Наш личный остров

Дин ошарашенно смотрел на Кастиэля, не зная, что ответить на подобное признание. — Ты знал моего отца? — Лично нет, но каждый день в школе я прохожу мимо почётной доски, на которой написано, что в этой школе учился выдающийся человек Джон Винчестер. — Ты живёшь в Лоуренсе? — Да. Я вернулся туда несколько лет назад. Я родился там и жил до семи лет, пока не умерла моя мама. Потом меня забрал к себе отец и я жил с его семьёй. — Можешь не рассказывать, если не хочешь. — Но я хочу. Он посмотрел на Дина своими синими глазами и тот ещё раз подумал про себя: «Ну и глазищи». — Моя мама влюбилась в женатого человека, поддалась на его ухаживания и была вынуждена уехать, после того, как жена этого человека пыталась покончить жизнь самоубийством. Дин немного вздрогнул. Десять минут назад он помогал этому парню сходить отлить, а сейчас он рассказывает ему трагичную историю своей жизни. Когда всё пошло не так? — Мама уехала в Лоуренс и только там поняла, что беременна. Он ничего не знал и не узнал бы, но мама заболела. Рак не щадит никого. Перед смертью она написала ему письмо и он забрал меня на следующий день, как её не стало. — Мне так жаль, Кас. — Мне тоже, Дин. Я знаю, что случилось с вашей мамой. Мы потеряли их, будучи ещё детьми. Дин кивнул головой. Упоминание о маме отозвалось тупой болью, но он ничем не выдал этого. Как и того, что его удивляет такая осведомлённость о его прошлом. У Бога действительно странное чувство юмора, послать ему бывшую невесту и парня, который живёт в его родном городе и гордится, что работает в школе с табличкой. — Тебе нужно поспать, поход в туалет был мощным приключением. — Для начала мне нужно кое-что сказать тебе, Дин. Он удивлённо посмотрел на немного озабоченное лицо Кастиэля. Ну, что ещё? — Он знает кто ты. Он знает кто она. Прошу тебя только об одном. Не отнимай у него это счастье. Дин заморгал не понимая, что говорит ему Кас. — Но, я не собираюсь ни у кого ничего отнимать. — Он будет вести себя как идиот, не ведись на это, прошу тебя. — О чём ты говоришь, Кас? — О том, что Белла Талбот бросила тебя у алтаря два года назад. Дин хмуро уставился на него. — У меня создаётся впечатление, что это какой-то долбанный заговор. — Это не так. Это странное стечение обстоятельств. Мы не планировали устраивать тебе такие неприятности. Я не знаю почему она это сделала, не спрашивал никогда, потому что это не моё дело. Но они вместе, он любит её и я хотел бы, чтобы он был счастлив. Он мой брат. — Я понимаю, правда. Но ты не боишься, что она сделает с ним то же самое? Кастиэль улыбнулся и покачал головой. — Нет, Дин. Она тоже любит его, я уверен. У него свело желудок от этого заявления. Она значит любит. Отлично. Гнев, который он сдерживал все эти два дня, которого как он думал уже нет, стал подниматься откуда-то изнутри. — Очень рад за них. Кастиэль сразу же понял его перемену. Он вонзил в него свои синие глаза и распахнул их то ли с ужасом, то ли с мольбой. — Прошу тебя, Дин. Не мешай его счастью. Ему и так не легко, что он попал именно сюда и тут именно ты. Я знаю его, знаю, что он держится до поры до времени. Не провоцируй его, он может быть очень неприятным человеком, если захочет. — Знаешь, я пока что не видел его приятным. Рад, что у тебя есть вера в его хорошую сторону, но мне плевать. — Пожалуйста, — Кас схватил Дина за запястье и сжал, насколько это позволяли его силы. — Он мой брат. — Я не собираюсь устраивать тут петушиные бои и вендетту. Успокойся. Я давно забыл её и мне она не нужна. Единственное, что я испытываю., — Дин повернулся лицом к Кастиэлю и зло прошептал ему. — Это ненависть. Я ненавижу Беллу Талбот, потому что она виновна в смерти моего отца. Кастиэль отпустил его руку и судорожно сглотнул. Судя по всему он уже был не рад, что начал этот разговор. И правильно, потому что Дин был в бешенстве. — Теперь мой отец — это табличка в твоей школе и урна с прахом в его кабинете. И мне плевать на её счастье. — Прости, я не должен был… — Не должен. Да. Дин встал и вышел из своей комнаты, едва не снеся дверь. Он не спустился на ужин и больше не ходил к Кастиэлю, он заперся в кабинете и достал из шкафа початую бутылку виски. Это не панацея, но ему было необходимо выпить. Глупый парень из его спальни высвободил на свет слишком мощные чувства. Он думал, что справился с ними, но простое упоминание отца и Беллы в одном предложении, снесло все преграды. Парень был не виноват, он заботится о счастье брата, пусть и такого напыщенного. Но это всё слишком запутанно. Он может смотреть, как она с кем-то другим, без проблем. Он давно разобрался в себе и сейчас он понимает, что его великая любовь была всего лишь отличным сексом с красивой девушкой. Так и есть. Он бы и сейчас был не против затащить её в постель и заставить стонать, как прежде. Но любви нет. А вот ненависть осталась. К ней и самое главное к себе. Он сделал очередной глоток и поморщился. Если бы он не был таким идиотом, если бы понимал, что она не та самая, то не устроил бы эту свадьбу, она бы не сбежала, а отца бы не хватил удар. Он вздохнул и откинул голову на спинку дивана. Это он виноват в смерти отца. И плевать ему на счастье или несчастье других людей. В дверь забарабанил Сэм. Дин посмотрел на бутылку, он выпил больше половины. — Дин, открой мне. Немедленно. Он лениво и пьяно встал и открыл дверь, брат тут же ворвался и укоряюще посмотрел на бутылку. — Вот чёрт, Дин. Ты зачем напился? — Мне тридцать один год, Сэм. Имею право, — он вернулся к дивану и отхлебнул виски прямо из горла. — Я устал, Сэм. Оставь меня и иди спать. — Я был у Кастиэля, он рассказал, что расстроил тебя и очень переживает. — Да пошёл он… Дин сделал ещё глоток, прежде чем Сэм отобрал у него бутылку. — Дин, прекрати немедленно. — Отвали, Сэмми. Мне нужно напиться… и умереть. Пощечина была резкой и внезапной, Дин пьяно завалился на диван и зарычал в злобе. — Ты какого хрена творишь, придурок? — Не смей говорить мне о смерти, Дин. Не смей! Сэма трясло от гнева, он смотрел на брата и сжимал бутылку в руке. Потом перевёл на неё взгляд и, сделав глубокий выдох, начал пить из горла. Дин тут же подскочил с дивана и выхватил бутылку из его руки, разливая виски по полу. — Какого хрена, Сэм? — Если ты хочешь напиться и умереть, то я с тобой. Я говорил тебе, что пойду за тобой куда угодно. Туда тоже пойду. — Ты идиот, Сэм, — зарычал Дин и отбросил пустую бутылку на диван. — У тебя скоро родится ребёнок. — Но я не могу потерять тебя. Ты самый близкий мне человек. Ты моя кровь и я знаю, что тебе плохо. И я пойду за тобой куда угодно. — Чёрт, Сэмми. Ну почему ты такой лосяра? Иди сюда. Дин прижал брата к себе и тот вцепился в него со всей силой. — Прости, Сэм. — Я всегда буду рядом, Дин. Тебе нужно просто поговорить, если тебе плохо. И мы справимся со всем, вместе. Как семья. — Я знаю, Сэм. Я знаю. Они выпустили друг друга из объятий и Дин устало вернулся к дивану. — Ковёр испортили. — Не страшно, это же виски, ему только на пользу. — Как там этот парень? — Кас? Нормально, переживает из-за тебя. — Оу, какой он заботливый. — Он рассказал мне откуда он и о том, что просил у тебя. Он прав, Дин. Ты это знаешь. Она теперь с его братом. — Да плевать я хотел на неё, Сэмми. Сэм недоверчиво посмотрел ему в глаза. — Я не люблю её и не собираюсь пытаться вернуть, она отхватила себе этот кусок дерьма и это её дело. Но она виновата в смерти нашего отца. Какого хрена она молчит второй день? Делает вид, что не знает нас. Дверь медленно приоткрылась и Сэм обернулся. В дверном проёме стояла та, о ком только что шла речь. — Привет, мальчики. У Сэма непроизвольно сжались кулаки и он дёрнулся, но Дин окрикнул его. — Чего нужно? — Поговорить. Сэм отступил к Дину и посмотрел на брата, тот кивнул ему. — Зайди и закрой дверь. Она вошла, на ней было платье Джесс и это немного сбивало с толку. — Можно мне присесть? — Возьми стул и садись. Она так и сделала, села прямо по центру и обвела их взглядом. — Я знаю, что я натворила и знаю, как вы оба меня ненавидите. И вряд ли я могу что-то с этим поделать. Но мне будет легче жить, если я расскажу вам правду о себе. И да, прости, Дин. Я не должна была доводить это всё до свадьбы, но ты был таким настойчивым и милым, что я поддалась искушению. — Хватит. Говори по существу или проваливай. — О’кей. Меня действительно зовут Белла Талбот, хотя многие люди в этом мире знают меня под десятком других имён. Я профессиональная производственная шпионка. И моим заданием было выведать тайны и секреты в фирме вашего отца. Ты оказался самым доступным путём. Джон на меня бы не клюнул, Сэм уже был женат. А ты был очень доверчивым. Простите, но я не знала к чему это приведёт. У Дина сжимались кулаки и он хотел придушить её прямо сейчас, а потом погрузить её тело в лодку и отправить в долгое плавание. Секундный взгляд на Сэма и у него похожие эмоции на лице. Ноздри гневно вздымаются и губы сжаты в узкую полоску. — И чего ты выведала? — Да ничего особенного, меня отозвали с задания за сутки до свадьбы. При всем моём хорошем отношении к тебе, я не хотела выходить замуж вот так. Поэтому не пришла на свадьбу и смылась в Мексику. О том, что ваш отец скончался, я узнала только две недели спустя. Вас уже не было в Америке и никто не знал где вы. — Какой правдоподобный пересказ какого-то дебильного фильма. — Это не враньё, Дин. Мне действительно жаль, что я совершила такую оплошность, которая повлекла за собой смерть вашего отца. Это было непрофессионально идти у тебя на поводу, но ты можешь быть очень настойчив, знаешь ли. — А сейчас ты опять на задании? — Нет. Я отошла от дел и завязала. Точнее всё, что произошло разрушило мою карьеру шпионки. Я попала на передовицы газет и привет. — Так жаль, Белла. Прям душа болит за тебя, — Сэм просто сорвал эту фразу с губ брата, на что тот довольно фыркнул. — Я не надеюсь, что вы простите меня. Но раз мы тут застряли на три месяца, то мне бы хотелось внести между нами ясность. Это было несчастливое стечение обстоятельств. Мне искренне жаль. — Да нам плевать, — Дин встал. — Ты могла бы за сутки до свадьбы всё мне это рассказать и я бы всё отменил. Я бы простил тебя. Чёрт с ним со шпионажем этим, тем более, что ты ни хрена не добилась. Но ты могла сказать правду и отец был бы жив. Ты могла бы соврать и результат тот же. Но ты сбежала именно перед церемонией. — Я не ясновидящая, я не могла предположить, что он так отреагирует. Мне правда жаль, ребята. Ваш отец был хорошим человеком, он относился ко мне, как к члену семьи. И мне искренне жаль, что так получилось. — Просто уйди, пожалуйста. Не доводи до греха. Она встала и направилась к выходу. — И просто, чтобы ты знал. Бальтазар в курсе нашего с тобой прошлого. Не лезь к нему. — И не собирался, мне наплевать и на тебя, и на твоего Бальтазара. — Вот и отлично. Она вышла. Сэм положил руку на плечо брата и сжал её. — Успокойся, Дин. — Вот ведь сука. — Дин! Сэм гаркнул на него и встал перед ним лицом. — Всё, успокойся. Чёрт с ней, отца не вернуть, но я не дам тебе потеряться во всём этом дерьме. Дин разжал кулаки и посмотрел на брата. Решимость и упорство, в этом весь его Сэмми. — Ладно, я в норме. — Не знаю, как мы будем терпеть её всё это время, но нам придётся. Мы весь день пробовали реанимировать антенну с Бенни. Пока что не получилось. И боюсь, что не получится. Будем молиться, что нас хватится Джошуа. Дин упал назад на диван и закрыл глаза. — За что нам всё это? За то, что два года жили спокойно? Я всего лишь хотел отгородить нас от всего этого дерьма, но его всё равно прибило к нашему берегу. — Всё будет хорошо, Дин. Просто постарайся не пересекаться с ней и её женихом. — Я и так стараюсь, только какого хера я должен прятаться в своём собственном доме? — Дин, прошу тебя. Давай сейчас мы ляжем спать, а завтра трезвые обсудим, что нам делать? — Иди и спи, это не я у тебя в комнате. — Ты вообще не в комнате, ты в кабинете. — Твоя наблюдательность просто обескураживает, Сэмми. Иди уже к себе. Моя комната пока что занята. — Ты мог бы отселить его к Руфусу, там две кровати. — Не нужно, он слишком слаб, пусть спит у меня. — Мне показалось, что он не плохой парень. Довольно таки рассудительный и добродушный. — И суёт свой нос куда не нужно, — Дин нахмурился. — Он не со зла, Дин. Не срывайся на нём, он не заслуживает этого. — Ты, я смотрю, тоже с ним подружился? — Мне рассказали про него Адам и Бенни. У парня не самая лёгкая судьба, но он не унывает и даже любит своего брата. У него, кстати, ещё и сестра есть. — Да хоть две, Сэм. Иди уже и дай мне поспать. — Спокойной ночи, Дин. — Спокойной. Его разбудила Джоди, на рассвете. Он сонно протёр глаза и уставился на неё, звук дошёл не сразу, чёртовы виски. — Дин, милый, ему опять плохо. Пойдём скорее. Дин пришёл в себя и резко подскочил. Он совсем забыл, что на его ответственности больной человек и он совершенно забыл, дать хоть какие либо указания на его счёт. Он побежал по коридору как был, в одних пижамных штанах и босиком. Около Кастиэля стоял испуганный Адам. — Я зашёл посмотреть как он, а он снова горит. — Чёрт, я забыл дать ему пенициллин. Он бросился к столику около кровати и начал лихорадочно вскрывать одноразовый шприц. Пузырёк с лекарством стоял тут же, он забрал пару кубиков и, протерев руку, вколол в вену лекарство. Капельницы давно закончились и он ругал себя последними словами, что дал чувствам взять вверх над долгом. — Мне принести лёд? — Нет, Джоди. Он не настолько горяч, да и проводить подобную процедуру так часто опасно, он заболеет. Идите спать. Я останусь с ним. — Ты уверен? — Да, Джоди, пожалуйста. И ты Адам. Идите. Я не оставлю его больше. Адам кивнул и вышел вслед за Джоди. Дин присел около парня и потрогал его пульс. Потом потрогал лоб. У Кастиэля периодически слетали обрывки слов с губ. Дин не прислушивался, но в какой-то момент различил своё имя. Видимо сильно он его напугал вечером. Парень перенервничал и теперь страдает по его вине. Вот чёрт. Он этого совсем не хотел. Нельзя срываться на невиновных людях, особенно когда у них такие добрые, синие глаза. Он поставил ещё одну капельницу с физраствором и передвинул глубокое кресло поближе к кровати. Сел в него и уставился на своего первого и скорее единственного пациента, которого он чуть не угробил. Кастиэль затих и начал дышать ровно. Если повезёт, то он даже не подаст на него в суд за издевательства и практику без лицензии врача. Дин усмехнулся сам себе. — Что-то смешное увидел? Он вздрогнул и посмотрел на лицо парня, тот открыл глаза и смотрел на него. Во взгляде было столько боли и чего-то ещё, чего Дин понять не мог. — Привет, Кас. Прости, что накричал и бросил тебя. — А ты прости, что полез к тебе со своими просьбами. Я не имел права просить о чём либо. Не после того, как ты спас мне жизнь. Дин криво усмехнулся: — Будем считать, что оба накосячили и забудем? — Отличное предложение. Спасибо. Кастиэль мягко улыбнулся и закрыл глаза. Дину вдруг стало их резко не хватать. Чёрт, что это сейчас такое было? — Обещаю, что буду более ответственным. — Ты и так много сделал для меня, Дин. И я сам виноват. — Ладно, не начинай посыпать голову пеплом. Проехали. Кастиэль улыбнулся и снова открыл глаза, стало как-то мягче и уютнее. — Начнём с чистого листа? — Вроде того, хотя с этим у меня туго. Память хорошая. Кастиэль внимательно посмотрел на него и снова закрыл глаза. — Терпеть не могу чувствовать себя такой развалиной. — Понимаю. Но скоро тебе станет лучше. Я позабочусь о тебе, честно. Дин положил ноги на кровать и пошевелил пальцами. Кас посмотрел на это из-под прикрытых глаз. — Ты не против, если я побуду с тобой какое-то время? — Если это не в тягость, Дин. Мне очень неловко обременять кого-нибудь своим присутствием. — Мне не в тягость. У нас было вроде взаимопонимание до определённого момента. Так, что можем откинуть всё негативное и поговорить о чём-то приятном. Кем ты говоришь работаешь? И снова два синих глаза изучающе уставились на него. — Я учитель младших классов. — Это где подгузники и пелёнки? — Это ясли, Дин. У меня же детям по пять-шесть лет. Они уже не носят подгузники. Но достаточно малы. Мне сложно находить общий язык с подростками, они жестоки, а дети меня любят. — Адам вроде взрослый парень, но ты отлично нашёл с ним общий язык и он тянется к тебе. Всё время переживает. Если бы он полчаса назад не зашёл проведать тебя, то было бы очень плохо. Дин просто почувствовал, как в его словах прозвучал красный огонёк ревности. Да, что за чертовщина с ним творится? Виски вроде уже выветрились, даже похмелье особо не мучает. Так какого хрена у него в голове такой бардак? Ну зашёл парень на рассвете к другому парню, который ранен. Ну и что такого? Если он его первый пациент, то это не значит, что никто другой не должен к нему приходить. Тем более, что он напился, как последняя скотина и забыл про него. — Адам очень хороший парень. У него недавно погиб отец и он решил помочь матери, для этого взялся за работу матросом. Бенни раньше ходил с его отцом, поэтому взял его под своё крыло. Бенни с Руфусом наша постоянная команда, когда мы выходим в море. Я мало смыслю во всех этих узлах и мачтах, а брат хоть и разбирается, но предпочитает отдыхать и веселиться. — И как вы умудрились потерять корабль? — Бальтазар захотел вернуться пораньше. С ним связался отец и сказал, что выбивает хороший контракт для русского миллионера. Бальт хотел подготовиться и заставил Руфуса идти коротким путём, не обходя шторм. — Что ж это за контракт такой, что он решил рискнуть вашими жизнями? Кастиэль снова поднял на него глаза. — У моего отца собственный бизнес по изготовлению яхт. Они с Бальтом и Анной живут в Калифорнии. И скоро бизнес отойдёт к Бальтазару. Поэтому он старается не подвести отца. И участвует во всех сделках. В конце мая отец дал ему небольшой отпуск и мы устроили себе круиз. Мне пришлось найти себе замену и взять внеочередной отпуск в школе. — Понятно. А Анна, это твоя сестра? — Да. Она ещё учится в школе, она младше нас. Представляю, как она переживает, — Кас отвёл глаза и вздохнул. Дин решил перевести разговор на то, что не расстраивало парня. — Так тебе нравится твоя работа? — Очень. Дети такие интересные, всё время что-то спрашивают, а я люблю отвечать на вопросы. И школа у нас хорошая. Твой отец, кстати, спонсировал её в течение многих лет. Благодаря этому мы вывозили детей в хорошие лагеря летом, устраивали большие ярмарки. Он был очень щедрым человеком. И я искренне соболезную вашей утрате. — Спасибо. Я не знал, что отец занимался благотворительностью. И получается, что теперь её нет? — Почему же есть, видимо вы всё равно ею занимаетесь. Спасибо вам за это. — Понятно. Мы молодцы, — Дин усмехнулся. — Это очень важная часть повседневной жизни обычной школы. Благодаря этому у нас отличные компьютерные классы, сильная футбольная команда и хорошая зарплата. Я даже могу позволить себе двухкомнатную квартиру. Хотя я могу позволить себе и особняк, но я предпочитаю жить только на зарплату учителя. — Почему? — Просто это мой выбор. Хочу быть самостоятельным. Они замолчали, но Дин не ощутил неловкости, наоборот было уютно. Кастиэль иногда поглядывал на него, изучающе, как подумалось Дину. — Выключишь свет? Дин встал и погасил свет, закрыл дверь и вернулся в кресло. Почему-то стало жаль, что он больше не видит синие глаза. — Спокойной ночи, Кас. — Спокойной ночи, Дин.