Вне игры

Часть 3. Обещанное – «хуже» или «Что ж я маленьким не сдох?»

Брок Рамлоу битых полчаса пытался повторить упражнение на координацию за реабилитологом, но у него не получалось. И не потому, что с его восстановленным организмом было что-то не так. Рамлоу было лень – и скучно к тому же. Немолодой мужчина со смешным именем Евлампий очень старался, объясняя упрямому пациенту последовательность движений, их важность для реабилитации и возможные проблемы, если тот не станет их выполнять – Брок не очень успешно делал вид, что старается, про себя продумывая пошаговый план побега. Не то, чтобы он хотел сбежать, просто заняться было больше нечем. - Сударь, - вновь обратился к нему Евлампий, чудовищно коверкая и без того несовершенный английский. – Прошу встаньте прямо, уменьшите нагрузку на позвоночник. - Хорошо, - кивнул тот, не сдвинувшись с места. – У меня прямая спина. - Я вижу это, мистер Рамлоу, - покивал доктор, тяжело вздыхая. – А теперь повторяйте за мной – и, раз! - И, два, - подхватил он, идеально выполняя движение. – Видите, я повторяю. - Он еще и издевается, - пробурчал доктор себе под нос, но пациент все же услышал. - Если только самую малость, - ответил Брок своему врачемучителю на вполне сносном русском, похлопав честными глазами. - А что же вы нас, милейший, в заблуждение-то вводите? - улыбаясь, посетовал доктор Самойлов. – А то я уже и не знаю, какими словами с вами разговаривать, чтобы вы меня поняли. С английским у меня, как вы и сами поняли, не сложилось. - Мне скучно. Все, что вы показали, я выполняю без труда, - пожав плечами, Брок уселся на табурет. - И все же упражнения бы стоило закончить, - Евлампий махнул на упрямца рукой. – Программа реабилитации и все такое - для вас ведь программу разрабатывали. - Скуч-но, - повторил тот, всем видом это активно показывая. - А что бы вы предпочли? – поинтересовался доктор, складывая на груди ухоженные руки с идеальными ногтями. - Полосу препятствий и пластунов в противники, - признался боец. - Ага, - хохотнул Самойлов, а потом переспросил. – Вы это серьезно что ли?! Да мы вас с того света вытащили! Вы хоть знаете, чего нам это стоило?! А вы – препятствия! – взвыл он, заламывая руки. Брок не выдержал. Он не хотел оскорбить своих спасителей, честное слово. Однако сдержаться было выше его скромных сил – он рассмеялся прямо до слез. Так, вытирая их и периодически похохатывая, боец наблюдал за обиженным доктором – тот насупился и стал похож на обиженного суслика. Почему именно суслика, Рамлоу не знал – похож, и все тут! - Вижу, занятие прошло успешно, - раздался в помещении приятный женский голос. Брок мгновенно изменился в лице – это пришел его личный персональный Ангел. Доктор Александра Королёва. Саша. Как он узнал недавно, именно она настояла на лечении куска мяса, которым он был после Африки. - Так точно, - с нежной, - прости Господи! - улыбкой ответил Рамлоу. Да он сам себя не узнавал! - Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась она на очень приличном английском – акцент едва ощущался. - Давайте говорить на вашем языке, - предложил вдруг боец, игнорируя сердитый взгляд Самойлова. – У меня неплохо выходит. - Замечательно, - улыбнулась Александра. – Давайте, мне будет очень приятно. - Все, на английском больше не разговариваю, - шутливо козырнул Брок. - Евлампий Ильич, вас полковник Грасс искал, - обратилась Саша к коллеге. – Говорит, это по поводу вашего запроса. - О, наконец-то! – воскликнул тот, взмахивая руками. – Прошу простить, всего доброго! – и воодушевленно убежал. - Важный, наверное, запрос, - едва насмешливо заметил мужчина. - У нас не бывает неважных, - как-то невесело усмехнулась Королёва, раскрывая его больничную карту. – Насколько я вижу, вы полностью восстановились – костная ткань, мышечная, мозговая деятельность, рефлексы – все выглядит просто идеально. - Никогда себя таким здоровым не чувствовал, - согласился тот. – Как вам удалось? Я ведь помню, что со мной было. - Вот об этом-то я и хочу с вами поговорить, мистер Рамлоу, - мгновенно посерьезнела доктор. – Как только у вас восстановилась эпителиальная ткань, мы смогли провести дактилоскопическую экспертизу. И то, что вы сами сообщили нам свое имя, значительно облегчило задачу. Вы находитесь в международном розыске. - Есть такое дело, - Брок внутренне напрягся, вспоминая план побега. – Я вам обязан – поэтому и не стал скрывать. - Мне поручено сообщить вам… - Когда за мной придут? – перебил ее боец. - Не сегодня уж точно! – сердито отозвалась Саша. – Вы меня не дослушали. Так вот, Россия никогда не регистрировала в своих реестрах Брока Рамлоу. Он погиб в Лагосе, видимо, там же и похоронен. Вам выдадут паспорт и иные сопутствующие документы. А еще… - И что от меня потребуется? – он еще не до конца понимал, что происходит. Ясно было одно – он для чего-то нужен. Снова. - Если честно, то я понятия не имею, - призналась Александра. - Я сказала только то, что меня просили передать. - Кто просил? – поинтересовался Рамлоу, не надеясь на ответ. - Полковник Раменский, - ответила Саша. – Из ГРУ. - Вот как, - кивнул тот. – Интересно. - Мне тоже, - улыбнулась вдруг Королёва. – Никто не надеялся, что вы выживите – травмы были ужасными. И теперь, я думаю, никто не знает, что с вами делать. - К слову об этом, - спохватился Брок. – Как я выжил? Да еще и от шрамов избавился? Насколько я знаю, это почти невозможно. - Экспериментальный препарат, - помолчав пару минут, она ответила. – «Шанс», так его назвали. Он способствовал повышению уровня регенерации за счет… не могу сказать, простите. - Неважно, - улыбнулся мужчина. – Я жив. Буду думать, как действовать дальше. - Скажите, а вы и вправду работали на ГИДРУ? – этого вопроса Рамлоу не ожидал – он просто выбил почву у него из-под ног. - Мне за это платили, - нехотя отозвался он осипшим голосом. - Значит – работали, - кивнула Саша. - Вы хотите знать что-то еще? Подробности заданий, явки, пароли, связных? – отчего-то горько было на душе и гнусно. - Да, и ключ от квартиры, пожалуйста, где девки лежат! – манерно и озлобленно фыркнула девушка, рывком поднимаясь с дивана. - Прости! – опомнился он, не давая ей уйти. – Я не хотел обидеть! - Мистер Рамлоу, обидеть меня могут только те, кому я это позволю, - отчеканила Саша. – У вас такого права нет – дайте пройти! - Не дам, пока вы меня не простите, - заявил тот, бесшабашно улыбаясь. Что-то подсказывало ему, что все будет хорошо – сегодня ему улыбнется удача. – Я виноват, признаю – всю жизнь был дураком, потому что по голове часто били. Теперь поостерегусь. - Да, часть мозгов у вас отросла заново, - ядовито заявила Александра. – Бόльшая часть. - Вот видите – на такого как я и обижаться грешно, - воодушевился мужчина. – Как у вас в России говорится – «нет суда на дураков»? - У вас слишком хорошо подвешен язык для простого дурака, - деланно равнодушно бросила Саша. Уходить она почему-то передумала. - Я стараюсь, - абсолютно серьезно заявил тот, принимая самый невинный вид из всех возможных. - Вы просто невозможный, - Брок незаметно выдохнул - фух, кажется, пронесло – Ангел опять улыбалась. – У меня есть для вас еще кое-что. Наш Госпиталь является воинской частью, поэтому ваше пребывание здесь не в качестве пациента может вызвать вопросы… - Почему? – и подошел на шаг ближе. - Потому! – она сердито зыркнула, а у Рамлоу приятно защекотало где-то в животе, будто и впрямь чертовы бабочки порхали! – Вы все время меня сбиваете! Так вот, я в прошлый раз не договорила. - Давайте я догадаюсь? – предложил он, приблизившись еще на полшага. – Я остаюсь здесь в качестве обычного солдата, буду числиться в списках личного состава, ходить в наряды, дежурить, да? - Э, да, - мужчина любовался ее явным смущением. – Все верно. А как… - Все начальники думают одинаково, - хмыкнул он. – Они ведь опасаются, что я сбегу? - А вы собираетесь сбегать? – и взглянула ему в глаза снизу вверх – из-под ресниц, изо всех сил стараясь унять шальное сердце. - Нет, я не посмею, - выдохнул он и тепло ей улыбнулся. Саша снова смутилась. Невероятно, она, которая, казалось бы, никогда в своей жизни никого не боялась и тем более не смущалась – ведет себя, аки лань трепетная! – Я знаю, что именно вы спасли меня. Я помню вас – увидел ваше лицо, когда очнулся. Я думал, что вы Ангел. Я никогда не видел никого прекраснее. Саша охнула. Дыхание ее сбилось, на щеках выступил жаркий румянец, а сердце отплясывало лезгинку. В голове была полная и абсолютная пустота – мысли просто испарились. Хотелось смеяться – или плакать, кончики пальцев зудели от желания прикоснуться, а вот ноги, кажется, пустили в пол корни – не оторвать. - Я… мне… туда…, - пролепетала она, и замолкла, не в силах больше вспомнить ни одного слова. Да что же такое с ней происходит?! Так ведь не бывает! Не может быть! - Останься, - прошептал мужчина, подходя ближе. – Со мной, - еще шаг. – Прошу. Подойдя к ней вплотную, Брок и сам не до конца понимал, что происходит – его тянуло, словно магнитом, взгляда отвести не мог от распахнутых карих глаз, которые он не раз видел во сне. Еще чуть-чуть и… - Сашенька, тебя Юля искала, - ворвался в кабинет доктор Кравченко. Окинув взглядом смущенных... эм-м-м, молодых людей, он презабавно крякнул и на всякий случай спросил. – Я вам не помешал? Броку захотелось его убить – расчленить, сжечь и закопать. А все потому, что его Ангел сбежала, пробормотав себе под нос короткое извинение. И если Брок Рамлоу рассчитывал, что при следующей их встрече, ситуация в корне изменится, он жестоко ошибся. Потому что судьба, очевидно, повернулась к нему своей широкой богатырской спиной, которая называется по другому. И вот облом следовал за обломом - солдат бегал за доктором, а служба все шла. В такой беготне месяц пролетел незаметно. Руслан Козырев, который еще месяц назад назывался Броком Рамлоу, валялся в казарме, с тоской рассматривая выщербленный потолок. Было тоскливо, жизнь казалась серой и беспросветной, а предстоящее дежурство вызывало острый приступ тошноты. День сегодня не задался с самого утра – его вызвал полковник Грасс на пару с каким-то ФСБ-шником. Поспрашивали – сугубо для проформы, однако все порядочно затянулось – Рус опоздал на обед, за что получил нагоняй от старшего по наряду. Потом в псишке пришлось скручивать особо рьяного больного, которого хотелось прибить, потому как кусался он знатно! Но, видимо, и этого его горькой судьбинушке было мало – дневальные устроили драку. С последствиями. Сразу прибежал дознаватель – а это опросы, и бумажки-бумажки-бумажки. В общем, день сержант Козырев закончил усталым и с больной головой, повторяя про себя, словно мантру: «Ох, маменька, роди меня обратно!».