебя отвезу домой? — Это плохая идея. Ты не пойми меня неправильно, я не против, но из-за этого могут возникнуть проблемы. — А ты тогда предупреди Чонгука и поехали со мной. — Я спрошу, но это бесполезно. Чонгук уже ждал меня возле ворот на мотоцикле, а вокруг него, как всегда, толпа девчонок, которые визжат и липнут к нему. Я кое-как пробралась сквозь толпу и на ухо прошептала ему: — Меня домой отвезет Джин, — и отошла в сторону. Он посмотрел на меня с недовольным взглядом и схватил за запястье. Прогнав всех девчонок и заставив их разбежаться кто куда, он мне закатил сцену: — Ты куда собралась? Дура совсем? Слишком много тебе позволяют, раз такие мысли в голову лезут. Быстро села на мотоцикл! — Да кто ты такой, чтобы мне указывать? — я откинула его руку и увидела возле ворот Джина: он сидел в машине, поглядывая в нашу сторону. Я быстро рванула к нему, и Чонгук не успел меня остановить: — Сама себе могилу копает. Посрать мне на нее, пускай едет, куда хочет и с кем хочет. — Ты чего так прибежала? — удивился Джин. — Он меня не отпустил, и мы с ним поругались. — Ты уверена, что у тебя не будет проблем? — Что-то сомневаюсь, но я не поменяю решения и не пойду к нему. — Ну если ты все-таки решила, тогда поехали, — водитель тронулся, и мы поехали. Пока мы были в пути, я все смотрела в окно, а меня терзали сомнения. Мне было не по себе из-за того, что я сделала, но не успела я все хорошо обдумать, как машину окружили мотоциклисты со всех сторон. Я не знала, кому они принадлежат, а мы не смогли от них оторваться, и они начали нас прижимать к обочине, заставляя машину припарковаться в безлюдном месте. После остановки я узнала одного из них — Чонгук. Он снял шлем и направился к двери машины. Открыв ее, схватил меня за запястье и вытащил. — Ты что делаешь? Отпусти! — я откинула его руку. — Молчи и садись, — раздраженно приказал он мне, указывая пальцем на мотоцикл. Я не стала устраивать сцену и послушалась. Чонгук заглянул в машину, забрал с сидения мою сумку и захлопнул дверь. Джин не стал ему препятствовать, так как до того, как они заставили машину остановиться, я попросила его не лезть. Это могло плохо закончиться для нас обоих. Чонгук подошел ко мне, одел шлем на мою голову и сел на мотоцикл. Я залезла следом и обхватила его руками, скрестив свои пальцы. Мы сразу же рванули, и он знал, что я боюсь высокой скорости, но не убавлял газ, а прибавлял, отчего я прижималась к нему сильнее. Мы остановились возле ворот. Я слезла с мотоцикла, сняла шлем и кинула прямо в Чонгука, после развернулась и ушла. Меня бесило все, я была в гневе и должна была его выпустить. Пока шла в дом, меня приветствовали все, кто встретился на пути, но я быстрым шагом промчалась возле них, не обратив никакого внимания. На пути к моему дому встретился Чимин: он прогуливался с Хосоком и не замечал меня. Я, не думая, рванула к нему и ударила по щеке. Этого удара он не ожидал и посмотрел на меня вопросительным взглядом. Я же стояла тяжело дыша из-за того, что только что бежала, а слезы лились по щекам. Я была зла на него, зла, что он испортил всю мою жизнь и не дает жить свободно. Долго сдерживала себя, но сегодняшний случай довел меня до предела, что привело к этому инциденту. Чимин ничего мне не сказал — наверное, у меня на лице все было написано. Но я его унизила и точно поплачусь за содеянное.