Control.

Zedd — Clarity (Feat. Foxes) или XYLØ — Afterlife. Поздний вечер плавно перетекал в ночь. Такое время, казалось, было идеально для неторопливых философских разговоров и вдумчивых споров. К сожалению, в комнате Стайлза повисло тяжелое молчание. Все из-за очередного обращенного. Скотт, посовещавшись с Кирой, позвонил и выяснил данные о новом оборотне у Лидии. Было не понятно откуда у банши такая официальная информация, но за неимением других вариантов все доверились Мартин. Надо было собираться — решать, что дальше. Никому не хотелось бегать за бешеным новообращенным, но через некоторое время МакКол встал по середине немаленькой комнаты Стилински, где все, собственно и собрались, и начал вдохновенную речь о «невообразимых ужасах первого обращения и ощущениях, присущих оборотням в полнолуние». Ребята несколько минут переглядывались и тянули с ответом, но все же, согласились. В итоге, в списке на розыск оборотня оказались все, кроме Стайлза. Чтобы он не говорил, какие доводы в свою полезность не кидал — Скотт остался непреклонен. «Он может быть слишком опасен. Мы не знаем весь потенциал силы новенького.» — лениво отмахивался от назойливого друга МакКол. Стайлз на секунду вспомнил, что пока он единственный человек в стае и единственный нуждается в защите. Поэтому решил отстать, но с просьбой вернуть всех целыми и невредимыми. Скотт улыбнулся и с таким условием легко согласился. Теперь, когда Стилински вернулся в пустую комнату, ему хотелось чем-нибудь заняться. Только бы не изводить себя тревогами и мыслями о друзьях: неизвестно на что пойдёт потерявшийся волчонок, когда его возьмут в кольцо Альфа, Бета, Банши и Громовая Кицунэ с Койотом… Стайлз непроизвольно усмехнулся — такая разношерстная компания поехала на поимку без него. Потеряли самый колорит. Не придумав ничего лучше, как завалиться на кровать в одежде, сын Шерифа уткнулся в старую книгу. Взгляд пролетал куда-то в сторону от мелких букв, которые не задевали и малейшей доли заинтересованности. Почти через полчаса Стайлз отложил сборник произведений в сторону — осознание бесполезности этого дела накрыло его с головой. Хотелось действовать сейчас же! Его импульсивный порыв был перекрыт настойчивым звонком в дверь, отдавшимся во всем доме. Чуть не подвернув ногу на лестнице, Стайлз нервно открыл немного заклинивший замок. В коридор ввалилась Малия. Бледное лицо, спутанные волосы, тяжелое дыхание, дрожащие руки. И главная черта — обеспокоенность, смешанная с безумием, в сияющих, болезненным голубым светом, глазах. — Я, извини, не могу… — голос больше похож на стон или еле различимый шепот. — Не могу контролировать койота. Это началось по пути к тебе… Малия стянула с головы зеленую кепку и нервно начала её сжимать. Козырек перегнулся и что-то хрустнуло. Это подействовало на Стилински, как выстрел пистолета. Стайлз, потерявший драгоценные секунды на оценку состояния девушки, нелепо замахал руками. Растерянность накатила волнами жуткого непонимания. Они всегда были готовы к появлению койота в сознании Малии, но теперь животная сущность приходит не по расписанию? Единственное, что может помочь в такой ситуации — концентрация на человечности. — Вдохни. Спокойно — мы решим проблему. — слова прозвучали будто Стилински был уверен в этом. Хотя сам он так не считал. — Сейчас мы поднимемся в комнату. Тихо… Перекинув руку девушки через плечо, Стайлз почувствовал твердость явившихся когтей. Время утекало, как песок сквозь пальцы и медлить было нельзя, Стилински прекрасно понимал всю трудность положения. Дверь в свою же комнату пришлось выбить ногой. Недовольно скрипнув, автоматическая защелка чуть не оторвалась, но, к счастью, проход был открыт. Стайлз аккуратно опустил Малию на кровать и начал искать распечатку изображения Трискелиона. Оригинал подействовал бы намного лучше, но он хранился у Скотта и, к тому же, его наверняка взяли для новенького оборотня. Заметавшись по комнате, словно раненый зверь, Стайлз не мог ни успокоиться, ни принять какое-нибудь уместное решение. — Сейчас, сейчас, да, я найду… — Нельзя бы сорваться с крючка спокойствия при Малии. — Повторяй, ты же помнишь: какие три вещи не могут быть долго скрыты? — Солнце. Луна. Истина. — девушка схватилась руками за деревянное изголовье кровати и теперь яростно пыталась сосредоточится на произносимых словах. — Н-не помогает… Стайлз повернулся и подошел к ней. — Повтори. — очень тихо и твердо попросил он, наклонившись к девушке. Стилински физически ощутил насколько Малии было трудно не переломать ему все кости. Насколько трудно сдерживаться, чтобы не убить его. — Солнце. Луна. — последнее слово получилось с судорожным выдохом и нервным кашлем. — Истина. — Ещё. — Стайлз мягко повернул лицо девушки к себе. Малия усердно прятала неестественно голубые глаза. — И посмотри на меня. — Солнце. Луна. Истина. — девушка вырвалась из рук. — Мне нельзя… Смотреть на тебя. Стайлз опешил: она всегда смотрела на него, прямо в глаза. Будто пыталась скрыться от Койота в темном омуте. Что могло измениться? — Почему? — Я шла к тебе. Было очень грустно, холодно. Мне хотелось, чтобы ты согрел меня. Койот — животное, моё животное, он чувствует… Мои желания. — лицо Малии вспыхнуло и бледность ушла, но когти начали полосовать дерево кровати. — Нельзя испытывать прямые взгляды — будет хуже. — Так ты, — Стайлз подавился словами, он все отлично понял и удивленно посмотрел на девушку. — Неужели… — Да, да, да! Койот хочет убивать, а я — тебя! — Малия отчаянно подняла голову и чуть ли не зарычала в потолок. — Сделай уже что-нибудь. Солнце! Луна! Истина! Из Стилински будто выбили воздух: он знал что делать при ярких эмоциях «животной части» оборотней, но тут? Две сущности одного тела пропитаны чистейшими, первобытными желаниями. Безумно. — О-о-ох! Я знаю, что идиот, но это единственное пришло мне в голову. Подожди. Спустя полминуты Стайлз опустился рядом с Малией на кровать, разбросав около себя несколько журналов. — Что? Книги? — нервно спросила девушка. — Кроссворды. Извини, ничего лучше у меня нет. Шумно вдохнув, Малия скептически оглядела «помощь». — Тут нужно читать? Что нужно… — голос сорвался от нахлынувшей атаки койота. — Спокойно. Если что-то не получится, я помогу. Разгадывай зашифрованные слова — синонимы, сосредоточься на них, думай — это заклинание. — Стайлз, в какой-то момент, начал плести несусветную чушь, но девушка уже неловко схватила первый попавшийся карандаш со стола и начала вчитываться в вопросы. Три первых кроссворда дались с трудом — несколько сломанных карандашей, разорванные страницы, одеяло, пронзенное когтями насквозь и разорванная футболка Стайлза. Но не смотря на потери, результат был на лицо. На четвертом когти почти исчезли, оставляя за собой маленький намек на остроту, с пятым из движений ушла дрожь. С прерывистым и частым дыханием справился шестой. Когда закончился седьмой кроссворд, Малия завалилась спиной на кровать, бездумно, но радостно глядя в потолок. Стайлз оглянулся на неё. — Теперь-то можно на меня смотреть? С желанием койота мы же справились. — он немного улыбнулся. Потянувшись после испытанного напряжения, Малия приподнялась на локтях. — С койотом — да. Но не стоит забывать про меня. — озорные чертята заплясали в глазах, к облегчению, без безумного голубого сияния. — Я ведь тоже дикая. Стилински мягко рассмеялся. — Я не собирался тебя останавливать. — он наклонился ближе. — Мы бы приступили прямо сейчас, но ты умудрилась испачкать волосы в земле. Так что… — Чёрт! — покрутив одну ближнюю прядь волос, Малия насупилась. — Надо же так… После секундного молчания Стайлз зажмурился, словно кот, и медленно произнес: — Если мой маленький храбрый койот позволит помыть ему голову… Пришла очередь Малии усмехаться над происходящим.