на запястьях не цепи, а кожаные ремни обязательств. захочешь, но не порвёшь.
Кудри её горят огнём, взглядом манит, зовёт с собой в Россию, и Пегги пошла бы, Америку променяв на зелень глаз, короткие светлые волосы - на жаркий рыжий, что волною струится по белым плечам, по нежной коже в грубых шрамах. Пегги пошла бы, и остановить её никто не в силах был бы, но снег на ресницах, жадность любимых губ, срывающих поцелуи как яблоки райского сада, и тихий шёпот в ночи - "Люблю, родная, люблю больше жизни" - остаются лишь во снах, когда Пегги тихо и твёрдо отвечает "нет". - Я понимаю, - Наташа смотрит преданным зверем, в руках задержать не пытаясь выскользающие ладони. - Я всё понимаю, Пегги. Наши пути разошлись, и каждый теперь пойдёт своей дорогой. И рыжий как будто за миг тускнеет, на глазах чернея и теряя в цвете. Пегги пошла бы, но просто не может уйти - в Америке держит её не только память. Наташа уходит, в беспамятстве позабыв часть себя в доме Пегги, а та, скупую слезу роняя, в спину бьёт: - Они никогда не сходились.Часть 1
28 июня 2016 г., 12:43