Такая традиция

Спустившись со сцены, парни в обнимку направились в сторону бара. Да, на сцене они казались более трезвыми, чем было в действительности. Заказав по стопочке текилы, ребята стали обсуждать то сумасшествие, которое они устроили. Чувства нахлынули с такой силой, будто им снова по четырнадцать лет и они играют у себя в гараже. Они были настолько увлечены разговором, что не заметили, как за их спинами оказалась Изабель в сопровождении Магнуса и Рафаэля. — Оооо, систер, — обернувшись, пропел Джейс, — что ты здесь делаешь? — Примеряю на себя роль Алека, — съязвила Изабель, махнув рукой на старшего Лайтвуда, на что тот лишь удивлённо моргал, примерно два раза в секунду. — Но это было круто! — Изабель прыгнула к парням с объятиями. — Александр, я не знал, что ты такой… кхм… талантливый, — улыбнулся ему Магнус. Алек улыбнулся в ответ, наградив азиата своими краснеющими щеками. Рафаэль стоял рядом, скрестив руки на груди, и сверлил взглядом Саймона. Заметив Рафаэля, Саймон на секунду протрезвел, но потом вернулся в своё нынешнее состояние. — Что ты так уставился на меня? — заплетающимся языком пробубнил Саймон. — Пытаешься придумать очередное дебильное задание для меня? — Ну, почти, — хмыкнул Рафаэль, легонько улыбнувшись уголками губ, — вставай, отвезу твоё пьяное тело домой. — Нет! — отрезал Саймон. — Я с твоей подозрительной личностью никуда не поеду! В этот момент, локоть Саймона соскользнул с барной стойки, и Рафаэль, воспользовавшись этой заминкой, схватил его за руку и резко потащил к выходу. Наблюдая такую картину, Джейс и Алек, будто по сговору, подняли руки вверх, заявляя о своём поражении. Парни нехотя поднялись со своих мест и потопали следом за Магнусом и Изабель. Выйдя на улицу, Алек прислонился щекой к ближайшему фонарному столбу, ловя на себе холод металла. Джейс сел на асфальт рядом с Алеком и опёрся об его ноги, в попытке уснуть. Растормошив пьяные тела, Магнус и Изабель закинули - да, именно закинули - ребят в машину. Подъехав к дому Лайтвудов, Магнус помог дотащить Джейса до его спальни и вернулся за Алеком, но тот, свернувшись калачиком на заднем сидении, мирно спал. Убедив девушку, что Алеку будет лучше переночевать у него дома, Магнус, получив недвусмысленную улыбку от Изабель, увёз брюнета к себе. *** Проснувшись, Александр потянулся всем телом, разминая его. Но буквально через секунду его осенило, что находится он не у себя в комнате. Подпрыгнув, он моментально оказался на полу, вспоминая события вчерашней пьянки. Оглянувшись, он нашёл свою одежду, висящей на стуле, и стал быстро одеваться. Комната казалась очень знакомой, и, немного пошевелив воспоминания, он понял, что находится в спальне Магнуса, где на днях сам же переодевал его бессознательное тело в пижаму. От этих воспоминаний щёки Алека успели поменять пятьдесят оттенков красного, и он молнией вылетел из комнаты. Оказавшись в огромном зале, он заметил Магнуса, сидящего на кухне. — Как самочувствие у моей звезды? — спросил Магнус, даря Алеку нежную улыбку. — Что я здесь делаю? — игнорируя вопрос Магнуса, спросил Алек, приземляясь на стул. — Вся эта картина мне до жути знакома, — рассмеялся Магнус, — я привёз тебя к себе, после того, как ты вырубился в моей машине. Магнус поставил перед Алеком кружку горячего кофе и свежие бельгийские вафли. — Я не такой кулинар, как ты, но надеюсь, тебе понравится. — Магнус уже собирался уйти, но Алек схватил его за запястье в попытке остановить. — Прости меня, — начал Алек, вставая со стула, — что сбежал вчера так быстро. — Не надо извиняться, Александр, — Магнус прикоснулся ладонью к щеке Алека, поглаживая её большим пальцем. Он смотрел на него, как на сокровище, которое досталось ему с огромным трудом, как на мираж, который вот-вот растворится. — А знаешь, Магнус, — сказал Алек, пытаясь перебороть смущение, — я, кажется, тоже влюбился. И, чтобы не растерять остатки решимости, Алек припал к губам Магнуса. Тот же, ни секунды не думая, обхватил Алека руками вокруг талии, усадил на стол и стал отвечать на поцелуй. Он был таким нежным, жарким и страстным. Они пробовали друг друга на вкус, их языки сплелись, а дыхание сбилось. В комнате становилось очень душно. Стоя между ног Алека, Магнус руками блуждал по его бёдрам, сжимая сквозь грубую ткань чёрных джинс. Его губы скользнули ниже, исследуя каждый миллиметр шеи, лаская языком контур татуировки и целуя поначалу ласково, а затем настойчиво, грубо, оставляя следы их близости. Алек тяжело вздыхал, вплетая пальцы в шёлк волос Магнуса, руша его укладку, прижимая его голову к своему телу. Сердце норовило вырваться из груди, а душа — разлететься на осколки. — Магнус… — шепчет Алек. — Да, сладкий, — Магнус не прекращает выцеловывать каждую клеточку его тела, спускаясь ниже. — Я… ммм… ты для меня… — Алек не может подобрать слова, чтобы признаться, и впадает в лёгкую дрожь. — Я знаю, Александр, — Магнус возвращается обратно к губам, — ничего не будет, пока ты сам не попросишь. Они продолжают целоваться, не следя за временем. Кофе уже давно остыл, а стрелка на часах близится к полудню. — Мне нужно в университет, — шепчет Алек, не желая отрываться от таких любимых губ, которые так идеально подходят к его. — Поеду с тобой, — выдыхает Магнус в поцелуй, обнимая Алека крепче. *** Саймона разбудил телефонный звонок, мелодия которого пронзила его голову жгучей стрелой. Часы показывали 8:36, а учитывая, что занятия у него сегодня после двенадцати, это было не самым весёлым началом дня. Телефон продолжал трезвонить, сообщая, что звонивший — Рафаэль Сантьяго. Глубоко вздохнув и перебрав в голове весь матершинный запас, Саймон ответил на звонок. — Льюис! — крикнул Рафаэль в трубку, заставляя Саймона убрать телефон от уха. — У меня скоро начнётся физкультура, а я форму забыл дома. Жду тебя в раздевалке вместе с ней. Не опаздывай. Рафаэль бросил трубку, оставив Саймона один на один с пожирающей его злостью. Всё, это последняя капля. Направляемый злостью, Саймон за кратчайший срок собрался, заехал за формой домой к Рафаэлю и доехал до университета. Вбежав в раздевалку, он увидел своего мучителя и, подбежав к нему, накинулся с криками. — ТЫ… ЖЕСТОКИЙ, МАНИПУЛИРУЮЩИЙ УБЛЮДОК! ЭТО ВСЁ ЧАСТЬ КАКОГО-ТО ЗАМЫСЛА? ЭТО ВСЁ ДЛЯ ТЕБЯ ИГРА, НЕ ТАК ЛИ?! А?! Я ВЫПОЛНЯЮ ВСЕ ТВОИ ТУПЫЕ ПОРУЧЕНИЯ, НО ТЕБЕ ЭТОГО ВСЁ РАВНО МАЛО?! ЧТО ЖЕ НАДО СДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ УГОДИТЬ ТЕБЕ?! Я СЛЕДУЮ ВСЕМ ТВОИМ ПРАВИЛАМ, НО КАКОЙ В ЭТОМ СМЫСЛ?! НАРУШИШЬ ТВОИ ПРАВИЛА — ПРОИГРАЕШЬ, БУДЕШЬ СЛЕДОВАТЬ ИМ — ВСЁ РАВНО ПРОИГРАЕШЬ! МНЕ НЕ ПОБЕДИТЬ! КАКОЙ В ЭТОМ СМЫСЛ?! КАКОЙ В ЭТОМ СМЫСЛ, МАТЬ ТВОЮ?! Не успел Саймон опомниться от выплёскивания всей желчи, которая скопилась внутри него, как был моментально, с дикой силой, припечатан к шкафчику. Связь с реальностью потерялась, сознание стало уплывать, бешеный стук сердца уже не был слышен, а пьянящий и дурманящий поцелуй накрыл рот. Рафаэль вздохнул и впился ногтями в плечи Саймона. Опешив от происходящего, Саймон на несколько секунд замер, но, плюнув на всё, стал жадно отвечать. Для Рафаэля это стало последней каплей. Он уже не сдерживался. Целовал, ласкал, гладил, кусал. Голова кружилась, разум подёрнулся дымкой, и парни уже не сдерживали стоны. Они целовали друг друга исступлённо, с толикой властности и сладострастия. В этот момент они хотели плевать на мораль, нравственность и на любое восприятие происходящего. Даже если бы кто-то зашёл в раздевалку, они бы не смогли оторваться друг от друга. Руки Рафаэля сжимали, мяли, щупали, царапали Саймона. Казалось, что он хотел превратить его в один сплошной синяк. Но с другой стороны, всё это делалось с неподдельной страстью и… любовью? В какой-то момент Рафаэль отстранился от Саймона и стянул с него футболку, затем приспустил ему штаны вместе с бельём, и развернул, заставляя облокотиться о шкафчик. Саймон почувствовал, как сзади прижалось разгорячённое тело Рафаэля, тот часто дышал и покусывал его шею, блуждая руками по обнажённому телу. — Ещё раз увижу в обнимку с Лайтвудом или с кем-то ещё, — горячо выдохнул Рафаэль, — так легко ты не отделаешься. Сквозь своё тяжёлое дыхание, Саймон услышал, как вжикнула молния на джинсах Рафаэля. — ТЫ. ТОЛЬКО. МОЙ. — шепчет на ухо Рафаэль. Саймон стискивал кулаки. Зажмуривался до цветных мушек перед глазами. Дышал через раз. Спина, ягодицы и даже бёдра покрылись маленькими капельками пота. Его болезненный вскрик разлетелся по всей комнате, когда Рафаэль одним толчком вошёл в него чуть ли не наполовину. — Хочу ещё глубже, хочу тебя, — хрипит Саймон, на что Рафаэль начинает резко вбиваться в податливое тело. Дальше всё вспышками: член, проникающий и двигающийся всё глубже, стоны всё громче, толчки, рука Рафаэля на члене Саймона. Саймон судорожно двигал бёдрами, насаживаясь ещё сильнее на член Рафаэля. Боль и наполненность. Руки, ласкающие тело, покрытое испариной. Толчки, которые выбивали тихие ругательства, поскуливания и даже осколки мыслей из головы. Поцелуи в спину, от которых перехватывало дыхание. Саймон выгибал спину, подставляясь, царапал ногтями дверцу шкафчика и понимал, что ничего даже близко похожего он не испытывал никогда и ни с кем. Он ещё раз закричал, когда живот и ягодицы рефлекторно сжались и толчками плеснулось тёплое и вязкое семя. Саймон чувствовал, как сильнее сжималась рука Рафаэля на его бедре, как внутри начинало щипать и болеть ещё больше от того, что фрикции становились более частыми, от того, что Рафаэль теряет контроль и… Его член начинает входить свободней, скользя по сперме, только что излитой. Они ловят отголоски пережитого оргазма, продолжая немного двигаться и сбито дышать. Рафаэль разворачивает еле стоящего на ногах Саймона к себе лицом. Их губы соприкасаются очень нежно и бережно, приоткрываясь и позволяя языкам проникнуть друг другу в рот. — Ты представляешь, как долго я этого ждал? — спросил Рафаэль, отстраняясь от Саймона и тяжело дыша. — Как долго я ждал, когда ты взорвёшься. — Больной извращенец, — прошептал Саймон, не скрывая улыбки. *** Джонатан, припарковавшись на привычном для себя месте, отправился к университету знакомой дорогой. Проходя вдоль парковки, он увидел машину Алека. Улыбнувшись от мысли, что встретит его сегодня, блондин пошёл дальше. Но, подойдя ближе, он увидел на переднем сиденье Алека и Магнуса. Рука Магнуса нежно обхватила шею брюнета, не давая ему возможности отстраниться, но в этом и не было нужды. Увлечённые нежным поцелуем парни не замечали ничего и никого, даря внимание только друг другу. Сжав губы, Джонатан трясущимися руками достал телефон и судорожно стал листать список контактов. Остановившись на имени «Первая стерва Нью-Йорка», он нажал кнопку вызова и стал слушать гудки в ожидании ответа. — Джонатан Моргенштерн, какими судьбами? — послышался в трубке звонкий женский голос. — Привет, Камилла, — сказал блондин, не сводя глаз с Магнуса и Алека, — ты уже в городе? Хочу попросить тебя об одной услуге…