Аккорды любви

Стинг сидел в больничной палате и спокойно разглядывал такое знакомое и прежде любимое лицо. Хотя, почему прежде? И сейчас в груди что-то шевелится. Конечно, не так бурно, как раньше, но это никуда не исчезло. Какая-то непередаваемая нежность, такая дурацкая и непонятная. Это было странно. Действительно странно. Сидеть вот так с ней после двух месяцев разлуки и видимого равнодушия. Впрочем, это у него оно было видимое... А насчет нее он не мог сказать точно. Теперь не мог. Эвклиф протянул руку к ее загорелому лицу и убрал белую прядь волос. Такой странный контраст, но тем не менее удивительный. Он провел пальцем по ее щеке и с удивлением обнаружил слой тональника. Странное дежавю. Стинг не понимал одноклассников... Как можно поднять руку на девушку? Пф, смешно говорить такое после случая с Минервой. Он бы сам ее избил, но не хотелось пачкать руки. Стинг всегда был чересчур категоричным. Даже нет, не так. Фанатичным. Это постоянно твердил отец, с презрением закрывая дверь прямо перед его носом. Мать тоже замечала эту черту, но старалась ее сгладить. Раньше получалось. Все-таки сейчас все это было непередаваемо странно. Еще два дня назад он трахался с Минервой в отеле, а теперь сам же сдал в руки ребятам. Какое же халатное отношение к собственности! Отец бы удивился. Да, именно собственность, а не любимая девушка. Фанатизм — его второе имя. Если уж любить, то так, чтобы никто не смел смотреть на твою девушку. Скольким парням он сломал челюсть за неуместные пошлые шутки или оскорбления в сторону Юкино? Он не боялся замарать руки чужой кровью. Костяшки всегда были сбиты. Если уж бросать все и добиваться своей цели, то жестоко, сметая все на своем пути. Он только сейчас понял, что совершил огромную глупость, когда позволил Орланд поджечь комнату Агрии. Он помнил, как Юкино кашляла, задыхаясь от дыма, как выбегала из блока, закутанная в одеяло. А потом еще осталась виноватой. За что? Неизвестно. Впрочем, это сделал он. Цели были весьма неопределенными, но тогда они четко впились ему в голову. У Эвклифа редко работали тормоза. Если уж исправляться, так сразу и с размахом. Ребята проводили его невероятно хмурыми взглядами и Стинг не сомневался, что обязательно будет новая драка. Впрочем, он побьет двоих недовольных. Если что, Роуг поможет. Юкино что-то промычала сквозь сон и повернулась на другой бок. Эвклиф отвернулся и включил телевизор, находящийся в палате. Юкино, как и сестру, мгновенно перевели в VIP-палаты, хотя серьезных травм у Агрии не было. Просто чудовищное переутомление. Стинг услышал, как зазвонил телефон у Юкино в сумке. По привычке он вытянул его и посмотрел на звонящего. Люси. Его Люси. Когда они успели подружиться? Эвклиф сбросил и прокрутил нечаянно открывшуюся переписку. Они общались и очень даже близко. Юкино рассказывала сестре новости из его жизни, а Люси советовала иногда, как поступить в сложной ситуации. Как он мог пропустить такое? Странно. Да вообще все это странно! Держать ее сейчас за руку, пока она ворочается на больничной кровати. Смотреть на красивое и спокойное лицо. Замечать все мелочи и тонкости ее внешнего вида. Понимать, что совершенно ее не знаешь. И тем не менее знать все ее действия наперед. Странно. Телевизор все работал. Шли какие-то новости. Криминальный сюжет. Все обсуждали зверское убийство и изуродованный труп девушки из лицея Саблезубый Тигр, которую нашли ближе к утру, наполовину закопанную в землю. Жестоко. А что поделать? Каждый должен отвечать за свои поступки в удвоенной мере. Пф. Стинг выключил телевизор. Не хотелось забивать мозги этой ерундой. Фанатик, да. Ну и что? Категоричный не значит плохой. Минерва больше не появится в его жизни. Она нигде больше не появится, разве что в криминальных сводках. Заслужила. Внезапно Эвклиф глянул себе под ноги и заметил скомканный листочек. Он быстро поднял его и развернул. С белого листа на него смотрел он сам. Так точно нарисовано... Даже шрам над бровью имеется! Юкино... Она лежала рядом с ним, такая милая и беззащитная, что невольно вызывала добрую усмешку. Назвать ее беззащитной — глупое решение, особенно сейчас, когда Агрия закончила школу боевых искусств. Но почему-то Эвклиф понимал, что именно теперь она более всего нуждается в защите. Он крепко сжал ее руку, стараясь не коснуться синяка на запястье. Как точно нарисовано. Она никогда не забывала. Ничего и никогда. И до сих пор любит его. Ну, а если не любит, то все равно не может забыть и мучается от своих чувств. Почему-то осознание этого грело Эвклифу душу. Внезапно он встал и приоткрыл окно в палате. Стинг укутал Юкино одеялом, после чего достал из кармана пачку сигарет и чиркнул зажигалкой. Дым наполнил легкие. Эвклиф старался выдыхать в окно, но не всегда получалось. Ему действительно необходимо покурить. Наверное, этот запах и разбудил Агрию. - Куришь? - каким-то надломленным голосом уточнила она, едва открыв глаза. Странное понимание. Юкино не спрашивала ничего, что полагается спросить в подобной ситуации. Ничего о том, как он здесь оказался, как здесь оказалась она. Нет. Она просто смотрела на него и молчала. Понимание, несмотря на то, что произошло между ними за эти два месяца. - Курю, - просто ответил он, делая новую затяжку. Почему-то сигарета внезапно показалась горькой и Эвклиф поморщился, выдыхая едкий дым. Жаркий майский ветер дул ему прямо в лицо из приоткрытой форточки. Приятно. Непривычно. - Давно? - ее голос дрогнул. Она заворочалась и закрыла лицо руками. Он знал это. Не видел, нет. Просто знал. - Да... - выдохнул он, выбросив сигарету в окно. Курить расхотелось. Любимая пачка сигарет примостилась на ее тумбочке. Она вытащила тонкими пальцами одну сигарету и поднесла к губам. - Говорят, что курение помогает расслабиться и забыться, - как-то странно произнесла девушка, косясь на сигарету в своих руках. Она сама себя не понимала. - Дашь прикурить? - Алкоголь помогает расслабиться и забыться, - мрачно перебил Стинг, крутя в руках зажигалку. Он ловким движением убрал ее в задний карман джинс. - Не дам. И вообще, выплюнь эту отраву. - Но ты же куришь... Я так хочу иметь с тобой хоть что-то общее, - слышать такое от нее было странно. Эвклиф нахмурился и приложил ладонь к ее лбу. Сильный жар. Бредит. Надо бы позвать врача, но Стинг почему-то сел рядом и стал поглаживать ее по плечу. Агрия вымученно улыбнулась. - А ты не будешь курить. К тому же у нас с тобой и так много общего. Чувства, к примеру, - пока Стинг произносил свою речь и перебирал ее волосы, Юкино молчала. Уголки губ изогнулись в улыбке. - Ненависть к Минерве, хотя нехорошо ненавидеть покойников. Люси тоже общая. Да и вообще... - Мы ведь поговорим потом? - сонно уточнила Юкино, обхватив ладонями его руку. Ее вновь утягивало в пучину сна. Немудрено. С такой-то температурой. Аукнулись пробежки босиком. Эвклиф улыбнулся. - Обязательно поговорим.

***

Люси медленно открыла глаза. Неожиданно на нее навалилась такая тяжесть, будто бы она целый день разгружала вагоны. Ужасно. Все тело болело, голова гудело, а перед глазами плыло. Свет был слишком ярким и резким. Люси медленно закрыла глаза. - Люси? - такой тихий шепот, что Хартфилия сначала подумала, будто бы ей показалось. Но нет. Ее вновь позвали по имени. Люси вновь медленно открыла глаза и уставилась в белый потолок. Интересно, почему в больницах всегда белый потолок? Неужели не могли сделать черным, чтобы не так сильно резало глаза? - Люси! - уже громче. Хартфилия перевела взгляд ниже и заметила любимую розовую макушку. Люси слабо улыбнулась. Она хотела было протянуть руку, чтобы погладить его, но помешала капельница. Нацу поднял голову с ее живота. Оказывается, он заснул, пока ждал. Он ждал, когда она придет в сознание. Черт, как же приятно. Хартфилия испытала необычайный прилив нежности. - Больно, Нацу, - прошептала Люси, когда Драгнил несдержанно сжал ее в объятиях и вплотную прижался. Он уткнулся носом ей в шею и Хартфилия почувствовала, как что-то мокрое стекает по его щекам. Слезы? - Ты плачешь, Нацу? Почему? - Лю-юси-и, - прошептал Нацу, не отрываясь от нее. - Ты не приходила в сознание два дня! А теперь еще спрашиваешь — почему я плачу?... - Нацу... - Люси обняла его в ответ и зарылась свободной рукой в волосы. - … Я мог потерять тебя, понимаешь? Ты пострадала, а я не защитил. Ничего не смог сделать. Прости меня... Я такой слабак! - Ты не слабак, Нацу. Не слабак. Скажи мне, ты правда сидел со мной эти два дня? - Люси заглянула ему прямо в глаза. Взгляды переклись. Его зеленые глаза отражались в ее карих. - Не совсем, - выдохнул Драгнил с сожалением. - Я ушел на несколько часов, вернее, меня утащили насильно. Господи, Люси! Я так рад, что ты жива! - Я жива... Я с тобой, Нацу... Их губы соприкоснулись. Мягкий и совершенно невинный поцелуй. Он необходим обоим куда больше кислорода. Люси слабо вздохнула, когда Нацу нечаянно задел ее больную руку, но девушка решила не обращать на это особого внимания. Люси любит Нацу. Теперь она могла сказать это точно. А Нацу... А Нацу любит Люси. Вот такая вот история.

***

- Эм, сестренка, можно? - Стинг неуверенно приоткрыл дверь ее палаты и просунул голову внутрь. Люси слабо повернула голову и приокрыла губы. Нацу унесся в магазинчик, чтобы купить Хартфилии что-нибудь вкусненькое. Сначала девушка немного напугалась, но после выдохнула и отвела глаза. Это ее брат. Нормальный. Абсолютно. Люси вздохнула. В принципе, пугаться нечего. Это Стинг привез Юкино сюда, да и вообще, он оплатил ее нахождение в элитной палате. А сейчас вроде вполне адекватен и хочет поговорить. Хартфилия аккуратно кивнула и вновь отвела взгляд. Эвклиф прошел и присел на край кровати. - Ну, как ты? - осторожно спросил Стинг. Он протянул было руку, чтобы погладить ее, но тут же нерешительно отдернул ее и неловко отвернулся. Хартфилия усмехнулась и сама взяла его за руку. - Ну, как тебе сказать, - протянула Люси с улыбкой. - Вполне неплохо, знаешь ли. Но бывало и лучше. - Прости, это все из-за меня, - Эвклиф прикусил губу и отвел взгляд, боясь еще раз пройтись взглядом по израненному телу сестры. Ему ее действительно жалко. Люси немного подалась вперед... Насколько позволяла капельница. Она сделала удивленные глаза. Стинг выдохнул, готовясь рассказывать дальше. Это действительно не просто. - Да, из-за меня. Косвенно. Если бы я не был так одержим идеей победить в конкурсе, если бы не повел себя так в коридоре... Если бы не запудрил Минерве мозги... Все было бы по-другому! Прости меня, я действительно сказал ужасные вещи. Не должен был. - Получается, и избиение тоже произошло из-за тебя, да? - уточнила Люси, разочарованно взглянув на брата. Она до сих пор верила в его невиновность. Верила. Так ужасно было бы узнать, что это по его приказу Минерва подловила ее у входа. Хартфилия отказывалась слушать ответ, но сил закрыть уши ладонями не было. - Отчасти, - виновато произнес Стинг. - Я запретил Минерве трогать тебя и решил играть честно, но она не послушалась. Видимо, я слишком сильно внушил ей идею о победе. Необходимо было победить... - И победил? - Люси показалось, что ее голос прозвучал насмешливо. Только показалось. Эвклиф понуро опустил голову. - Победил, я спрашиваю? - Нет, победила ваша академия, - глаза Хартфилии расширились. - Саблезубый Тигр снялся с участия и отдал все накопленные очки Хвосту Феи. - Почему? - Люси зажала рот ладонями, пытаясь сдержать всхлип. Она стала слишком нервной... Видимо, все же придется выпить успокоительное, которое принесли врачи совсем недавно. - Уже выступая на сцене, я понял, что так нельзя. Весь день задавался вопросом, почему же ты попала в больницу, а вместо тебя выступала полуживая Юкино. И только потом понял все. Понял и отказался от участия. Все это так мерзко и грязно... Я не хотел такой победы! - Ты угрожал мне тогда. Как же вдруг снизорение-то пришло? - Люси недоверчиво поджала губы. - Прости. Я уже извинился за это, но, думаю, придется долго извиняться. Действительно виноват. Поверь, сестренка, я вовсе не хотел тебе навредить взаправду. Просто ты с детства была очень пугливой... Я решил сделать расчет на это. Кто же знал, что ты осмелела за эти два года? - Да уж. Из тебя ужасный тактик, братишка, - Люси усмехнулась. - В следующий раз лучше к Мавис обращайся. И перед ней придется извиниться за грубость. Она скоро породнится с нашей семьей. - Это как? - Стинг даже опешил. - Ну, я выйду замуж за Нацу, - Люси покраснела и отвела глаза. Пальцы нервно мяли одеяло. - Зереф — его старший брат. К этому времени он уже женится на Мавис и она, как бы, станет нашей родственницей. - Ну, ничего себе! Вот это расчет... - Кстати, все хочу спросить. Почему тебе так важна была эта победа в конкурсе? Почему? Если бы ты просто объяснил мне причину, мы бы могли помочь вам... - Ты никогда, наверное, не задумывалась об этом... - Стинг отвел глаза и прикусил губу. Безумно захотелось покурить, но это было еще одним доказательством слабости. - Но я завидовал тебе. Всегда. Ты всегда была на голову выше и на шаг впереди меня. Это было так унизительно... А самое обидное, что тебя всегда любили. Любили, когда ты разбила окно в кухне, любили, когда сломала кусок ограды особняка, хотя я до сих пор не могу понять, как ты это сделала. А стоило мне что-то сделать... В общем, ты помнишь. Ты была близка с мамой и папа тебя не наказывал. Мне доставалось за двоих. Еще обиднее то, что тебя любили всегда. А я чем больше старался, тем хуже становилось. А самое обидное знаешь что? У тебя всегда была свобода выбора. Ты пошла в академию Хвост Феи, свободно играла в группе... Я же пошел в этот гнилой Саблезуб, где все только считают деньги родителей. Музыкой мне приходилось заниматься тайно и нигде не светиться. А знаешь, как хотелось? Отец говорил, что музыка — глупое увлечение для будущего наследника. А я просто хочу заниматься любимым делом. Плевать мне на его деньги! Я хотел доказать, что могу многого добиться, но... Я понял, что это ничего не даст. Отец только нахмурится и промолчит. Как всегда, когда я приносил какую-то грамоту и достигал чего-то, что его не интересовало. Прости... Я так глупо вел себя... Люси расплакалась и крепко обняла брата. Она что-то сбивчиво шептала и гладила его по спине. Надо же! А она не замечала ничего этого. Просто не видела дальше своего носа... Как же глупо! Будь она внимательнее... Бедный Стинг. Она совершенно не обижалась на него. Было обидно за него, за это глупое предвзятое отношение. Люси шумно рыдала, а Эвклиф тщетно пытался ее успокоить. Наконец он протянул руку к стакану с водой и достал таблетку из упаковки. - Сестренка, прими успокоительное, все же. Еще нервного срыва нам до кучи не хватало, - Стинг улыбнулся, а Люси взвыла сильнее. Наконец-то все хорошо. Наконец-то все будет, как раньше.

***

Джувия с Греем шли по набережной Крокаса. После победы было чудесно остаться в столице на пару дней и просто прогуляться, посмотреть интересные места да и вообще... Локсар протянула здоровую руку и коснулась пальчиком ладони Грея. Он удивленно вздрогнул, а она покраснела и отвернулась. Фуллбастер понял едва заметный намек. Он рассмеялся и взял Джувию за руку. Девушка разулыбалась от счастья. Мимо плыли белоснежные теплоходы. Так классно... - Джувия, иди-ка сюда, - Грей привел ее к самому ограждению, что разделяло море и набережную. Сверху оно было плоским и многие дети мечтали пройтись по нему. Фуллбастер поймал неуверенный взгляд Джувии и перешел к решительным действиям. Он подхватил ее на руки и поставил на это ограждение. Ветер мгновенно подхватил подол ее платья. Локсар рассмеялась, но тут же испуганно отшатнулась, чуть не упав обратно на асфальт. Грей подал ей руку и Джувия крепко ухватилась за нее. Она летящей походкой пошла по ограждению на зависть всем местным детям, а Фуллбастер крепко держал ее, не давая упасть. Ощущение свободы опьяняло похлеще любого вина. Наконец, они остановились на небольшом выступе в форме полукруга. Отсюда открывался великолепный вид на закат и розовеющее небо, что отражалось в воде. Краски играли и переливались... Джувия застыла от восхищения и приоткрыла рот, а Грей мягко обнял ее за талию. Так они простояли минут двадцать. - Падай, - тихо прошептал он. Джувия округлила глаза и переспросила. Он повторил. - Что? Джувия, наверное, снова поняла тебя не так... - Ты мне доверяешь? - Локсар мгновенно кивнула. - Тогда падай. Просто поверь. Я тебя поймаю. Джувия медленно заваливалась назад. Наконец, нога соскользнула с ограждения и она стала действительно падать. Локсар ничего не чувствовала и ужасно испугалась. Она замахала руками в воздухе. Спустя десять секунд из груди вырвался визг. - Глаза открой, - посоветовал Грей, крепко прижимая к себе визжащую, но такую любимую девушку. Доверяет, все-таки. Осознание грело душу, хотя он и раньше понимал это. Джувия нежно улыбнулась и поцеловала его в губы. Фуллбастер быстро перехватил инициативу. Они провожали закат на набережной, обнявшись.

***

Кана зашла в примерочную с двумя платьями. Она решила подобрать наряд на выпускной и подошла к этому делу очень ответственно. Лаксус решил пойти с ней и постебаться над выбором. Однако, ему наскучило сидеть на пуфике минут десять и ждать, пока Альберона померяет два платья. Два! А если бы она набрала десять?! Ужасно. Наконец, Дреяр не выдержал и в три шага достиг примерочной. - Альберона, ты скоро там? Не можешь платье переодеть, что ли? - рыкнул он сквозь зубы. - Не ори, - процедила Кана, мучаясь с молнией. - Лучше помог бы, умник! Лаксус вошел в примерочную и увидел свою девушку, которая стояла в три погибели и никак не могла застегнуться. Дреяр ловко взял язычок молнии и потянул вверх. Ничего не произошло. Заело. Чертыхнувшись, Лаксус попробовал еще раз. И еще. Кана злобно пыхтела. У нее затекла спина. - Аккуратнее! Молнию с корнем вырвешь и придется платить! - Дреяр что-то пробурчал в ответ. Неожиданно шторка резко открылась и пара так и застыла в этой позе. Перед ними стояла рассерженная консультант. - Вы чем тут занимаетесь? - злобно уточнила она, намекая на положение Каны. - Почему вы вошли в примерочную, а? - Знаете что? - прошипела Альберона. - Если у вас такие платья, которые не застегнуть вообще никак, то разумно, что я попросила помощи у своего парня. Если у вас какая-то претензия к нам, я с удовольствием сообщу об этой мелочи кому-нибудь повыше... - Извините, - девушка мгновенно покраснела и задернула шторку. Из-за нее донеслось: - Я просто не так вас поняла... - Как можно неправильно понять? - недовольно фыркнула Кана, после чего взглянула в зеркало. Господи, поза-то действительно пошлая. - Лаксус... Она что, подумала будто бы мы... Вот же люди! - Знаешь, а я вот думаю, что можно воплотить в жизнь ее фантазию, - прошептал Дреяр ей прямо на ушко. Кана соблазнительно улыбнулась и отшвырнула надоевшее платье к чертям.

***

Лисанна шла по улице с Мелди за руку. За сегодняшний день они обошли сотню мест и в каждом сфотографировались. Штраус удивлялась, откуда у ее подружки берется столько энергии. Лис немного потянула Уинстон назад, заставляя ее остановиться. Мелди недоуменно взглянула на спутницу. - Эм, Мелди, я хотела сказать, что ты мне... Я тебя... - Знаешь, я тоже, - Уинстон мило улыбнулась, после чего быстро прижалась к губам Штраус. Лисанна почувствовала, что нет на свете человека, счастливее ее. Мелди думала точно так же.