«Приходи завтра в полночь...»

На окраине города есть небольшая деревня. В основном там живёт человек десять. Да и все они уже пожилые люди, которые просто хотят отдохнуть в тишине и спокойствии, на природе как никак. Там очень чистый воздух. Совсем не такой, как в городе, в котором слишком много людей из-за чего я всё время теряюсь. В деревушке же можно услышать абсолютно всё. Мама отвозит меня сюда к бабуле только на лето, ведь дома мне приходится заниматься ненавистной учебой. Я не хожу в школу, хотя, признаюсь, хотела. Меня зовут Мари Уофрет. Мне уже 16 лет. Такая большая, но в то же же время и маленькая цифра. У меня очень длинные пепельные волосы, которыми я жутко горжусь и никогда никому не позволю их обрезать. Рост не больше 165 см. Имеется отличный слух и нюх! Примерно так я всем представляюсь. Только, к сожалению, друзей у меня нет. Абсолютно. Никому не интересно общаться со слепой девушкой. Какая ирония… Если я и выхожу в городе из квартиры, то лишь с кем-то за руку. Я люблю отдыхать летом у бабушки. Здесь я могу свободно ориентироваться по звукам и ходить самой. Ну, а если же я заблужусь в трёх соснах, то всегда вернусь обратно на запах бабушкиного пирога, который она готовит буквально каждый день и оставляет остывать на подоконнике. Почему-то, бабушка всегда засыпает ровно в полночь. А я любитель ночных приключений, ведь если я споткнусь и упаду — никто не станет свидетелем моего позора. В дом я уже возвращаюсь, когда птицы начинают просыпаться. Я частенько сбегаю ночью к озеру, что неподалёку. Днём туда приезжают семьи из центра города, а уезжают как раз под вечер. И сегодня я опять собираюсь туда пойти.

***

Ну вот. Слышу, как за стеной бабушка расстилает себе постель. Через минуту шаги направляются ко мне. Она открывает скрипящую дверь и желает мне спокойного сна, как и я ей. После чего уходит, опять наводя меня на мысль, почему я всегда выхожу ночью через окно. Эта дверь настолько скрипит, что выйти незамеченной я точно не смогу. Будто специально дали мне именно эту комнату... Секунда, и телевизор в той комнате выключается, когда ведущая какого-то телеканала оповещает о… Полночи. Считаю до десяти и аккуратно скидываю с себя лёгкий плед. Бабуля засыпает моментально, так что волноваться было не о чем. Я ведь так и не переодевалась. Даже обувь не надеваю, хотя в жаркие дни песок бывает слишком горячим, не успевая остыть до ночи. По памяти обхожу кровать и открываю деревянное окошко. Перебросив сначала одну ногу, а затем и вторую, я тихо спрыгиваю на землю. Трава отзывается приятным покалыванием и привычной прохладой. Я помню, что сейчас нужно пройти пятьдесят три шага вперёд, а потом свернуть налево и идти до упора в старый пень, который был чуть ли не по середине тропинки. И немного пройдя, я уже иду по остывшему песку, малость царапая стопы об мелкие камушки. Минута и я ударяюсь ногой об выпирающий из земли корень пня, при этом чуть шикнув от боли. Значит сейчас нужно направо. Я уже слышу неподалёку шум воды. Казалось, что лягушки квакают со всех сторон, но если прислушаться, то можно безошибочно определить верное направление. Даже кузнечики иль цикады завелись на всё село. А где-то метров так с двадцать укнула сова. Небойсь на дереве сидит и за мной наблюдает. Они ведь очень осторожны. Это даже заставило меня усмехнуться. Вот я и дошла до озёра. Как только под ногами почувствовалась трава, я прошла ещё пару шагов, пока не утонула в песке по самую щиколотку. Потом вновь вернулась на пару шагов назад и села уже на траву, будучи довольна собой. А потом забив на всё и вся, разлеглась в позе звёздочки. Люблю летний ветерок. Он не резкий и не холодный. Он тёплый и ласковый. Будто успокаивает и пытается защитить. Неподалёку я услышала тихие шаги. Могла бы предположить, что это чья-то кошка, собака, но они были слишком тяжелыми, как для животного. Хотя человек и пытался идти тихо, ему никогда не стать таким грациозным, как бесшумная походка кота. Беспокоится я начала тогда, когда шаги с явным намерением приближались ко мне. И если я могу узнать по походке любого жителя из деревушки, то этого я не знаю. Значит, вывод, что он не местный слишком очевиден. А ещё это явно подросток мужского пола. Шаги взрослого человека отличаются грубостью. Пока я над всем этим думала, он подошёл и присел справа от меня, вытянув правую ногу, а левую согнув в колене, ибо шуршание травы ограничилось в одной стороне. Стараюсь всегда в мыслях прокручивать все действия собеседника, даже если мы ещё и не разговаривали. Эта чертова осторожность и недоверие ко всему выработались у меня с годами. Я пока решила не подавать виду, что обратила внимания на его присутствие. Он же немного насторожился, судя по сбившемуся дыханию. — Спит что ли… — прошептал парень, сопровождая фразу тяжёлым вздохом. — Не сплю, — резко ответила я из-за чего тот вздрогнул. — Воскресла! — с притворным испугом вскрикнул юноша, видимо, взмахнув руками. Я лишь шикнула на него, чтобы не кричал. Люблю шикать… (сарказм) — Меня Женя зовут, приятно познакомится, — пытаясь наладить контакт, сказал он. — Приятно познакомится, Евгений, — ответила я. Незачем ему моё имя. — Эй, ты тоже должна назвать своё имя, — громким шёпотом, высказался парень. — Нет. — Значит, будешь Спящей звездой, — якобы намекая на мою позу, проговорил Женя. — Нет. — А как тебе Воскресёнка? — всё не унимался парень, чем малость заставлял меня раздражаться. Но и пробудил азарт от этой нелепой ситуации. Хотя это не меняет того, что у него ужасная фантазия. — С чего бы это? — Ну как с чего, ты ж воскресла! — усмехнулся он. Я ведь говорила, что фантазии ноль. — Мари, — сдалась я, но почувствовав его некое замешательство, добавила: — Меня зовут Мари. В ответ я услышала смешок, мол чего не «Марина», почему сократила? Я же послала его спросить это у моих родителей. Он немного побуянил, пытаясь меня расшевелить и шутками, и действиями, чтобы я открыла глаза. А я лишь изображала полное безразличие. Пожалуй, единственное, что мне удаётся лучше всего. Опыт. Но я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться вслух. Мне и глаз незачем было открывать, чтобы лучше понять его действия. Женя даже пытался сплести мои волосы с парой высоких травинок, но потерпев от них предательства (они разорвались), он просто распластался рядом со мной на травке. — Открой глаза, — повернувшись ко мне боком, попросил Женя, не выдержав и минуты тишины. — Эй, это же не сложно, — с нотками негодования и отчасти любопытства, добавил юноша. Он даже не представляет насколько это сложно. Я не жду от него дружбы, я просто не хочу портить и себе, и ему эту ночь. Со мной никогда нормально не общался ни один человек моего возраста. Что же говорить о таком знакомстве? Испугается, обзовет, уйдёт и всё. И всё… Может действительно его «разочаровать»? Парень сбежит, как все остальные, а я продолжу бездельничать в любимом одиночестве. И надоедать не будет… Потом покажу глаза. Хочу понаблюдать за ним ещё немножко. Кажется, во мне разыгрался детский азарт. — На тебе паук. Серьёзным тоном сказал Женя, но его план провалился, ибо мне абсолютно всё равно на него, а пауков я не боюсь. И даже если бы он на мне был — я бы его почувствовала, каким бы легким тот не был. Или нет. И от испуга глаза не открыла. Шах и мат. — Пусть гуляет. Он разочарованно фыркнул и опять перевернулся на спину. Я настолько углубилась в свои мысли, что даже забыла о его присутствии. Шум воды успокаивал, убаюкивал, а лягушки понемногу начинали раздражать. Всегда сравнивала их с болтливыми сплетницами-старушками. Кузнечики же мне напоминали почему-то маленьких непослушных детей… Вдруг громко зазвонил телефон, что заставило меня действительно испугаться. Я резко села и рефлекторно открыла глаза, но вмиг поняв свою оплошность, закрыла их и вновь откинулась на траву. — Скоро буду, — отрешенно ответил Женя по телефону. Именно эта отрешенность заставила меня напрячься. Значит, всё же успел увидеть. Я горько усмехнулась и положила руку на глаза. Слышала, как он молча прячет телефон и как потом замирает его дыхание возле моего лица. — Открой глаза. Его слова прозвучали так, будто успокаивали провинившегося ребёнка. Меня это не взбесило, просто ввело в недоумение. Я его не понимаю… Я медленно убрала руку и подняла веки с одной бровью, будто спрашивая продолжения. И с пол минуты помолчав, он сказал: — Круто. Я вижу своё отражение в твоих глазах, — без капли насмешки или подобного произнёс Женя. Но сейчас ведь ночь, как? Значит полнолуние… — Эм… Ты не… — не зная, что сказать, я просто мычала что-то не целесообразное. — Прости, мне уже пора идти, а то предки задушат, — расстроенно (?!) сказал парень и поднялся с земли, отряхиваясь. — И да, приходи завтра в полночь! Крикнул он последнюю фразу, уже будучи на дороге, пока я сидела на траве, повернувшись боком к уходящему парню. Дурак, я каждую ночь сюда прихожу и без твоих приглашений.