Грубый, горячий и пипец какой докучающий

— Он спит, — зевает Йен, входя в спальню, выглядя при этом очень напряженно и вымотано. — Откуда в двухлетках столько энергии? — он снимает футболку и замечает Микки, уставившегося пустым взглядом в потолок. — Хм, — все, что он слышит в ответ. Микки постукивает пальцами по груди в такт своим мыслям, которые были столь стремительны сейчас. Йен наклоняет голову и пожимает плечами. — Хорошо, я привык говорить сам с собой. Хочешь медвежьих объятий? Ах, да, это было бы здорово после того, как провел с двухлетним ребенком весь день напролет. Оуэн? Ох, мужик, я позабочусь о нем, чтобы ты мог выспаться к завтрашнему… — Отвали, Галлагер, — прерывает поток этого бреда Мик. — Я просто размышляю. Йен падает на кровать, поворачиваясь к нему лицом и ухмыляясь. — Микки Милкович размышляет, никогда не думал, что доживу до этого дня, — его улыбка исчезает, как только он видит серьезное выражение на лице Микки, из-за появившейся тишины Йен мог сказать, что все на полном серьезе — о чем вообще мог думать этот человек? Миллионы сценариев свалились на голову Йена. — Микки… о чем ты? Это должно быть пиздец каким важным, если ты не накричал на меня из-за хреновой шутки. Микки поразмышлял о чем-то своем пару минут, при этом неотрывно смотря на Йена и вспоминая Оуэна, все больше находя подтверждения. Его сердце вот-вот лопнет от переизбытка чистой любви, он вновь хочет почувствовать себя наполненным, любимым и ощутить весь спектр эмоций заново. Повернувшись на бок, он избегает взгляда Йена. — Я хочу еще одного ребенка — Че...что? — заикаясь спрашивает Йен, делая при этом глубокий вдох. Микки никогда не говорил об этом и не думал завести Оуэну братика или сестренку, обсуждая это с кем-то. Как так получилось, что Микки не говорил об этом прежде? Микки переворачивает на живот, положив подбородок на плечо Йена. — Просто подумай об этом, ты, блядь, любишь детей, и Оуэн должен с кем-то играть — я знаю, звучит лажово, так что забудь, что я только что сказал, — он чувствует себя мудаком, размазней, потому что Йен как-то слишком странно на него смотрит. Йен обнял Микки за талию, прежде чем тот успевает отвернуться. — Зачем тебе еще один ребенок? — спрашивает он, замечая немного влажный взгляд Микки. Даже в темноте, Йен всегда оставался гребанным придурком. Микки тяжело вздыхает, потирая глаза и стараясь сделать вид, что не обязан объясняться. — Я просто, э-э… я хочу стать семьей, ты знаешь — я не против… — Не против чего? — лицо Йена озаряется и вот-вот загорится, как лампочка. — Я не против завести маленькую девочку, чьих ухажеров я бы мог избивать, — смеется в подушку Микки, краснея из-за того, что ему чертовски нравилась роль правильного строгого отца. Глаза Йена полны радости, а широкая улыбка лишний раз подтверждает это. — Ты действительно хочешь еще одного ребенка? — спрашивает он, будто не расслышал просьбу Микки с первого раза. Микки закатывает глаза, положив голову на грудь Йена. — Я бы, блядь, это сказал, если против, а? — Йен проводит рукой по темным волосам Микки, взъерошивая их. — Это правда, большой шаг, верно? — Галлагер, у нас уже есть ребенок, мы уже делали этот охуенно огромный шаг — это уже проще, как подняться по лестнице. — Его брови поднимаются вверх, а пальцы гладят кожу Йена.  — Это звучит как согласие? — он умоляюще смотрит на него, не представляя, почему тот хочет завести еще одного ребенка, когда все не так гладко, но, тем не менее, он просто идет на это. — Я, блядь, не жалуюсь, правда. Если это не подразумевает, что на самом деле ты против, — кивает сам себе Йен, слишком кровожадно улыбаясь. Микки поправляет его. — Она, и она должна быть похожа на меня. — Ты знаешь, что не можешь предугадать, какими дети могут зачаться во время секса, верно? — смеется Йен, пока его рука гладит ушко Микки. Микки ударяет его в грудь, конечно, он понимал, как рождаются дети. — Я могу трахаться, как хочу, Галлагер, — Йен усмехается, согласно кивая, пока парень положил голову обратно ему на грудь. — Я думаю, мы обо всем договорились, — и все, что остается Микки — это показать ему средний палец.

-

— Оуэн, ты будешь хорошим мальчиком с тетей Фи, хорошо — не бросай его, как в прошлый раз, когда Дебс взяла его к себе на пару часов и он вырвал ей клок волос, — Йен сел на корточки перед своим маленьким сыном, пока они стоят возле дома Галлагеров, а Оуэн держит в руках банку с какой-то странной жижей, которую Лиам дал ему поддержать; а его рыжие короткие волосы смешно стояли торчком. — Хоро-шо папочка, — смеется Оуэн, слегка чмокая Йена в щеку. За последние пару месяцев, Оуэн быстро освоил это. За пару недель ползанья, Оуэн внезапно начал вставать и ходить. Прежде чем они поняли насколько их ребенок смышленный, Йен предупредил Микки о матах, а если серьезно — мальчик практически все копировал. — Пока, папа! — кричит он, вбегая в дом Галлагеров, а его голос растворяется в шуме других голосов представителей семьи, которые также живут в родном доме. Микки, однако, очень трудно держать себя в руках; грубый, горячий и пипец какой докучающий, его уже начинает трясти от предвкушение того, что его ждет дома сейчас. Увидев сентиментального Йена, который перешел в привычный персональный режим папочки, он сомневается в том, что все получится. Микки уверен, что нужен Йену и он вернется домой, до того, как он сам набросится на него прямо на ступеньках дома. Как только они врываются в их квартиру, одежда мгновенно летит в сторону. — Давай поскорее избавимся от этой херни, — Йен стягивает с Микки куртку, комкая черную ткань и сбрасывая ее с Микки. Брюнет стонет, когда его спина ударяется об стену, а руки цепляются в пуговицы на рубашке Йена. Их губы сплетены вместе, пока Йен прижимает Микки плотнее к стене. — Ебать — просто войди в меня, — просит Микки, обнимая ногами Йена, пока рыжий поддерживает его задницу. Йен оставляет засос на его шее, заставляя Микки умолять. — Чего ты хочешь, Мик? Микки задыхается, как сучка, прижимаясь теснее к Йену и потираясь об его промежность. — Я блядь хочу — я хочу, чтобы ты вошел в меня, — говорит он, расстегивая брюки Йена и просовывая руку под ткань боксеров. Йен вздыхает, придерживаясь об стену. Микки подается вперед, начиная двигать рукой. — Я хочу, чтобы ты кончил в меня. Йен чувствует, как твердеет член в руках Микки, они никогда прежде не опускались до подобных разговоров, но, бля — это необходимо, особенно сейчас. — Хочешь, чтобы в тебя кончили? Хочешь почувствовать мою сперму внутри? — начинает давить Йена на Микки, прикусив его подбородок; его пиздец какое чувствительно место. — Хочешь почувствовать меня внутри? — Боже, да — да, твою мать, — стонет Микки, позволяя Йену стянуть с него брюки. Рыжий прижимает его к стене, пока его губы жестко целуют Микки, он больно посасывает нижнюю губу Микки, показывая то, чего тот так жаждет. Брюнет обвивает талию Йена ногами, задыхаясь, пока Йен водит головкой по его ягодицам, слегка нажимая. Они оба сгорают от возбуждения, будто подростки в свой первый раз. — Скажи мне, чего ты хочешь, Мик, — шипит Йен на ушко Микки. Микки закатывает глаза, ведь Йен прекрасно знает, чего тот жаждал. — Я — бля, — я хочу, чтобы ты просто трахнул меня, я хочу твой члне-н во..ах…- Микки едва удается закончить предложение, пальцы впиваются в кожу Йена, когда тот внезапно входит в него. Йен стонет при каждом толчке, крепко прижимая Микки к стене. — Ебать — сильнее, Йен. Йен напряжено двигается, пока Микки стонет под ним, ощущая приятный жар. Даже в самом разгаре, он чувствует, как нечто сжимается в его груди, при мысли о том, что Микки хочет от него еще одного ребенка. Йен приподнимает его выше, фиксируя, чтобы дать возможность Микки полностью опереться на него и яростно вдалбливая, пока они оба не почувствуют приближающееся к ним облегчение.

-

Пару недель спустя, Йен входит через заднюю дверь с Оуэном подмышкой. — Мик? — кричит он, поставив двухлетнего рыженького проказника на пол, чтобы он быстренько свалил, пока он ищет отца по квартире. — Эй, Микки? — он знает, что Микки здесь, потому что он только недавно получил от него сообщение, что тот собирается испечь блинчики. — Эй, говнюк… — он пинает приоткрытую дверь в ванной, замечая в проеме сидящего возле унитаза парня, которого выворачивает наизнанку. — Ох, ебать, — проклинает Йен, опускаясь перед ним на колени, чтобы помочь Микки, но брюнет отталкивает его и тот падает. Дрожащей рукой Микки указывает на раковину, Йен — беспокойные шаги, он наклоняется и внимательным взглядом осматривает раковину. Не спеша, предполагая, что это было — ведь как то раз он видел, как Фиона боялась сделать это — берет небольшую палочку в руки. Положительный тест — это ясно как божий день, но тем не менее сердце начинает учащенно быстро. — Охуеть, — бормочет он, прикрыв руками лицо. — Да — святое дерь… — Микки пытается говорить, но в очередной раз желудок с ним не согласен. Как же Йен не заметил этого? Гормоны, болезнь? Внезапная тяга Микки к солененькому и сыру? — Мне следует быть осторожным, верно? — шепчет Микки прислоняясь головой к бочку унитаза. Йен не может ничего сказать. Микки снова беременный, они оба ожидают рождение второго ребенка. Дерьмо. — Это неплохое пожелание, бля — я не могу дождаться, — он сползает вниз по стене ванной и не больно толкает ноги Микки, привлекая того ближе. — Ты должен опустить меня, пока я не блеванул на тебя, — Микки пихает Йена в грудь, кривясь от противного привкуса во рту. Йен воспринимает это за сигнал, крепче сжимая его руку и улыбаясь, потому что они действительно стали семьей. — Это не впервой.