Я не верю в "любовь"

      Я раздраженно спускаюсь по ступенькам вниз, закутавшись сильнее в кофту, так как лифт не пришел сразу, а ждать не хочется. Тоже мне! Я громко спускаюсь на первый этаж, вымещая всю злость на ничем не виноватые ступеньки. Погрузившись в свои мысли, я пропускаю одну ступеньку, ноги подкашиваются, я падаю на пол. Вот черт, упала именно на ту ногу, которую сегодня повредила.       – Ну что за день-то такой! - кричу я, поднимаясь, но нога жутко болит и без помощи перил не обойтись, как предусмотрительно они здесь.       – Ну ты и неуклюжая, - усмехается Чонин, который оказался здесь неожиданно. Он помогает мне отряхнуть одежду и встать более устойчиво. – Ты почему одна?       – Потому что мой занятой муженек остался в номере, так как ему что-то нехорошее сказал отец, своим обществом он просто убьет все мое хорошее настроение, а точнее уже убил, - фыркаю я и спускаюсь дальше, оперевшись одной рукой о перила. Нога все больше ноет, теперь я думаю, что стоило дождаться тот лифт.       – Хен иногда бывает нудным и серьезным, ты его еще плохо знаешь, -загадочно хмыкает Чонин и присаживается передо мной, повернувшись спиной. – Тебе же больно, сделаешь только хуже, я помогу, - я долго думаю и все же решаюсь согласиться. Устраиваюсь поудобнее на спине парня, он встает и спускается вниз. Спускаться недолго, мы сейчас на 4 этаже.       – Я, наверное, тяжелая, прости.       – Вовсе нет, тяжелой будешь, когда в отключке, или же беременной, - стоит до моих ушей донестись слову «беременной», как щеки заливаются краской. Дети — это будущее, которое у нас с Чунменом неопределенное. POV Чунмен.       Господи, зачем я ей это только сказал, идиот.       Я нервно вздыхаю и сажусь в кресло, прокручивая слова тестя: – Чунмен, слушай внимательно. То, что вы отдыхаете – это хорошо, но тут вылезла проблема. Совет директоров не особо тебя жалует, и через месяц будет собрание, а повестка дня — твой пост. Они прекрасно понимают, что ты на должности из-за меня, точнее моей дочери, тебе они пока не доверяют. Не нравишься ты им, слишком молод, кровь бурлит и все такое. Тебе нужно постараться получить доверие, хотя бы у процентов 60%, про большее я молчу. Ты же понимаешь... – Я понимаю, к чему вы клоните, я постараюсь, но я обещал быть рядом с Миджи, знаете... – Я знаю, что вы сейчас отдыхаете, узнаете друг друга поближе, но сейчас нельзя расслабляться. Если ты боишься за мою дочь, то она может пожить у нас этот месяц, чтобы ей не было одиноко. Просто... Если большинство будут против тебя на этом посту, то тебя отправят в Америку, управлять филиалом, который хотят там открыть, и поедешь ты один.»       Разговор, который испортил весь день и настрой. И как мне получить их одобрение?       Миджи ушла уже как час, не случилось ли с ней там что-нибудь плохое, у нее ведь нога болит. Замечаю еду на столе и думаю, что неплохо было бы и покушать. Тянусь за своим телефоном и пишу Миджи, чтобы обязательно покушала, а сам кушаю холодное второе и пью остывший кофе. Почему все так сложно?       Мне надоело сидеть одному здесь, я спускаюсь в холл ко всем. Как я узнал, что все в холле? Очень просто - мой помощник очень хороший парень, а Чонину я даже и не думал писать. Закрываю номер, не забыв взять с собой кофту и мазь на всякий случай. Конец POV Чунмен.       Парень быстро спускается вниз и слышит веселый смех. Все-таки не зря они затеяли эту поездку. Делая все больше шагов вперед, он замечает, что многие собрались здесь в пижамах, и странно, что персонал их всех еще не разогнал, а после замечает и некоторых девушек из персонала, которые смеются вместе со всеми. А причина их смеха — Ким Чонин.       Этот парень всегда был душой компании, в нужные моменты тихим и серьезным, но веселым - всегда. Чунмен хочет влиться в разговор, но замечает Миджи, которая сидит рядом с другом и искренне улыбается. Почему у него не получалась заставить ее так улыбаться? Он понимает, что сейчас наломал дров и стоит бы извиниться.       – Не помешаю? - спрашивает Сухо, когда группа людей ненадолго замолкает. Все переводят на него взгляд,       – О, мистер Ким, вы тоже решили к нам присоединиться? Отлично, садись куда душа пожелает, - приветливо улыбается девушка, которая сдружилась с Миджи сегодня, впрочем, Мен не знает ее имени, но обязательно узнает позже.       Он замечает, что у утихшей Миджи есть место рядом и садится туда. Девушка неловко отводит взгляд и начинает внимательно слушать новую историю от Кая. Чонин добрый и приветливый, девушка не понимает, как он получил такое прозвище, но уверена, что оно взялось не просто так.       – Как твоя нога? - Чунмен сидел молча минут десять и просто наблюдал за женой. Он прекрасно видел, как она все это время не убирала руку с ноги, поглаживая ушиб.       Она перестает слушать Чонина и молча поворачивается к Сухо лицом, не забыв посмотреть на больную ногу.       – Болит, я споткнулась, когда спускалась сюда, - Миджи решает, что врать она не будет, он все равно узнает. Хоть она и обижена на парня, но увидев его расстроенный взгляд, когда тот присоединился, злость начала утихать, а любопытство возрастать.       – Прости меня, - но ему не дает договорить Миджи, потому что та ударяется об ножку дивана рядом, когда решает сменить положение.       – Ай-ай-ай, - шипит она, потирая ногу. – Больно-то как, - слишком мило, для парня, говорит она и вот-вот заплачет от боли.       – Как знал, - вздыхает Чунмен и под удивленные взгляды, не спрашивая, берет девушку на руки и молча уходит. Заставляя Кая хмуриться в их сторону, а женскую половину завидовать Миджи.       – Т-ты что д-делаешь? - удивляется девушка резкой смене положения.       – Отношу тебя в номер, чего непонятного? Хватит с тебя сегодня приключений, - он ласково улыбается ей, будто не было того звонка в номере, который испортил все, что хотел сделать Чунмен. – Достань, пожалуйста, из кармана кофты ключ.       Миджи быстро достает ключ и открывает дверь. Мен открывает дверь ногой и закрывает ее так же, аккуратно положив Миджи на кровать. Он обо что-то спотыкается и чуть ли не падает на хрупкую девушку, но успевает вытянуть руки, чтоб они его удерживали.       Расстояния между ними практически нет, Чунмен чувствует, как сбивается дыхание девушки, и проглатывает желание поцеловать ее сейчас, она все еще обижена и зла, а может, и нет...       – П-прости, это случайно, - Мён отталкивается руками от постели и хочет встать, но руки девушки резко смыкаются у него на шее и притягивают к себе, заставляя онеметь парня от шока.       – Я верю, - кивает она, а потом приподнимается и оставляет мягкий поцелуй на губах парня, быстро отстраняясь и отпуская парня. Чунмен все же приподнимается и идет за мазью. Хорошо, что девушка в шортах, и долго возиться не придется. – Перебинтуем? - спрашивает ее он, когда подходит с мазью. – Или просто помажем?       – Просто помажем, а то будет неудобно спать, - хоть она и сама решилась на этот шаг, но смущения от этого не меньше, хорошо, что в комнате горит лишь небольшой светильник на тумбочках и ее розовых щек не видно.       Парень молча разбинтовывает ногу и осматривает ее, ему кажется, что красные следы стали насыщеннее.       – Как так можно было споткнуться! Теперь болит, скорее всего, больше, да и вид не очень, - Чунмен аккуратно мажет ногу Миджи, боясь сделать ей больно. – Ну вот и закончили, - спустя пять минут он встает и кладет мазь на тумбочку, на всякий случай, и замирает. Что делать дальше? Поговорить? Подумать только, его вывел из строя небольшой чмок в губы.       – Прости меня за мои слова, я правда-правда не хотел.       – Не заморачивайся, я уже забыла, - Миджи пожимает плечами и укутывается в одеяло. – Давай спать.       – Даже не переоденешься?       – Не хочу, я слишком устала, - Миджи утыкается лицом в подушку и хочет поскорее уснуть, но знает, что не сможет, пока рядом не будет мужа. – Почему ты так против моего отношения к Чонину? - спрашивает она, когда чувствует руку парня на своей талии, и поворачивается к нему лицом.       – Потому что я ревную, не видно? Чем больше ты будешь в его обществе, тем хуже будет моему сердце, а у него больше шансов влюбиться в тебя, даже не посмотрит, что ты уже моя, - Миджи отмечает для себя, что ей нравится этомоя. Она, правда, пытается сдержать улыбку, но выходит паршиво, и улыбается самой широкой улыбкой       – Я правда не поддамся его обаянию, - она прижимается ближе к Мену, заставляя того укрепить свою хватку. Она дышит ему прямо в шею, вызывая табун мурашек. У нее какое-то притягательное желание поцеловать шею парня. – Ты не будешь ругаться, если я сейчас кое-что сделаю? - спрашивает шепотом она.       – Смотря что ты сделаешь, - он усмехается, а после чувствует что-то мягкое и теплое в районе шеи. Девушка лениво оставляет поцелуи на его шее, оттягивая кожу в некоторых местах, надеясь, что потом останутся засосы. Она так хочет, чтобы все знали, что теперь у нее есть любимый человек и отдавать его никому она не собирается.       – Тебя чем-то не тем накормили сегодня? - говорит парень, отстраняя девушку от себя. Она отрицательно качает головой и крепко-крепко обнимает Чунмена. Она же никак не могла узнать о том, что случилось. – Ты определенно что-то скрываешь, - устало вздыхает Ким и гладит девушку по волосам. А она просто подумала, посидела и подумала, что нельзя срываться и нужно помогать мужу, как это делает ее мама. Если он сорвался, то определенно что-то серьезное. Чонин сказал, что просто так бы он не кричал, тем более на ту, которую любит.