Каменный Ангел 2

─ Джейс! — он оборачивается и смотрит в сторону леса, где около старого дуба стоит дочь Валентина. Он не видит её, но узнает по силуэту, движениям. Секунда, — и она уже рядом с ним. Темно-зеленые глаза, почти черные, смотрят на него с недовольством, — Какого черта, Ангелок? Ты не можешь убить эту девчонку?! Он переводит взгляд на ребенка — девочка, лет пяти, не больше. На ней синее платье, глаза почти такого же цвета. Волнистые рыжие волосы очень сильно выделялись на бледном лице девочки. Она пытается вырваться, плачет. Даже её способности не помогают высвободиться из дьявольских цепей. ─ Это просто ребенок, — отзывается Джейс. ─ Это чудовище! Сколько раз можно повторять?! ─ У каждой нежити есть душа. Неужели не видишь, что она плачет? ─ Ты так жалок, — Кларисса в презрении кривит губы, — Как всегда, всё приходится делать самой. Джейс делает шаг вперед, к девочке, хочет освободить от цепей и не дать её убить. Но Кларисса быстрее. Он видит, как сверкают звезды на мече Клариссы, как по лезвию Фосфороса стекает черная кровь, и к его ногам падает голова ребенка. Её глаза широко раскрыты, в них он видит ужас, и убеждается еще раз, что даже дьявольские отродья могут бояться. ─ Скажи, дорогой, какой от тебя прок? — от раздумий его отвлекает голос Клариссы. ─ Ты только мешаешься под ногами, все время сомневаешься. Да у тебя руки трясутся, когда ты держишь оружие! А сейчас что? Плачешь над трупиком монстра! ─ Я убиваю демонов и нарушителей закона, — как можно спокойнее говорит Джейс, надеясь достучаться до Клариссы. Но она не слышала его, не понимала, что творит. Не понимала то, что с каждым убийством невинных делает шаг в пропасть, откуда уже не будет возврата. Она всегда была жестока, но он видел что-то светлое в ней. После смерти отца остаток света пропал. Осталась лишь красивая оболочка, пустота внутри и затуманенный разум. Охотница вопросительно выгибает бровь, зло ухмыляется. ─ Как ты не поймешь, Ангел? В нашем мире нет закона, — тихо отвечает Кларисса. — Ты ведь не забыл моих слов? Я тебя предупреждала. Или ты со мной, или же против меня. Ты или жив, или мертв. Ты помнишь нашу цель? Уничтожить всю нежить, этих чертовых вендиго, верно? Они нелюди, монстры. ─ Ты тоже монстр, но над твоим телом я плакать не буду. Щеку обжигает резкая боль, и острие меча направлено на него. Он не боится, и смотрит в глаза Клариссе. Она злится. Она всегда злилась, когда слышала правду о себе. Но сейчас она настроена серьезно. Он чувствует, как рвётся его куртка, как к коже прикасается холодная сталь и кровь стекает по телу, марает белую рубашку. ─ Убьешь меня, и останешься совсем одна. Она лишь смеется про себя и понимает, что ошиблась, когда впустила его в свою жизнь. Но сейчас она наконец-то избавится от него. Это единственное верное решение. Она чувствует, как в воздухе витает железный запах крови, и эта идея нравится ей еще больше. ─ Клэри, что ты творишь? Ты ведь пропадешь, — обреченно произносит Джейс. Он боится. Вот только не за себя. За неё. Такая юная… Она превосходная охотница, но... она просто запуталась. ─ Не смей называть меня этим именем! — шипит, словно змея. — Пожалуйста, не шевелись. Иначе я случайно отсеку тебе ногу, и будет еще больнее. «Кларисса, он всё ещё мой сын» Голос, который она слышала всегда. Голос, который имел власть над ней и управлял ею. «Он твой брат» Она не знала точно, было ли это только в её голове, как иллюзия, или же он где-то здесь, рядом. Да, отец никогда не желал смерти ангельскому мальчику. Но отец мертв, а значит - ничего не узнает и не сможет в ней разочароваться. «Милая, он еще понадобится тебе. Слишком рано. Без него ты не сможешь закончить наше дело» Ей хочется заткнуть уши, не слышать голос человека, который умер три года назад, но он проникал сквозь пальцы, заполнял своим звучание сознание. Ничего другого не оставалось, как подчиниться. Она опускает меч, и видит слабую улыбку на лице Ангела. ─ Я знал… — «что ты боишься остаться совсем одна в этом мире», – он не говорит этого. Он знает, что эти слова не понравятся ей, ведь это было правдой. Он хотел верить в это. Хотел знать, что её ещё можно спасти.