Обстоятельства не важны

POV Кларк

Оказавшись около дома, мы подошли кo входу: это была обычная железная дверь, выглядела очень массивно. Я открываю её и пропускаю Лексу вперёд. Она спокойно заходит, в это время я мельком осматриваю окружающую обстановку и также проскальзываю в здание. Подъезд дома ничем не отличался от большинства. Ничем не приметные серые стены, приятный запах, одинокая тусклая лампочка, освещающая помещение. Напротив входа был расположен лифт, а справа от него находился лестничный проем. Честно говоря, после сегодняшнего инцидента мне категорически не хотелось ехать в лифтe, поэтому я надеюсь, что он не работает и мы будем подниматься по лестнице. Хотя, это было бы намного труднее, в конце концов, надо подняться на крышу. Брюнетка сразу направилась к лифтy. Положив сумку y ног, она нажала на кнопку вызова. — Ты можешь подняться по лестнице, а то вдруг лифт снова застрянет. Я смотрела девушке в спину, но это не мешало мне понять, что её лицо расплылось в довольной ухмылке. По моему телу снова начал разливаться жар. Как она вообще смеет так со мной обращаться! Честно, теперь мне конкретно хотелось ей врезать, да так хорошенько, чтобы на всю оставшуюся жизнь запомнила. — Нет, спасибо, я поеду с тобой. — Не боишься? — с такой же ухмылкой говорила Лекса. Я промолчала. Мы простояли так минуты две, наверное, лифт ехал с последнего этажа. Наконец-то мы добрались до крыши. Как только я открыла дверь, мои глаза ослепил яркий солнечный свет, оно и неудивительно, ведь в подъезде темнее темного, хотя на улице светлый день. Моя гордость решила не дожидаться указания Лексы, и я сразу направилась к краю крыши. То, что я увидела, меня поразило. Я почти никогда не бывала на крышах многоэтажек. От одного вида по всему телу забегали мурашки. Открывался прекрасный пейзаж на Нью-Йорк. Возможно, даже лучше чем с моих панорамных окон. Сейчас можно увидеть каждый уголок моего города. Я даже не заметила, как подошла впритык к краю. Единственное что отделялo меня от пропасти — невысокая железная оградка, которая проходила вдоль всей крыши дома. Я опустила свой взгляд и посмотрела вниз. Мне стало страшно. Когда смотришь с безопасного расстояния, или как у меня дома, сквозь окна, сердце начинает бешено биться, ты не можешь поверить, что такая красота существует на самом деле. Но когда ты стоишь на краю крыши, и малейшая неосторожность может лишить тебя жизни... от этого сердце сжимается в сто крат сильнее, и ты чувствуешь, как по твоему телу разливается страх, он окутывает тебя и не дает здраво мыслить. Когда смотришь вниз, то видишь, как быстро проезжают машины, как ходят люди, как ветер гнет могущественные деревья. Все смешивается в кучу и начинает кружиться. Если засмотреться, то можно и упасть. Этот страх был не очень привычен для меня, ведь я живу намного выше, чем сейчас нахожусь. И все же мне стало не по себе, я поспешила отойти от края, вздохнув с облегчением. Я бросила свой взгляд на Лексу, она уже копошилась и устанавливала снайперскую винтовку неподалёку от меня. Оружие выглядело очень массивно, оно было черно-матового цвета, не отражало солнечные лучи. Сверху на автомате находился прицел, через который Лекса уже искала квартиру нашей мишени. — Тебе помочь? — спросила я, подходя к девушке. — Сама справлюсь, — отрезала она. Меня уже начинает раздражать эта ее самонадеянность, но все же я не стала настаивать. — Ладно, как хочешь, — как можно более безразличным голосом произнесла я и снова устремила свой взгляд на городской пейзаж. Через пятнадцать минут меня оглушила тишина. Я перестала слышать посторонний шум. Все это время пока мой разум окунался в красоту городского пейзажа, Лекса шумела, что-то прикручивала, защелкивала, выбрасывала разные железяки, скрипела липучками от бронежилета, а сейчас… тишина. Лишь слышен ветер и гул людей внизу. — Я готова, — послышался знакомый голос, который оторвал меня от завораживающий картины города. Повернувшись, я увидела лежавшую на полу девушку, которая облокотилась локтями о маленький выступ и, наклонив голову, всматривалась в прицел. Я подошла к Лексе, присела на корточки, подняла бинокль и начала искать нужный этаж. — Какой этаж? — Сама посмотри, — почти неслышно, но с неким хамством ответила Лекса. Я чувствовала гнев, который мог в любую минуту вырваться наружу. Но, поскольку я не хотела уподобляться своей напарнице, мне пришлось утихомириться. Аккуратно положив бинокль, я взяла в руки папку с доками и начала листать. — Он живет на двадцать пятом, — говоря это, я попутно пересмотрела нужную информацию, сверяя то, что говорила с написанным. Перепроверка никогда не бывает лишней. — Спасибо, кэп, — ответила она. Снова сарказм. Господи, где я провинилась, что мне досталась такая стерва? Я положила обратно папку и снова взяла бинокль, направив свой взгляд на окна двадцать пятого этажа. Ничего необычного я пока что не замечала, точнее, вообще ничего не замечала. В квартире никого не было, по крайней мере, в той комнате, которая была доступна моему обзору. Как же иронично получилось, что там стояли такие же панорамные окна, как и у меня. Так как я не первый год уже работаю агентом, то привыкла всматриваться в детали и вдаваться в каждую мелочь, поэтому я начала внимательно рассматривать комнату. Это была спальня. На первый взгляд я не увидела ничего необычного, как и изначально. Еще немного просматривая обычные предметы, мне удалось выяснить пару фактов о нашей цели. Самым весомым из них был тот, что преступник был левшой. Как я это поняла? Да просто. На журнальном столике лежали бумага и ручка, а именно ручка находилась с левой стороны, вероятнее всего если бы человек был правшой ручка лежала бы с правой стороны. Также ручка чашки стоявшей на столе смотрела в левую сторону, это означало, что чашку брали левой рукой. Помимо того, светильник около кровати находился слева. Кофейный столик в левом углу, ручка на нем также обращена влево, хозяин чаще пользовался левыми розетками. Как по мне, в бою такая информация важна, так как наиболее вероятно, что противник будет больше пользоваться левой рукой, стрелять из левой, делать хук слева в рукопашном бою. Обработав всю эту информацию в голове, я поняла, что, если Лекса собирается его убить из винтовки, эти сведения будут мало полезны. Осмотрев спальню, я перевела взгляд правее. Моему взору открывалась кухня, которая меня также ничем не заинтересовала. Обычная кухня обычного богача. Стеклянный стол, шикарная деревянная мебель с завитушками на быльцах, стеклянная люстра с висюльками, большой холодильник. Я еще раз окинула взглядом комнату и к моему вниманию припала картина, висящая на одной из стен. Она была немного перекошена в левую сторону и даже чуть оттопырена от стены. Мне сразу показалось, что за нее есть какой-то сейф или что-то вроде того. «Нужно будет потом проверить», — пронеслось в моей голове. Я немного отвлеклась от рассматривания квартиры и обратила свое внимание на брюнетку. Она все так же лежала и что-то рассматривала через прицел, может, квартиру, а может, выискивала подозрительных людей, похожих на нашего преступника. На крыше было невыносимо жарко. Черный рубероид сильно нагревался, и сидеть на месте было очень трудно. Солнцепек был невыносим. Мои ноги в черных брюках уже истекали потом, от бронежилета становилась душно, и, смотря на всю эту ситуацию, я решила его расстегнуть. Немного размяв шею, я посмотрела на Лексу. Она все время лежала неподвижно, очень тихо, как будто её здесь нет. Посмотрев на её профиль, я заметила идеальные скулы, ровный подбородок и как маленькая капелька пота стекает с её виска. Через секунду Лекса резко поднялась. — Блять. Как жарко! Она была немного зла, но зла по-доброму, если так можно сказать. Смотря на неё с маленькой улыбкой, я поняла, что она хочет сделать. Моя улыбка моментально исчезла. Лекса была вся в черном, вся! Она поднесла руки к подолу футболки и просто стянула её с себя. Бросив футболку на сумку, она расстегнула жилет и также сняла его. Мой рот открылся. Я не могла это контролировать. Её тело было идеальным, оно поблескивало от пота на солнце, и меня это завораживало. Я продолжала смотреть на неё и… все мои мысли мигом испарились. Она стояла передо мной в спортивном черном лифчике. Я очень надеялась, что она не снимет свои джинсы… Хотя… было бы интересно на это посмотреть… Стоп! Что? Что за мысли меня посещают? Нужно… нужно вернуться к работе. — Гриффин! Гриффин! — этот голос вывел меня из раздумий о теле Лексы. — Чт-что? — Мой голос на толику изменился, но я быстро вернула его в нормальное состояние. Конечно, Лекса заметила, что я пялюсь на неё, меня это смутило. — Вижу твой интерес. Я польщена, — с улыбкой и даже немного с флиртом, как мне показалось, произнесла она. — Нет… Ты неправильно поняла… Просто я не ожидала таких действий… — указывая руками на тело Лексы, я продолжила говорить. — От тебя. — Просто вернись к работе. — Она вновь легла на своё место и как прежде продолжила смотреть в прицел.

***

Приблизительно через час или даже полтора Лекса заметила движение в квартире. — Эй, Гриффин, смотри. Я моментально взяла бинокль и, примостившись рядом с Лексой, всмотрелась в квартиру. Входная дверь открылась, туда зашел солидный человек в костюме. Он говорил по телефону и энергично размахивал руками. Видимо, он был не в духе. Что же, злых людей легче контролировать. — Сколько у нас времени осталось? — спросила я. Лекса аккуратно подняла руку и, оторвав свой взгляд от прицела, посмотрела на часы. — 35 часов. — Она вернулась в прежнею позицию. — Ты пристрелишь его сейчас? — Не думаю. Еще светло, и у нас будет достаточно свидетелей. Подождем, пока стемнеет, — на удивление спокойно проговорила Лекса. Мне даже кажется, что она сказала это для себя, а не для меня. — Тогда будем следить за ним по очереди, пока не стемнеет, — проговорила я. Брюнетка лишь кивнула в знак согласия. — Я первая, — проговорила она и снова вернулась к своему делу. Я же решила посмотреть места вокруг дома и около подъезда. Там я как раз и заметила два черных джипа с затемненными окнами. Похоже, он был пуленепробиваемым; также на площадке находилось еще несколько людей в черных костюмах. Я была просто уверена, что это делегация принадлежала ему. Личная охрана такому ублюдку, как он, не помешает. — Лекса, смотри, — я кивнула, указывая по направлению подъезда. Она повернулась и начала рассматривать. — Там пятеро человек на улице, как минимум двое еще сидят в машинах и еще столько же наверняка поднялось вместе с ним, — монотонно продолжала я. — Я вижу, — выпалила она. — Не нужно мне говорить очевидные вещи. От таких слов моя кровь снова начала закипать. Еще и дня не прошло с того момента, как мы вместе работаем, а она меня уже настолько бесит, что даже словами не передать. Не представляю, какое я должна иметь терпение, чтобы и дальше продолжать с ней работать. После этого небольшого разговора, если его можно так назвать, у меня вообще отпало желание общаться. Я не могу отрицать то, что ее голос очень приятен на слух: грубый, но в тоже время нежный; строгий, с другой стороны ласковый и мягкий. Если честно сказать, я бы могла его слушать целыми днями, если бы он только говорил нормальные вещи, а не ту хероту, которую я слышала сегодня. Оставшееся время мы лишь по очереди дежурили. За все время мы ни разу не перекинулись и парой словечек. На удивление время пролетело достаточно быстро, и Нью-Йоркское небо начал озарять теплый, оранжевый свет заходящего солнца. От этого у меня снова пробежали мурашки по коже, такое зрелище мне также не представляется наблюдать каждый день, хоть и рассвет встречает меня с распростертыми руками. Закат с моего сорок третьего этажа я увидеть не могу. Этот закат украсил нашу тишину, и тело Лексы стало переливать этот оранжевый цвет. Это было удивительно. На её лицо попадало красное свечение, и она начала жмуриться. Я сидела и рассматривала город, купающийся в лучах вечернего солнца. Все дома окрасились в теплый оранжевый цвет, а окна бликами отражали последние солнечные лучи. Из-за этого Лекса не могла нормально прицелиться, и один из бликов, видимо, ослепил её. Она резко отдернула голову от винтовки. — Черт… Черт… — Она начала тереть глаза руками. — Что такое? — Самый тупой вопрос за сегодня, который я могла задать. — Ничего. — Она продолжала тереть глаза. — Дай я посмотрю. — Я придвинулась к ней и схватила её за руки. Она замерла и через мгновение выдернула свои кисти так, что она зацепила винтовку и ей прилетело по голове. — Блять. Сколько раз мне повторять, чтобы ты не трогала меня! Похоже, я её вывела, она раньше не кричала. Она вообще не повышала голос, а сейчас… она взорвалась. Лекса наконец открыла свои глаза, и я увидела до жути красные белки с лопнувшими капиллярами. Её зеленые превратились почти в черные. Если бы она была суперменом, то я была бы уже пеплом. Я провинилась. Но я же хотела помочь… — Прости, но я могу помочь тебе. Поскольку моя мама врач, то я знаю, что нужно делать в таких случаях. Я знаю, что Лекса сейчас нечего не видит, перед её глазами разноцветные блики и все размыто. — Гриффин, с тобой одни проблемы! — она кричала, а я чувствовала себя котенком, который нагадил, и хозяйка теперь его тыкает носом в это дерьмо. — Заткнись и дай мне посмотреть твои глаза! Я знаю, что ты ничего не видишь! — Лицо Лексы не изменилось, она была по-прежнему зла. — У тебя уже нет выбора: если ты не поможешь, то тебе самой придётся стрелять, а я не уверена, что ты справишься. — Я помогу. Прости меня… Но ты тоже виновата в этом. — Просто заткнись, Гриффин, просто заткнись. После этих слов я снова подвинулась ближе к её лицу. Лекса сидела, облокотившись о выступ на крыше. Я аккуратно подняла руки и немного замялась. Я не хотела, чтобы Лекса снова кричала на меня. Меня это уже достало. Даже мама столько на меня не орала. Лекса хоть и не видела, но почувствовала некую неловкость. — Можешь дотронуться. — Её голос нежен. Не такой как всегда. Я никогда не смогу понять её перепады настроения. Она странная, но меня это почему-то привлекает. Я аккуратно взяла её лицо в свои руки и наклонила голову вверх. Боже мой, я снова отвлеклась на её кожу. Почему она такая гладкая?.. Я даже совсем забыла, что она почти голая. Я вижу, как вздымается её грудь, вижу, как её красные глаза смотрят на меня. Этот зрительный контакт такой необычный, на меня никто так не смотрит, как она. — Может, сделаешь что-то или так и будешь смотреть на меня? — её голос снова вывел меня из мини-транса. — Просто протри глаза руками. В сумке есть вода, иди и умойся. Я пока что заново установлю наблюдение. — Лекса резко заморгала, и я увидела слезинку, которая скатилась с её лица. — Тебе больно моргать? — с неким переживанием спросила я. — Без разницы. — Она скинула мои руки и, встав, пошла к сумке, которая лежала в метре от нас. Пока Лекса приводила себя в порядок, я заново поставила снайперку на перила, навела её на двадцать пятый этаж. И, присмотревшись в прицел, увидела, что наша цель уходит с квартиры. — Ле… Уокер… Он уходит. Что делать? — Он в здании? — Лекса подошла ко мне и сразу легла рядом, взяв в руки прибор ночного виденья, она начала смотреть туда же, куда и я. — Уже вышел. Ты в порядке? — Я тебе уже говорила, что мне не нужно говорить очевидные вещи, — на второй вопрос она не ответила, я подвинулась вправо и дала ей больше свободного места. Лекса вручила мне в руки ПНВ, а сама начала прицеливаться ко входу. Я видела, как глаза Лексы слезятся, время от времени она их протирает руками. Пересилив себя, я взяла ночной бинокль и стала смотреть на выход. Там стояли два человека, еще двое около машины. — Гриффин, ты его видишь? — Нет, а ты? — В ответ только молчание. Через секунд десять я увидела человека сквозь прозрачные двери. Швейцар мило ему улыбнулся, и человек вышел. Он направился к машине. Я думала: «Почему Лекса медлит?» — Лекса… Почему ты не стреляешь? Мне уже было плевать на то, что я назвала её по имени. Видимо, ей тоже было все равно. Она спокойно смотрела в прицел. Я беру в руки ПНВ и смотрю на выход, мужик уже сел в авто, охранники отошли от машины, машины двинулась. Черт, что Лекса делает? Секунда, и прогремел выстрел. Машина взрывается, охранников относит взрывной волной. Я удивленно отрываю голову от прибора и смотрю на Лексу. — Бум, сука. Гори в аду. — После этих слов она еще несколько секунд смотрела в прицел, а после встала и убрала снайперку. — Теперь уходим. Я молча встала и помогла Лексе собираться. Пока мы складывали вещи, в моей голове крутились мысли. Лекса попала в бак, и машина взорвалась. Два выстрела. Все точно. Она хороша… Даже в экстренных ситуациях. Осталась еще одна машина… Еще несколько охранников… Нам нужно быстро уходить. Они начнут поиски.