Тройняшки Соло

Хан Соло, за которым еще с семидесятых закрепилось прозвище Контрабандист, страшно гордился, когда узнал, что у него и его жены Леи должны родиться тройняшки, причем сыновья. Родители тихонько поглядывали на своих малышей, фантазируя, какими они вырастут и как ими можно будет гордиться. Они представляли себе их будущее и даже не сомневались, что сыновья станут понимать друг друга с полуслова и окажутся сплоченной командой. Но как же они ошибались, наблюдая насколько разными выросли их дети, внешне почти одинаковые, но с абсолютно не схожими характерами и диаметрально противоположными взглядами: взрывной, с замашками психопата Кайло, замкнутый стеснительный Мэтт, и беспечный ветреный Бен. Когда же возраст тройняшек приблизился к тридцати годам, Хан и Лея столкнулись с правдой: внуков им, походу, не видать. Лея грешным делом желала, чтобы уже кто-нибудь из них нагулял ребенка, но ее мальчики все никак не приносили плоды, заставляя родителей все больше волноваться за их судьбу. Сперва все надежды на продолжение рода возлагались на импульсивного, полного страстей Кайло. Образ плохого мальчика, вроде него, притягивал многих девушек. Так в свое время произошло у Хана с Леей, дальнобойщика и потомственной аристократки из рода Скайуокеров. Может, это и было так, но девушка у Кайло все не появлялась, хотя резкие небрежные движения, огонь во взгляде, черное пальто, которое он почти никогда не застегивал, поверх дорогой черной рубашки заставляли красавиц неприкрыто посматривать на него. Его потрясающие волосы, уложенные широкими волнами, блестели на солнце, окончательно превращая его в недоступного героя грез. И не важно, что он подкрашивал шевелюру в насыщенный оттенок черного, чтобы отличаться от братьев. Кайло в свое время был эмо, но так и застрял в образе, решаясь придумать свой кружок по интересам и ко всеобщему удивлению семьи велел называть его рыцарем Рен. Никто не понимал, что это значит. Родители решили, что их сын сходит с ума и отправили его к психиатру. Через полтора часа общения, психиатр сам присоединился к кружку его рыцарей. После этого Хан и Лея смолкли, переставая давить на сына, и предоставили его самому себе, чтобы тот перебесился. Мэтт рос замкнутым ребенком, предпочитая живому человеческому общению копание во всякой технике. Он мог бы сделать блестящую карьеру после университета, но, не обладая ни харизмой, ни коммерческой жилкой, так и остался на побегушках у своего начальства и безропотно чинил все: от сантехники до бытовой техники, автомобилей, словом, все, что просили. Мэтт был наименее популярен у женского пола. Да что уж греха таить – ему даже не светило. У такого как он можно разве что было спросить дорогу. Мэтт казался чем-то вроде предмета мебели, который иногда двигался по офису и чинил другие, такие же безмолвные вещи. Его уровень сексуальности по стобалльной шкале составлял минус девяносто. Природа пощадила его только в одном: его уши не так выразительно торчали, как у его братьев. Для Леи быть молодой матерью оказалось делом не из легких, а быть молодой матерью троих малышей – это сродни подвигу, и она забывала одевать новорожденным шапочки. Вот и выросли двое из трех лопоухими. Мэтт был маминым любимчиком. Она частенько трепала его по голове, пока он чинил что-нибудь в доме, взъерошивая и без того густую шевелюру. Из всех тройняшек он по воле генов получился светленьким, видимо, в своего деда, и был несколько худее братьев, но толком и не разберешь за его ужасной одеждой. Ему нравилось донашивать вещи отца еще со времен его молодости в семидесятые. Он не видел ничего странного в том, что весь его гардероб представлял собой старую барахолку... Младший Бен был душой компании и мог разговорить любого, даже самого молчаливого собеседника, правда казался он несколько несерьезным, но эта мелочь, скорее, помогала, чем мешала. В политике, куда он активно лез наравне с матерью, требовалось умение чесать языком и глядеть честными глазами, сочиняя сказки про хорошую жизнь, где-то там, в будущем, после выборов, конечно. Кроме огромного внутреннего обаяния, смешливого, но мягкого взгляда у него была его фирменная челка, которая хоть и придавала ему мальчишеский вид, но действовала безотказно в отношении противоположного пола, когда достаточно было тряхнуть головой, чтобы заставить женские сердца пропустить удар - другой. Ему досталось обаяние отца и мозги матери. Не удивительно, что из всех детей именно с Беном у Хана сложились наилучшие отношения. Сын даже перенял ухмылку старого контрабандиста. В окружении Бена всегда было много девушек, как в свое время у Хана, а как он за ними ухаживал! Как настоящий романтик! Ему нравилось бегать за женщинами, добиваться их расположения, но одно-два свидания и он почему-то всегда ретировался. Казалось, ему нравилось играть в отношения, чем строить их с кем-то по-настоящему.

***

Лея очень старалась наверстать упущенное время, когда она была активным членом сената штата и мало времени уделяла сыновьям. Ее тройняшки давно жили отдельно от нее и Хана, и женщина старалась придумать всевозможные поводы, чтобы собрать семью вместе. Сегодня она устраивала сыновьям небольшой пикник, предложив им прийти с друзьями и немного расслабиться. Компания в итоге подобралась, что надо, но далеко не все в ней друг с другом ладили. Генерал военной разведки Хакс оказался первым в числе приглашенных. Они с Кайло часто взаимодействовали по работе и, несмотря на их прохладные отношения, могли считать себя в какой-то степени друзьями. Хакс благосклонно относился к Мэтту, который был дотошным в исполнении поручений, и они с ним даже находили общий язык, но вот Бена Соло он не выносил напрочь. Младший Соло попирал все принципы рыжего и откровенно шутил над ним, заставляя генерала багроветь от злости. Финн был рядовым охранником в сенате и пришел по приглашению Бена, с которым они частенько играли в бильярд после работы, но не ладил с Мэттом, считая его бесхребетным. По с детства дружил с семейством Соло и практически рос вместе с тройняшками. Он был пикап инструктором и вел довольно разгульную жизнь, поддерживая статус мачо. Правда, Кайло он старался избегать, не так давно получив от него в ухо, да так, что пришлось потом замазывать синяки. А за что именно ему досталось, он старательно скрывал. Лея поставила перед гостями на стол широкий поднос, на котором дымилось нечто, похожее на маленькие рулетики, политые какой-то зеленоватой слизью. Или же она обронила туда свои бигуди. Сказать точнее было невозможно без снятия пробы. Компания разом уставилась на Мэтта которому предстояло стать первооткрывателем этого нового чудо-блюда. Мэтт за работой часто забывал поесть и порой так увлекался трудом, что не всегда знал, что ему скармливает мама, которая в последнее время ставила кулинарные эксперименты. Мэтт ничего не выплевывал и не кривился, но это вовсе не означило, что это блюдо можно было есть. Будучи очень вежливым в обращении с мамой, он молча сносил всю ее стряпню, и даже когда она случайно положила в ягодный пирог соль вместо сахара, Мэтт съел все, давился, но уплетал за обе щеки. - Отдыхайте, мальчики, - добродушно проговорила Лея, возвращаясь на кухню и оставляя всю компанию наедине. - Давайте лучше выпьем, - предложил Финн, отворачиваясь от еды, и его тут же поддержали остальные собравшиеся, весело разбирая кто пиво, кто виски, а кто бренди. Лучше бы в этот вечер они поели рулетиков Леи, потому как алкоголь без должной закуски быстро путал мысли и развязал языки. - Ну что, давайте за встречу? – торжественно предложил По, салютуя бутылкой... И понеслось… Сначала они пили друг за друга, за успехи, за будущие…, а когда ушла трезвость и нормальные тосты закончились, стали пить за рыжую голову Хакса, и почему-то за дельфинов. Разговоры постепенно теряли тон приличия и в конце концов все пришло к тому, что По стал рассказывать о своих любовных похождениях. Он ничего не скрывал. Его горячая кубинская кровь постоянно ввергала мужчину в приключения, и множество женских сердец оказалось разбито одной его улыбкой и томным взглядом с фирменным прищуром. Мэтт краснел от таких рассказов, которые, почему-то, заставляли других дико ржать. И все бы ничего, если бы его смущение не привлекло внимание всей компании. Кайло всегда быстро разносило, когда он пил, но даже будучи трезвым он считал, что имеет полное право подтрунивать над средним братом, подсаживаясь теперь ближе к нему. - Помнишь историю с той блондинкой в баре в наш двадцать первый день рождения? Конечно, такого позора техник вряд ли мог бы забыть. Старший Соло, не задумываясь о последствиях, решился поведать о случившемся всем. - Она сказала Мэтту, что достаточно пьяна, чтобы продолжить вечер в его обществе, затем потащила его танцевать, прижала к себе, а потом орала во всеуслышание, что ей нравится то, что упирается из его брюк ей в ногу. А у него там на самом деле был гаечный ключ с работы. Он вытащил его и заявил по доброте душевной, что починит ей все, что она пожелает. Она наградила его оплеухой и обозвала извращенцем. С тех пор это остается его самым близким знакомством с женщиной, и по моему он до сих пор не знает, чего она от него хотела. - Мэтт, а я думал, ты – гей, - со всей простодушностью заявил По. Мэтт искоса уставился на пикап инструктора, сжимаясь от скрытого недовольства и жуткой неловкости. Мэтт вообще мало разговаривал, предпочитая вставлять свои реплики только по делу. - Это не правда – сухо ответил техник, ерзая на жестком стуле. Кайло похлопал брата по плечу в знак поддержки, предлагая тост во всеуслышание. - За твою…, - мужчина задумался, подбирая нужное слово, - непорочность. На Мэтте не было лица. Его руки задрожали и он сжал их в кулаки. Он больше не мог сдерживаться, резко поднимаясь с места, и почти что закричал на брата: - Может и так, но я здесь не один такой! Все внимание собравшихся немедленно переключилось на техника. Они готовились внимать тому, что он собирался сказать дальше. - Я прекрасно знаю, что ты, Кайло, принял целибат! - А что такое целибат? – недоумевал Финн, вопросительно округлив глаза. Теперь очередь краснеть перешла к старшему Соло. Его раскрыли, да и сделал это родной брат. - Это обет безбрачия! - дерзко продолжил техник, поясняя для недогадливых. - Молчи, ходячий справочник! - А ты меня не затыкай! – рассерженный Мэтт ударил ладонями по столу и выпучил глаза на старшего – Да! Ты такой же девственник, как и я! Кайло больно пнул брата в коленную чашечку, за что Мэтт в ответ вылил ему пиво на голову. На его укладку, которой он так гордился! Кайло от злости подпрыгнул с места, хватая брата за грудки, а следом за ним из-за стола выскочил Бен, оттаскивая старшего, пока тот не начал калечить Мэтта. Хакс, Финн и По наблюдали за ними, разинув рты, решая не вмешиваться в разборки тройняшек, переваривая в уме внезапные раскрывшиеся семейные тайны. - Оставь его, не будь глупцом! - Бен крепко удерживал руки брата за спиной. Ноздри Кайло раздувались от переполнявшего его гнева на всех и вся и теперь под раздачу попадал Бен. Кайло извернулся, используя какой-то свой приемчик, оказываясь лицом к лицу с младшим, решая выплюнуть компромат и на него. - Дааа! А у кого в квартире висит портрет бабушки в молодости! Ты мне все уши прожужжал что вступишь в отношения только когда встретишь свой идеал женщины, такую, как наша бабушка! Знай, твои высокие порывы устарели еще лет двести назад! Бен был ошарашен, подавлен, уличен в своем маленьком секрете. - Да как ты можешь… - Ой-ой, подумаешь, чувствительная натура! – Кайло ткнул брата пальцем в грудь, не заботясь о том, что его слова задевают младшего за живое. Бен действительно мечтал встретить женщину, похожую на свою бабушку. Она должна быть такой же утонченной, умной, порядочной, влиятельной, но при этом женственной и выглядеть со вкусом. И Бен искал ее образ во всех девушках. Так в свое время произошло с его дядей. Грустная история. Люк всю жизнь искал женщину, похожую на свою сестру, которая всегда была для него примером, но так и не встретил. Но при этом Люк успел промыть мозги Бену своей философией идеала, лишая его некоторых радостей жизни в угоду призрачным мечтам. В итоге Бен только и рад был отдать свое сердце прекрасной даме… которая все не появлялась на горизонте. - Бен, это же так по-женски…, - в голосе По не было удивления, когда он решился отпустить комментарий. Являясь пикап инструктором он чего только не наслушался от своих клиентов, - Это девчонки обычно мечтают о таких соплях и выдумывают себя принцев. Но как тебя-то занесло в сентиментальные дебри? - Я – исключение! Я не такой, как другие! И вообще… я не хочу это обсуждать! – задыхался от возмущения младший Соло. Это был один из немногих случаев, когда Бен не знал, что сказать и вообще хотел бы оказаться сейчас в одиночестве. Воцарилось молчание, нарушаемые короткими смешками Хакса, которые он с трудом, но все же пытался подавить в себе. - Это получается, - генерал небрежно стер слезы с глаз, стараясь унять сбившееся от смеха дыхание, - Вы все трое – девственники! Братья теперь смирно сидели, потупив головы, как школьники, пойманные за подрыв петарды в женском туалете. Кстати, так однажды они и поступили много лет назад. - Ребята в охране офигеют, когда узнают, - Финн шепнул По и тот заговорщически подмигнул. От Кайло не ускользнула реакция этих двух на тщательно скрываемые семейные секреты и Финн с По даже не поняли, как оказались зажатыми в огромных ручищах Кайло по обе стороны от его ребер. - Сейчас я кого-нибудь задушу, - процедил старший Соло сквозь зубы, усиливая хватку вокруг своих трепыхавшихся жертв. - Не надо, мы никому не скажем! – почти хором взмолились оба страдальца, понимая, что нарвались. - Конечно не скажете! Вы просто не сможете! Его хватка не сравнилась бы ни с чем. Вся его накопленная сексуальная энергия уходила в физическую силу и злобу. Всегда! Вот почему он такой нервный, как натянутая струна! Ему было особенно противопоказано ходить в девственниках. Переносил это он очень тяжело, скорее, как бремя, но того требовала философия рыцарей Рен, разработанная под чутким руководством его наставника Сноука. Бил он много, часто, жестко и всех подряд. По утрам он бил грушу, которая висела у него дома, предпочитая клеить на нее фотографии тех, кто впадал к нему в немилость. Затем, когда напряжение спадало, он шел на работу и там стращал подчиненных, срываясь на них уже на словах. Он охотно ввязывался в драки, не гнушаясь использовать подлый, но зато свой самый любимый прием – удушение. - Оставь их, Рен, - с внезапной серьезностью проговорил Хакс, небрежно откидываясь на спинку стула. Улышав, что к нему обращаются официально, Старший Соло немного успокоился и ослабил захват, правда, не выпуская окончательно По и Фина из своих рук. - Я не подниму вас на смех, - проговорил рыжий, улыбаясь, как акула перед броском на жертву, - По крайней мере, сейчас. Я хоть и сволочь, но порядочная. Ставлю вам условие: если хоть один из вас обзаведется девушкой к вашему тридцатому дню рождения ( хотя я сильно сомневаюсь, что у вас что-то получится), я так и быть, не стану раздувать эту историю, но если у вас ничего не выйдет, о вашей непорочности узнают даже на Луне! - Десерт, мальчики? – добродушный голос Леи оборвал разговор на самом интересном месте, заставляя участников благодарить сенатора за ее кулинарный изыск, на самом деле давно скормленный соседской собаке. Но судя по взглядам, которыми обменялись тройняшки Соло со всеми посвященными в их маленькую тайну, становилось очевидным, что братья принимают условие генерала без всяких возражений…